Свами Чинмаянанда

Как эго мы постоянно осознаём наши инструменты, тело и их восприятия, вместе называемые вселенной.

Выходя за пределы инструментов, поля опыта также превосходятся.

Таким образом, «оставив вселенную вместе с телом», ученик достигает не пустой пустоты, но приходит жить динамикой Целого — Самости.

Джанака признаётся в этом стихе: «Я теперь воспринимаю Высшую Самость».

Здесь термин «воспринимать» не следует понимать как опыт чего-то отличного от себя.

Нет двойственности переживающего и переживаемого, когда человек пробуждается в Недвойственного Брахмана.

И всё же термин «видение» (Дарш́ана) часто используется, чтобы подчеркнуть идею, что впоследствии не может быть для индивидуализированного эго никаких следов сомнений относительно Самости.

«Увидеть» — значит поверить; прямое восприятие является неоспоримым авторитетом само по себе.

Как же тогда это «видение» достигнуто учеником? Это благодаря учителю? Это благодаря изучению? Это результат его преданности? Это достигнуто через служение?.. Как ему удалось обрести этот уникальный опыт?

Согласно ведантическим мыслителям, Самость не может быть «эффектом» чего-либо, «результатом» какого-либо особого усилия.

Она не производится благодаря са̄дхане. Самость есть; она всегда существовала, всегда одна и та же, как и прежде.

Она не вызывается ничем, поскольку всё, что вызвано, неизбежно подвергается изменению, а то, что изменчиво, всегда преходяще.

Непреходящее Бесконечное всегда присутствует.

Означает ли это, что все духовные практики бесполезны? Является ли религия просто верой? Являются ли различные Йоги обманом?..

Нет.

Все они необходимы, чтобы дегипнотизировать наш взволнованный ум и бушующий интеллект.

Когда мыслительный процесс замедляется и останавливается, ум-интеллект превосходится.

Тогда эго прекращается.

Где иллюзия эго снята, там Реальность раскрывается. Когда иллюзия змеи закончилась, верёвка видна остающейся такой же, как и прежде.

В этом стихе, поэтому, Джанака в высшей честности пытается объяснить, что он пришёл к этой чудесной Самореализации благодаря таинственной силе, доселе неизвестной, возникшей из совокупного эффекта всех его исследований и всех его практик, и он обязан своей благодарностью всем Мастерам Упанишад и всем учителям, которым он служил в своей жизни.

Следовательно, ученик здесь заявляет: «благодаря искусности учителя» он достиг Самости.

Ученик не может указать, кто его учитель; он также не может честно определить, какой именно практикой он достиг врат Истины и взорвал себя в Её присутствии.

Вся вселенная со всеми её событиями вместе является университетом, обучающим эго расти и эволюционировать к окончательной реализации своей существенной Реальности.

Как тогда может любой человек мудрости претендовать на какого-либо конкретного учителя как на своего единственного руководителя или на какой-либо конкретный путь как на свой единственный путь?

Потерянный в изумлении, ученик может только заявить, что он пришёл к своей Реализации в себе благодаря искусности некоего Мастера.

Из-за васан человеческая личность загнивает и накапливает зловонный запах вожделения, жадности, гнева, заблуждения и так далее.

Запах плоти и её чувственности — вот подлинная характеристика нашей нынешней личности.

В ней нет прекрасного благоухания нашей сущностной природы.

Вместо того чтобы быть полезными другим членам общества, мы готовы в любое время их потревожить. Указывая на это, Шанкара даёт пример.

Сандал, помещённый в воду и оставленный там надолго, испускает неприятный запах от загнивающего дерева.

Обычно он обладает самым небесным благоуханием. Но когда он долго остаётся в соприкосновении с водой, он начинает зловонить.

Если дерево вынуть и потереть о камень, благоухание медленно поднимается, распространяя отрадное удовлетворение всем.

Подобно этому, хотя ты и есть Атман,
из-за отождествления с телом сейчас исходит зловоние твоих васан.

Вожделение, гнев, жадность и прочее постоянно приносят своё зловоние.

Любви, милосердию и доброте нет места в сердце.

Чтобы вернуть свою изначальную природу, личности нужно немного «трения».

Её следует потереть о «высшее знание» в медитации. Грязь и зловоние уйдут, и тогда откроется истинная природа человека.

Трением мы не даём сандалу благоухание. Оно уже в нём. Оно просто не было доступно — вот и всё.

Подобно этому, божественность не нужно давать тебе откуда-то извне. Упанишада возглашает: «Ты еси То».

Внутреннее, по сути божественное благоухание сейчас покрыто пылью грязных васан.

Грязные васаны — это социальные, телесные и васаны приобретения знания.

Из-за этих глубоких наклонностей божественность в нас не может выразить себя. Отсюда исходит зловоние нашей личности.

При таких обстоятельствах личности нужно немного «трения», немного «скобления» «правильным знанием».

Когда в медитации «правильное знание» вливается в ум, оно снимает его грязные, недостойные васаны.

Тогда истинная природа Я проявляет себя — как сандал, который при скоблении источает своё освежающее благоухание.


Истинное благоухание Я скрыто паутиной наших озабоченностей — голодом наслаждения не-Атманом.

Это как пыльная паутина на окне, которая заслоняет красоту за окном.

Мирские васаны — непреодолимые побуждения низшего: тела, ума и интеллекта, прошлого, настоящего и будущего и объектов внешнего мира — затуманивают высшие устремления в нас.

Только постоянной медитацией на Я можно удалить эту паутину.

Изучение писаний, практика медитации, искренняя преданность Господу и бескорыстная самоотверженная деятельность в мире — всё это принесёт религию и духовность в каждую минуту нашей жизни.

Когда васаны удалены, Я проявляется сам собой. Атман ясно воспринимается Своим собственным сиянием.

В момент мудрости, когда Самость реализована, при обретении Видения Самости, беспокоящая множественность вселенной перестаёт быть.

В понимании, что океан есть неизмеримая масса воды, толпа волн, пены и пузырей больше не беспокоит и не отвлекает, хотя они могут существовать и играть на поверхности океана.

Вселенная есть не что иное, как Самость, и никогда никоим образом не отлична от
Неё.

*

Уникальные видения мистических мудрецов не сразу понятны искателям на ранних стадиях изучения и практики. И это так, как должно быть.

Видение Мастеров — это интуитивное восприятие Реальности, когда они превосходят свои интеллекты.

Но ученик укоренён в своём сознании тела и пытается постичь Реальность своим интеллектом.

Неизбежно интеллектуальные способности логики и разума должны остановиться в изумлении перед смелыми словами мистического восприятия.

И всё же функция писаний — помочь ученику постичь и понять Реальность так ясно, как это возможно для рационального понимания человека.

Это сообщение достигается Мастерами всего мира через использование эффективных примеров и красноречивых аналогий, шумных метафор и выразительных сравнений.

В нашей повседневной жизни мы толкаемы туда-сюда моментальными событиями вокруг нас, и в смехе и слезах, проживая их, мы принимаем мир множественности (Виш́вам) за его номинальную стоимость.

Но с небольшим различением мир может быть обнаружен как не что иное, как Сознание, Самость.

*

«Напряжение в Сознании» есть мысль.

«Непрерывный поток мыслей, поддерживаемый в нашем сердце», даёт нам иллюзорное выражение могущественного и сильного ума.

Через ум мы видим мир имён и форм, проецируемый на сознание.

Таким образом, воспринимаемые объекты и воспринимающие инструменты — всё это «напряжения» в Сознании.

Когда эти создающие иллюзию, порождающие заблуждение «напряжения» отпускаются через глубокую медитацию, мысли прекращаются; ум поднимается; и галлюцинация вселенной откатывается.

С небольшой научной мыслью существенная Реальность Вселенной может быть обнаружена как только Чистое Сознание.

Мир множественности есть не что иное, как Бесконечное Сознание в кажущемся состоянии возмущения.

В действительности мир есть не что иное, как Самость одна.

Жизнь как Сознание приносит в наше осознание весь наш опыт — физический, умственный и интеллектуальный.

В этом смысле термина Упанишады очень часто указывают на Самость как на «Свет» (Чайтанйа).

Этот пример очень часто воспринимается учениками слишком буквально, и в своём чрезмерном рвении они начинают воображать в своей медитации, что увидели Истину как ослепительную «массу света».

Индийские учителя, обучая нас Упанишадам, прилагают особые усилия, чтобы напомнить нам, что термин «Свет», используемый здесь, — это не «свет», как мы переживаем его во внешнем мире.

То, что мы переживаем, может быть только «объектом», а не «субъектом».

Шри Рамакришна Парамахамса однажды определил Реальность как «Свет без его свойств».

В Веданте Самость считается Светом из-за её существенного выражения во всех живых существах как Сознание.

Когда эго закончилось, искатель вновь открывает себя как Свет Сознания, который освещает как субъект, так и его мир объектов — переживающее эго и всё поле его опытов.

Джанака из своего собственного внутреннего опыта этого трансцендентного Самости отождествляет себя с Бесконечным Сознанием и заявляет:

«Свет — моя истинная природа; я не что иное, как этот свет».

Эта «световая» природа невыразима для человеческого интеллекта, и когда это Сознание рассматривается через наши возмущающие инструменты тела, ума и интеллекта, оно визуализируется как мир объектов, эмоций и мыслей.

В кинотеатре внутри машинного отделения находится белая дуговая лампа, которая распространяется по всей площади экрана, обращённого к зрителям.

Но когда плёнка проходит перед дуговой лампой внутри машинного отделения, зрители наблюдают мир имён и форм и их движения, раскрывая тему истории.

Таким же образом Сознание внутри рассматривает Сознание, которое является субстратом всей вселенной, через наши инструменты, и, следовательно, воспринимается картина мира.

Короче говоря, вселенная есть не что иное, как проекция Лучезарной Самости. Мы неодолимо вспоминаем подобное утверждение в «Бхагавад-Гите» (XIII-33):

«Как одно солнце освещает весь мир, так и Господь Поля (Параматман) освещает всё поле, о Бхарата».

Упанишадические Риши также настаивают, что всё, что существует, сияет и радуется, — всё это многообразные выражения Единого, Существование-Знание-Блаженство: Саччидананда-Реальность.

Осознание вселенной само по себе есть игра Осознания.

Иллюзия не может затронуть субстрат. Они кажутся существующими только тогда, когда субстрат не воспринимается непосредственно. С восприятием Реальности ошибочные восприятия прекращают быть.

Как серебристое сияние в морской раковине, или видение змеи на верёвке, или миражные воды, так и вселенная, по-видимому, воспринимается на Мне, Самости.

В моём неведении природы Самости я воображаю и проецирую вселенную, и с открытием Самости — с Реализацией, что я есть Самость, — все иллюзии заканчиваются.

Когда призрак появляется или когда призрак исчезает, нельзя сказать, что иллюзорный призрак достиг столба из какой-то далёкой определённой точки в пространстве, или что призрак ушёл в какое-то место в пространстве.

Это заблуждение, и как таковое оно существует только в воображении наблюдателя.

Фактически, видение призрака, которое, по-видимому, возникло в столбе, должно рассматриваться как растворившееся обратно в тот же самый столб.

*

Абсолютная Самость не знает разрушения. Она служит субстратом, на котором Творец и творение приходят, играют и исчезают.

Высшее всегда остаётся таким, как есть, — незатронутое иллюзорной игрой космоса на Его безмятежной тишине.

«Эта Бесконечная Самость есть Я», — такова реализация.

*

Истинное благоухание Я скрыто паутиной наших озабоченностей — голодом наслаждения не-Атманом.

Это как пыльная паутина на окне, которая заслоняет красоту за окном.

Мирские васаны — непреодолимые побуждения низшего: тела, ума и интеллекта, прошлого, настоящего и будущего и объектов внешнего мира — затуманивают высшие устремления в нас.

Только постоянной медитацией на Я можно удалить эту паутину.

Изучение писаний, практика медитации, искренняя преданность Господу и бескорыстная самоотверженная деятельность в мире — всё это принесёт религию и духовность в каждую минуту нашей жизни.

Когда васаны удалены, Я проявляется сам собой. Атман ясно воспринимается Своим собственным сиянием.

Наши вневременные проекции могут быть в конечном счёте удалены и чистый бесконечный Я во всей своей святости может быть вновь обретён как сущностная природа каждого из нас.

Не отождествляясь с телом, умом и интеллектом, будем неуклонно созерцать Я как свою собственную божественную, бесконечную природу.

Йогин, который соединил свой ум с этой высшей идеальной целью, обретает власть над своим умом.

Только он может уничтожить свой ум.

Уничтожение ума невозможно,
пока все васаны в нём не истощены.

Без уничтожения причины следствие не может прекратиться.

Когда ум становится спокойным, тогда в результате наших искренних и повторных попыток в медитации все существующие васаны прожариваются в огне созерцания.

Хотя они и производят впечатление, что всё ещё здесь, они уже никогда не смогут прорасти в желания, мысли и действия.

Положи конец своим заблуждениям,
что ты — тело, ум и интеллект; практикуй прилежно.

Устрани свои наложения и испытай сущностное Я, которое стоит за всеми слоями твоей личности.

*

Вновь обретя Божественное Состояние Самости во Мне, я осознал, что все движения были во Мне и что «Я никуда не иду и ниоткуда не прихожу».

Мои органы чувств, ум и интеллект могут ходить и приходить в разные точки пространства и времени, и это явление движения было очень знакомо мне на протяжении всего моего существования как ограниченной Самости.

Я всегда пребываю в своей собственной Бесконечной Природе, пронизывая и проникая всю вселенную возмущений — которые происходят в одной незначительной части Меня!!!

Эффективность и компетентность, которые мы видим среди живых существ, — всё это выражения Жизни, оживотворяющей существа.

Это чудесная способность Бесконечной Самости поддерживать эту иллюзорную вселенную динамических возможностей, и при этом нет никакого фактического контакта между нереальным миром и реальной Самостью.

Эта «безотносительная связь» — единственная связь между реальным и нереальным, между истинным и ложным.

Столб поддерживает призрака; и всё же столб никогда не касается призрака!

Сновидец страдает, борется, терпит и плачет в своих печалях и трагедиях; и всё же Я, бодрствующий, не затронут трагедиями сновидца во мне.

Когда мы размышляем над этими уникальными отношениями, наше благоговение перед Самостью возрастает.

Инструменты опыта проецируют свои поля опытов и создают для себя мир радости и печали, успеха и неудачи, рождения и смерти; и посреди всего этого, незатронутая ими, стоит Самость.

Эта Самость есть Я; игра мира черпает своё существование из Меня, Самости. Воистину, Я — наиболее достойный поклонения, наиболее почитаемый фактор в существовании.

Самость — субстрат, и как таковая она может заявить, что всё во вселенной принадлежит Ей.

Или она может в Своём совершенном понимании иллюзорности мира множественности осознать, что ничто не принадлежит Ей.

Отождествляясь с этой Самостью, человек-реализации в Царственном святом заявляет на языке приятного парадокса: «Всё принадлежит Мне, или у Меня нет ничего».

Васаны каждого человека делятся на три категории: тамас, раджас и саттва.

Когда эти васаны полностью истощены, божественное Я внутри нас сияет ярко — для нашего непосредственного опыта.

Как избавиться от этих васан?

Тамасические васаны можно удалить, развивая раджасические и саттвические.

Раджасические можно прекратить, заменяя их саттвическими.

Когда ум становится чище, саттвические васаны тоже истощаются.

Тамасические васаны — побуждения вожделения и покоя, лени и сонливости — типичные движущие силы большинства из нас.

Нет беспокойства что-либо делать. Летаргия, сон и так далее — признаки тамасических васан.

Эти низкие, деградационные васаны удаляются внушением человеку всё большего числа раджасических васан.

Раджас — это активность и динамизм. Внушая тамасическому человеку всё больше и больше желаний, его делают активным.

Он действует энергично, чтобы больше заработать и обильнее наслаждаться.

Такой человек будет постоянно действовать ради эгоистических целей, потому что им движут низкие желания дешёвых и расточительных чувственных удовольствий.

Когда он так начал работать с утра до вечера, истощая себя, только ради возможности расслабиться с вечера до полуночи, чтобы основательно насладиться чувственной жизнью, — приходит время, когда он начинает чувствовать пустоту жизни.

Он чувствует: «Деньги у меня есть. Хорошая жена у меня есть. Всё у меня есть. Но какая польза? Нет покоя ума».

Так, работая в огромном темпе и достигнув этого состояния неудовлетворённости, он может обуздать, направить и в конце превзойти свои раджасические васаны, внушая себе всё больше и больше саттвических васан.

Советуй ему:

«Брат, продолжай работать в том же темпе. Работать ты должен. Другого пути нет. Через работу мы запутались, и через одну лишь работу мы можем распутаться.

Но не желай плодов своих действий. Желание плодов запутывает нас, а бескорыстная, преданная деятельность распутывает нашу личность».

Так его нужно вести от эгоистических, чувственных действий в поле бескорыстной, преданной деятельности.

Бескорыстная преданность приходит только как результат преданности высшему алтарю — Господу или Гуру.

В таком вдохновлённом духе преданности искренне и любовно работай в том же радостном темпе.

Вместо того чтобы работать под бичом своего надменного эго, начни действовать, вдохновлённый принятым идеалом и верой в него.

Когда человек начинает работать без эго и эгоцентрических желаний, существующие васаны истощаются, а новые не создаются.

Когда раджасические васаны очищены, в такой личности останутся одни саттвические васаны.

Преданность Господу, стремление к осознанию и так далее обретут новый импульс.

Но саттвическая васана — тоже васана. Оковы из золота тоже связывают. Как их удалить? Лучший метод — неуклонно усиливать саттвические васаны.

Когда саттвические васаны растут, твоя преданность идеалу становится всё больше; ты уже не удовлетворяешься простым поклонением Ему.

Ты хочешь испытать Его.
Чем больше ты пытаешься испытать Его умом и интеллектом, тем спокойнее становится твой ум.

Чем спокойнее ум, тем меньше волнений, а это означает большую чистоту внутреннего инструмента.

Когда ум становится абсолютно чистым, саттвические васаны тоже истощаются, и в конце концов он полностью превосходит саттву.

Когда человек вышел за пределы саттвы — это благоприятный момент его непосредственного опыта Я внутри.

Поэтому «увеличивай саттву», — говорит Шанкара, советуя тем, кто страдает под ударами раджасических васан.

Развивай саттвическую природу и полностью откажись от своих наложений.

В относительном поле множественности каждый опыт возникает из-за игры трёх факторов — переживающего, переживаемого и переживания.

Без этих трёх сущностей — «Я, познающий», «вещь познанная» и «знание вещи» — никакое восприятие невозможно ни на одном из инструментов опыта.

Когда эго, «переживающий», превосходится, чтобы стать Чистой Самостью, в Бесконечной протяжённости Чистого Сознания больше нет игры этой триады.

В Незапятнанной Самости эти тройственные категории существуют из-за «неведения» природы Самости.

Они — иллюзии ума, когда истинное знание не освещает его. Когда искатель осознаёт «Я — Незапятнанная Самость», заблуждения откатываются.

Когда мы видим сон, сон поддерживается игрой сновидца, мира объектов сна и опытов сна.

Когда сновидец пробуждается, тройственные факторы, поддерживавшие сон, сливаются обратно, чтобы стать одним умом бодрствующего.

Бодрствующий ум проецирует себя как сновидца, как его мир объектов и как знание его собственных опытов, радостных или печальных, приятных или ужасных, отвратительных или мирных.

Пока эти тройственные факторы поддерживались, иллюзия сна сохранялась.

При пробуждении сон сливается в ум бодрствующего, из которого он был спроецирован.

С плоскости эго-Сознания, когда искатель пробуждается к плоскости Бого-Сознания, в живом и прямом осознании «Я — Самость», эго, его мир и его печали сливаются обратно, чтобы стать Единым, Чистым, Бесконечным Сознанием.

В «Йога-Васиштхе» (81-9) мы читаем:

«Ум мёртв, желания ушли, освобождён от клетки заблуждения, отпущен от всякого чувства эго, Просветлённый пробуждается в Это».

Это высшее состояние Единства, где видение не затуманено никаким беспокоящим фактором, провозглашается Шри Авадхутой Даттатреей в его «Авадхута Гите» (III-41):

«В Высшей Бесконечности Самости
Нет медитирующего —
Воистину, в твоём сердце нет Сама̄дхи,

Нет медитации —
В твоём сердце нет пространства вовне;

Нет точки медитации —
В твоём сердце нет времени или объекта.

То Я есмь —
Блаженная Бессмертная Самость,
Ровность чувства — всегда,
Подобная небу
Неприкосновенная, Несвязанная!!»

Такие мистические области опыта находятся за пределами понимания конечного интеллекта.

Поэтому лучший комментарий к ним должен быть обнаружен через собственную глубокую медитацию.

*

Страдание, боль или печаль — все субъективно суть не что иное, как умственные состояния возмущения.

Чем больше умственных волнений, тем больше печали. Чем спокойнее ум, тем счастливее человек.

Эти возмущения вызываются восприятиями ума множественного мира, как внутри себя, так и вовне.

Все страдания происходят из восприятия двойственности.

С реализацией собственной природы как Чистого Недвойственного Сознания мир множественности будет опознан как нереальный и, следовательно, больше не сможет приносить никаких страданий Человеку-реализации.

Фактически, нет иного лекарства от этого непрерывного чувства печали и страдания на плоскости эго-Сознания.


*

Постоянно размышлять: «Я — Сознание» — и взаимодействовать с инструментами опыта, неизменно понимая, что «они — лишь иллюзорные проекции на Меня, Самость», — это и есть секрет пребывания Мной Самим в Высшем Состоянии, свободном от каких-либо умственных возмущений (Нир-викальпа).

Тело, ум и интеллект могут быть позволены смешиваться и играть среди их объектов, эмоций и мыслей.

Пока духовное понимание устойчиво, внешний мир никогда не сможет проникнуть в святилище нашей личности, чтобы создать даже рябь возмущения в нашем уме.

Это тело есть то, что оно есть, из-за своей прарабдхи. Из-за своих васан ты взял это тело.

Сегодня тело движется, каждую минуту выражая свои могущественные васаны.

Тело отпадёт, как только васаны истощатся.

До тех пор оно будет продолжать существовать — с едой или без еды.

О нём позаботится его собственная прарабдха.

Если моё тело не получает еды, я становлюсь тревожным.

Однако когда это тело родилось, оно родилось, не советуясь со мной.

Тот могущественный закон, по которому оно родилось, будет поддерживать его для той цели, для которой оно родилось.

Если оно отпадёт — неважно, пусть уходит. Понимая это хорошо, укрепи свой ум и защити его от всех таких волнений.

Собери мужество. Приди к различению через разумное отражение. Приложи истинное усилие.

С незаметным усердием, с невидимым напряжением, с тайным усилием удали заблуждение внутри себя.

*

Начинающие ученики Веданты, которые живут в остром осознании своих несовершенств и остро чувствительны к своей рабской зависимости от непрестанных требований своих инструментов, слышат о том, как они могут реализовать свою свободу от всякого рабства.

Когда ученик через медитацию пробуждается к Реальности, в Состоянии Чистого Сознания нет смысла в термине «свобода»; ибо Самость вечно свободна.

Во сне я могу переживать, что страдал в заключении в тюрьме. Пробудившись, могу ли я поздравить себя с тем, что был освобождён?

Таким же образом, реализовав Самость, Джанака заявляет: «У меня нет ни рабства, ни свободы».

Иллюзорное эго перестало функционировать в его сердце, потому что чувство эго происходит из неведения Самости.

Как может «неведение» продолжаться, когда «мудрость» Самости воссияла?

Сон прошлой ночи, несомненно, разыгрался во мне, но я, бодрствующий, не затронут опытами моего сна.

Таким же образом Джанака здесь заявляет, что вселенная, «хотя и пребывает во Мне, в действительности не существует во Мне».

С относительной точки зрения, когда человек мудрости выбирает смотреть через своё тело, ум и интеллект, мир объектов, эмоций и мыслей существует для его опытов; но он всегда пребывает в Самости.

Когда Человек мудрости находится в своей собственной Чистой Самости, с абсолютной точки зрения, нет ни инструментов опытов, ни полей опытов.

Пробудившись к высшей плоскости Сознания, Джанака осознаёт своё Единство с Бесконечной Самостью (ш́уддха-чин-ма̄трах̣).

Человек, когда просыпается, не только понимает, что он «бодрствующий», но это знание в нём включает полное отвержение его иллюзорного сна.

Подобно этому, в реализации «Я — Самость» уничтожение иллюзорного эго и его мира присуще и включено.

Когда, таким образом, человек осознал в своём знании верёвки полное несуществование иллюзорной змеи, как может он после этого воображать порочные клыки смертоносной змеи, преследующей его?

Все воображения возможны только тогда, когда иллюзорная змея последовательно воспринимается.

Подобно этому, когда мы воспринимаем мир, бесконечный сон воображения может непрерывно поддерживать опыт страдающего мира бурных вожделений и вздымающихся страстей.

Джанака здесь восклицает в своей новообретённой мудрости и своём духовном пробуждении: «На чём могут стоять воображения?»

Человек реализации может только действовать — он никогда не будет обнаружен реагирующим.

*

Грубое, тонкое и причинное тела —
все являются примерами наших воображений.

Они, в свою очередь, питают воображения их индивидуального мира опытов и объектов.

Кристаллизованная совокупность всего этого есть причудливая структура жалкого «эго».

Ни одно из них не может выжить в том, кто стал Чистой Самостью.

В относительном поле человеческий ум-и-интеллект в терминах радостей и печалей воображает состояния совершенных радостей, существующих в раю, или невозможных печалей ада;

он воображает, что связан инструментами, и стремится освободиться от них непрерывным усилием;

посреди всего этого он оказывается задушенным тревогой о будущем, задушенным страхами и раздавленным другими эмоциями, рождёнными из его чувства страха.

Для всех этих воображений нет повода в сердце того, кто наслаждается Бесконечным Блаженством Высшей Самости.

Поэтому реализованный Святой в Джанаке восклицает: "Какая цель у меня со всеми этими дуновениями воображения?"

Ни один из этих фантастических факторов не может преследовать и беспокоить его, кто достиг Состояния Самости. Он всегда в покое, пребывая в Своей собственной Истинной Природе.

Сила «неведения» такова, что даже в истинном искателе привязанность к своему телу сильна.

Мы можем развить полную непривязанность ко всем удовольствиям и объектам этого мира или миров, которые мы могли бы посетить после смерти.

Мы можем развить высокий различающий интеллект, чтобы отличать Реальное от нереального, Неизменное от изменчивого.

Мы можем поддерживать в себе горячее стремление освободить себя от наших цепких запутанностей с нашим телом, умом и интеллектом.

И всё же на высших подъёмах медитации ученик выбивается из своего внутреннего равновесия лишь из-за своего страха потерять свою последнюю задержавшуюся хватку привязанности к своему чувству индивидуальности!

Этот врождённый психологический комплекс страха — одно из самых трудных препятствий, которое нужно преодолеть на пути к Самореализации.

Любовь к телу естественна для каждого индивидуума, и именно из этой любви «эго» собирает все свои тревоги, чтобы снабжать тело бесконечными разновидностями чувственных удовольствий.

Эти желания и вожделения укрепляют сознание тела. «Эго» становится откормленным!

*

Я — не джива, то есть не комплекс тела, ума и интеллекта. Я не ограничен и не обусловлен телом, умом и интеллектом.

Я — высший Брахман, без каких-либо запутанностей с телом, умом и интеллектом и без их ограничений.

Всепроникающая и вечная Реальность — это «Я». Пусть такие мысли всегда будут в твоём уме как приглушённая, но ясная фоновая музыка.

С такими позитивными мыслями можно устранить негативные идеи, собранные потоком васан.

Эти негативные мысли — «Я ограничен.
Я — тело, ум, интеллект» и так далее — были с нами из-за проявлений васан в нашем сердце.

Их нужно заменить позитивными васанами, а заблуждения должны быть полностью устранены.

«Полностью откажись от всех своих наложений».

Приди к постижению Атмана Я в тебе как Я повсюду, слушая писания, размышляя над идеями через разумную аргументацию и приходя к переживанию Его через созерцание.

Во время практики, когда бы эго и эгоцентрические низости — вожделение, жадность, гнев и страсть — ни появлялись, хотя бы и немного, немедленно их уничтожай.

Ум снова и снова будет устремляться к объектам чувств, поскольку миллионы жизней мы утверждались и жили на уровне эго.

Необходимо оберегать ум от того, чтобы он снова не устремлялся на охоту за чувственными удовольствиями.

Продолжай этот тройной путь духовной жизни и положи конец всем своим заблуждениям.

Не вопрос, сколько ты изучил; важно, насколько ты продвинулся.

Даже в обычной жизни мы обнаруживаем, что человек размышления, серьёзный мыслитель, обычно недоступен для мелких рефлексов.

Когда приближаются экзамены, студенты очень заняты учёбой — никаких кино, никаких пикников, они усиленно учатся.

Когда ум серьёзно захвачен какой-либо идеей, он поглощён ею.

Рассеянность великих учёных и художников объясняется их преданностью теме их глубокого созерцания и поиска.

Всегда созерцая единый идеал, действуй в мире. Вовлекайся, будь обручён с темой Брахмана, высшего Я, и полностью откажись от всех своих наложений.

Человек мудрости утверждён в Бесконечной Самости, и как таковой он не взволнован событиями вокруг него — будь он угощаем и пируем или преследуем и мучим миром — он встречает свой опыт от момента к моменту в спонтанности своего тихого осознания.

Человек мудрости действует; он никогда не реагирует.

Эта способность сохранять своё внутреннее равновесие обретается благодаря его непрерывному опыту Высшей плоскости Сознания.

Это считается верным критерием для Человека реализации.

Жизнеописания всех святых и мудрецов мира выявляют эту общую выдающуюся черту во всех них: их способность сохранять невозмутимое умственное спокойствие в них, несмотря на самые беспокоящие окружения вокруг них.

Их идентичность — с Самостью «одной» (Кевалам), в её Абсолютной Всепроникающей природе.

Отсюда их устойчивый внутренний мир, всегда, при всех условиях — пусть их громогласно поздравляют или злобно осуждают.

Как Чистая Самость, он есть Осознание не только за восприятиями, эмоциями и мыслями, но и за самими инструментами тела, ума и интеллекта.

Он всегда стоит как «свидетель» себя, субъекта и его мира опытов.

Эту установку можно продемонстрировать, только если ученик может вообразить уникальное состояние, в котором, пока его сон продолжается, ему случится сохранить своё бодрствующее сознание!

Как бодрствующий он знает, что он видит сон, и с этого высшего состояния Сознания он мог бы «свидетельствовать» сновидца в нём, видящего свой собственный мир сна, проецируемый его собственными воображениями!!

Если вышеуказанное уникальное состояние можно было бы даже интеллектуально постичь, ученики Веданты могут получить по крайней мере смутное представление о видении мира, как он воспринимается Человеком Духовной Мудрости из его полностью пробуждённого внутреннего Состояния Абсолютного Блаженства.

Как для такого Мудреца мирская похвала или шумная критика болтающей толпы может когда-либо принести какое-либо беспокойство, чтобы потревожить его безмятежное сердце?

Человек мудрости в своём новопробуждённом внутреннем Сознании осознаёт вселенную как иллюзию, проецируемую его собственным умом, и, естественно, этот саморазрушительный «пыл жить» полностью потерян для него.

Чарующие внешние объекты одни приносят все бури, которые нарушают умственное спокойствие и интеллектуальное равновесие в человеке.

Человек, укреплённый этой великой Мудростью Самости, становится невосприимчивым ко всем таким мирским волнениям.

Даже приближающаяся смерть не может иметь для него страха!

Смерть — это только конец тела, уничтожение преходящего; святой осознал, что он есть Бессмертная, Непреходящая Самость.

Следовательно, он не устрашён даже приближающимся вызовом смерти.

Человек реализации, чей ум спокоен и безмятежен даже посреди великого разочарования в жизни, — уникальный феномен.

Тот, кто пробудился к Высшей плоскости Сознания, для него, с его высоты, иллюзорный мир объектов уже снят.

Только индивидуализированное эго, воспринимающее мир множественности через свой интеллект, оценивает каждый объект как приятный или неприятный; и на основе этого отвергает или принимает доступное поле перед ним.

Все эти процессы возможны только при допущении, что воспринимаемый мир реален.

Человек мудрости также видит мир объектов, но это видение объектов отчётливо отличается от способов мирского человека.

Мы рассматриваем сцены вокруг нас через сеть наших собственных ва̄сан, и поэтому мы не можем удержаться от нашей утилитарной точки зрения!

Человек совершенства воспринимает мир, не отвергая и не принимая его, и фактически он видит вещи такими, какие они есть, а не так, как они истолкованы его собственными ва̄санами.

Осознав морскую раковину такой, какая она есть, кто снизойдёт, чтобы поднять её, хотя она может продолжать сиять как кусок серебра?

В «Махопанишаде» (VI-13,14) мы находим подобное чувство, выраженное в лирическом стихе:

«В Вечном Однородном Брахмане, который есть субстрат, иллюзия, созданная воображением, не может иметь существования.

Он остаётся тем же, что и прежде, — здесь и там тот же. Да будешь ты поэтому всегда спокойным и безмятежным».

Тонкие импульсы и настояния, обитающие в глубине личности человека, которые в конечном счёте определяют эмоциональный и интеллектуальный профиль этого индивидуума, называются ва̄санами.

Эти тонкие впечатления окрашивают наше видение мира вокруг и вынуждают нас делить воспринимаемую область на две категории: благоприятную и неблагоприятную.

После этого индивидуум начинает свой полёт прочь от неблагоприятного в поисках и преследовании благоприятных объектов.

В этой сделке ум подвергается насилию, швыряется туда-сюда и разбивается парами противоположностей: радостью и печалью, успехом и неудачей, жарой и холодом и тысячей других таких разновидностей.

Человек Совершенства — это тот, кто победил все свои ва̄саны и поэтому больше не попадает под тиранию своего ума и его врождённых шалостей.

Дегипнотизировавшись таким образом от очарований объектов чувств, он живёт, черпая своё удовлетворение и осуществление из Самости, и поэтому любой объект опыта, который достигает его случайно, будь он хорошим или плохим, не может вызвать в нём ни великого удовольствия, ни ужасной боли.

Ни один объект мира, обретённый, не может добавить к его Абсолютному Блаженству, ни потеря каких-либо объектов не может уменьшить его Бесконечное Блаженство.

Человек мудрости всегда укоренён в Бесконечном Блаженстве, которое есть природа его собственной Самости. Он живёт в мире, но он никогда не от мира.

Тот, кто реализовал Самость-в-себе как Самость везде, понимает вселенную как Себя, а Себя как Господа-вселенной.

Он живёт в совершенной свободе, бесстрашный и вечно-блаженный.

Такую великолепную душу никогда нельзя сравнить с невежественными индивидуумами, которые живут на поверхности мира, влача себя через жизнь, как жалкие вьючные животные — каждый печальная жертва своих страстей и запретов, безжалостно задавленный грузом своих страхов и страданий!

Вся вселенная есть не что иное, как твоя собственная сущностная форма; ты не отделён от неё.

Индивидуум не построен как швейная машина или магнитофон!

Индивидуум не может возникнуть путём сборки его частей: приварив голову к туловищу, соединив мозг с сердцем, вкрутив печень и т. д.

Голова, мозг, сердце, печень — разные имена, но не отдельные «события».

Аналогично, индивидуум отделён от вселенной только по имени.

Фактически ты не только существенная часть вселенной, но ты само бытие вселенной — так же как сердце или печень не часть тебя, а существенный аспект целого.

Когда это единство со вселенной не реализовано, ты обманут своим собственным именем!

Поэтому Риши описывали эту галлюцинацию, называемую Джагат, как связку имён и форм.

Все страхи возникают из ужасного чувства отчуждения от мира; при реализации, что ты есть Бесконечная Самость, больше нет никакого чувства отчуждения.

Реализовать, что «Я — Самость», значит сразу признать, что общество и мир суть расширения моего собственного ума и тела.

Пространство не загрязняется вещами, существующими в нём, ни движениями и деятельностью, происходящими там.

Объекты-удовольствия вокруг и деятельность тела среди них никоим образом не могут затронуть Чистую Самость, с которой Человек реализации обнаружил свою полную идентичность.

Более тонкое не обусловливается более грубым.

Поведение Человека совершенства во внешнем мире на уровне его тела не следует сравнивать с поведением обычных людей, которые влачат себя через жизнь как вьючные животные, неся грузы своих ва̄сан, задыхаясь от истощения, желая пастись на чувственных удовольствиях тут и там вдоль своего уздечного пути.

Тот, чья идентичность твёрдо утверждена в Высшем-Сознании, он своим телом, умом и интеллектом только «играет игру жизни».

Играть естественно для ребёнка, и если вы спросите детей за игрой, почему они играют, они теряются, как ответить на такой смехотворный вопрос.

Игра (лӣла̄) не может больше быть игрой, если в неё играют с целью — чтобы получить прибыль.

Спорт есть естественное извержение своей врождённой энергии — свободное и спонтанное.

Игра сама по себе есть своё собственное осуществление.

Именно в этом духе Человек совершенства существует во всех полях своих усилий, внешне функционируя как любой другой человек в мире.

Различие между мирским человеком страстей и Богочеловеком внутреннего мира не в типе действий, которые они совершают, а в сознательном понимании, с которым они входят в свои поля действий.

Праздные толпы неинтеллигентных зрителей обычно не достаточно тонки в своих восприятиях, чтобы распознать это значительное различие между эгоистичным человеком неведения и самоотверженным Человеком Мудрости.

Короче говоря, его действия не следует измерять той же меркой, которая применяется при измерении размера мирских существ.

Та же идея провозглашается в «Аннапурна-упанишаде» (I-57):

«Человек, который полностью освободился от своих внутренних привязанностей, чьи мысли всегда чисты и сладостны, такой человек, предпринимает ли он действие или нет, никогда и ни при каких обстоятельствах не может иметь в своём сердце чувства делателя или наслаждающегося».

Счастье и блаженство, переживаемые Человеком совершенства, — от Блаженной Самости.

Именно это Состояние Совершенного Счастья ищут боги и их царь Индра в тонких чувственных полях небес!

Они чувствуют себя разочарованными и обманутыми из-за присущих несовершенств в неполноте даже небесных объектов чувств.

В этом состоянии Абсолютного Блаженства также Человек Мудрости не может рассматриваться как полностью восторженный, потому что это его собственная природа, и нет субъекта, чтобы переживать этот Источник Всего-Блаженства.

Пыль, дым, облака и т. д. висят в пространстве, и всё же из-за своей большей тонкости оно не загрязняется существованием этих вещей.

Таким же образом добродетель и порок не могут затронуть того, кто понял Самость и пришёл к отождествлению с этим Всепроникающим Сознанием.

Добродетель и порок — это отрицательные и положительные ва̄саны, которые создают здоровые и нездоровые токи мыслей — которые снова становятся самой движущей силой всех хороших и плохих действий.

Человек мудрости — это тот, кто отстранился от всех материальных инструментов и как таковой всегда за пределами даже ва̄сан.

Даже Веды не смеют предписывать «делай» и «не делай» Человеку реализации.

Фактически, ведические предписания являются записями наблюдаемых моделей поведения и установок Людей реализации.

Свобода была предоставлена Человеку совершенства писаниями только потому, что в трансцендентности его эго полностью закончилось и, следовательно, он стал неспособен действовать неправильно или когда-либо мыслить порочно!

Так же как великий музыкант не может ошибиться в своём темпе и тоне — так же как великая танцовщица никогда не может ошибиться в своих шагах — так и Человек совершенства не может сойти с праведного пути.

Его действия могут быть непоняты его поколением; как могут вьючные животные, задыхающиеся от своих инстинктивных действий, понять гармонию и ритм в сердце Совершенного?

В «Махабхарате» (Ш́ука̄ш́такам) сам Шукадева говорит:

«Тот, в ком всякое чувство различий закончилось; понятия добродетели и порока сгнили; Майя и её заблуждения сняты; все сомнения прекратились; Тот, кто живёт за пределами слов; без трёх качеств, пробуждённый к Реальности — вовеки впоследствии движущийся по Пути Без-эго — кто может предписать ему, что он должен делать и чего не должен?»

*

Согласно Упанишадам, общий мир существ, обитающих на поверхности этого земного шара, делится на четыре типа:

1. Джара̄юджа или Гарбхаджа: те, кто рождается из чрева;
2. Ан̣д̣аджа: те, кто рождается из яиц;
3. Сведаджа: те, кто рождается из тёплого пара или пота;
4. Удбхиджа: те, кто рождается из семян или прорастает.

Все они вместе указывают на весь мир существ, существующих здесь среди нас.

Короче говоря, во всём космосе созданных существ только Человек Самореализации — единственное существо, которое имеет в себе уникальную способность отречься от всех своих желаний и антипатий.

Эти два чувства представляют всю деятельность ума.

Человек совершенства один — тот, кто вышел за пределы своего ума, и отсюда эта уникальность в нём.

В нём нет эго, и поэтому он не реагирует на внешний мир в терминах симпатий и антипатий или в терминах желаний и антипатий.

Наши умы окрашены нашими восприятиями и поэтому, нагруженные своими собственными ва̄санами, они проводят свои дни в самосозданных рабствах.

Освобождённый — это тот, кто отрёкся от мира восприятий — означающее, кто поднялся над своим умом и воспринял Самость.

Это бремя мантры в «Махопанишаде» (VI-35):

«Если ты зависишь от мира восприятий, тогда твой ум «связан»; если твой ум полностью отрёкся от мира восприятий, тогда твой ум «освобождён»».

Он реализовал себя не только как Единую Бесконечную Самость, но и как Управителя, Правителя, Контролёра, Господа Вселенной имён-и-форм.

Такой индивидуум «делает то, что приходит ему в голову» — означающее, что он бесстрашно предпринимает делать то, что считает достойным делать.

Ничто низкое и подлое никогда не может прийти, чтобы беспокоить его мысли.

Всегда отождествлённый с Бесконечным, его вдохновенная грудь переполняется всегда его божественно блестящими и сладостными мыслями для блага и славы мира.

Он всегда уверен, что его действия — выражения божественных благословений, передаваемых сообществу через его инструменты.

В прямом опыте Трансцендентной Самости растворить воспринимающие инструменты и воспринимаемый мир опытов — таков смысл термина Лайя, растворение.

Это нужно достичь в разных стадиях, так как невозможно никому достичь этого одним внезапным прыжком.

Техника «Лайи» начинается с окончания сознания тела, и затем шаг за шагом она в конечном счёте приводит искателя к опыту Абсолютного Одиночества Божественной Самости (Кайвалья).

Созерцать Высшую Самость с такой интенсивностью и последовательностью, чтобы у ума не было места принимать мысли о теле или объектах чувств, — это состояние «полного растворения».

Непрерывное и постоянное памятование Бога — одна из простейших практик для окончательного достижения этого состояния «полного растворения» (Лайя).

Как Бесконечная Самость, сам «Субстрат» для всего иллюзорного мира, наложенного на Тебя, что есть в Тебе, Чистой Самости, от чего можно отречься?

У тебя нет контакта ни с чем.

Столб не затронут призраком; от чего может отречься столб?

Комплекс тела, обычно обозначаемый в ведантическом писании термином «Сан̇гха̄та», состоит из органов чувств, ума, интеллекта и эго.

Хотя в Чистой Самости нет ничего, кроме Неё Самой, мы обнаружили, как при невосприятии Самости такие ошибочные восприятия мощно вздымаются.

В этот момент мы живём, отождествляясь с ними, и действуем и живём, как будто мы есть не что иное, как комплекс тела в нас.

В непрерывном уверенном самоутверждении «Я — Бесконечная Самость» растворить материальный агрегат вокруг нас — значит положить конец эго.

«Таким образом войди в Лайю — состояние растворения».

Мы вспоминаем подобное утверждение в «Аннапурна-упанишаде» (IV-68,69):

«То, что не имеет ни начала, ни конца, не может иметь причины для себя. В нём раствори (Лайя) свой ум-интеллект и оставайся вечно невозмутимым. Такой индивидуум никогда не должен будет вернуться в страдание и боль».

Так же как пузыри, поднимающиеся из моря, все есть не что иное, как воды моря, и они поднимаются в разных формах, существуют и играют некоторое время, а затем исчезают, становясь в конце концов не чем иным, как водами моря, так и вселенные возникают из Самости.

Последовательно созерцая так, успокой требования и волнения, страсти и беспокойство инструментов.

В приглушённой тишине такой глубокой медитации тогда может быть воспринято невозмутимое Сознание в Его Великой Грандиозной Бесконечности.

«Таким образом войди в Лайю — состояние растворения».

Искатель должен растворить свой ум и его вызванные желаниями бури внутри.

Утверждение «Я — Бесконечная Самость» — смелое, и только героический сердцем, защищённый своим глубоким пониманием текстов писаний, может предпринять этот величественный путь ведантической медитации.

Подразумеваемое в утверждении «Я — Самость» объявлено в стихе в «Йога-Васиштхе» (гл. 121-8):

«Мало-помалу пусть он достигает спокойствия интеллектом, удерживаемым в твёрдости; установив ум в Самости, пусть он не думает ни о чём».

Обычно, когда мы воспринимаем вещь, мы принимаем как должное, что вещь существует, но есть примеры, когда восприятие не является гарантией действительного существования воспринимаемой вещи.

«Змея в верёвке», «серебро в морской раковине», «призрак в столбе» — всё это иллюзии.

Хотя вселенная и проявляется, и доступна для нашего прямого восприятия в моменты самораскрытия, на Высшей плоскости Сознания она вообще не имеет существования.

Таким образом, познав вселенную как чистую иллюзию, наложенную на Самость, отринь вселенную имён и форм и, таким образом, «войди в Лайю — состояние растворения».

Это третья стадия в Лайе, где вселенная отрицается и растворяется в Сознании медитирующего.

«Аннапурна-упанишада» (I-33) восхваляет эту технику и говорит, что:

«Тот, кто осуществил это растворение, всегда в одиночестве Бесконечного; даже в многолюдном городе его одиночество не нарушается».

Гаудапада в своей «Карике» также рекомендует практику Лайи через полное отвлечение ума от всех объектов чувств посредством однонаправленного созерцания Самости.

В «Апарокшанубхути» Ачарья Шанкара указывает три стадии Лайи через созерцание:

1. отстранение от тела и мира;
2. отождествление с Самостью;
3. забвение даже знания Самости.

Процесс Лайи не следует понимать неправильно как путь простого отрицания.

Ни Аштавакра, ни «Бхагавад-Гита» не рекомендуют эту технику простого отрицания; это негативный путь, и он может привести ученика только в тёмную яму «не-существования» (ш́ӯнйа)

Процесс, рекомендуемый ведантическими Риши, состоит в том, чтобы вымыть эгоцентричный ум от всех его мыслей о множественном мире непрерывным потоком созерцания недвойственной Самости.

В четвёртой и последней стадии Лайи предписывается искателю процесс, посредством которого все его интеллектуальные оценки и реакции растворяются в устойчивом созерцании природы Самости.

Боль и удовольствие, надежда и разочарование, жизнь и смерть — всё это интеллектуальные оценки и его привычные понятия.

Растворить интеллект — значит положить конец его функциям.

В Самости нет ни одной из этих интеллектуальных оценок — все они суть объекты Сознания.

Выше интеллекта и, следовательно, за пределами его оценок сияет Самость, которая освещает сам интеллект.

«Таким образом войди в Лайю, состояние растворения».

Созерцать Самость как одного постоянного Свидетеля всех волнений ума и интеллекта и всех функций тела — значит осуществить полное растворение эго и мира, истолкованного эго.

Таковы четыре стадии, предписанные для осуществления полного растворения индивидуального Сознания и для слияния его с Бесконечной Самостью.

Высшая Самость часто сравнивается с космическим пространством, в котором движутся вселенные; а индивидуализированное эго-сознание — с ограниченным, незначительным глиняным горшком и пространством в нём.

С Абсолютной точки зрения Единого Однородного Высшего Сознания нет ни эго, ни воспринимаемого эго иллюзорного мира множественности.

Несомненно, это цель — высшее Состояние Реализации.


«Карика» поёт:

«Там, в Самости, которая есть окончательное осуществление действий ума, нет ни восприятия, ни самопроекции в идеи. Утверждённое в Самости, Знание, наслаждающееся в Самости, достигает состояния неизменности и однородности».

(Мандукья Карика, Адвайта Пракарана... III-38)


Тот, кто уже есть Самость, тому нечего приводить в Лайю.

«Манопанишада» (VI-63) поёт:

«Тот, кто пребывает в Трансцендентном Состоянии как Полная и Совершенная Масса-Сознания, не будучи ни взволнованным, ни удовлетворённым, больше не живёт в мире изменений».

Высшее — это опыт, невыразимый в языке. Оно за пределами наших мыслей и нашей речи. Оно есть То, благодаря чему мы осознаём наши мысли и благодаря чему мы способны облекать наши мысли в слова.

Истинное знание — это когда я осознаю, что я есть Чистое Сознание, а эго и его поля опытов — все иллюзорные воображения эго.

Согласно Упанишадам, Самореализация не означает открытие божественности искателя и признание небожественности всех других вещей во вселенной!

Пробудиться к Высшему Сознанию — значит признать не что иное, как всплеск ослепляющей Божественной Красоты во всей Её славе, распространённой вокруг на все времена.

При пробуждении ото сна весь сон должен утонуть в бодрствующем Сознании.

Эта полная трансмутация видения Человека совершенства указана в «Ишавашья-упанишаде» и повторена в «Бхагавад-Гите»:

«Тот, кто распознаёт все имена и формы как свою собственную Самость и распознаёт свою собственную Самость в каждом имени и форме, у такого индивидуума нет отвращения к жизни».


«С умом, гармонизированным Йогой, он видит Самость, пребывающую во всех существах, и все существа в Самости; он видит то же самое везде». (Б.Г. VI-29)


Сама вселенная возникает из Самости!

Как океан «волнует», Самость «вселеннит», а вселенная «людит» — если нам позволено отчеканить и использовать такие странно выглядящие, но красноречивые термины.

Короче говоря, так же как волны есть океан, мы не изолированные «эго», функционирующие внутри отдельных тел, и мир не населён массами таких отдельных сущностей.

Все они поднимаются из Океана-Самости, когда бури ума воют через Сознание.

Даже не приводя этот вздымающийся ум через созерцание к его растворению (Лайя), Бесконечная Самость, всегда мирная, из которой возник сам ум, всегда за пределами всех волнений.

За исключением его волн на поверхности, океан спокоен и безмятежен в своих неизмеримых глубинах.

Пребывай в Самости, в которой из-за желаний ума миры имён-и-форм вздымаются, как будто произведённые при взмахе волшебной палочки.

Творение и растворение вселенной — обе иллюзии неустойчивого ума.

Для Самости нет ни тревоги принять, ни труда отвергнуть ум и его воображаемые миры.

Океан Сознания всегда остаётся тем же и вздымается волнами, чтобы играть иллюзию имён-и-форм.

Человеку реализации абсурдно говорить, что он не признаёт никакого мира множественности вокруг него, или что его ум и интеллект не имеют в них потока мыслей.

Но в отличие от нас он никогда не обеспокоен смятениями внутри и вовне него, потому что он всегда пребывает в своём глубоком опыте: «Я — Бесконечная Самость».

В этом безбрежном Океане-Сознания, как волны, вселенная поднимается, играет и сливается обратно.

Мирная поверхность ясного Сознания взбивается в волны имён-и-форм нашими собственными умственными бурями.

Индивидуальный ум создаёт индивидуальные миры своих собственных симпатий и антипатий, своих радостей и печалей.

Таким образом, мой мир создаётся моим умом; и твой мир создаётся твоим умом.

Хотя мы оба живём в одной и той же вселенной — возможно, в одно и то же время и пространство — и всё же каждый из нас живёт в индивидуальном, самоистолкованном, частном мире своего собственного.

Вселенная есть общее поле, где все существующие умы могут свободно переживать свои собственные индивидуальные миры радостей и печалей.

Поэтому вся вселенная есть проекция не индивидуального ума, но она есть игра Тотального-Ума, или мы можем назвать это Универсальным-Умом.

«Умом своего собственного ума» (сва̄нта-ва̄тена) вселенная имён-и-форм движется по своему пути истории, спотыкаясь то через блестящие эпохи творческой красоты, то через тёмные века страданий и печалей.

Волнения в индивидуальной жизни и в универсальной жизни вокруг — все иллюзорные смятения, проецируемые индивидуальным умом и Универсальным умом.

Ни один мудрый человек не испытывает нетерпения ни к волнениям вокруг него, ни к ежедневным историям достижений и неудач мира его эпохи.

Этот вечно меняющийся феноменальный мир и его непрестанные изменения ни в малейшей степени не затрагивают Самость.

Мир имён-и-форм есть не что иное, как рябь на Бесконечной Самости.

«Я — Самость» — это духовный опыт, окончательная Мудрость.

Естественно, во Мне спонтанное возникновение миров или их растворение не может принести никакого беспокойства вообще — я знаю, что я есть Неизменная, Непреходящая Самость.

Из-за невосприятия Самости возникают ошибочные восприятия миров, и это «неведение» проявляется как ум.

Шанкара в «Вивекачудамани» —
стих 171 — проясняет это:

«Нет «неведения» помимо ума; ум один есть «неведение» — причина всех печалей-изменений. Когда он разрушен, всё разрушено; когда он разворачивается, всё разворачивается».

Мир имён-и-форм есть только воображение (Викалпана̄) Тотального-Ума.

Он не имеет никакого существования вообще.

Самость — Невозмутимая, Глубоко Мирная и Вечно-Бесформенная.

Объекты мира, будучи воображениями ума, не находятся в Самости, которая является субстратом воспринимаемого мира; и Самость не может находиться в иллюзорных объектах!

Естественно, Бесконечная и Незапятнанная Самость свободна от любой привязанности к чему-либо; и она не может питать никакого желания к чему-либо — ничто никогда не может остаться чем-то иным, кроме Самости:

«Одна Самость одна есть всё это», — говорит Упанишада.

Привязанность и желания — иллюзии ума. Когда эти двое превзойдены, ум также превзойдён.

Где ума нет, там нечего беспокоить Сознание, и поэтому оно всегда Безмятежно.

В этом знании одном я пребываю. В этом одном Знании, в этом одном состоянии, где всё есть Самость, я пребываю.

Если есть истинное знание Безмятежной Самости, почему же тогда этот блаженный опыт закрыт для большинства страдающего человечества?

Направленность ума вовне и, следовательно, исходящие тенденции эго характеризуют состояние рабства.

Ум и чувство эго, обращающиеся к Самости, и состояние растворения ума и повторного открытия эго своей постоянной идентичности с Самостью, составляют состояние «свободы».

Когда ум устремляется наружу, признавая мир объектов, он бешено бежит среди них, отвергая вещи, которые неблагоприятны, и преследуя вещи, которые воображаются благоприятными для его счастья.

Желая и ненавидя, принимая и отвергая; охотясь за одними вещами и будучи преследуемым другими; создавая и разрушая; любя и сражаясь — от чрева до могилы эго борется и сражается, задыхается и страдает; это рабство.

«Махопанишада» (IV-72) определяет «рабство» одним словом «мамети» — «моё», и другим единственным словом «нир-мамети», то есть не-«моё», — «свободу» следующим образом:

«Для «рабства» и «свободы» есть два слова: «нирмамети» и «мамети»; тогда как «мамети» связывает, «нирмамети» освобождает живые существа».

Как только состояние рабства предстаёт перед учеником со всей остротой, ему уже сравнительно нетрудно хотя бы приблизительно понять, что такое свобода.

Желание — это эмоция, которая поднимается, чтобы нарушить ум, когда он признаёт объект вне себя и страстно надеется, что объект его очарования может дать ему желанное удовлетворение.

Когда, обретя объект желания, он увядает в объятиях ума, печаль, которую претерпевает ум, называется горем.

Вещи, которые ум чувствует, неблагоприятны для него, он отвергает, а вещи, которые благоприятны, он принимает.

Опять же, когда мирские объекты, собранные вокруг ума, устроены в образце, соответствующем его текущей идее радости, ум чувствует себя счастливым; а когда вещи устроены в образце, противоречащем текущим идеям ума о счастье, ум восстаёт против них — и это выражается как гнев.

Жить так рабом ума и его смертельного танца — значит жить в «рабстве».

Рабское послушание индивидуума бесконечным требованиям тела, ума и интеллекта ради чувственных удовольствий среди объектов внешнего мира есть состояние рабства.

Состояние свободы не может быть достигнуто, пока ум не обнаружит источник большего блаженства в себе самом, так что в своём полном удовлетворении ум больше не соблазняется изливаться, чтобы обнять объекты чувств.

Другого выхода нет. Искатель должен научиться подниматься над своими желаниями.

Простая отстранённость от чувственных мыслей во внутреннем уме сама по себе не может оказать действительного влияния на духовных искателей.

Нужно, чтобы искатель тщательно развивал чувство отстранённости от своего внешнего мира-восприятий.

Мир объектов имеет ужасное очарование над человеческим умом.

Даже если индивидуум способен игнорировать требования своего внутреннего ума, внешние восприятия могут генерировать разрушительные чувственные бури в уме.

Жить восприимчивым к различным восприятиям есть неведение, и это принесёт рабство.

Научиться жить в отстранённости от воспринимаемого мира есть свобода.

Будь отстранённым свидетелем вещей и событий вокруг и смотри на них глазами устойчивой мудрости;

где нет «я», воспринимающего, — там состояние свободы; и где бы ни было воспринимающее — «я», выражающееся, — там состояние рабства.

Рекомендуется тройственное усилие в реализации Истинной Природы искателя (Сварупа).

Это тройное средство для Самореализации состоит из
«Безразличия» (Нирведа),
«равностности» (Самата)
и «логического рассуждения» (Юкти).

Каждое из них подкрепляется двумя другими.

Без безразличия и равностности логическое рассуждение невозможно, а безразличие не будет динамичным без умственной равностности и интеллектуального рассуждения.

Фактически, все три должны следовать целостно на уровнях тела, ума и интеллекта.

Безразличие к чарующим объектам внешнего мира — это дисциплина для тела.

Равностность, поддерживаемая недопущением того, чтобы ум танцевал в ритме своих симпатий и антипатий, — это упражнение для ума.

А научиться логически рассуждать об иллюзорной природе мира вокруг и прийти к обнаружению Вечной Самости — это тренировка для интеллекта.

Цепкая привязанность к телу и через тело к объектам чувств укрепляет эго и углубляет духовное «неведение».

Безразличие — лекарство; искатель тогда освобождается от своих уз с миром чувственных удовольствий.

Этот мир объектов чувств действительно состоит из пяти великих элементов и их модификаций. Они сами по себе совершенно не имеют ценности.

И всё же наши ложные понятия, рождённые нашими страстями, покрывают их воображаемой красотой и поддельной ценностью.

Наложив таким образом неразумные ценности на материальные объекты, человек гонится за ними и таким образом создаёт для себя болезненную Сансару и её трагические судьбы.

Развивай «Нирведу» ко всем им.
Желание не может расти там, где пришло безразличие.

Желание, воистину, есть Сансара. Безразличие — единственный путь к достижению состояния свободы.

*

Выполненные и невыполненные обязанности могут приносить беспокойство только эго в нас, которое присваивает себе «делателя».

Именно чувство «наслаждающегося» у эго испытывает тиранию пар противоположностей.

Они могут прекратиться только тогда, когда эго больше нет; иллюзорные концепции принадлежат иллюзорному и нереальному эго.

Призрак и его печали не должны затрагивать столб, так как сам призрак иллюзорен.

Эго само по себе есть проекция на Самость, и поэтому его конфликты и тревоги, печали и т. д. не могут затронуть Меня, Самость, которая есть Субстрат для всех наложений.

Какой тогда должна быть моя установка по отношению к миру объектов?

Если вы видите во мне пару рогов и хвост, какими должны быть мои отношения с моими несуществующими рогами и хвостом?

Разве это не будет выражением моего сочувствия к вам и вашим иллюзиям, если я буду сохранять установку безразличия к моим рогам и хвосту?

И, предположим, вы в своей дружбе хотели бы смазывать маслом и массировать мои рога!

Конечно, я должен позволить вам сделать это, потому что масло не может запачкать меня, а вы, мой друг, получите великое удовлетворение!!

Если эту установку можно понять, тогда вы поняли установку всех Людей Совершенства по отношению к миру объектов и существ.

Он бесстрастен и живёт всегда преданным духу отречения и отрицания всех иллюзорных воображений в Самости.

В нашем отождествлении с телом, умом и интеллектом мы задыхаемся, чтобы обрести, наслаждаться и знать.

Физическая личность в нас возбуждена своей страстью к жизни (джӣвита-эччха̄);

психологическая сущность в нас утоплена в желании наслаждаться (Бубхӯкш̣а̄);

и интеллектуальный человек в нас всегда голоден учиться и знать (Бубхутса̄).

Редок воистину тот разумный человек, который оглядывается вокруг, признаёт пустоту жизни и развивает своё безразличие к миру и его судьбам.

Большинству из нас придётся попасть в обжигающие объятия Майи и испытать её
удушающие агонии, повторно много раз, чтобы осознать, что мир объектов чувств и жизнь чувственных удовольствий не могут удовлетворить более глубокое стремление к постоянному блаженству в нас.

Короче говоря, только очищенный ум может в своём тонком восприятии обнаружить в себе сообразительность, чтобы развить безразличие к миру чувственных удовольствий, разумно наблюдая мир слёз и рыданий, который кричит во все времена, вокруг него.

Но, увы, большинство интеллектуально слепы и глухи. Они видят, но не понимают — они слышат, но не слушают того, что слышат противоречия и смятения в себе.

Безмятежность Мудреца основана на его понимании того, что мир преходящ и никогда не постоянен — он никчёмен и презренен и поэтому подлежит отбрасыванию.

Он полон печалей, изливающихся в спешке к нему из трёх постоянных источников.

Эти тройные источники печали таковы:

(а) от организма — тела, ума и интеллекта (а̄дхйа̄тмика);

(б) от разумных существ и неразумных объектов, составляющих мир вокруг него (а̄дхи-бхаутика);

и (в) от космических случайностей, таких как наводнения, землетрясения и т. д., которые мы обычно обозначаем выражением «рука Бога» (а̄дхи-дайвика).


*

Чем больше мы наслаждаемся относительной плоскостью радости и печали, тем больше нас будет швырять между парами противоположностей.

Мы не можем сказать, что они не будут затрагивать нас, когда мы станем старыми.

Возраст не может притупить, а время — смягчить суровые жестокости и острые печали пар противоположностей.

Пока мы живём, отождествляясь с умом, эго должно будет претерпевать бьющие бури радости и печали, успеха и неудачи, симпатий и антипатий и тысячи других таких пар противоположностей.

Никогда не бывает времени или возраста, когда пары противоположностей не будут затрагивать эго-сущность.

Отстранённость от ума — единственный способ отстраниться от безжалостных жестокостей пар противоположностей.

Только тот может реализовать Высший Мир и Совершенство, кто превзошёл ум и поэтому отбросил эти пары.

Он живёт довольным и счастливым с тем, что приходит к нему незваным (Йатха̄-пра̄пта-вартӣ).

В таком мирном человеке эго мертво;
он «достигает совершенства».

Не может быть никакого прекращения в чередующейся игре радости и печали.

Пары противоположностей представляют собой два полюса одного и того же фактора.

Как не может быть куска магнита только с одним южным полюсом, так и не может быть радости без печали.

Фактически, мы не можем убежать от печали, не вступив в радость; и не можем отступить от радости, не вступив в печаль. Не может быть гребня волны без его впадин.

Таким образом, двигаясь горизонтально, мы не можем избежать пар противоположностей.

Как бы далеко мы ни шли, мы не можем избежать волн океана, не так ли?

И всё же вертикально, поднимаясь на Высшую плоскость Сознания, мы можем определённо положить конец беспокойству и истощению, обеспечиваемым парами противоположностей.

Хотя Бесконечный опыт один и тот же, когда, основываясь на своём прямом опыте, различные интеллектуальные Мастера пытаются объяснить Истину и изложить методы её достижения, естественно, что должно быть столько различных точек зрения, сколько есть Мастеров.

Простые эрудированные учёные пытаются дистиллировать философию каждого Мастера; через эти интеллектуальные интерпретации рождаются различные школы.

Среди логических аргументов, выстроенных каждой школой в поддержку себя и для осуждения всех других школ, обычный ученик должен неизбежно полностью запутаться.

Это неизбежно.

Даже Шанкара в «Вивекачудамани»-62 предупреждает нас:

«Словесные аргументы — это густой лес, который заставляет ум сбиваться с пути и блуждать. Поэтому разумные искатели должны серьёзно взяться за то, чтобы реализовать освещающий Принцип Сознания — Сущностную Самость».

Когда разумный ученик внимательно читает различные точки зрения, он должен неизбежно прийти к тому же выводу, что словами и аргументами Истина никогда не может быть окончательно установлена.

Истинный ученик, поэтому, становится безразличным к интеллектуальному обучению и логической аргументации.

Они обсуждают природу Истины со своими учителями и между собой.

Есть большая разница между аргументами и обсуждениями.

Обмен неведением — это аргументы (ва̄да), обмен интеллектом — это обсуждение (вича̄ра).

Истинные искатели после некоторого количества изучения и обсуждения должны обратиться к безразличию к обучению и должны стремиться изо всех сил развивать и переживать Безмятежность Самости в себе.

*

Квалификация учителя — не его великое знание ведического содержания.

Знание писаний (ш́ротрийа̄тватма) — несомненно, дополнительная красота в духовном учителе.

Но существенная квалификация учителя — его собственное внутреннее пробуждение, достигнутое тремя средствами: безразличием, равностностью и логическим рассуждением.

Прямой опыт Самости, является наиболее действительной квалификацией учителя.


*


Элементы — это фундаментальный материал, из которого построен весь мир форм.

То, что сделано из золота, не может быть ничем иным, как золотом; аналогично, всё, что сделано из пяти элементов, не может быть ничем иным, как инертными и неразумными пятью элементами, выражающимися в определённой данной комбинации.

Принимая объекты мира как нечто реальное, наш ум приходит к тому, чтобы питать желание приобрести, обладать и наслаждаться.

Таким образом мы создаём мир борьбы, пронизанный стрессами и напряжениями.

Как только мы осознаём, что весь воспринимаемый мир есть игра инертных и неразумных элементов, немедленно возникает чувство разочарования, так как все наши симпатии и антипатии тогда мгновенно исчезнут из наших сердец.

Когда ум таким образом спокоен, в этом безмятежном сердце может быть воспринято Чистое Сознание, невозмущённое мыслями.


*

Ва̄саны — это тонкие импульсы и тенденции, находящиеся глубоко в нашей личности, которые определяют эмоциональный и интеллектуальный профиль в нас.

Их тонкое выражение — наше «желание» в нашем интеллекте.

Поэтому ва̄сана часто переводится как «желание», хотя ва̄сана по сути есть само семя, из которого желание прорастает.

Все ва̄саны, собранные в индивидууме, составляют его «Причинное тело» — то, что определяет природу и качество тонкого и грубого тел этого индивидуума.

Эти ва̄саны, переживаемые как желания, мысли и действия на интеллектуальном, умственном и телесном уровнях, сковывают эго в клетке эгоизма и приковывают его к колесу рождения и смерти.

Эти ва̄саны одни составляют мир (Ва̄сана̄ эва Сам̇са̄рах̣).

Поэтому откажись от всех «желаний». Отказ от «желаний» есть отказ от Сансары.