"Уверенность в смерти должна бы была примешивать к каждой жизни драгоценную благоуханную каплю легкомыслия, а вы, аптекарские души, обратили ее в противный на вкус яд, который отравляет всю жизнь". Ницше
Что верно - смерть одна, Как берег моря суеты. Нам всем прибежище она, Кто ж ей милей из нас, друзья, Сегодня ты, а завтра я. (с)
Увы, без толку я речист: Все исчезает, словно сон! Мы все живем, дрожа как лист, Но кто от смерти был спасен? Ф. Вийон
Я знаю: бедных и богатых, И дураков и мудрецов, Красавцев, карликов горбатых, Сеньоров щедрых и скупцов, Шутов, попов, еретиков, Дам знатных, служек из собора, Гуляк и шлюх из кабаков, — Всех смерть хватает без разбора! Ф. Вийон
Я Франсуа, чему не рад. Увы, ждет смерть злодея. И сколько весит этот зад, Узнает скоро шея. Ф. Вийон
Все тленны мы, дитя, таков вселенной ход. Мы — словно воробьи, а смерть, как ястреб, ждет. И рано ль, поздно ли — любой цветок увянет, — Своею теркой смерть всех тварей перетрет. Рудаки
Когда-нибудь путь замкнётся, И вот на восходе дня Город мой вдруг проснётся Впервые уже без меня... Э. Асадов
Укажешь ли ты мне такого, кто ценил бы время, кто знал бы, чего стоит день, кто понимал бы, что умирает с каждым часом? В том-то и беда наша, что смерть мы видим впереди; а большая часть ее у нас за плечами, – ведь сколько лет жизни минуло, все принадлежат смерти. Сенека
Спокойная жизнь – не для тех, кто слишком много думает о ее продлении, кто за великое благо считает пережить множество консульств (римляне обозначали год по именам избранных на этот год консулов). Каждый день размышляй об этом, чтобы ты мог равнодушно расстаться с жизнью, за которую многие цепляются и держатся, словно уносимые потоком – за колючие кусты и острые камни. Большинство так и мечется между страхом смерти и мученьями жизни; жалкие, они и жить не хотят, и умереть не умеют... Сенека
Я согласен, что нам от природы свойственна любовь к собственному телу, что мы должны беречь его, не отрицаю, что можно его и холить, но отрицаю, что нужно рабски ему служить. Слишком многое порабощает раба собственного тела того, кто слишком за него боится и все мерит его меркой. Мы должны вести себя не так, словно обязаны жить ради своего тела, а так, словно не можем жить без него. Чрезмерная любовь к нему тревожит нас страхами, обременяет заботами, обрекает на позор. Кому слишком дорого тело, тому честность недорога. Нет запрета усердно о нем заботиться, но когда потребует разум, достоинство, верность, – надо ввергнуть его в огонь... Сенека