Скоротечность жизни

Долголетие представляет собой нетипично затянувшийся страх смерти.

Эмброузу Бирсу

Исследуя своё отношение к старению, нам надо сделать две вещи.

Во-первых, разобраться с принципиальным вопросом – «Считаем ли мы себя лишь телом, в мозге которого сосредоточено сознание?»

А во-вторых, спросить себя: «Можно ли когда-нибудь получить столько, чтобы хватило навсегда?»

Рам Дасс

Тело и процесс старения можно рассматривать в иной, более широкой перспективе.

С точки зрения души всё выглядит совершенно иначе: вместо того чтобы оплакивать то, чем был в прошлом, изумляешься, видя, каким становишься.

Зная, что являешься чем-то большим, чем тело, относишься к его болезням сочувственно, но без страха и негодования.

Точно так же, воспринимая тело как часть природы, мы не будем бояться признаков смерти.

Мы можем даже научиться любить свои постаревшие тела и видеть в них новую (иную, чем в молодости) красоту.

Это нелегко. Признаёмся ли мы себе в этом или нет, но наш страх физического старения просто маскирует собой страх смерти, на котором я остановлюсь подробнее в седьмой главе.

Сейчас лишь отмечу, что отвращение, которое у нас вызывает наша морщинистая кожа, дряблые мышцы и стареющее тело, является, несомненно, следствием резкой неприязни эго ко всему, что напоминает о смерти.

Тело – дом смерти, и осознание этого факта помогает жить в разрушающемся теле.

В шестидесяти-, семидесяти-, восьмидесятилетнем теле мы чувствуем себя некомфортно, и дело тут не просто в его функционировании или эстетике.

В своём теле мы замечаем признаки приближения (быстрого или медленного) смерти, и наш страх, неприятие или игнорирование тела представляет собой разновидность казни посланца, принёсшего царю (эго) нежеланное известие о близкой кончине его тела.

Это помогает понять, почему у многих людей двойственное отношение к своему стареющему телу.

Говоря менее абстрактно, можно отметить, что немало людей испытывают реальные физические затруднения и большинству придётся встретиться с ними в будущем.

Но многие из нас считают, что, если этого нельзя избежать, то лучше уж вообще не думать об этом.

Поэтому, когда мы попадаем в подобную ситуацию, у нас внутри всё холодеет, сердце замирает и нас охватывает беспокойство.

Отворачиваясь от своих страхов, мы лишь усиливаем их. Поэтому разумный подход требует смотреть в глаза правде о тех аспектах старения, которые страшат нас.

Рам Дасс

Старость верно поджидает, пока пройдёт молодость, и, несмотря на все наши усилия отсрочить их, болезни, упадок и смерть останутся неизбежной участью тела.

Только когда мы постоянно осознаём эту грязную пустоту тела и боль, связанную с отождествлением с ним, мы ищем выход в жизнь большей ценности и цели.

Посвятить жизнь физическим вожделениям — это насмешка над истиной и долгом.

Свами Чинмаянанда

СМЕХ НЕПОЗНАВАЕМОГО

Обманутые кажущимися научными достижениями, мы верим, что многое узнали о человеческом теле и жизни. Даже с учётом всех достижений науки и медицины мы далеки от решения проблемы болезни.

На самом деле, медицинская индустрия только усложнила её решение. Только когда наступает старость или возникает неизлечимое заболевание, и мы видим, что оно не поддаётся всем нашим лекарствам, мы видим ужасное лицо судьбы.

Оно раскрывает множество фактов,
к которым мы были не готовы.

Старость и болезнь взрываются как смех Непознаваемого, который издевается над нашим самообманом достижений.

Насколько бы человек ни был могущественным или знаменитым, когда наступает старость, он оказывается беспомощным и одиноким путешественником в жизни.

Он — просто ещё один пожилой человек и ничем не выделяется. В основном все пожилые люди считают жизнь одинокой. Их предыдущие поколения родителей и дедов давно ушли, и многие из их друзей исчезли. Молодое поколение не имеет времени сидеть и общаться с ними.

Шанкарачарья говорит: «никто дома со мной не разговаривает». Это часто слышимая жалоба пожилых людей.

Дурьодхана, который вёл колоссальную войну, чтобы стать императором, в конечном итоге оказался лежащим на поле битвы, никем не заботимым. Его положение было таким, что ему пришлось собственными руками отгонять волков и шакалов, которые собрались, чтобы разорвать его плоть.

Многие великие правители, такие как Наполеон, которые потрясли мир своей мощью, окончили свою жизнь в тюрьме.

Также и Шах Джахан, который построил Тадж-Махал. Мы знаем историю тиранов, таких как Гитлер, который покончил жизнь самоубийством.

Таким образом, перед лицом силы Бога вся мирская жизнь и демонстрация власти — это всего лишь танец шута.

«Бхагавата» говорит, что цель рассказов о царях — показать, что они тоже были обычными людьми; они были глупцами, которые боролись всю свою жизнь за ничто.

Есть ли способ освободиться от этого страдания рождения, смерти, старости и болезни?

Шанкарачарья говорит:

«С регулируемым умом и очищенным интеллектом осознай свою собственную Самость, находясь в этом теле. Идентифицируй себя с Ней и пересекай безбрежный океан сансары, волны которого — это рождения и смерти.

Стань благословенным, твёрдо укоренившись в Брахмане, который является твоей собственной сутью».

(Вивекачудамани 138)

Увы, в этом ужасном океане рождения и смерти
Нет близко видимой пристани облегчения.
Дорогой, заработай благодать чистого интеллекта.
Раскрой ум и узри безтелесный, безумный мир внутри.
«Я ЕСТЬ ТО» — так идентифицируй себя с Атманом через Атман.
С силой прямого Осознания пребудь как Брахман.
Тогда сам океан печали исчезнет.
Так исполнишься, пересекай океан нереального.


КАК СЛЕДУЕТ ПРОВОДИТЬ
ВРЕМЯ В СТАРОСТИ?

В прежние времена в Индии многие цари оставляли свои царства и уединялись в лес, чтобы медитировать после успешной жизни. Это называется ва̄напрастха.

Уединение исцеляет и восстанавливает того, кто знает, что Божественное — его единственный постоянный спутник.

Если человек не находит общения с этим внутренним божественным спутником, уединение может быть скучным, тревожным и даже пугающим.

Однако если человек контролирует свои чувства и беспристрастен, уединение — это действительно нектар.

Истинный преданный находит великую радость в уединении. Для такого человека старость будет великой благодатью. Такой пожилой человек будет любим всеми.

Но всё это о жизни.

Просветление не связано ни с рождением, ни со смертью, ни с тем, что после рождения.

Оно связано с настоящим; как жить сейчас, идеально, мирно и, насколько возможно, здорово — не тратя жизнь на несущественное.

Когда мы осознаём, что сенсорные объекты только истощают нас, как яд, настоящая вайрагья устанавливается и тогда возникает огромное беспристрастие к объектам чувств, которые тянут нас вниз.

Когда мы осознаём, что это мирское существование полно всех таких страданий, возникает желание пересечь его и выйти за его пределы; вайрагья, беспристрастие, горит внутри как огонь.

Огонь вайрагьи должен постоянно поддерживаться.

Мудрый поэт Бхартрихари написал сто стихов о вайрагье.

Шанкарачарья говорит в «Вивекачудамани»: «Для садхаки ничто не более полезно, чем вайрагья».

Вместе с вайрагьей человек также должен иметь контроль над чувствами и постоянный контакт с Гуру. Тогда в этой самой жизни самопознание принесёт плоды в виде абсолютной свободы.


Ночур Венкатараман

Некоторые строят роскошные дома со всеми современными удобствами, планируя комфортное пребывание в них после выхода на пенсию.

Но к тому времени, как они выходят на пенсию, либо они прикованы к постели, либо их уже нет.

Это жестокая ирония мирского существования!

Ночур Венкатараман