Свами Чинмаянанда

Этот вечно меняющийся гибнущий мир множественности является лишь проекцией на одну бесконечную Реальность.

Множественность — это искажённый образ, нарисованный умом, который превратно истолковывает Истину из-за своего непостижения этой Реальности.

Господь является самим источником и основой творения, подобно тому, как океан является единственной недвойственной реальностью, стоящей за всеми волнами.

Каждая волна по сути есть не что иное, как океанские воды. И всё же, не признавая их неопровержимого сущностного единства, если бы каждая волна эгоцентрично чувствовала себя отдельной от других волн, это самое заблуждение непременно породило бы зависть, гнев и тому подобное между ними, создавая страдания для волн.

Но даже тогда судьба маленьких волн не должна быть истолкована как судьба бездонного океана.

Ясно, что рождение волны не есть рождение океана, и океан не перестаёт существовать, когда волна исчезает.

Волна, несомненно, имеет океан своей сущностью, но волна не есть океан.

Точно так же Господь, несомненно, является самим отцом, источником и основой для всех имён и форм.

Мир множественности возникает и играет в том высшем Я, но Я никоим образом не связано и не обусловлено его судьбой и превратностями. Эта великая Реальность всегда безупречна.

Таким образом, между основой и проекциями существуют «отношения без отношений», подобно сну, который возникает во мне.

Даже когда я в панике убегаю от слона во сне, на самом деле я в безопасности в своей спальне.

Несомненно, сон возник во мне, разыгрался во мне и мучил меня, сновидящего, но при всей своей мощи дикий слон из моего сна не может пересечь границы сна, чтобы вырвать даже травинку в моём саду!

Пробуждённый и истина бодрствования всегда одни и те же, даже во время этого полёта фантазии.

Однако, пока длится сон, господин Сновидящий никогда не может понять, что он страдает лишь от проецируемых образов возбуждённого ума.

Он должен проснуться, чтобы осознать, что только пробуждённый ум истинен и что он всё это время отождествлял себя с грубым заблуждением.

Так и эта захватывающая множественность является проекцией, наложением на Всевышнего со стороны ума.

Когда ум превзойдён, одно лишь Я остаётся единственной Реальностью всего.

Это трансцендентное состояние, в которое нужно пробудиться и которое нужно пережить.

Когда эта картина ясна, то мы видим, как Господь, помимо имманентности как оживляющего присутствия в каждом, также трансцендентен.

Все следствия существуют в своей собственной материальной причине.

Он один выражается как бесконечное разнообразие имён и форм, которые мы видим снаружи.

Как бы убедительно это ни звучало, нам нелегко согласовать этот разнообразный, грубый мир смертных форм с недвойственным вечным Сознанием.

Интеллект не примет этого, и справедливо.

Все наши переживания происходят через посредство чувств, ума и интеллекта.

Пока человек живёт в эго-состоянии сознания, глядя на мир через этот посредник, может быть распознана только множественность.

Божественное Сознание, лежащее в основе всего, — это тонкое состояние, недоступное интеллекту. Для его реализации не требуется посредник. Это непосредственное переживание.

Великие Мастера, которые реализовали то высшее состояние, превзойдя интеллект, кричали с вершины той Истины, что мир есть не что иное, как «Брахман».

*

Действия без эго и эгоцентрических желаний очищают ум.

Когда человек действует с посвящением, без эго и эгоцентрических желаний, существующие васаны истощаются, а новые васаны не создаются.

Тогда ум становится спокойнее, а чем спокойнее ум, тем больше в нём созерцательности.

Так человек обретает более глубокое понимание священных писаний.

Через изучение священных писаний он сможет в конечном счёте устранить ложное тщеславие «я — деятель».

Посвящённая деятельность без эго и эгоцентрических желаний, изучение священных писаний с верой и пониманием, а также разумное устранение тщеславия, приписывающего все действия себе, приведут к полному устранению раджасической природы интеллекта.

Когда ум и интеллект очищены, Освобождение подобно плоду на ладони — остаётся только наслаждаться им.

Ум является причиной всех объектов чувств.

Поскольку объекты постоянно меняются, ум также должен постоянно меняться, чтобы становиться объектами.

Следствия суть не что иное, как причина в другой форме.

Ум не может быть Атманом, потому что Атман не является ни причиной, ни следствием чего-либо. Он есть божественная неизменная основа всех изменений.

Ум отождествляется с объектами.
То, что мы видим вокруг, есть «видящий» в другой форме.

Субъект и объекты на самом деле едины. Когда субъект проецируется через ум, он кажется множественным миром.

Но на самом деле он не имеет реальности, поскольку там, где нет субъекта, мир объектов никогда не может быть.

Через мир объектов ум смотрит на себя.

Субъективный субъект, смотрящий на объективный субъект, есть переживание мира объектов, подобно тому как ребёнок сосёт свой собственный палец и наслаждается этим.

Уберите палец — он плачет.
Уберите объект — мы плачем.

Атман не отождествляется с объектами. Он есть познающий принцип. Всё это означает, что ум не может быть Атманом.

*

Если бы нужно было объяснить племени, никогда не покидавшему своих домов в Гималайских горах, что волны возникают из океана, что бы они поняли?

Безусловно, чтобы распознать причину следствия, нужно хотя бы знать о следствии.

В таком случае, как можно объяснить причину всей вселенной уму, который не может постичь космос во всей его ошеломляющей множественности?

Зажатый в ограниченном эго, разум человека слишком мал, чтобы вместить поразительные масштабы космической тотальности.

*

Поистине знающ тот, кто понял суть писаний или Вед, ибо он понял величайшую из истин — что одна великая Реальность сама стала различными именами и формами.

Вся множественность утверждена в том высшем Сознании, делая всё настолько жизненно связанным.

Это обогащающее знание разрушает для него все барьеры касты и общины, национальности и религии, ибо он видит, что всё творение одинаково укоренено в том великом мистифицирующем присутствии, которое одинаково пульсирует во всём.

*

Молитва соединяет вещи, которые на самом деле никогда и не были разделены.

*

Смотри сюда — а не туда!
Живи сейчас — а не потом!!

*

Когда мысли становятся ядом

Если мысли нечисты, действия становятся отталкивающими для окружающих. Ты сам мучаешься и мучаешь мир вокруг. Почему? Всё из-за твоего суждения. Ты решил: «Это правильное отношение, я не должен меняться».

Но твоё поведение оказывается грубым, ты терпишь крах и становишься чужим для людей.

Это не вопрос способностей. Это не врождённый дар. Этому нельзя научиться у других. Это плод твоей собственной дисциплинированной мысли — итог мужественных встреч с жизненными трудностями, который позволяет медленно, но верно приходить к прозрению.

*

Внутренний свет и внешний взгляд

Бог всюду — вечный, неизменный.
Он пребывает в твоём сердце.
Познай Его, обратись к Нему — и Он одарит тебя благословением. Но если ты не ко Мне обращён, а взгляд твой устремлён к тьме — Я бессилен помочь.

Не то чтобы существовала двойственность. Просто ты смотришь наружу. Когда всё твоё внимание приковано к внешнему миру, как Я могу привлечь тебя к тому, что внутри? Я стою за всем, что ты видишь, но ты упорно смотришь в другую сторону.

*

Разделённое сердце

Преданность должна быть безупречной и верной. Но мы оскверняем собственный ум.

Даже стоя у алтаря, ты шепчешь: «Господь готов благословить... но Он меня обманул!» — а мысли твои уже блуждают в миру: «Дядя болен, автобус сломался, судебное дело проиграно... Ты должен помочь мне сейчас!»

Ум твой убежал. Осквернять — значит быть неверным, раздвоенным.

Преданность не терпит деления.

«Я люблю Бога, но и мир люблю» — это преданность, разорванная надвое. Вот почему ты не знаешь, как…

*

Привилегия падших

Прошлое можно обратить во благо. Но обычно мы пугаемся, и уверенность покидает нас при одном воспоминании. Каждый оглядывается назад и говорит: «Я был плох, значит, хорошим мне уже не стать».

Но если плохое не способно стать хорошим, то какой смысл в том, что хорошее остаётся хорошим? Стать добродетельным — это привилегия тех, кто познал падение.

*

Освобождение от клетки

Мысль о том, что я — всего лишь ограниченное тело, ум, разум, и что счастье и безопасность мои зависят от внешнего мира, — это глупое, эгоистичное заблуждение. Отбрось его. Прими своё истинное, бескрайнее величие.

*

Иллюзия случайности

В этом мире нет случайностей. Мы просто не способны постичь причину каждого следствия. И когда причина ускользает от нас, мы говорим: «Случайность».

Но в этом космосе нет хаоса — он устроен мудро. Ничто не происходит без причины. Всё закономерно. Всё справедливо — ровно настолько, насколько тебе суждено это пережить.

*

Твёрдость духа

Это нужно осознать глубоко. Речь не о том, чтобы покинуть всех, уйти в угол и провозгласить себя отрешённым.

Исключительная сосредоточенность на своей цели — вот что имеет значение.

У кого нет этой собранности ума, тот никогда не достигнет высот. Он становится бременем для общества — потребляет больше, чем производит, занимая место, ничего не создавая.

Будь ты математиком, учёным, художником или писателем — без постоянства не обойтись.

Иллюзорная проекция множественности на единую Реальность имеет своё начало в невежестве. Поэтому она может закончиться только тогда, когда человек пробуждается к Истине.

Деревянный столб, который уставший путник принял за призрака, не затрагивается надуманным образом, возникшим на нём.

Будучи фиктивной проекцией, призрак не имеет ни даты рождения, ни смерти, потому что он никогда не существовал.

Даже когда путник страдал от ужасов своего иллюзорного видения, призрака не существовало. Он всегда был воображаемым.

Так и пылкое и импульсивное отождествление с физической и психологической личностью, проистекающее из невежества относительно своей вечной природы, порождает эгоцентричную индивидуальность.

Этот созданный образ затем поддерживается и процветает благодаря васанам в нас. Именно так неизменный дух попадает в ловушку материи.

Поэтому субъективно это прочно укоренённое невежество может быть срублено только сильным топором непривязанности.

Чтобы уничтожить это сознание личности, прежде всего необходима перестройка наших отношений с собственным телом, умом и интеллектом.

Это подвиг, требующий от нас обуздания и отвода внимания от самих способностей, которые оживляют для нас объективный и субъективный миры.

Отрешение от этих знакомых полей, которые дают нам наши переживания, является единственным топором, способным срубить это невежество.

Помните, что то, что мы здесь требуем от ума, противоестественно для него.

Будучи долгое время экстравертным, ум естественно стремится вернуться и устроиться на своих любимых насестах привязанностей.

Мы можем легко избавиться от одной привязанности, только чтобы привязаться к другой.

Для ума естественно изливаться наружу и застревать. Поэтому, собрав внимание ума с этих рассеивающих полей, древо переживаний срубается путём безразличия к ТУИ (тело-ум-интеллект), которые предоставляют нам переживания.

После этого, с интенсивной бдительностью, которая преобладает в таком уме, требовательные притязания замолкают.

*

Подобно тому, как ребёнок, став взрослым, никогда не возвращается в детство, тот, кто обнаруживает своё тождество со своим высшим состоянием, впоследствии не соскальзывает обратно в глупое заблуждение, что он является ограниченным эго. Это пробуждение.

Поглощённый этим состоянием, он живёт как простое орудие, через которое исполняется высшая воля.

*

Никто не может ожидать, что войдёт во врата сна, неся бремя состояния бодрствования.

Волнения и тревоги этого мира должны быть отброшены из ума, чтобы уступить место сну.

Когда это достигнуто, сон, который является другим состоянием сознания, автоматически охватывает того, кто его ищет.

Так и для того, чтобы внутренний инструмент был настроен и затем устремился в божественное переживание мистических высот, определённые ошибочные представления, обременяющие ум, должны быть отброшены.

*

В неверно понятом мире с завышенными представлениями о себе человек живёт чувственной жизнью, ошибочно полагая, что объекты чувств могут дать больше радости. Поэтому их лихорадочно ищут и приобретают.

Помимо порождения привязанности к ним, это также порождает тщеславие от обладания.

Естественно, что ум остаётся поглощённым тем, что он ценит.

Как же тогда он может когда-либо пробудиться к высшему состоянию внутри и к огромным возможностям, которые оно открывает?

Не ведая о наших собственных огромных потенциях, мы просто устало плетёмся по жизни.

Поэтому, если человек может победить привязанность и устоять перед соблазнами чувственных удовольствий, он действительно будет независим от внешнего мира для своих радостей.

Однако это возможно только для тех, кто постоянно созерцает Я.

Ум, направленный к Я, наслаждается радостью и удовлетворением безмятежного созерцания.

Ясно, что блаженная природа этого безмятежного состояния несравнимо больше обещанных радостей чувственного мира. Таким образом, желания угасают.

У того, в ком желания полностью угасли, уравновешенность преобладает даже в жизненных превратностях.

Потеряв стремление обнимать, потакать и обладать вещами мира, он естественно освобождается от пар противоположностей, таких как удовольствие и боль.

*

Удовольствие и боль — это реакции ума на переживания, благоприятные или неблагоприятные для лелеемых васан.

Не нуждаясь в борьбе с голодом и капризами необузданного ума, ищущий через устойчивое созерцание переживает то изначальное состояние вечного блаженства внутри себя.

Поэтому никакое событие в мире не может принести ему даже дуновения радости или тумана печали, ибо он поднялся над обеими парами противоположностей и достиг той вечной цели, невыразимого состояния абсолютной радости.

Все задержки в духовном прогрессе возникают только из-за отсутствия этих изменений.

Когда все условия выполнены, ум становится чрезвычайно чистым, делая его последний прыжок в Реальность поистине безвозвратным.

Каждое средство передвижения имеет свою уникальную среду, в которой оно функционирует. В то время как лодка может двигаться только в воде, самолёт предназначен для воздуха и может летать.

Так и ум с интеллектом используют среду идей, мыслей и данных для прокладывания своего курса.

Непрерывное мышление о высшей Реальности называется созерцанием, которое может перенести нас из этого грубого плана осознания в более тонкие сферы Сознания.

Эта высшая Истина не может быть разъяснена простой объективной информацией. Это путь, на который можно лишь указать.

*

Привыкший к обсуждениям объективного мира, внезапно обратить внимание своего ума на себя в самоанализе было бы так же трудно, как левше подписать своё имя правой рукой.

*

Лучом Сознания оживляется Тотальный ум, лоно, из которого возник этот огромный мир поразительной множественности.

Каждое следствие является лишь модификацией своей причины, которая по существу присуща ему.

Подобно тому, как океанские воды составляют сердце и ядро каждой волны, так и каждый атом этого мира должен по существу содержать Господа, из которого он произошёл, имманентно присутствующего в нём.

Таким образом, каждое существо на самом деле является лишь грубым выражением одного Сознания.

Если поместить это в перспективу, изначальная сущность, как бы восседая на семени отца, достигает лона матери, чтобы расти и развиваться, питаясь усвоенной пищей матери.

Затем она привлекает к себе различные инструменты восприятия, а именно пять органов чувств и ум, в сочетании с которым чувства могут функционировать.

Несомненно, всё это принадлежит материи.

Однако способности зрения в глазах, обоняния в носу и так далее, включая способности чувствовать и мыслить в уме и интеллекте, являются выражениями духа, когда он пребывает в пракрити (материи) (Puruṣaḥ prakṛtisthaḥ), потому что сами по себе органы чувств инертны, пусты и бесплодны.

Опять же, ничто из этого не создаётся человеком. Они возникают по благодати Сознания, которое пульсирует как жизнь в этом воплощении.

Жизнь продолжается только с этой благодатью.

Даже в утробе и в младенчестве эго не проявляется. Однако через некоторое время, попав в заманчивый мир множественности, эго заявляет о себе, знаменуя начало всех страданий.

*

С того времени, как обусловленное «я», джива, которая воплощается по-разному, входит в тело, и пока не покидает его, чувственные способности сохраняются вместе с ментальными отпечатками.

При смерти она собирает в себе все эти способности видеть, слышать, чувствовать запах, вкус, осязание, чувствовать и мыслить, оставляя пустые органы чувств, которые не могут функционировать, потому что теперь это мёртвый труп, холодный и инертный.

Таким образом, тонкое тело навсегда покидает это грубое тело, унося их.

«Как ветер уносит ароматы с их мест (цветов)», — говорит Господь.

Так хозяин тела, который управлял и регулировал его действия, ум и интеллект, уходит с тонкими чувственными способностями, так же бесшумно и легко, как ветер уносит благоухание свежих цветов, проносясь над ними. Это тонко и неощутимо.

Подобно тому, как кто-то перевозит ценную мебель из одного дома в другой при смене жилья, джива или индивидуальность также уходит с этими тонкими способностями, направляясь в новую среду для получения переживаний.

Там, в новом доме переживаний, в новом воплощении по своему выбору, эти способности призываются, чтобы наслаждаться контактами с миром и удовлетворять свой мощный набор неудовлетворённых васан.

Однако объекты чувств могут быть использованы только тогда, когда ум поддерживает каждое чувственное восприятие.

Если ум не руководит органом чувств, событие или объект останутся незамеченными.

*

Ясно, что Я, Атман, не находится где-то в замке за облаками!

Будучи основополагающей сущностью в нас, отрицать Бога означало бы отрицать себя.

*

Мы настолько порабощены чарами мира из-за эгоцентричных привязанностей, что не можем отвести взгляд от конкретных проходящих явлений, чтобы распознать вечный Свет Сознания, который освещает для нас переживания.

Однако Я позволяет нам осознавать все переживания в течение всей жизни и является оживляющим присутствием для тонкого тела, чтобы уйти в смерти.

*
Тот, кто обладает оком знания, видят Его.

Здесь «око знания» указывает на интуитивное, тонкое восприятие определённых духовных ищущих, которые в значительной степени преуспели в самообладании.

С очищенным умом и проницательным интеллектом, который имеет полное понимание этого духовного знания, глубоко созерцательный ищущий интуитивно распознаёт более глубокие значения в игре множественности.

Только такой хорошо настроенный ум и интеллект могут с уравновешенностью и преданностью взлететь в медитации.

*

Многие ищущие застаиваются на духовном пути, не будучи в состоянии достичь блаженства различающего осознания, несмотря на годы усилий.

При всей их показной аскезе в них нет сияния духовной красоты.

Их личность расколота между вдохновлённым интеллектом, который обрёл прекрасное видение духовности, и непокорным умом, который просто не желает подчиняться.

Сознание всегда всепроникающе.

Мир множественности как бы затопляет его внутри себя.

Сознание, отражённое в интеллекте, есть интеллект, подобно тому как электричество, отражённое или функционирующее в лампочке, есть свет; в вентиляторе — вращение; в нагревателе — тепло; в холодильнике — холод.

Эта могущественная сила вечного Сознания, Бога, которая является Искрой Жизни в каждом из нас, не ограничена внутренним. Она присутствует везде и всегда.

Это Сознание, играющее в прудах мысли, является индивидуальностью, в которой оно порождает идею деятеля.

Там, где заканчивается деятельность,
там заканчивается и индивидуальность.

Эта идея объясняется в Упанишадах через «теорию отражения».

Материальные оболочки не могут функционировать сами по себе в отсутствие Сознания. В конце концов, они состоят из инертных клеток.

Интеллект существует только потому, что Сознание играет через интеллект в нас.

Материальный инструментарий, интеллект, становится блестящим благодаря свету Сознания.

Интеллект сам по себе не имеет интеллекта, он подобен зеркалу в темноте.

Функция интеллекта — знать.

Знание является его основной функцией.
Оно порождает понятие «я, знающий».

Ум проецирует мир объектов, а интеллект освещает их своим интеллектом, который отражается в свете Сознания, и возникает понятие «я знаю».

Этот процесс умственной проекции и интеллектуального распознавания продолжается всё время, и создаются чувства «я» и «моё».

Чувство «я» относится к телу, органам чувств, пранам и уму.

Чувство «моё» относится к миру объектов.

Этот интеллект благодаря свету Сознания, играющему в нём, развивает способность освещать вещи, проецируемые умом, и в конечном результате всего этого он приходит к отождествлению с телом, органами чувств и так далее.

Он становится беспокойным эго, «я-ностью», и, отождествляясь с объектами, воспринимаемыми органами чувств, он создаёт «моё-ность».

После этого начинается игра «я» и «моё», которую мы называем сансарой.

Эта великая тираническая сила, которая входит в наше сердце, грабит наше различение и привязывает нас к нашим ограничениям, есть не что иное, как виджнянамайя-коша.

Если человек отстраняется от этой оболочки, у него не будет ни этой «я-ности», ни этой «моё-ности».

И он больше не будет отождествлять себя с телом, органами чувств и так далее, и не будет иметь чувства «моё» по отношению к окружающему миру объектов.

Вечный Принцип в своих различных модификациях выражается как объективный мир, тем самым поддерживая множественность.

Это включает феноменальные силы и субъективный мир памяти, эмоций и мыслей.

Однако, выражаясь через материю в сфере времени, это Сознание претерпевает изменения и разрушение, что является неизбежной участью всего, что существует во времени.

Таким образом, мир материи, составляющий поле переживаний, назван «гибнущим пурушей», потому что он подвержен изменениям.

*

Спокойная неподвижность глубин — такой же аспект могучего океана, как и вечный танец океанских вод на его взволнованной поверхности.

Подобно этому, лихорадочное трепетание крыльев желания, проявляющееся в нашем нестабильном поведении, также является частью того же безмятежного Сознания, которое безмолвно свидетельствует всем волнениям и переживаниям — физическим, ментальным и интеллектуальным.

Они подобны двум сторонам одной монеты.

*

Прогуливаясь по дорожкам памяти, я могу написать свою автобиографию от детства до старости.

Со смешанными чувствами я живо вспоминаю и связываю воедино приятные и неприятные переживания моей жизни. Как это возможно?

Ясно, что существует неизменный фактор, называемый «мной», который наблюдал и освещал все изменения и преобразования в моей жизни.

Этот субъект «я» должен быть чем-то иным, чем изменение, чтобы иметь возможность наблюдать его.

Итак, то нетленное Сознание, которое постоянно осознавало вечно меняющиеся материальные оболочки тела-ума-интеллекта, является субъектом, Я во всём.

Оно метафорически названо кутастхой — наковальней, которая образует неподвижную, устойчивую основу, на которой кузнец придаёт форму кускам железа.

Так и под ударами мира все изменения в материи могут происходить только в контакте с тем вечным, неизменным Принципом Жизни, который является неизменной основой.

*

Тело, ум и интеллект, а также объективный и субъективный миры являются лишь различными модификациями одного и того же Сознания.

Изменяющиеся переживания в этой сфере материи освещаются неизменным «Источником Сознания».

*

Дух, играющий в материи, является индивидуальностью.

*

Все наши переживания в состояниях бодрствования, сна и глубокого сна доводятся до нашего осознания только по благодати этого Абсолютного Сознания, которое находится за пределами изменчивых и неизменных состояний.

По отношению к изменчивому, которое нам очень знакомо, мы можем интеллектуально представить неизменное состояние.

Но это опять же лишь интеллектуальная концепция, всего лишь атрибут, называемый неизменным. Господь же находится за пределами черт и атрибутов.

*

В белом жару интенсивного созерцания человек достигает высшего состояния, которое не поддаётся описанию, поскольку оно недоступно интеллекту.

*

Только это спасительное знание может освободить пленённую дживу, которая страдает от боли и тирании тела, ума и интеллекта в своей само-созданной тюрьме.

*

Только необременённый ум может быть эффективно использован в поиске Истины.

Возвышающее знание, полученное от учителя, может преобразоваться в мудрость и стать субъективным духовным прозрением, только когда возвышенные идеи полностью усвоены и осмыслены.

Ищущий постигает то божественное состояние внутри через последовательное созерцание и позволяет его обогащающей сладости изливаться через жизненные действия, чтобы благословлять мир.

Только это может дать ценность, радость и абсолютное успокоение в жизни.

Когда всё распознаётся как Нараяна, Господь, каждое дыхание и момент становятся божественными, даже материя одухотворяется! Более того, существует только божественность.

Понятие «я» безначально.
Оно началось ещё до начала времени.

Прежде чем человек узнает объект, должно уже существовать «я».

Если есть объект, а «я» отсутствует, переживание невозможно.

Для каждого переживания фактор «я», представляющий субъект, незаменим.

Я, эго, сам являюсь субъектом.

Поэтому первым объектом, возникшим в начале творения, должна была быть первая мысль в нулевой момент времени.

Когда я присвоил первую мысль себе, возникло понятие «я делаю» — так эго стало безначальным.

Эта «я-ность», которая безначальна, и есть джива, индивидуальность.

Все действия на относительном плане осуществляются этой дживой.

Свет Сознания, обусловленный мыслью, осуществляет все действия в мире.

Когда последняя мысль заканчивается, эго больше нет, и поэтому нет больше действий.

Осознать сознательно и динамично это состояние бездействия называется «самадхи».

Джива осуществляет действия в мире в строгом соответствии с чертежом, предоставленным ею самой.

Этот чертеж, особый образ действий, определяется ранее приобретёнными васанами.

Действие может быть хорошим, плохим или нейтральным. Всё это упорядочено тканью васан человека.

Соответственно, когда джива действует в мире, направляемая прошлыми васанами, действия производят результаты.

Эти плоды вкушаются дживой в бесконечном разнообразии физических сред.

Чтобы действовать в соответствии со старыми васанами и вкушать плоды действий, индивид должен рождаться в различных полях деятельности, высоких и низких, относительно этого относительного существования.

Три состояния сознания — бодрствование, сон и глубокий сон — являются состояниями этой виджнянамайя-коши.

Вкушающий радость и печаль в этих трёх состояниях сознания — это интеллектуальная оболочка.

В каком бы состоянии ни было переживание, понятие «я» имманентно присутствует.

В Веданте постоянно утверждается, что местом пребывания интеллекта является сердце, что в «пещере сердца» находится интеллект, а в середине интеллекта сияет Атман. Это поэтическое выражение.

Человек с благородными эмоциями называется человеком «сердца», а тот, кто лишён эмоций, называется «бессердечным».

Ум, полный любви, называется «сердцем».

Когда я вхожу в скалистую пещеру, то надо мной, подо мной, по бокам и спереди, фактически повсюду — только скала.

Точно так же, когда я вхожу в пещеру сердца, вокруг меня может быть только «сердце». «Сердце» означает «любовь», чистую любовь.

В такой атмосфере всеобщей любви должен функционировать интеллект ищущего.

В «пещере интеллекта» находится Брахман — то есть когда интеллект созерцает Атман в атмосфере всеобщей любви, он сможет узнать Атман как свет, освещающий его медитативную, однонаправленную мысль.

Поэтому учителя Веданты говорят, что в сердце находится интеллект.

Сердце, взволнованное привязанностями и отвращениями, называется «умом».

Ум — это сдавливающая верёвка вокруг шеи индивидуума, в то время как сердце — это освобождающий угол, который помогает человеку освободиться от тирании ума.

Чтобы достичь этого, нужно привести ум к однонаправленной мысли. Это невозможно без любви.

С любовью или преданностью, когда человек движется к Атману, ум становится однонаправленным с одной лишь мыслью в нём, и Тот, кто освещает эту мысль, есть Брахман.

Это состояние медитативного равновесия указано в стихе, когда говорится, что интеллектуальная оболочка находится в сердце.

«Кутастхах» означает «то, что остаётся неизменным, подобно наковальне».

Наковальня позволяет всем изменениям происходить на ней, но сама не претерпевает никаких изменений.

«Неизменный» — таково значение термина «кутастхах».

Атман как кутастха неизменен, а будучи обусловленным телом, умом и интеллектом, Он по-видимому становится деятелем и вкушающим.

Эта эгоцентрическая позиция вечно меняющейся, скорбной, жалкой индивидуальности и её статус вкушающего приходит к Атману из-за ограничений, которые сами являются лишь иллюзорными проекциями из-за неведения человека.

*

Бесстрашие является самой эмблемой духовного ученика.

Невежество порождает страх.
Только знание может рассеять его.

Везде, где есть недостаток знаний, человек трусит. Например, дети боятся темноты, потому что не знают, что скрыто в ней.

Однако когда невежество, заслонявшее интеллект (тамас), рассеивается светом знания (саттва), волнения в уме, вызванные искажением Истины (раджас), также прекращаются.

В том чистом сердце, где раджас и тамас угасли, наступает саттва-самшуддхи — преобладание саттвы. Ясное понимание тогда ведёт к бесстрашию.

*

Для индуса, чьи писания неустанно провозглашают его славную истинную природу, нет большего святотатства, чем называть людей грешниками, как это часто делают некоторые религии.

Проявить эту божественность и осознать то вечное состояние бесконечного Блаженства — вот высшая цель его жизни.

Будучи благословлён огромным врождённым потенциалом, который может сделать его тем, кем он хочет быть, интеллект человека действительно является чудом творения.

Однако, подобно любой другой феноменальной силе, которая теряет свою мощь, когда ей позволяют рассеиваться, ментальная жизненная сила также растрачивается через нездоровые мыслительные каналы.

Поэтому целомудрие мысли является краеугольным камнем духовного успеха.

Нравственно дисциплинированный ум с добродетельными мыслями и достойными идеалами, как у рождённого с божественной природой (дайвика), является невероятно мощной силой.

С другой стороны, блуждая во тьме духовного невежества, рождённый с дьявольской природой (асурика) не знает никакой высшей Реальности за пределами своей физической, ментальной и интеллектуальной личности.

Поэтому он отчаянно обращается к миру ради чувственного удовлетворения.

Такой чувственный ум, преданный грубому материализму, всегда истощён. Он порождает боль и страдания для себя и для других.

*

Подобно тому, как медицинские журналы публикуют тревожные изображения больных частей человеческого тела с единственной целью — подчеркнуть опасности злокачественной болезни, Господь также рисует картину отрицательного человека, чтобы каждый мог ясно увидеть отвратительную природу его злых черт во всей их суровой порочности.

Это побудит любого психически здорового человека тщательно избегать таких пагубных привычек в себе.

*

Чистота в жизни может наступить только тогда, когда мы научимся видеть вещи в правильном свете, и именно в простоте и чистоте расцветают божественные черты.

*

Человеческий интеллект — единственная способность, которая может постичь глубокие истины жизни благодаря своей способности логически рассуждать.

Поняв, что реальность его Бытия вечна, бдительный интеллект стремится оставаться укоренённым в этом Осознании.

Постоянно различая между вечным и невечным, такой человек делает только правильный выбор, думая и действуя таким образом, чтобы способствовать своему духовному прогрессу.

Постоянно жить в этом духовном осознании, даже занимаясь своей мирской деятельностью, значит очищать ум и выводить его за пределы печали, к высшему блаженству.

Природа бесконечного Сознания повсюду едина, без второго.

И всё же, из-за заблуждения, Оно принимает ограничения как реальные и продолжает отождествляться с материальными оболочками.

Отождествившись с ограничениями, Оно страдает от чувства ограниченности.

Так, если тело слегка нездорово, индивидуум страдает и стонет под тяжестью этого недомогания.

Будучи обусловленным интеллектом, человек отождествляется с ним и ведёт себя так, как будто он является переживающим радости и печали жизни.

Всё это действительно ложно.

Но из-за этого отождествления он понимает себя как отдельную сущность и начинает искать Истину, которая является его собственной природой.

Он верит, что Истина есть нечто иное, чем он сам. Заблуждение в представлении о Боге как о ком-то отличном от преданного здесь очень сильно разоблачается.

Если принята идея, что Истина отлична от меня, я должен отрицать тело, ум и интеллект, ибо они суть лишь мои ограничения, проецируемые моим воображением.

Всё, что я должен отрицать, — это привидение, которого нет, чтобы я в конечном счёте понял столб.

Подобно тому как горшки, сделанные из глины, обретают индивидуальные тождества имён и форм, мы признаём их отдельными друг от друга, но в истине они все по сути своей есть только глина.

*

Наш век отмечен феноменальными достижениями в области науки и технологий, где уровень жизни достиг необычайных высот. Это правда.

Но хотя эта эйфория оправдана, столь же верно и то, что это также век, чреватый страхом, неопределённостью и неуверенностью.

Реальный прогресс был подорван беспрецедентной нравственной деградацией.

Человек попытался поставить природу на колени, чтобы служить своим эгоистичным интересам, только чтобы вести жизнь, полную неопределённости, опасений и страхов, среди роскошных удобств своего укреплённого дома.

Индус, чья духовная мудрость пробуждает его к его сущностной божественности, понимает, что именно невежество в отношении этой Истины лежит в основе всех его страданий.

Отождествляя себя только с физическими и психологическими аспектами своей личности, человек оказывается отгороженным от величия своей врождённой божественности, оставаясь одиноким среди рабов своих чувств.

Он служит эго, которое влечёт за собой все порочные качества похоти, гнева, жадности и зависти, портящие его личность.

Однако эти нечистые импульсы не указывают на безнадёжное состояние вечного проклятия.

Следуя предписаниям писаний и взращивая благодетельные ценности, очищающие его внутреннюю личность, он может освободиться из этой само-созданной тюрьмы мрака и печали, чтобы взлететь в блаженные сферы своей истинной обители.

Это составляет садхану, или духовную практику. Это наука Само-Совершенствования.

*

Гармония и покой принадлежат блаженной области чистого Я.

Искать их в не-Я было бы столь же тщетным и предательским занятием, как пытаться переплыть реку, цепляясь за крокодила, принятого за бревно!

Это расточительная трата человеческой энергии, которая никогда не сможет привести к берегам мира и уравновешенности. Она может привести только к гибели.

*

Фундаментальное заблуждение, что счастье приходит от объектов, заставляет человека закладывать то самое счастье, которое он ищет, в объекты чувств.

Эта привязанность затем может оказаться тиранической в своих проявлениях, потому что тот, кем она управляет, в конце концов, является её рабом!

*

Подобно жалкой участи шелкопряда, который ищет облегчения и безопасности в своём само-сплетённом коконе, только чтобы погибнуть в кипящей воде, безразличный материалист также опутывается и связывается сотнями уз надежды.

*

В мире, где господствует закон джунглей, где конкуренция жестока, больше шансов, что желания приведут к разочарованию, а не к осуществлению, несмотря на все усилия.

Эти неусвоенные импульсы желаний вскоре загнивают внутри человека, источая своё зловоние в форме сильного гнева по отношению к миру в целом.

Несомненно, они тоже трудятся от зари до заката. Но каждое действие ограничено и контролируется безумными эгоистичными желаниями, которые стали единственной целью в жизни.

Они настолько близоруки и запутаны,
что становятся безрассудными и готовы использовать любые средства, честные или нечестные, для достижения своих целей. Естественно, это свободное падение в слепую бездну боли, слёз и смерти.

Высшая Реальность из-за отождествления с ограничениями ведёт себя в соответствии с дхармами этих ограничений. Жизнь, функционируя через тело, принимает качества тела.

Чистый стакан рядом с синей тканью кажется синим. Если ткань красная, стакан кажется красным. Каков цвет ткани, таков и цвет стакана. У стакана нет своего цвета, он заимствует цвет окружения.

Так же Атман, функционируя через ограничения, временно приобретает свойства этих ограничений.

В этом стихе для обозначения той же идеи приводится другой пример.

Огонь не имеет ни формы, ни очертаний — сферического жара, кубического жара, цилиндрического жара, прямоугольного жара и так далее не бывает.

У жара также нет веса — десятиунцевого жара, однофунтового жара и пятифунтового жара тоже не бывает.

Но когда железные предметы помещаются в огонь, огонь принимает их формы и вес. Это не свойства огня, но из-за формы и веса железных предметов говорят, что огонь имеет форму и вес.

Параматман всегда один и тот же.
Это природа Существования.
Это чистая «есть-ность», «таковость» в такой-то вещи.

Если эту «есть-ность» убрать из вещи, у вещи не будет существования.

Одно лишь Существование есть Его природа, в Нём нет ни бытия, ни небытия.

Ничто не возникло из Него.

В Своём чистом состоянии Существования Он не является даже Сознанием.

Он становится Сознанием только тогда, когда освещает объекты.

Нельзя сказать, что Он «есть» что-либо.

Он по природе — Существование, никакое другое описание невозможно, и ты есть «То».

Даже сейчас ты есть «То».
Никто не может сказать: «У меня нет существования».

«Я существую», «Я есмь» — это универсальный опыт всех. Эта «есть-ность» и есть Истина.

Он един по природе, потому что Он превосходит всякую природу.

Как Сознание, ты не можешь использовать никакое другое определение.

Оно неописуемо.

Все описания лишь детализируют качества описываемых вещей, а в Бесконечном качеств нет.

Как только появляются свойства, оно становится конечным.

Свойства — это то, что ты видишь, слышишь, обоняешь, вкушаешь, осязаешь, чувствуешь и мыслишь.

Оно находится за пределами всех свойств или характерных черт.

Понять, что я есть Сознание и что я не имею ничего общего с телом, умом и интеллектом, — это реализация высочайшего состояния духовного совершенства.

*

Когда жизнь посвящена чувствам, эгоцентричный человек, ведущий распутную жизнь, полностью игнорируя все более благородные альтернативы, его ум и интеллект естественно должны быть сбиты с толку различными фантазиями.

Он настолько одержим своей эгоцентричной философией, что всегда теряется в бесконечных фантастических мыслях о своём будущем. В этом процессе он теряет покой и сон.

Драгоценная ментальная энергия истощается в пустых мечтаниях, оставляя интеллект слабым и неспособным принимать правильные решения.

К сожалению, сама способность, призванная управлять умом и направлять его к добродетели, теперь погрязла в заблуждении.

Манипулируемый ядовитой философией тиранического ума, он утверждает, что он не более чем ограниченная индивидуальность.

Таким образом, страстно вовлечённый в вызванные желаниями чувственные удовольствия, он соскальзывает в распутную жизнь, которая приводит его в состояние внутреннего разлада.

Неизбежно, в такой жизни он будет осаждён бесконечными заботами. Усталый и измученный, он мучается в настоящем аду, который создал для себя.

Для индуса ад — это не географическая область. Рай и ад — это противоположные состояния ума, указывающие на положительный и отрицательный климат радости и разлада, в который попадает ум человека.

В случае с само-одержимым человеком, из-за самой грязной природы его ценностей, не может быть ни мира, ни согласия, один только «ад» может быть результатом.

Характерные черты и отношение такого человека будут отражаться во всех сферах деятельности, включая даже благородные.

Забывая свою сущностную божественность, они действуют, движимые отвратительными склонностями.

Цепляясь за эти негативные качества как за свои руководящие мотивы в жизни, они оскорбляют Божественность внутри.

Они вызывающе игнорируют призыв Высшего и поэтому предаются вульгарной жизни высокомерия и развращённости.


*

При смерти, движимый силой неудовлетворённых васан, тонкое тело направляется к новому физическому аппарату в точном соответствии со своей специфической потребностью.

Если васаны или скрытые склонности действительно определяют следующее воплощение, то, сбросив свою смертную оболочку, в каком направлении направится дьявольски падший человек?

Бездумно избрав жизнь излишеств, что ещё, кроме негативных склонностей, может породить такая жизнь?

Каждое движение каждого существа — это шаг в поисках счастья.

Это бессознательная попытка найти свой уровень с покоем и радостью истинного Я, чья это природа.

Однако если это искать в неправильном месте, последует только печаль.

Немного размышлений подскажут нам, что невозможно найти длительную радость в постоянно меняющемся мире.

Однако фанатичный материалист тщетно ищет её в объектах. Как он её найдёт? Порочный круг продолжается.

Повторяя те же ошибки, они снова и снова теряют почву под ногами и снова и снова вынуждены жить в ужасных условиях.

Помните, это не наказание. Их не заталкивают в низшие утробы.

Богатый наркоман охотно направится в злачное убежище торговца наркотиками, чтобы удовлетворить своё желание. Его не принуждают.

Так и ум и интеллект, питающие низменные ценности, могут найти удовлетворительное поле только среди тех, у кого схожие намерения.

Если звериные инстинкты слишком сильны, ему, возможно, придётся родиться даже среди четвероногих, где одни только его звериные побуждения могут исчерпаться.

Таким образом, прожив неоднократно ужасно угнетающие жизни, мучимый и подавленный, он наконец начинает находить жизнь ужасающей.

Именно это отвращение зажигает в нём эволюционные побуждения.

Его нетерпение к низменным ценностям побуждает его задавать вопросы о жизни и медленно обращать свой взор к высшему.

В то время как божественно добрые склонности (дайвические) манят нас к высшей цели, мы только что видели, как и почему дьявольски падшие побуждения (асурические) влекут нас в лабиринт забот, страха, боли и горя, как здесь, так и после.

Поэтому мы обязаны перед собой оставаться твёрдо укоренёнными в знании, чтобы мы жили бодрствующей жизнью, с различающим осознанием вечного и эфемерного, благородного и низменного, приятного и доброго.

Это помогает нам действовать из мудрости, пока мы путешествуем по жизненным превратностям.

Времена могут измениться, но эти бесценные духовные истины, которые могут возвысить нас, имеют вечный контекст, потому что они могут влиять на человеческую природу во все времена.

Однажды поражённый интенсивным желанием, человек пытается удовлетворить его любыми средствами.

В этом предприятии может преобладать только одна из двух возможностей. Он либо получает желаемое, либо терпит неудачу.

Последнее всегда более вероятно, учитывая, что претендентов на один и тот же объект всегда больше одного.

Это провоцирует гнев по отношению к препятствию, которое встало между ним и объектом его желания. Его покой разрушен.

Напротив, даже если желание находит удовлетворение, естественной реакцией необузданного ума является желание большего. Это ненасытный аппетит. Это жадность.

Невежественный в отношении блаженства, присущего его истинной природе, он настойчиво ищет его в мусорных баках чувственных удовольствий.

Его жизнь посвящена этому, потому что он глупо верит, что может получить длительную радость от мимолётного мира.

Таким образом, ментальная жизненная сила истощается.

Так что будь то через гнев или через жадность, ум оказывается во власти чувств. Только страдания являются результатом. Обе эмоции являются воротами в ад.

*

Ум может либо задушить, либо ускорить наш духовный прогресс, в зависимости от того, как мы его используем.

В неразумной жизни наглого потворства различительная способность подавляется в последовавшей за этим суматохе.

*

Ум может либо задушить, либо ускорить наш духовный прогресс, в зависимости от того, как мы его используем.

В неразумной жизни наглого потворства различительная способность подавляется в последовавшей за этим суматохе.

Именно в тусклых тенях тамаса (невежества) раджас (страсти) имеет свободу действий.

Последующие волнения, обременяющие ум, и неуклонное сползание в печаль более чем ясны нам.

Поэтому очищение ума составляет основу само-культуры.

Техника в первую очередь включает защиту ума от злых склонностей, истощающих его жизненную силу.

Садхана не предназначена быть наказывающим упражнением.

Фактически, отказ от того, что положительно разрушает потенциал ума, так же важен, как и отказ от вредной пищи, которая вредит телу, несмотря на удовольствие, которое она может доставить вкусовым рецепторам.

Это обязательное требование для обуздания ума, потому что требуется крепкий ум, чтобы выдержать бурные вызовы, обрушивающиеся изнутри.

*

При значительном сокращении ментальной растраты (путём устранения негативных качеств) ум значительно восстанавливает свою уравновешенность, становясь устойчивым в созерцании.

Довольно скоро ищущий, таким образом, достигает высшей Цели.

Будучи медленным процессом, самообладание требует от ищущего непоколебимой воли и крайней бдительности, чтобы он не соскользнул обратно в те же сети.

Он должен не только оставаться бдительным, но и иметь ясное понимание пути, по которому следует идти.

Именно здесь писания играют незаменимую роль.

Следование предписаниям писаний может обеспечить нам безопасный проход к совершенству.

*

Все мы когда-нибудь видели крысоловки, в которых в качестве приманки используется кусочек кокоса.

Эта маленькая приманка прикреплена к стержню, подвешенному к верхней части ловушки, и к которому прикреплено маленькое колесико.

Привлечённый кокосом, маленький крысёнок входит в ловушку, только чтобы она захлопнулась за ним, так что он не может выбраться.

Блаженно не ведая о своём опасном положении, он теперь отправляется добывать кусочек кокоса.

Однако каждый раз, когда он наступает на колесо, почти достигая его, колесо поворачивается. Поэтому он пытается снова — и снова, и снова, но тщетно.

Таким образом, после целой ночи бесплодного труда даже самый здоровый крысёнок к утру голоден.

Что ещё хуже? Он в ловушке!

Подобно этому, человек также неустанно пытается найти своё счастье через удовлетворение желаний снова и снова, но опять тщетно!

Эта попытка обречена на провал, потому что он никогда не может надеяться найти длительную радость от гибнущих объектов.

Поэтому каждый раз, когда он думает, что достиг её с исполнением одного желания, другое желание поднимает голову, чтобы взволновать его.

Борьба продолжается, в то время как радость, которую он ищет, символизируемая кокосом (приманкой), остаётся недосягаемой.

Он никогда не сможет обладать ею.
Всё, чего он достигает, — это физическое, умственное и интеллектуальное истощение, но он продолжает трудиться.

Воображение, созданное обманчивым мышлением, не может быть принято за реальное.

Сама мысль о том, что существуют оболочки тел, есть обманчивое заблуждение.

Отождествление с ними есть последующее заблуждение.

Всё это воображается из-за внутренней путаницы.

Всё, что было увидено во сне, не может обусловливать бодрствующего.

Пышный обед, съеденный во сне, не утолит никакого голода в состоянии бодрствования.

Следовательно, воображение, вызванное заблуждением, никогда не может быть фактом.

Это неведение заканчивается только когда приходит истинная мудрость.

Поэтому идея о том, что освобождение невозможно, неверна.

Таким образом, хотя неведение безначально, оно может закончиться, когда Истина осознана.

*

Если человек не следует неукоснительно указаниям и руководствам, изложенным в писаниях, которые являются высшим авторитетом в науке саморазвития, он никогда не сможет достичь высшей Цели.

Если мы хотим извлечь пользу из силы электричества, мы не можем позволить себе игнорировать правила и законы, которые управляют им.

Как и объективные науки, которые могут добавить качество жизни только тогда, когда мы безоговорочно следуем их инструкциям, эта субъективная наука, наука Реальности, содержащаяся в писаниях (шастрах), также приносит нам пользу только тогда, когда мы безоговорочно следуем её заповедям.

Шастры не только объясняют идею, как в чистой науке, но и описывают вовлечённые техники, как в прикладной науке. Поэтому им должны неуклонно следовать все ищущие Истины.

*

Вера — это способность не просто схватывать, но на самом деле сливаться с великими значениями учений писаний, чтобы их очарование излучалось через мысли и действия человека.

В этом контексте вера указывает на саму движущую силу в человеке, благодаря которой он действует в своей избранной сфере деятельности.

Каждый человек обладает врождёнными потенциями, рождёнными из его собственных васан или впечатлений из прошлого.

Это на самом деле определяет его восприятие жизни. Фактура этих васан управляется шраддхой, верой в нём.

Высшая Реальность непривязана, не имеет действий и не имеет форм; Она едина без второго.

Нет ничего другого, к чему Она могла бы привязаться.

Атман не имеет деятельности, ибо у Него нет органов, чтобы действовать.

В Нём нет мотивов, побуждающих Его действовать. У Него нет полей для действий, нет целей для достижения, нет мотивации для действия.

Будучи всепроникающим, Он не имеет формы.

Представление о какой-либо связи между Атманом и объектами есть обманчивое заблуждение.

Без обманчивых заблуждений и воображений, вызванных заблуждением, не может быть мира объектов.

Только когда есть мир объектов, мы можем иметь с ним отношения и отождествление. Только тогда мы можем пытаться сделать одно из другого, то есть совершать действие.

Идея о том, что небо голубое, мутное, грязное или золотое, есть заблуждение. Небо никогда не может быть загрязнено цветом или грязью.

Тем не менее, мы видим голубой цвет неба и из-за отсутствия правильного мышления заключаем, что небо голубое.

Но если мы поразмышляем, мы обнаружим, что у неба вообще нет цвета.

Точно так же, если человек созерцает Атман, он обнаружит, что Он есть его Атман, недвойственный, без какой-либо деятельности или привязанности.

Но затем этот Атман через заблуждение начинает распознавать различные слои личности, мир объектов, органы восприятия и действия, праны, ум и интеллект.

Таким образом, Атман, по-видимому, обусловлен телом, умом и интеллектом, и этот кажущийся обусловленным Атман называется «дживой».

Это неведение может быть прекращено только прямым знанием Атмана.

*

Термин «тапас» не должен напоминать нам о ком-то, стоящем на одной ноге!

Последовательное приложение ментальной энергии в одном направлении исключительно называется тапасом или аскезой.

Никакое достижение, духовное или мирское, невозможно без тапаса.

Всё, что может замедлить прогресс к цели, как бы приятно это ни было, безоговорочно отрицается для себя, и человек идёт вперёд, не смущаясь вызовами.

Для духовного ищущего спокойный ум имеет первостепенное значение для созерцания.

Поэтому он беспощадно отвергает все отвлечения внешнего мира. Это его тапас.

*

Какова шраддха, таков и человек.

Например, если у кого-то есть вера в коммунистические идеалы, он в душе коммунист, даже если он не состоит в Коммунистической партии.

Его мысли, взгляды на вопросы и поведение — всё будет соответствовать коммунистической идеологии.

Подобно этому, если чья-то шраддха направлена на удовольствие опьянения, он вскоре станет алкоголиком, в то время как сосед со шраддхой в Бхагавад-гите, возможно, начнёт читать и слушать священный текст и скоро станет учёным.

«Человек состоит из своей веры;
какая вера у человека, таков и он».

Итак, вера определяет действительную ценность человека и бывает трёх видов, определяемых составом гун, выражающихся как саттва (уравновешенная радость), раджас (амбициозные и лихорадочные действия) и тамас (беспечность).

Оценка ценностей у каждого человека определяется этой шраддхой в нём.

Эти ценности влияют на его мысли, которые проявляются во внешнем мире как его поведение.

По своей природе Атман бездействен, не имеет качеств и есть постоянное Знание-Блаженство-Абсолют.

Он по природе Блаженство, потому что это состояние, выходящее за пределы ума и интеллекта, которые являются источниками всех страданий.

По заблуждению этот Атман отождествляется с интеллектом и обретает дживовость.

В моём сне, когда я заключён в тюрьму,
я сам вхожу в тюрьму и живу в ней. На самом деле я не пошёл ни в какую тюрьму, но из-за заблуждения в моём уме я временно имею переживание ограниченности тюрьмой.

Когда сон заканчивается, нет ни тюрьмы, ни тюремщика.

Подобно этому, когда заблуждение устранено, когда неведение закончилось знанием Брахмана, то по отношению к высшей Реальности никогда не существует никакой дживовости.

Заблуждение может дать нам переживание, которое кажется реальным, но, будучи лишь заблуждением, оно не имеет существования.

Пока существует путаница и заблуждение, до тех пор будет существовать индивидуальность, джива.

Дживовость существует только пока длится заблуждение.

Заблуждение или не-схватывание Реальности порождает ошибочное представление «я есть тело», «я есть ум», «я есть интеллект».

По отношению к миру объектов возникает чувство «я — деятель».

По отношению к уму и интеллекту возникает чувство «я — вкушающий».

Эти чувства в своей совокупности составляют дживовость.

Поскольку они возникли из заблуждения, они будут длиться только пока длится заблуждение.

Пока природа верёвки не понята и пока знание верёвки не полностью осознано, до тех пор продолжается заблуждение и сохраняется видение змеи.

Только в полной умственной путанице возможно видение змеи.

Когда умственная путаница заканчивается, змеи не может быть.

Со знанием верёвки ложное представление о том, что это змея, должно обязательно исчезнуть.

Подобно этому, пока Атман в нас не пережит, феноменальный мир множественности переживается через инструменты тела, ума и интеллекта.

Существует также тройной мир субъекта, объекта и отношений между ними.

Как только Атман осознан, весь воспринимаемый множественный феноменальный мир сворачивается и исчезает.

Переживание Атмана обретается в непосредственном знании.

Это переживание приходит не как результат какой-либо особой практики.

Все практики помогают ищущему отстраниться от озабоченности телом, умом и интеллектом.

Истинное знание приходит только через интуицию. Оно непосредственное.

В «Катха-упанишаде» сказано:
«Оно подобно молнии».
Оно внезапно, быстро.

Обучение себя отстранению от мирских забот требует времени. Когда ум отвлечён от всех забот, переживания Бесконечного мгновенны.

Это переживание объяснено сотнями примеров на протяжении всех Упанишад.

В буддийской литературе оно называется «праджняна» — «мгновенное Сознание».

Интеллектуальный анализ необходим для определённых типов учеников.

Философия и религия — лишь полезные служанки, подготавливающие ум ищущего к прямому и непосредственному постижению Бесконечного.

Бесконечность Атмана переживается не из-за религии и не из-за философии.

Они столь же полезны, как наши паломничества, ритуалы, обеты, джапа, аскезы и медитации.

Переживание бесконечного Брахмана не зависит ни от чего.

Это не «опосредованное переживание» — оно не обретается через инструмент какого-либо оборудования.

Оно не из-за Учителя или из-за священных писаний, однако Учитель, писания, практика, изучение — всё это помогает нам отвлечь ум от его озабоченности.

Ум, отвлечённый от своих предубеждений и удерживаемый во внимании, в полной бдительности, — это ум, который получает вести от Бесконечного.

Бесконечное есть ваша сущностная природа. Это непосредственное знание.

Тапас, или аскеза, не должна рассматриваться как безжалостное предписание к пыткам нормальной здоровой жизни, которую человек ведёт.

Напротив, это дисциплины, добровольно принимаемые ищущим, чтобы избежать чрезмерной растраты энергии, вызываемой жизнью, полной безудержных импульсов и чувственных удовольствий.

Вдохновлённый высшей целью жизни, ищущий посвящает себя осмысленной жизни духовных исканий, которые не только возвышают его, но и наполняют его жизнь новым рвением и динамизмом, проявляющимся как сияние в действиях.

Короче говоря, тапас или аскеза на всех уровнях — это искусство разумной жизни в соответствии с высшим идеалом, к которому стремится ищущий.

*

Придя в этот мир из утробы матери, великие Мастера, осознавшие Я, поистине рождаются вновь, ибо они также успешно вылупились из утробы ограниченного эго и его материальных отождествлений, чтобы пережить блаженство божественного Совершенства.

Это истинное значение термина «дважды рождённый», который также является обычным обозначением брахминов, которым надлежит идти по этому священному пути к высшему блаженству.

*

Чистое сердце ищущего — это источник любви, из которого изливаются доброта и сострадание ко всем существам.

Желания значительно урезаются, и без нудного нытья навязчивых побуждений ум в значительной степени спокоен и созерцателен.

В динамичной тишине такого чистого и доброго сердца бдительный ищущий направляется к Царству Истины через искреннее, устойчивое созерцание.

*

Только в состоянии внутренней устойчивости и безмятежности ум становится способным устремиться в высшие сферы Сознания.

*

Подобно тому, как примеси, взвешенные в воде, загрязняют её, тупость интеллекта, вызванная тамасом (невежеством), и последующие волнения в уме, рождённые раджасом, на самом деле разрушают внутреннюю уравновешенность и разрушают ясность ума.

Материальная грязь, однако, осязаема. Поэтому от неё можно избавиться без труда.

Ментальные примеси, с другой стороны, неосязаемы и абстрактны.

Они составляют не только похоти и страсти, симпатии и антипатии, но, по существу, все мысли, которые противоречат истинной вечной природе человека и тем самым привязывают его к временности.

Поэтому единственный способ искоренить их — заменить эти негативные качества обогащающими добродетелями нашу сущностную высшую природу.

Садхана, следовательно, является сознательным усилием постоянно жить в состоянии духовной бдительности.

В основе своей это отвлечение ума от его трудной фиксации на мелочной индивидуальности.

Вместо этого он сосредоточен на своей вечной духовной природе, которая действительно является объединяющим единством, лежащим в основе творения. Это субъективное паломничество к Реальности своего бытия.

*

Все индусы знакомы с высшим именем Господа — Ом Тат Сат.

С незапамятных времён ищущие всегда пели и созерцали это имя Господа перед началом любого благородного действия или изучения.

Эта мантра, состоящая из трёх звуковых символов, обозначает три наименования Брахмана, высшей Реальности.

И хотя все они указывают на одну и ту же Реальность, Господа, каждое из этих божественных имён используется в характерных ситуациях.

Ом, когда его поют, представляет вызов трансцендентной Реальности, которая является изначальным Существом или чистым Я; основой для игры тела, ума и интеллекта.

Пропитать ум мыслями о высшей Реальности, выраженной как Ом, с интенсивным осознанием силы и превосходства бесконечного Брахмана, значит отбросить мелочность и подняться над ограничениями.

Все действия, предпринимаемые с этим отношением, помогают нам продвигаться к этой трансцендентной Истине.

Будучи той сущностью и источником,
из которого все вещи возникают в существование, эта высшая Сила, представленная в священном пении «Тат», является конечной Целью, к которой стремится ищущий.

Она представляет единство, и поэтому, признав вселенское единство этой великой Истины, действие всегда совершается с целью максимальной выгоды для всех.

«Сат» всегда используется для обозначения Реальности и благости.

Когда «Сат» поётся с искренностью, ум ищущего мгновенно возвышается, чтобы гармонизировать с великой благостью Реальности, которую он символизирует.

Когда причина безначальна, её следствия должны иметь ту же природу.

Неведение, которое безначально, должно обязательно производить следствия, которые также безначальны.

Неведение является причиной самой первой мысли, поэтому оно находится за пределами времени.

Но когда рождается истинное знание Атмана, когда рождается правильное восприятие, не-восприятие должно закончиться.

Пока остаётся причина — не-восприятие, её следствия — ошибочные восприятия — также должны оставаться.

Но есть одно растворительное средство для этой великой причины.

Антитезис неведения есть знание.

Где есть знание, там не может быть неведения.

Где есть свет, там не может быть тьмы — свет и тьма не могут оставаться в одном и том же месте в одно и то же время.

В тот момент, когда свет приносится в пещеру, которая могла быть в темноте с начала времён, тьма, какой бы старой и плотной она ни была, должна немедленно исчезнуть.

Подобно этому, когда рождается знание Атмана, неведение со всеми его следствиями — не-восприятие со всеми его ошибочными восприятиями — должно закончиться, хотя оно и безначально.

При пробуждении сон заканчивается полностью.

Подобно этому, осознавая природу Атмана, ошибочные восприятия до самых их корней, не-восприятие должно закончиться.

Не только ошибочные восприятия устраняются, но и сама их причина — не-восприятие.

В глубоком сне следствия заканчиваются, но причинное тело, не-восприятие, остаётся.

Тогда как в окончательном духовном переживании причина также заканчивается.

Тогда никогда страх ошибочных восприятий не возникнет в нас.

Когда Истина воспринята, следствия вместе с их причиной, причинным телом, заканчиваются, даже если причина безначальна.

Хотя неведение безначально, оно не вечно.

То, что рождено, должно умереть, а то, что нерождено, не может умереть, но есть исключения.

Неведение, хотя и нерождённое, закончится.

Этот своеобразный парадокс объясняется примером.

«Это ясно, как предшествующее небытие».

«Предшествующее небытие» — это технический термин, используемый индийскими логиками. В ньяя-шастре они свободно используют этот термин.

Горшок до того, как он был сделан, находился в глине.

Вместо горшка была только глина. Из глины горшечник не может сделать дойную корову, ни сочное яблоко, ни жену для себя. Он может создавать только различные виды горшков.

Горшок, который он собирается сделать, должен быть потенциально возможен в глине. В глине есть потенциальный горшок. В глине есть непроявленный горшок.

Непроявленный горшок был в глине ещё до того, как горшок был сделан.

Когда горшок сделан, горшок, который до сих пор был непроявленным, теперь проявлен.

Когда родился потенциальный горшок в глине? Возможность горшка в глине была безначальна. Возможность горшка в глине родилась, когда родилась глина, более того, когда родилась земля, более того, она была в самой сущностной природе земли.

Когда горшок сделан, потенциальный горшок стал проявленным. Когда горшок проявился, его безначальное «потенциальное» состояние закончилось.

До его фактического проявления проявленного горшка не было.

В момент его проявления его потенциальное состояние, которое было безначальным, закончилось.

Итак, это «предшествующее небытие» является примером, иллюстрирующим безначальную вещь, приходящую к концу.

Обычно то, что безначально, должно быть бесконечным.

Но Веданта говорит, что безначальная вещь может прийти к концу.

Как?
Как «предшествующее небытие» горшка.

Когда горшок проявился, его «непроявленное состояние», которое было безначальным, закончилось.

Гуру говорит:

«Подобно этому, даже если неведение безначально, оно заканчивается с восприятием Реальности. Поэтому, хотя твой вопрос прекрасно поставлен, пожалуйста, пойми, что это не такой уж великий вопрос в конце концов».

Сущностная природа человека, состояние божественного Совершенства не может быть реализовано в нашем нынешнем состоянии раздоров и противоречий.

Путь к нему лежит через жизнь праведности и добродетели.

Однако, как бы вдохновлён человек ни чувствовал себя, чтобы быть стойким в битве против эго и его приспешников, добродетель и устремление должны быть подкреплены решительной верой — той непостижимой силой, которая будет двигать ищущего и поддерживать его постоянное вдохновение на этом трудном пути.

Только вера может вознести его в то трансцендентное переживание, которое не является делом ума и не касается чувств.

*

Ощущать присутствие всепроникающей Реальности в каждом дыхании и шаге — значит стать простым орудием в руках Божественного.

Это пробуждение, духовная ориентация.

Даже мирское становится священным, когда сердце пропитано преданностью, а голова соединена со всепроникающим духовным присутствием.

*

Верный и простой метод превратить сухие действия во вдохновляющее поклонение — это памятовать о высшей Реальности.

*

Один вечный дух, выражаясь через материю, является неизменной высшей Реальностью, которая поддерживает вечно мелькающие образы в этом зрелище, называемом творением.

Эта основополагающая истина примиряет разнообразные феноменальные проявления, ибо тогда все формы являются лишь ликами одной и той же Реальности.

Множественность, короче говоря, является лишь мистифицирующим фасадом этой недвойственной Истины.

Различающие признаки в каждом обязаны своей уникальностью взаимодействию трёх гун, которые составляют различные проявления динамизма личности. Однако эти гуны относятся исключительно к материи. Сознание, или дух, не затрагивается ими.

*

Действие — это подпись жизни. Поэтому никто не может избежать действия.

Желание является импульсом, стоящим за каждым действием, с эго-сознанием в его основе.

Следовательно, все действия вращаются вокруг глубоко укоренившегося представления, что «я делаю».

Именно это чувство деятельности должно быть оставлено, потому что оно порождает тонкие отпечатки — васаны, которые сковывают личность.

Когда мы признаём, что никакое действие невозможно без оживляющего присутствия чистого Сознания, истинного Я, где же повод для какой-либо эгоцентричной гордости в действии?

*

Джива-бхава, индивидуальность, по своей сути не является ничем иным, как Атманом, но из-за ограничений Атман, Ом, кажется личностью, чувствующей «я».

Если я могу понять себя как природу Атмана, страдания, доставляемые мне через тело, ум и интеллект, могут быть прекращены.

Таким образом, хотя это неведение безначально, оно имеет конец, как в предшествующем небытии, как в примере «безначального небытия горшка в глине, заканчивающегося производством горшка из глины».

Если это неведение имеет конец, о Учитель! скажи нам, как оно может быть прекращено. В чём секретная техника?

Эта джива-бхавана возникла из-за интеллекта, и поэтому через тот же интеллект она должна быть прекращена.

Интеллект, обращённый вовне, к объектам, чувствам и телу, создаёт дживовость.

Когда тот же интеллект обращён внутрь,
к Ом, происходит пробуждение Атмана.

В этот момент интеллект функционирует, полностью обращённый вовне и полностью занятый своими озабоченностями с увлекательным миром объектов, чувств и тела.

Миры переживаний в них являются обманчивыми заблуждениями, рождёнными из не-схватывания Реальности.

Следовательно, интеллект в этот момент полон ложных понятий, заблуждений и ложного знания.

Из-за неведения Атмана возникли ошибочные представления «я есть тело, я есть ум, я есть интеллект», и затем, считая себя ограниченным эго и думая, что моё счастье зависит от мира объектов, я не нахожу пути к обретению настоящего и прочного счастья.

Всё это есть «ложное знание».

Когда интеллект оставляет свои заблуждения и обращается к вечному Атману, тогда, хотя неведение безначально, оно заканчивается с
рассветом знания Атмана.

Когда Реальность постигнута,
не-постижение Её, называемое «неведением», заканчивается.

Нет другого метода, которым путаницы жизни, созданные ложным эго, могли бы закончиться.

В настоящее время интеллект пронизан иллюзорными заблуждениями, такими как «я есть тело» и так далее.

Ложное знание даёт чувства:
«я — ограниченное смертное существо, конечное создание» и так далее.

Когда этот интеллект, теперь утопающий в ложных понятиях, выходит в правильное знание, это заблуждение, создавшее глупую идею «я — ограниченное существо», также закончится.

Правильное знание есть непосредственное знание тождества Атмана и Брахмана.

Джняна означает «книжное знание»;
виджняна — это «особое знание»,
то есть непосредственное, прямое знание — непосредственное постижение того, что «Атман во мне есть единый Атман повсюду».

Только правильное знание может устранить ложное знание.

*

Тьяги — это не тот, кто отказывается от действия, а тот, кто отказывается от тревоги о наслаждении плодом действия.

Это может произойти только тогда, когда действия выполняются с отстранённым отношением.

Благодаря этому эгоистичные желания угасают.

С неустанной практикой это отношение должно нанести смертельный удар эго, хотя его полное уничтожение может произойти только при достижении высшего состояния Сознания.

Поэтому, как ищущие на пути, всё, что мы можем предпринять, — это тьяга, отказ от жажды наслаждаться плодами действия.

Завершение эго, санньяса, является его удовлетворением.

Санньяса является целью, а тьяга — путём к ней.

Для того, кто пробудился к великой Реальности, чистому Я, отказавшись от эго, его действия не побуждаются васанами.

Поэтому никакое действие не связывает, потому что васаны, которые порождают порабощение, являются личным достоянием эго, а не вечно свободного Я.

Короче говоря, то, от чего отказываются, — это не семейные узы и имущество, а наша привязанность к ним.

Наши надежды и ожидания от них должны уйти. Мы должны выполнять свои обязанности в мире в духе бескорыстия и посвящения, не будучи подавленными тревогами о результате.

В конце концов, игра невидимой руки в делах людей становится очевидной, сокрушая надменную индивидуальность и её инстинктивное предположение, что «я делаю» или «я наслаждаюсь».

Чистый ум становится устойчивым в своём созерцании и вскоре пробуждается в то высшее состояние.

В этом безупречном состоянии бытия нет ничего приятного или неприятного.

*

Человек, который устранил все свои запутанные связи с «мыслями» — как результат свободы от «васан», достигнутой контролем над своими «действиями», — считается «Освобождённым-ещё-при-жизни» (Дживан-мукта).

*

Если мы не будем постоянно использовать все свои человеческие способности, мы можем рассчитывать лишь на то, чтобы быть просто гайкой и болтом в этом великом двигателе существования.

*

Злиться — значит мстить за чужие ошибки на себе.

*

Ждать времени, когда нас не будут посещать никакие беспокойства, внешние и внутренние, — это невозможный идеал.

*

Брахман, будучи «подключённым» к «камере» ума-интеллекта, если не «сфокусирован» должным образом или если «сдвинут» даже чуть-чуть волнениями желаний — мы делаем «снимок», но получается уродливый самсарин!

*

Просветлённый уникален и всегда является законом для самого себя. Его нельзя сравнивать ни с кем — даже с Богами!!

*

Майя-шакти... это неописуемая, могучая, непостижимая сила Господа. Странно, ведь своей собственной непостижимой силой человек обманывает себя и говорит: «Скажи мне, скажи мне, что это за сила? Где она?»

*

Ум в покое — это Храм Радости. Пока он бурлит своими желаниями, страстями и привязанностями на своей бурной поверхности, отпечаток радости искажается.

*

Светские и священные действия, которые мы предпринимаем, и различные объекты, к которым мы стремимся, — всё это превосходится теми, кто постоянно пребывает в созерцании Атмана, Брахмана.

*

Жизнь в нас выражает себя во внешнем мире как в своих удушающих чудовищностях, так и в своих трепещущих красотах.

*

С Ишвара Даршаном приходит Истинное Знание, что Бог ОДИН ЕСТЬ...

*

Забвение нашей сущностной божественности и чувства святости — это и есть смерть. Жить в забвении своей собственной божественности — это «духовная смерть».

*

Майя существует не «из-за» объектов мира, а из-за нашей «привязанности» к ним.

Тело является основой, из которой проистекают действия. Никакое действие невозможно без осознания тела.

Именно поэтому во время глубокого сна и под хлороформом никаких действий не совершается. Тело, таким образом, является местом действия.

Однако тело само по себе не может действовать. Оно не может получать или реагировать на стимулы, если эти действия не поддерживаются разумной сущностью, которая управляет и направляет их.

Этой управляющей личностью является эго, которое чувствует побуждение, а затем толкает к действию, совершаемому через инструмент тела, чтобы удовлетворить свои собственные желания.

Таким образом, оно принимает, что «я делаю через своё тело». Эго, таким образом, является деятелем.

Опять же, чтобы воспринимать мир, должны существовать органы восприятия, которые могут доставлять стимулы.

Но каждый из них (глаза, уши, нос и т.д.) способен представлять только один определённый тип стимулов. Например, глаза не могут передать звук, а нос не может уловить прекрасное зрелище.

Чтобы реагировать на эти различные стимулы, требуются различные действия, требующие органов действия, которые могут выполнять разные функции.

Каждый из этих органов действия снова ограничен определённой сферой деятельности. То, что могут сделать руки, ноги не могут, и так далее.

Наконец, способности в органах чувств восприятия, которые дают им возможность функционировать должным образом, технически называются дайвам.

Можно действовать через тело, через речь или быть вовлечённым в деятельность ума и интеллекта.

Для всех действий, выражающихся через любой из этих трёх инструментов, будь они благородными или низменными, благотворительными или алчными, пять упомянутых ранее составляющих элементов являются причиной, потому что без них никакое действие невозможно.

Автомобиль может доставить вас в офис, в аэропорт или на рынок, но для его работы ему нужен бензин. Однако бензин сам по себе никуда не поедет.

Двигатель и бензин, работая в союзе, могут заставить автомобиль двигаться, но опять же, именно водитель использует этот механизм их союза, чтобы доехать до пункта назначения по своему выбору.

По аналогии, пять составляющих действия относятся к двигателю, в то время как Я (живительный бензин) никогда не обусловлено им.

Оно всегда независимо и не подвержено сбоям и неполадкам "двигателя". Они функционируют в оживляющем присутствии могучего Я.

Таким образом, чистое Сознание, Я, ничего не делает. Однако Сознание (дух), попавшее в тело-ум-интеллект (материю), ведёт себя так, как будто оно является индивидуальностью.

Будучи в неведении о своём вечно чистом состоянии Совершенства, оно обусловливается желаниями интеллекта и без нужды оказывается в мучительных тисках неустанных усилий по приобретению, потаканию, накоплению и наслаждению.

Я, Атман, которое тонко и неосязаемо, не распознаётся из-за васан, которые загрязняют и окрашивают интеллект.

С умом, который экстравертен и озабочен удовлетворением васан, как можно распознать лежащую в основе Реальность?

*

Вода ясна по своей сущности. Когда в ней взвешена грязь, она называется мутной.

Если из образца мутной воды удалить всю грязь, останется вода — чистая и прозрачная, такой же, какой она была до того, как стала мутной.

Подобно этому, Атман всегда безупречен.

Когда в Атмане присутствуют примеси, такие как объекты, эмоции и мысли, они создают волнения в уме, и Атман не познаётся в своей сущностной чистоте и бесконечном сиянии.

Когда эти волнения и страдания удалены из непосредственного и близкого осознания человека, Атман сияет.

Эти примеси — наше ложное знание — могут быть удалены правильным знанием, которое может быть порождено только через усердное и постоянное различение.

*

Инструментарий тела, ума и интеллекта, личность, чувствующая «я», и объекты, чувства и тело являются составляющими не-Атмана.

В настоящее время мы поглощены ими.

Когда не-Атман полностью устранён в неподвижный момент медитации, эта самая личность, чувствующая «я», или эго, будет признана чистым Атманом.

Когда весь не-Атман и следующие из него волнения удалены, эго, которое страдает от своих ограничений, осознает себя Брахманом.

Поэтому это отрицание не-Атмана должно продолжаться до тех пор, пока не будет достигнуто глубокое и полное осознание.


*

Сублимированный интеллект, свободный от оков эго, естественно, не обусловлен прошлым. Поэтому он беспристрастен, будучи свободным от влияния как хороших, так и плохих васан.

Теперь в нём нет васан, чтобы регулировать мысли и действия такого человека.

Ничто из мира сновидений не может повлиять на состояние бодрствования.

Так и превзойдя эго-состояние, чтобы слиться со славой бесконечного Сознания, эта кажущаяся личность впоследствии, несомненно, функционирует в мире, но лишь как инструмент для высшей воли, чтобы исполнить своё предназначение через него.

Действия, изливающиеся через такого Махатму, становятся бессмертными, благословляя человечество на все времена.

Там, где действие совершается без эго, один только Господь выражает себя.

Как же тогда могут возникать злодеяния от таких людей? Даже если действие выглядит как убийство, он не убивает, ибо в нём нет чувства деятеля.

Он является лишь орудием, руководимым высшей Силой. Поэтому из него не создаётся никакой васаны.

Следовательно, это также не может связать его.

В мире множественности, обусловленном временем и пространством, ничто не может существовать в своей стопроцентно чистой форме.

Все три гуны существуют в разных пропорциях в каждом существе.

Однако одна из них может преобладать над двумя другими.

Каждая жизненная форма попадает под это влияние, и это объясняет удивительное разнообразие в творении.

Основываясь на складе внутренней личности, возникающей из-за этого преобладания гун, всё человечество было разделено индуистскими писаниями на четыре основные группы.

Таким образом, тот, в ком сияние саттвы преобладает над страстными и тупыми импульсами раджаса и тамаса, описывается как брахман, или учёный.

Там, где видно преобладание раджаса с хорошей мерой саттвы и небольшой долей тамаса, таких людей называют «кшатриями».

Это включает динамичных людей с пылающими страстями, таких как правители и лидеры.

Опять же, когда преобладает раджас, но с большей мерой тамаса и меньшей саттвы, таких людей называют вайшьями, которые являются людьми коммерческих интересов, торговцами.

Наконец, там, где тамас находится под контролем, мы имеем шудр, которые составляют работников, или «конечности» общества.

Выражая свои собственные васаны, которые являются уникальной комбинацией трёх гун, каждый человек входит в свою область деятельности, приводя в действие свой особый эмоциональный склад и интеллектуальные способности.

Это составляет склад его внутренней личности.

Под влиянием их внутренне различных структур личности ясно, что один тип не может вести себя как другой.

Каждый человек со своими уникальными склонностями имеет свои предпочтения и область, в которой он может преуспеть.

Истинный брахман по своей природе, например, не может преуспеть в торговле.

Человек с природой вайшьи, с другой стороны, обязательно будет искать способы получения дополнительной денежной выгоды, даже если он работает в секретариате.

В этом нет ничего тревожного, потому что, хотя он выполняет обязанности кшатрия, его природа — природа вайшьи.

Поэтому он обязательно будет действовать согласно велениям своей внутренней природы или доминирующей гуны.

Так что, независимо от области, в которой человек работает, качество его врождённой природы проявится там.

Таким образом, следуя обязанностям, как предписано в писаниях, соразмерным врождённым склонностям человека, его горящие васаны удовлетворяются.

Это освобождает возбуждённый ум, и происходит внутреннее очищение.

Таким образом, каждый ищущий поднимается по лестнице эволюции, в процессе проходя через тамас и раджас, прежде чем развиться в чистое саттвическое состояние.

Наконец, саттва также должна быть сублимирована, чтобы преодолеть гуны и достичь высшего состояния.

Именно качество мыслей и врождённых склонностей определяет классификацию, под которую попадает человек.

Ясно, что именно склад внутренних черт, а не рождение определяет касту человека.

У каждого семейства цветов свой особый аромат, как и у каждой породы птиц своя уникальная мелодия. Благоухание присуще цветку, и петь птицей её не учили.

Подобно этому, человек с интенсивными саттвическими склонностями естественно практикует благородные добродетели, которые ясно указывают на его вдохновенную приверженность высочайшему пути духовных ценностей.

Ограничивая свои блуждания среди объектов чувств и обуздывая органы чувств, через которые мир врывается, ум приводится к уравновешенности.

Таким образом, он спасается от растраты в утомительных чувственных удовольствиях, так что сохранённая ментальная жизненная сила может быть направлена на возвышенные занятия созерцанием.

Это сознательное самоограничение является тапасом.

*

Игнорируя свой собственный внутренний темперамент, если человека помещают в область, не соответствующую его склонностям, ничто красивое или конструктивное не может возникнуть. Напротив, он портит и работу, и себя.

Поэтому важно для каждого определить темперамент и предпочтения, которые доминируют внутри, чтобы он понимал, к какому классу он принадлежит.

Только когда человек работает с духом посвящения в области, выбранной в соответствии с его собственными склонностями, васаны истощаются.

Таким образом, действуя и служа в мире, они освобождаются от докучающих побуждений.

Очищенный ум таким образом подготавливается к достижению духовных вершин.

*

Духовность заключается не в вере в доктрины, а в их реализации и переживании на собственном опыте.

Различные обязанности, предписанные для каждого, соответствуют врождённым склонностям человека.

Но как именно достичь высшего состояния, практикуя свою дхарму?

Любое действие, предписанное собственной природой человека, когда оно выполняется с преданностью и посвящением, должно считаться духовной практикой, потому что оно помогает ищущему подняться выше по лестнице эволюции.

Это потому, что удовлетворение может прийти только от действий, которые продиктованы собственными естественными склонностями или васанами.

Здесь акцент делается на совершенстве в действии через посвящённое усилие.

Каждый выполняет свою работу, но направляет внимание ума исключительно на то, что делают руки, тем самым достигая совершенства.

Это искусность в действии сама по себе является высшей формой йоги.

Таким образом, брахман, погружённый в созерцание, и рабочий, полностью сосредоточенный на дроблении камней на обочине дороги, духовно одинаковы.

Сама работа превращается в поклонение.

*

Когда одно только Сознание пронизывает всё, эта Реальность естественно сияет как сердце всех существ, включая самого человека.

Поэтому оно является свидетелем, душой и жизненной силой, в присутствии которой одни лишь все способности оживляются.

Тот, кто осознаёт эту истину, не связывается действием даже в самой гуще жизненной деятельности, потому что действия такого человека не осквернены надменными утверждениями личной воли.

Именно отношение, стоящее за действием, а не само действие, держит нас в оковах.

Поэтому, когда человек работает в области своих интересов и склонностей, но в духе посвящённой покорности высшей Реальности, не только существующие васаны истощаются, но и те пламенные мысли о высшем Присутствии будут эффективно ослаблять утверждения эго, открывая путь для свободного выражения Божественной воли.

Таким образом, даже через внешнюю деятельность человек поддерживает непрерывную и пламенную связь с Реальностью. Это истинное поклонение.

*

Действовать по импульсам ума может быть уделом обезьяны. Это безусловно не подобает достоинству человека.

Наделённый способностью интеллекта, человек должен взять под контроль свои действия, чтобы каждое действие служило блестящим средством для восхождения на высшие уровни духовной эволюции через неуклонное внутреннее очищение.

Только когда человек работает в области своего собственного выбора, в духе посвящённого усилия и без тени эго, возникает истинное чувство исполненности.

Таким образом, васаны истощаются, и спокойный ум может двигаться выше по духовному плану.

*

Однако в обществе, которое процветает на навязанных ценностях, неизменно основанных на богатстве и социальном положении и так далее, мы часто видим, что выбор профессии определяется заманчивыми зарплатами, а не склонностью человека к этой области работы.

Поэтому редко можно увидеть чувство внутренней самоценности, свободное от этих переменных.

Скажем, студент с естественным интересом к врачебному делу решает стать предпринимателем, чтобы разделить прибыль прибыльного строительного бизнеса!

Он может быть успешным, возможно, но как насчёт его склонностей к медицине?

Принимая совершенно иную область деятельности, он просто отказал своим врождённым склонностям в возможности выразиться и истощиться.

Кроме того, он также приобрёл новые васаны из новой области, которая была чужда его интересам.

*

Мы должны понимать, что цель этих приёмов — не умножение кармы.

Вместо этого их цель — неуклонно разорвать цепь кармы, положив конец движущему побуждению к действию.

Это логическая процедура, которую должен хорошо понимать подвижник.

В противном случае это может породить сомнения и оговорки, и цель будет потеряна.

Ни в коем случае не следует отказываться от работы, предписанной васанами.

Достаточно справедливо, но что, если она пронизана злом?

Духовная жизнь через карма-йогу — это очищение внутренней личности через посвящённое действие, благодаря которому происходит само-расширение через различные стадии внутренней эволюции.

Однако нет презрения или пренебрежения к чему-либо меньшему или незначительному.

Каждый человек рождается со своим набором васан в среде, где все остальные также пришли со своими отличительными склонностями.

Побуждение к действию может также исходить от внешних стимулов, которые нас соблазняют.

В то время как такие соблазны, в которые мы рождаемся, следует благоразумно избегать по указанным ранее причинам, те васаны, с которыми человек рождается, даже если они порочны, должны быть преследуемы и истощены без обременительного чувства деятельности.

Именно это пагубное чувство увековечивает карму, порождая желания.

*

Все действия, будь они благороднейшего или низшего порядка, действительно проистекают только из неведения, или непостижения Истины.

Поэтому они противоречат сущностной божественной природе человека.

Даже человек, погружённый в созерцание, всё ещё находится на уровне эго, ибо он всё ещё ищет Истину.

Это предполагает его невежество относительно высшей Реальности, потому что если бы он реализовал то высшее состояние, медитация была бы излишней, как излишня попытка заснуть для того, кто уже спит!

Таким образом, все действия окутаны злом, как огонь покрыт дымом.

Однако дым можно значительно уменьшить, подавая больше воздуха. Так и когда покорность эго больше, тем ярче сияет Сознание в таком человеке.