Свами Парамартхананда

Истинное «Я» доступно в каждом отдельном переживании.

Знание волны — это не знание океана; знание реки — не знание океана. Но знание воды доступно и в знании волны, и в знании реки, и в знании океана.

Мне не нужно специально фокусироваться; нужно лишь обратить внимание на то, что истинное «Я» присутствует в каждом переживании.

Истинное «Я» очевидно через наставление.

Возникает противоречие: если истинное «Я» очевидно в каждом переживании, зачем нужно наставление?

Это ключевой секрет Веданты.

Наставление не раскрывает истинное «Я» — оно всегда уже раскрыто. Как не нужно учить свету в зале — он уже раскрыт до моего обучения.

Наставление нужно, чтобы обратить внимание ученика на уже всегда раскрытое истинное «Я».

Свет всегда раскрыт, но ваше внимание не обращено на него.

Когда я спрашиваю: «Что здесь?» — все видят руку, пальцы, ноготь, линии, грязь — всё, что угодно, кроме света.

И не потому, что не переживают свет, а потому что не обращают на него внимания, принимают как должное.

Самое принимаемое как должное —
это истинное «Я».

Свет хотя бы иногда выключают, и тогда внимание приходит: «Ах, свет-то был!».

Сознание же никогда не выключается, поэтому даже такого шанса обратить внимание нет.

Слова учителя нужны не для того, чтобы раскрыть свет, а чтобы обратить твоё внимание на уже существующий свет.

В обычном знании сначала знание, потом опыт. О Ганготи¹ вы сначала узнаёте из книг, а затем, если посетите, получаете опыт.

В случае же истинного «Я» этот принцип не работает: здесь опыт первичен, знание вторично.

Люди совершают величайшую ошибку:
«У меня есть знание, но нет опыта».

Это всё равно что говорить о свете час, кивая головой, а в конце сказать: «Я понял, что такое свет, но не пережил его».

Всё кивание было не от понимания.

Задача учителя — не раскрыть Брахмана и не дать переживание Брахмана, а обратить внимание на уже очевидного, уже раскрытого, уже переживаемого Брахмана.


¹ Место в Гималаях, где берёт начало священная река Ганг. Это один из важнейших паломнических центров индуизма.

Неведение относительно Атмана обладает двумя силами. Одна — покрывающая сила, а другая — проецирующая сила.

Покрывающая сила — это сила сокрытия, а проецирующая сила — это сила воображения.

Покрывающая сила как бы скрывает само Я, которое одно только и проявляется в форме «я не знаю себя как Брахман».

Покрывающая сила заботится о части сокрытия, а проецирующая сила заботится о части наложения, или ошибки.

Неведение веревки происходит из-за покрывающей силы веревки, а появление змеи происходит из-за проецирующей силы того же самого неведения.

Сила неведения скрывает веревку, проецирующая сила неведения порождает змею.

Понимаете?

Покрывающая сила скрывает, проецирующая сила создаёт.

В случае неведения относительно Атмана также:

покрывающая сила неведения относительно Атмана скрывает Атман, а проецирующая сила неведения относительно Атмана порождает в не-Атмане понимание «я есть Атман».

Именно она отвечает за ошибку.
За какую ошибку?
За ошибку «я есть тело».

Атман по своей природе есть неделимое, недвойственное, вечное сознание.

«Природа» означает собственную сущность. Атман сияет, обладая бесконечным величием. «Величие» означает славу, совершенство. «Бесконечное величие» означает природу безграничности. Такова природа Атмана.

Он самосияющий. И этот самосияющий Атман покрывающая сила скрывает.

Итак, покрывающая сила неведения скрывает эту природу Атмана, и вот почему я никогда не заявляю: «Я есть Брахман».


И здесь также нужно отметить сопутствующий момент.

Если веревка совершенно неизвестна,
то проекция змеи не возникнет.

В полной темноте, если там веревка, при полном сокрытии проекция не возникнет. При полном знании, днём, тоже проекция змеи не возникнет.

Каково же идеальное условие?

Оно таково: веревка должна быть частично скрыта и частично известна.

И что это за частичное знание?
Это знание «это».

Само слово «это» указывает, что передо мной есть некая сущность.

На техническом языке это называется «общий аспект», или «аспект "этости"».

Ты видишь лишь «это» — некую расплывчатую данность перед собой.

Но «верёвочность» верёвки, её сокровенная природа, то, что делает её именно верёвкой, ускользает от тебя.

Понимаете, как тонко проводится различие?

«Этость» верёвки известна,
а «верёвочность» верёвки не известна!

И именно поэтому «этость» сохраняется — она никогда не скрыта.

Скрыта только «верёвочность», и потому она замещается чем? «Змеиностью»!

А «этость» продолжается, к ней добавляется «змеиность», и моё утверждение звучит: «Это — змея».


Теперь, применяя тот же принцип, когда я говорю «я есть» — это общий аспект Атмана.

Подобно тому как «этость» есть общий аспект верёвки. Понимаете?

«Общий» означает всеобщий, «аспект» — часть, черта. Подобно тому как «этость» есть общий аспект верёвки, в отношении Атмана также должен быть общий аспект.

И что же это?

Общий аспект: «Я есмь»!

«Я» означает аспект «это»,
«есмь» означает аспект бытия.

И сознание, и существование —
оба этих аспекта меня ясно известны.

Вот почему, когда кто-либо представляет себя, он говорит: «Я есмь». Это общий аспект Атмана.

А какова специфическая природа Атмана?

Специфический аспект:
«Я есмь Брахман».

Итак, «брахманность», или «блаженность», или «беспредельность» — это моя специфическая природа.

«Брахманность» означает безграничность, «блаженность» означает счастье, «беспредельность» означает отсутствие ограничений.

Это моя специфическая черта.
И она скрыта!

В примере специфическим аспектом мы назвали «верёвочность».

А что же здесь выступает в роли специфического аспекта? Блаженство.

Общий же аспект — это бытие (сат) и сознание (чит). Сознание проявляется как «Я», а бытие — как «есмь», то есть чистое существование.

Поэтому, произнося «Я есмь», вы осознаёте и бытие, и сознание — но блаженство остаётся невидимым.

Откуда же вы это знаете? Посмотрите на лицо человека — оно выдаёт отсутствие блаженства.

Поэтому никто не говорит: «Я есмь блаженство». Он говорит: «Я не просто несчастен, я великий несчастный, я страдаю от страданий».

Итак, специфический аспект блаженства скрыт. Это работа чего? Покрывающей силы неведения. И на месте скрытого аспекта блаженства накладывается нечто иное.

Что именно?

Подобно тому как «верёвочность» замещается «змеиностью», так и блаженство замещается страданием.

«Брахманность» замещается «дживовостью», ограниченностью. Безграничность замещается ограниченностью. Бессмертие замещается смертностью.

Когда началось неведение?

Вы не можете говорить об этом, потому что само время попадает внутрь ошибки.

Поэтому спрашивать о начале неведения — это всё равно что спрашивать о самом принципе времени.

«Когда возникло время?»

Что вы ответите?
На этот вопрос нет ответа.

Предположим, я скажу: «Оно возникло в 8 часов». Что это означает?

Если я говорю, что время возникло в 8 часов, значит, время уже должно было существовать. Только тогда, в определённый момент, называемый 8 часами, время может возникнуть.

Но когда самого времени ещё нет, как мы можем говорить о 7 часах или 6 часах?

Всё возникает во времени.

«Когда возникло время?» — на этот вопрос нет ответа. Именно поэтому мы используем слово «майя».

Майя означает, что некоторые фундаментальные вопросы интеллект не может разгадать. Это невозможно.

Не то чтобы мы не знаем ответа, но сам вопрос таков, что на него невозможно ответить.

Неотвечаемость — это не наш недостаток, неотвечаемость внутренне присуща самому вопросу.

И когда неотвечаемость заключена в вопросе, мы называем это майей.

Другие философские системы считают это нашим недостатком. Мы же говорим: это не наш недостаток, это сама природа творения.

Итак, «откуда пришло пространство?» — нет ответа. «Когда возникло время?» — нет ответа. «Как возникла причинно-следственная связь?» Если вы спрашиваете причину для причинно-следственной связи, как можно ответить?

Если вы спрашиваете причину для причины, вы должны выйти за пределы причинности, чтобы ответить на вопрос, как возникла причинность.

А когда вы выходите за пределы причинности, вы уже не можете говорить, как это возникло, потому что «как» — это вопрос, который существует внутри причинности.

Поэтому на эти три вопроса ответом является молчание.

Молчание означает:
«Ты ещё недостаточно изучил Веданту», — говорят они.

Как кто-то красиво сказал: эти три вопроса не решаются, эти три вопроса растворяются в понимании Веданты.

Мы не решаем эти вопросы — мы их растворяем.

Ученик после этого больше не задаёт таких вопросов. Никаких ответов не даётся.

Подобно этому, когда я говорю о покрывающей и проецирующей силах, не думайте о хронологическом начале и тому подобном. Это циклический процесс.

Проецирующая сила проявляется и снова исчезает, проявляется и исчезает.

Покрывающая сила продолжается вечно, пока мы не обретём знание Атмана.

Всему суждено однажды умереть естественной смертью.

И тогда, возможно, возникает мысль:
а что, если неведение, ошибка или сама сансара однажды, даже без всяких усилий, просто исчезнут сами собой?

Может, тогда не нужно идти к наваграхам, совершать наваграха-шанти, развешивать банановые гирлянды для Гуру или Шани? Ведь если ничего не делать, они и так готовы уйти.

По той же логике: допустим, я не хожу на занятия, не изучаю Веданту, не обретаю садхана-чатуштая-сампатти и не достигаю само-знания. Разве сансара и неведение не закончатся когда-нибудь сами?

Подобно тому как все реки, хотим мы того или нет, впадают в океан — разве мы не впадём в Господа в конце концов?

В некоторых книгах действительно сказано: все дживы, независимо от желания, движутся к Богу, и каждый когда-нибудь освободится.

Читая такие строки, можно ошибочно решить, что освобождение придёт автоматически.

Но Шанкарачарья утверждает иное: не может быть и речи о естественной смерти неведения!

Ошибка не исчезнет сама собой!

Сансара не завершится без усилий!

Если только мы не проявим инициативу.

Говорят, опыт учит. Но на самом деле опыт не учит сам по себе — для этого тоже нужна наша инициатива.

Это именно наша способность учиться извлекает уроки из пережитого.

Если мы не приложим усилий, сколько бы ни страдали — будем совершать ту же ошибку снова и снова.

Сансара будет длиться бесконечно, если я не решу её прекратить.

Не годы и не десятилетия —
бесчисленные рождения!

«Снова рождение, снова смерть, снова пребывание в чреве матери. Трудно пересечь этот океан сансары. О Милосердный, о Господь, разрушитель демона Муры, защити меня».

Вот в чём суть!

В духовной сфере до сих пор люди считают, что мысли покрывают Атман,
и поэтому йога-шастра предписывает «прекращение волнений ума».

Знаете, как они это истолковывают?

«Мысли покрывают Атман, поэтому нужно делать так же, как с водорослями на пруду.

В медитации нужно устранить покрытие из мыслей, достичь абсолютной неподвижности, и когда последняя мысль уйдёт, вы предстанете лицом к лицу с Атманом».

Поэтому до сих пор люди практикуют медитацию удаления мыслей, чтобы встретить Атман.

Удаляя мысли, встретите ли вы Атман?
Не встретите.

Почему?

Тот, кто хочет встретить, тот, кто «встречает», — и есть Атман.

И этот Атман очевиден после удаления мыслей? Или во время присутствия мыслей? Разве после того как мысль ушла, Атман появляется? Или когда мысль присутствует, Атман есть?

Даже когда мысли есть, Атман, сознание, очевиден, потому что
только благодаря ему сама мысль очевидна.

Зачем же мне удалять мысль?

В ведантической медитации нам не нужно удалять мысли.

Но если концепция «медитации удаления мыслей» выигрывает, то это из-за ошибочного представления, что мысли покрывают Атман.

Как мир возник?

Воображён заблуждением, то есть рождён из неведения.

Мир создан неведением.

Подобно тому как стол создан неведением: нет такой вещи, как стол.

Когда человек говорит «стол есть», это отвердевшая форма неведения.

Когда есть знание, что он скажет?

Он не скажет «стол есть» — это превратится в «дерево есть».

Подобно этому кристаллизованное неведение предстаёт в форме «мир есть»; кристаллизованное знание предстаёт в форме Брахмана.

И даже не «Брахман есть» — а «один лишь Брахман есть.»

«Что бы ни виделось, что бы ни слышалось — всё это не Брахман», — прекрасно говорит Шанкарачарья в «Атма-бодхе».

Поэтому мир спроецирован, или создан, неведением; и для этого спроецированного, несубстанциального мира Брахман есть основа.

*

Веданта ничего не навязывает.
Веданта говорит: если вы любите отождествлять себя с телом и баловать его — пожалуйста, делайте это.

Но будьте готовы принять все последствия. И когда последствия начинают причинять вам боль, не становитесь внезапно философами: «Почему эта жизнь, Господь? Зачем Он меня создал? Не мог ли Он оставить всё как есть?»

Не ругайте Господа и мир, не ругайте жену, не ругайте детей. Просто молча терпите весь этот феномен под названием «жизнь».

И по мере того как вы становитесь старше, ситуация не становится светлее. Всё идёт к тому, что вы стареете; никто не молодеет. Всё больше только расставаний и потерь.

Чем старше мы становимся, тем больше людей, которых мы знаем, один за другим уходят. Поэтому это не будет для вас хорошей новостью.

Если вы говорите: «Мне всё равно», — я желаю вам всего наилучшего. Если же вы говорите: «Я хочу выйти из всей этой бессмыслицы», — тогда лучше слушайте меня. Это выбор, а не принуждение.

Поэтому Шанкарачарья даёт предупреждение: отождествление с телом вредно для вашего здоровья.

*

Есть правило: интенсивность страдания прямо пропорциональна интенсивности привязанности.

Это самое важное утверждение наших писаний, которое вы можете проверять с сегодняшнего дня.

Если вы ещё не усвоили урок, вам разрешается учиться; берите столько рождений, сколько хотите, пока не поймёте.

Наши священные писания очень терпеливы. Вы можете вообще не принимать это, но после всех пинков и ударов, когда вы станете измученным человеком, вы сможете начать Веданту.

*

Шанкарачарья даже не называет нас людьми — он говорит «джату» (существо), потому что животное не имеет свободы.

У нас также нет свободы, пока мы находимся под контролем привязанности и отвращения.

Именно поэтому в священных писаниях нас называют «пашу» (животные).

Господа называют Пашупати (Владыка животных). Если Господь называется Пашупати, кто же тогда пашу (животные)?

Мы все — пашу, нас нужно направлять палкой. У нас нет своей воли — воля находится под контролем привязанности и отвращения.

Так каково же лекарство от неведения?
Здесь нужно быть особенно внимательными. До сих пор мы говорили, что ум является причиной всех проблем. Поэтому естественно возникает мысль: «Удалим ум».

Это ошибка, которую совершают не только обычные люди, но и некоторые философские системы, например йога-шастра.

Они говорят:

«Устраняйте мысли, и по мере устранения мыслей ум будет становиться тоньше и тоньше; когда все мысли исчезнут, ум также исчезнет, и тогда Атман проявится сам собой, и вы станете свободными».

Это большая ошибка, совершаемая не только людьми, но и целыми философскими системами.

Это предписание на тамильском языке можно сравнить с тем, как если бы на головную боль предлагали ампутацию головы.

Когда болит голова, вы не отрубаете голову — вы устраняете боль!

Так и здесь: нужно удалить не ум, а болезнь ума!

В священных текстах встречаются такие слова, как «мано-наша» (уничтожение ума), «унмани-авастха» (состояние за пределами ума), «амани-бхава» (состояние без ума).

Эти слова могут привести к неверному пониманию.

Поэтому Шанкарачарья говорит:
ваша задача — не удаление ума. Это невозможно, и это не имеет смысла. Если вы удалите ум, вы станете подобны камню.

Что же нужно делать?
Нужно удалить нездоровый ум!

Как это сделать? Нездоровый ум удаляется путём его оздоровления.

Удаляется только прилагательное,
а не существительное. Поэтому нужно очищать ум, а не разрушать его.

Просветляйте ум, обучайте ум, воспитывайте ум, тренируйте ум, направляйте ум.

Не останавливайте ум, но дайте ему правильное направление!

Не уничтожайте мысли — измените качество мыслей. Дайте мыслям правильное направление!

В Веданте удаление мыслей вообще не предписывается. Это не требуется и не имеет значения.

Веданта учит тому, как правильно мыслить.

Даже в ведантической медитации мы не предписываем удаление мыслей.

Мы предписываем такие мысли, как:

«Я не ум, не интеллект, не эго, не читта;
я не уши, не язык, не нос и не глаза;
я — природа сознания-блаженства,
я — Шива, я — Шива».

Это мысль в форме блаженства.

Таким образом, очищайте ум, утончайте ум. И тогда здоровый ум не только не приведёт к связанности, но и приведёт к освобождению.

Итак, требуется не уничтожение ума, а его преобразование в благоприятную для нас сторону. Какой ум благоприятен, а какой нет — было указано.

Саттва-прадхана (где преобладает саттва) внутренний инструмент полезен для освобождения, тогда как раджас-тама-прадхана (где преобладают раджас и тамас) является причиной связанности.

И поэтому Шанкарачарья заключает: «Очищение ума должно быть совершено».

Очищение ума требует больше времени, чем даже изучение Веданты.

Изучение Веданты для подготовленного ума занимает ограниченное время. Если изучение Веданты занимает больше времени, проблема не в Веданте, а в том, что мы не уделили достаточно времени очищению.

Именно поэтому Кришна говорит в «Гите»:

«Достигнув совершенства через многие рождения, затем он достигает высшего пути».

Поскольку только очищенный ум является причиной освобождения, поэтому очищение ума должно быть совершено.

Недвойственность означает «Единый, не имеющий второго» – «единое без второго» (экамева адвитиям).

Это провозглашение Высшей Истины о том, что Абсолютное Сознание (Брахман) существует во все времена как принцип Существования/Сознания во всех живых существах.

*

Если Брахман всегда свободен, зачем нам практиковать для освобождения?

Мы практикуем не для освобождения, а лишь для устранения представления, что я не свободен.

Итак, представление о связанности устраняется; свобода никогда не достигается.

Веданта устраняет ложное представление.

Вот почему я сказал: освобождение —
это работа, происходящая в интеллекте, потому что с точки зрения Атмана освобождение не может и не должно происходить.

Связанность — интеллектуальное заблуждение, а освобождение есть что?

Отбрасывание интеллектуального заблуждения.

А как ты это делаешь?

Через изучение.

И после изучения и знания я не говорю: «Теперь я освобождён».

Если ты изучил должным образом, ты скажешь: «Я думал, что был связан; теперь я знаю, что не был связан, не связан и никогда не буду связан».

*

Эта несчастная, невежественная, неразличающая джива отождествляется с телом, которое является лишь отражающей средой; с чувствами, которые также являются отражающей средой; «и прочим» — интеллектом, отражением. Со всем этим она отождествляется.

И это не обычное отождествление —
это подобно хватке горной ящерицы.

Ящерица — это животное; как только она хватается за что-то, её невозможно оторвать.

Говорят, что воры используют это — я не знаю, миф это или факт — они бросают её, она хватается, и они используют верёвку, чтобы взбираться по стенам.

Мы все подобны этой ящерице, потому что мы держимся за стену тела, стену ума, стену индивидуальности.

Наше отождествление настолько интенсивно, что даже священное писание и гуру, даже если они привяжут толстую верёвку и будут тянуть изо всех сил, сколько бы ни тянули гуру и писание, джива не выходит.

Даже если он и выходит на время часового занятия, то как только выходит, снова возвращается: «Я есть это, я есть это, я есть то».

Шанкарачарья скорбит; он печалится, говоря, что мы страдаем. Поэтому я объясняю так подробно.

Само событие не является ни счастьем, ни страданием; счастье и страдание определяются тем, как мой ум интерпретирует событие.

Интерпретация события определяется двумя факторами. Это очень важный момент.

Событие не определяет счастье и страдание; интерпретация события определяет счастье и страдание.

Интерпретация основана на двух вещах:
- одна — наши прошлые васаны,
- другая — наше знание.

Наше знание и прошлые васаны определяют интерпретацию.

Если знания нет, мои прошлые васаны интерпретируют, и поскольку васаны различаются от человека к человеку, интерпретации и окраски различаются, и поэтому получаемое счастье/страдание также будет различаться.

Но если знание достаточно сильно, оно пересилит васаны, и интерпретация будет здоровой.

Именно так у джняни интерпретация настолько здорова, что даже самое худшее событие не способно принести ему страдание.

В 6-й главе «Гиты» Кришна говорит: даже величайшими ужасными событиями.

*

Атман — освещающий,
а джива — обладатель трёх состояний.

Мы должны чётко различать обладателя и освещающего.

Рука принадлежит телу, а свет лишь освещает тело.

Освещающий не является обладателем.

Поэтому только виджнянамайя обладает всеми тремя состояниями, тогда как Атман не имеет этих состояний.

Каковы же эти состояния?

Бодрствование, сон со сновидениями и, наконец, глубокий сон.

Глубокий сон — это состояние отдыха.
Но зачем даётся этот отдых?

Для того чтобы джива отдохнула и затем снова подверглась наказанию.

В старые времена в тюрьмах использовали порку: когда заключённый уже не мог стоять, его уводили, натирали маслом, обливали водой, приводили в чувство — и всё это для того, чтобы продолжить порку.

Так и мы находимся в тюремном заключении сансары.

Господь через кнут кармы хлещет нас.

Когда мы уже не в силах выносить это, нам дают временное облегчение — глубокий сон.

А затем нас снова возвращают в круговорот и продолжают хлестать.

И этот бедняга всё равно не понимает.

Он говорит: «Тюрьма сансары прекрасна!» — и произносит это с улыбкой...

Всё, что ошибочно наложено из-за заблуждения или неведения, не является фактом. Оно действительно не существует.

Предположим, речь идёт о змее на верёвке.

Восприятие змеи происходит из-за заблуждения.

Когда же появилась змея?

Когда кто-то задаёт этот вопрос,
на самом деле на него нет ответа!

Почему нет ответа?

Потому что змея на самом деле никогда не возникала!

Только если змея возникла, можно говорить о том, когда она возникла.

Нет вопроса о приходе змеи, потому что змеи вообще нет!

Поэтому когда человек ошибочно воспринимает змею, на самом деле змеи нет.

Поэтому временно я должен дать ответ: «Она безначальна».

Если змея есть, она безначальна.

Безначальна означает не то, что она существовала вечно, а то, что о её начале нельзя говорить, потому что её на самом деле нет.

Будьте очень внимательны!

Поэтому при знании верёвки змея не умирает. Змея не умирает при знании верёвки. Почему змея не умирает? Она не существует, чтобы умереть!

Поэтому конец змеи на самом деле не конец змеи.

Конец змеи — это понимание того, что нет змеи, которую нужно было бы закончить.

Конец змеи — это понимание,
что нет змеи для её исчезновения.

Поэтому после познания верёвки я не говорю: «Теперь эта змея ушла».

Я говорю: «Змеи вообще не было, чтобы исчезнуть».

Таким образом, кажущаяся безначальной змея имеет конец — опять-таки кажущийся — при знании.

Кажущаяся безначальной змея имеет кажущийся конец при знании.

Поэтому каждая ошибка безначальна,
но имеет конец.

Ошибки безначальны, потому что они рождены из безначального неведения.

Ошибки имеют конец, потому что при знании я узнаю их несуществование.

Ближайший пример, который можно привести, — пример тьмы.

Если есть пещера в Южной Америке, куда люди ещё не добрались, и в этой пещере тьма. Когда началась тьма? Нельзя говорить о начале тьмы. Но когда вы зажигаете лампу, безначальная тьма заканчивается.

Поэтому учитель говорит:

«То, что порождено заблуждением и воображением, не имеет реальной основы».

Следует помнить о различии между исчезновением сансары и исчезновением сновидения.

Сновидение исчезает из самого переживания — при пробуждении оно просто перестаёт переживаться.

Но в случае сансары переживание мира не заканчивается.

В этом и состоит разница между сновидением и этим проявленным миром.

При наступлении знания переживание мира не заканчивается, но при наступлении знания мир как отдельная сущность — эта ошибка — заканчивается.

Подобно тому как знание дерева кладёт конец отдельному существованию стола, а знание золота кладёт конец отдельному существованию украшений, так и знание Атмана кладёт конец сансаре как фактически существующей вещи.

Но при этом нет конца миру как переживаемой вещи.

Здесь мы должны чётко понимать, до какой степени следует распространять пример со сновидением и до какой степени не следует.

Поэтому лучше знать не только общие черты, но и то, что не является общим.

Иначе мы будем продолжать находить в примере то, чего в нём нет, и придираться к нему.

Такова природа этой сансары. Она подпадает под уникальную категорию.

Она безначальна, но не вечна.
«Не вечна» означает «имеет конец».

Поэтому сансара безначальна и имеет конец.

Согласно Веданте, вся материя подпадает под эту категорию. Только сознание является безначальным и бесконечным.

Вся же материя подпадает под эту уникальную категорию, что означает, что при исследовании материя вообще не существует.

Теперь вы можете понять, насколько трудна Веданта.

Всё время мы имеем дело с материей.
Эта книга — материя, этот микрофон — материя, стол — материя. Вы всё время имеете дело с материей.

Вы когда-нибудь имели дело с сознанием? Вы когда-нибудь ходили на рынок и покупали килограмм сознания?

То, с чем мы всё время имеем дело, Упанишады говорят, что оно никогда не реально. А то, с чем мы никогда не имеем дела, Упанишады говорят, что оно было, есть и будет.

Веданта делает нечто таинственное: то, что всегда доступно, она говорит, что его вообще нет, а то, что никогда не доступно, только то и существует.

Поэтому материя — это ошибка,
сознание — это истина. Такова Веданта.

«Брахман истинен, мир нереален,
джива есть не что иное, как Брахман».

Ошибочно принятая верёвка — это змея.
Ошибочно принятое сознание — это материя.

Ошибочно принятое «я», Атман, —
это сансарин-джива.

Измените ошибку — и вы свободны. Сохраните ошибку — и вы можете продолжать плакать. Если вы любите плакать, что ж, продолжайте.

В чём же суть Веданты?

Это исправление ошибки.

Ошибки относительно кого? Себя!

*

ОСВОБОЖДАЕТ только АПАРОКША ДЖНАНАМ (ПРЯМОЕ ЗНАНИЕ), знание о том, что «Я» не отличен от Брахмана.

Косвенное знание становится пурна джнянам (полным знанием) только тогда, когда за ним следует знание, что джива есть Брахман (дживо брахмаива напара).

Только знание «Я есть Брахман», является пурна джнянам (полное знание).

*

Обратите внимание, что Майя не может действительно скрыть реальность, Брахмана, так же как облако никогда не может скрыть солнце.

Она только скрывает нашу способность познавать Брахмана и, таким образом, действует как препятствие для познания Брахмана.

До тех пор, пока длится это невежество, мир будет казаться нам реальным, и мы будем постоянно ощущать обусловленность.

Именно через изучение веданты и исследование великих изречений (махавакья-вичара) можно превзойти мулавидью.

*

Господь не имеет власти устранить страдания дживы.

Все, что испытывает ум, является результатом собственных карм (плодов действий) и будет уничтожено только путем прохождения через их результаты.

*

Джняни — не тот, кто приостановил свои мысли; джняни — тот, кто может объективно принимать как мыслящий, так и безымянный ум.

Он не ненавидит и не желает — потому что он вышел за пределы состояний ума.

Йог заинтересован в определённом состоянии ума; джняни вышел за пределы состояний ума.

Видите разницу?

Веданта — это совершенно другой предмет, но многие путают йогу и Веданту.

Поэтому Шанкарачарья говорит «из-за того что она есть видоизменение пракрити» — ваше переживаемое удовольствие есть лишь состояние ума, и поэтому вы не можете найти в нём постоянства.

Атман же — всегда неизменное сознание.

Как может неизменный Атман быть изменчивым состоянием ума?

*

Брахман не является чем-то, что можно испытать.

Если бы это было так, он перестал бы быть Брахманом.

Брахман должен быть понят с точки зрения знания о том, что человек сам является этим Брахманом.

Таким образом, джнянам (знание) утверждает, что «я есть Брахман».

Мы привели пример с ряской, покрывающей воду: когда мы убираем ряску, мы видим воду.

Пять оболочек считаются покрывающими Атман; «коша» означает покрытие, оболочку, подобное одежде.

Какова наша цель?

Продолжать отрицать всё в надежде открыть этот Атман.

Человек закрывает все органы чувств, мир отрицается.

Затем приходят мысли — сотни их — когда мы садимся медитировать.

Он борется, пытается убрать каждую мысль, и обычно ему это не удаётся, хотя иногда он может преуспеть.

Как я говорил, один человек спросил меня: «Свамиджи, мне потребовалось 12 лет, чтобы достичь состояния без мыслей».

Затем он не понимает: «Свамиджи, я могу достичь состояния без мыслей, я сделал ум пустым, но я не нахожу никакого переживания Атмана».

Он ищет переживание Атмана, которое должно произойти после отрицания каждой мысли, потому что он предположил, что Атман — это нечто, что будет иметь дополнительный свет, когда все мысли уйдут.

Он сам не знает, чего ожидает.

Величайшая трагедия в том, что человек не знает, чего ищет.

Представьте, что я иду на железнодорожный вокзал в поисках кого-то, и кто-то спрашивает: «Кого вы ищете?»

Я отвечаю: «Не знаю».

Тогда почему ты ищешь и зачем?

То же самое в медитации: удаляю все мысли, но даже не знаю, что искать.

Может, это будет какой-то мистический опыт?

Представьте, что приходят мистические переживания — какое из них является переживанием Атмана?

Поэтому либо я заключаю, что какое-то переживание является переживанием Атмана, либо я вечно жду переживания Атмана.

Это универсальная ошибка почти каждого ученика Веданты.

Это нормальная ошибка.

Мы имеем привилегию её совершить, потому что она законна.

Шанкарачарья понимает эти ошибки и поэтому вкладывает этот вопрос в ум ученика.

И каков он?

«Я могу отрицать всё и прийти к пустоте; кроме пустоты, я ничего не переживаю. Означает ли это, что пустота и есть Атман?»

Это означает, что мы пришли к шунья-ваде буддизма, к нигилизму: ничего нет, небытие становится истиной.

Эта возможность шунья-вады является самой большой проблемой.

Поэтому ученик задаёт этот вопрос:

«О Гуру, я не могу понять.
Я остановил все мысли; но ничего не приходит; через некоторое время приходит только головная боль».

Поэтому Шанкарачарья говорит:
«Когда эти пять оболочек отрицаются» — все переживания отрицаются.

«Как нереальные» — здесь достаточно понять слово «митхья» как «не-Атман».

Но ученик настаивает:

«Я отрицал все пять оболочек как не-Атман. И что же я нахожу? Я не вижу ничего. Я не переживаю ничего».

Хотя он был так оптимистичен.

Я нашёл тот же вопрос в одном журнале на странице вопросов и ответов, и редактор ответил: «Продолжайте, однажды вы получите переживание».

Представьте: человек говорит: «Я могу дойти до пустоты, но не могу получить никакого переживания. Что мне делать?»

«Продолжайте» — и представьте, что каждый день он приходит, садится медитировать, достигает пустоты и ждёт, ждёт, ждёт! Когда же Он придёт? Ничего не приходит. И снова он уходит.

В конце концов, из-за сильного давления... А ум под давлением иногда даёт галлюцинаторные переживания.

В психологии есть целый раздел, который обсуждает это. Например, в заключении — те, кто находится в одиночном заключении пять, шесть лет в тёмной комнате, иногда получают определённые переживания.

И вот этот человек под давлением получает некое переживание и заключает: «Я видел Атман!»

И всё это из-за фундаментальной проблемы.

«Теперь скажи мне, что же здесь следует познать? Потому что это полная пустота. Что вообще следует познать? Является ли пустота чем-то, что стоит познавать, или есть что-то ещё? Что же здесь следует познать, о Гуру?»

Это крик ученика: что, чёрт возьми, следует познавать? Ничего нет!

Тем, кто обладает различающим интеллектом, — что вообще следует познавать?

Поэтому ученик спрашивает:

«Я не переживаю ничего после отрицания пяти оболочек. Скажи мне, что же такое этот благословенный Атман?»

Каков ответ?
Вы знаете ответ, я говорил много раз.

Что это?

Когда вы отрицаете всё, вы не отрицаете одну вещь.

Предположим, человек приходит в зал и говорит: «Свамиджи, когда я пришёл, никто не прибыл».

Это выглядит так просто, но это самая большая истина.

Когда вы говорите «никто», это означает, что никто, кроме меня.

Одна вещь принимается как должное: наблюдатель. Наблюдатель вечно принимается как должное.

Точно так же, когда вы говорите о пустоте, одна вещь принимается как должное: эта пустота также обсуждается только благодаря наблюдателю.

Поэтому то, что вы называете пустотой, есть не что иное, как наблюдатель без наблюдаемого. Надеюсь, вы понимаете.

Что такое пустота?

Наблюдатель без наблюдаемого!

Что означает «без наблюдаемого»?

Наблюдатель без чего-либо для наблюдения.

Когда вы говорите «никто не пришёл», что это означает?

Никто, кроме меня!

Точно так же пустота должна пониматься как осознавание.

То, что я считаю пустотой, есть бесформенное осознавание.

Состояние без мыслей есть бесформенное осознавание.

Это бесформенное осознавание вы не видите, потому что вы и есть это благословенное бесформенное осознавание.

Поэтому это вопрос признания:

«Я есть это бесформенное осознавание,
во мне возникают мысли, и во мне они растворяются. Мысли возникают и растворяются; бесформенное «Я» всегда есть».

Не понимая этого, мы страдаем.

Когда вы говорите об отсутствии всего, помните, что есть кто-то — свидетель этого отсутствия.

Когда вы говорите об отсутствии всего, вам нужен свидетель, потому что вы не можете говорить о том, чего не пережили.

*

Мы никогда не можем говорить об абсолютном отсутствии, в котором свидетель также отсутствует.

Невозможно.

Это один из наших сильных аргументов против буддистов. Когда буддисты говорят, что ничего нет, мы спрашиваем: «Кто ты, кто говорит? Ты есть, чтобы говорить о пустоте».

*

Сознание всегда является переживающим, никогда не переживаемым.

Этот непереживаемый переживающий, этот необъективируемый субъект, этот неотрицаемый отрицатель есть Атман.

Ваша задача — не встретить этого свидетеля, а признать его, который всегда присутствует.

Ваша задача — не кратковременно пережить свидетеля.

Если ваша цель — кратковременно пережить свидетеля, он снова станет объектом переживания, приходящим и уходящим.

Поэтому ваша задача — признать свидетеля как себя.

*

Помните, вы должны использовать интеллект как инструмент, чтобы признать этот факт, но когда вы признаёте его с помощью интеллекта, вы не включаете интеллект в сознание.

Вы используете интеллект как инструмент, но не признаёте его.

*

В нирвикальпа-самадхи вы никогда не сможете признать, потому что вы останавливаете свой интеллект.

Интеллект отсутствует — тогда кто признает этот факт?

Поэтому вы должны признать этот факт с помощью исключительно тонкого интеллекта.

*

Вопрос в том, что после отрицания всех пяти оболочек мы вообще ничего не переживаем.

Но как можно говорить об Атмане после отрицания всех пяти оболочек?

Что же следует познать?

Ничего не следует познавать!

*

Когда мы говорим «ничего нет», это означает «нет ничего, кроме меня».

*

Всё переживается кем-то, а тот, кто сам не переживается - это субъект, свидетель, а свидетель никогда не переживается.

*

Переживание Атмана невозможно, и переживание не требуется, потому что даже до переживания Он очевиден как «Я», Сознание.

Поэтому Он не является объектом переживания, но в то же время Он всегда очевиден как Сознание.

Наша проблема не в том, чтобы пережить Атман, Он и так всегда переживается как сознание.

*

В нашем понимании требуется изменение!

Всё учение — это преобразование в понимании, а не преобразование в переживании.

*

Всё ведантическое исследование направлено на то, чтобы преобразовать наше понимание.

*

Священное писание не просит вас искать другие переживания. С теми переживаниями, которые у вас есть, вы должны развить новое понимание.


*


Когда вы сидите в медитации, когда вы отрицаете все мысли, в пустоте не ищите прихода чего-то.

Эта пустота не является пустотой; эта пустота пронизана осознаванием, и это пронизывающее осознавание — я сам.

Не только эта пустота; в самом теле пустота осознаётся осознаванием; тело также осознаётся тем же осознаванием.

Кто же я?

Я не пронизываемое тело,
я — пронизывающее осознавание.

Маленький сдвиг, но огромный сдвиг!

Вместо того чтобы говорить:

«Я — тело, пронизанное осознаванием»,
я должен понять: «Я — осознавание, пронизывающее это тело».

И поэтому кто я?

Я — пронизывающий тишину.

И это я должен признать.

Иначе вы будете искать свидетеля.

Мы должны изучить Брахман, изучить единство, сказать «Я есть Брахман», сказать «Я — причина», сказать «мир — следствие», и поэтому нет мира, отдельного от Меня.

Как нет мира сновидений, отдельного от бодрствующего. Мир сновидений может угрожать только до пробуждения. Так и нет мира, отдельного от меня.

Что тогда происходит?

Дуализм сводится к недвойственности.

Это Эверест, который мы должны достичь.

Потому что следствие и причина — два слова, но субстанция одна.

Горшок и глина — два слова, но субстанция одна.

Мы хотим сказать, что материя и сознание — это два слова, но есть только одно сознание, которое является единственной субстанцией.

Нет материи, кроме имени и формы.

Сознание плюс имя и форма есть материя.

Что такое мир?

«Я» плюс имя и форма есть мир.
Я — материал вселенной.

«Во мне всё рождается, во мне всё утверждается, во мне всё растворяется — то недвойственное Брахман есть я».

Все имена и формы мира возникают во мне, существуют во мне, растворяются во мне и не имеют отдельного существования.

Поэтому они не могут угрожать мне.

Волна не может угрожать воде.
Украшения не могут угрожать золоту.
Мебель не может угрожать дереву.
Мир не может угрожать мне.

Возникает вопрос: я должен познать Брахман или стать Брахманом, или сделать и то и другое?

Ответ таков: познание Брахмана само по себе является становлением Брахманом.

Потому что мы познаём Брахман в форме «Я есть Брахман».

Нет другого способа познать Брахман, кроме как в этой форме.

Возьмём пример Карны. Карна хотел знать, кем был шестой сын Кунти. Предположим, он пытается выяснить его личность. Тогда Кунти говорит ему: «Ты и есть он». Когда Карна узнаёт эту истину, он не просто обретает знание — он понимает, что он сам и есть тот, о ком идёт речь.

«Стал» не означает, что раньше он не был им, а теперь стал.

Это означает, что раньше он не знал факта, а после знания он узнал факт.

Поэтому знание является как бы становлением.

Моё усилие всегда состоит в том, чтобы познать, но когда я познаю, я обнаруживаю, что я и есть то, что я хотел познать.

Поэтому знающий Брахман всегда является ставшим Брахманом.

*

Я, принцип сознания, который переживает мир, тело и ум, и который является свидетелем всех этих трёх, есть Атман.

Я — сознательный принцип,
без изменения и без разделения.

Мир — это имя; тело — имя; ум — имя;
всё это — только словесное обозначение, имя, концепция.

Я, осознающий не-Атман, есть Атман.

Поэтому переживающий является единственной субстанцией.

Всё, что я переживаю, несубстанциально.

Переживающий — единственная субстанция; всё, что переживается, несубстанциально.

Если вы не можете проглотить эту идею, Веданта даёт пример сновидения.

Во сне всё, что я переживаю, несубстанциально: гора сна, река сна, солнце сна, луна сна.

При пробуждении я обнаруживаю, что единственная субстанция — это я сам.

Я сам кажущимся образом появился как субъект сна, объект сна, инструменты сна, взаимодействие сна и даже эмоции сна — всё это Я.

Брахман прекрасно определён в «Тайттирия-упанишаде», в разделе «Брахмананда-валли», как:

«Истина, Знание, Бесконечность — это Брахман, который сокрыт в пещере сердца, в высшем пространстве.»

Брахман определяется как Сат (сатйам) — основное существование.

И не только это — «сатйам»;
это также «джнянам» — знание,
которое не подвержено отрицанию или разрушению.

Поскольку «джнянам» стоит рядом с «сатйам», это «истинное знание».

А что такое «сатйам»? То, что не может быть отрицаемо или разрушено, есть «сатйам».

И поскольку «сатйам» используется как синоним «джнянам», знание также должно быть тем, что не может быть отрицаемо или разрушено.

И что же это?

Любое знание, о котором вы говорите, подвержено отрицанию или разрушению.

Поэтому мы должны искать тот аспект, который не может быть отрицаем или разрушен.

Но в каждом знании есть нечто постоянное!

В знании горшка, в знании ткани, в знании дерева, в знании человека — что постоянно присутствует?

Само знание, само осознавание является постоянным фактором!

«Знание горшка» означает «я осознаю горшок»; «знание ткани» — осознавание ткани; «знание дерева» — осознавание дерева.

В каждом знании есть осознавание плюс объект, и единственное, что постоянно во всех них, — это принцип осознавания или сознания!

Предположим, вы останавливаете все процессы познания, закрывая все органы чувств и мысли — даже когда ваш ум пуст, остаётся принцип сознания; сознание чего?

Сознание пустоты!

Пустота сознания не означает, что сознание пусто. Пустота сознания означает сознание пустоты.

То, что я осознаю, меняется;
«то, что Я осознаю» — не меняется.

Этот принцип сознания называется «джнянам».

КАК ДОКАЗАТЬ СОЗНАНИЕ?

Шанкарачарья говорит, что сама попытка доказать сознание бессмысленна, потому что вы пытаетесь доказать сознание, будучи сознательным существом.

Поэтому если есть что-то, что не нуждается в доказательстве, это сознание. То, что используется для доказательства всего, не нуждается в доказательстве.

Если сознание не нуждается в доказательстве, в чём тогда цель священного писания?

Цель писания — не доказать сознание, а отрицать обусловленности от сознания.

Когда перед человеком волна, и он хочет узнать воду, я не доказываю воду, потому что вода также прямо перед ним.

Что я пытаюсь сделать — взять обусловленную воду, которую он называет волной, и отрицать часть имени и формы; и научить, что волна минус имя и форма есть вода, которую он хочет узнать.

Какова цель учителя?

Обусловленное сознание уже очевидно в выражении «я есть». И я прошу вас убрать обусловленности из «я есть».

После того как вы сказали «я есть», мы не ставим точку. У вас есть карточка, и вы говорите: «Я есть такой-то».

Поэтому мы пытаемся сделать следующее: после «я есть» мы пытаемся убрать все остальные обусловленности.

Необусловленное «я есть Брахман» –
это цель учения.

Учение больше направлено на удаление, чем на добавление новой субстанции!

Цель Веданты — никогда не вводить новую субстанцию, а убрать атрибуты из уже существующей субстанции, которой является «Я».

Брахман самоочевиден в форме «я есть».

«Я» указывает на сознание;
«есмь» указывает на существование;

последующие слова указывают на обусловленности.

В этих обусловленностях нужно отрицать и сохранять «я» и «есмь».

Тогда цель Веданты достигнута.

Для Веданты вы должны быть дисквалифицированы от всех квалификаций!

Чем больше вы отбрасываете обусловленности, тем более вы квалифицированы для Веданты, и стены разделения исчезают.

Когда ограничения исчезают, это называется блаженством.

Бесконечность, осознанная как своя, называется блаженством.


*


Объективное знание, обусловленное знание имеет ограничение; у него есть рождение; знание горшка имеет рождение, когда вы впервые видите горшок.

У него есть местоположение — знание горшка находится в том уме, где есть мысль о горшке, имеющая временное и пространственное местоположение.

Но необусловленное знание, называемое осознаванием или сознанием, не может иметь местоположения или измерения, и поэтому оно «анантам».

«Анантам» — это прилагательное, связанное и с «сатйам», и с «джнянам».

«Бесконечное существование, бесконечное знание — Брахман».

Здесь Упанишада не говорит «Брахман есть бесконечное существование и бесконечное знание»; союз «и» не используется.

Если бы использовался союз, в чём была бы проблема?

Брахман был бы комбинацией бесконечного существования и бесконечного сознания.

Тогда Брахман был бы собранием.

Не используя союз, Упанишада указывает, что бесконечное существование и бесконечное сознание — синонимы.

Они не являются двумя отдельными сущностями; бесконечное существование есть бесконечное сознание; бесконечное сознание есть бесконечное существование.

Есть только Брахман.

Как продукт глины есть только глина, так и продукт Брахмана есть только Брахман.

Мир есть не что иное, как Брахман с добавлением нового имени. И добавление имени не следует принимать за добавление субстанции.

Если я дал новое имя этому как «стол», это новое имя добавлено, но никакой новой субстанции не появилось!

Поэтому только Брахман является субстанцией!

«Нет ничего другого» — нет мира, кроме Брахмана.

Шанкарачарья говорит: если вы способны видеть этот факт, вы стали мудрее. А если вы не способны видеть этот факт, вы всё ещё спите.

Есть люди, которые просыпаются ото сна, но даже после пробуждения некоторое время ведут себя так, как будто ещё не проснулись — берут крем для бритья вместо зубной пасты.

Такое происходит, потому что они находятся в состоянии частичного пробуждения.

Так же Шанкарачарья говорит: пока вы говорите, что есть мир, вы говорите во сне.

*

Перед тем как прийти к единству, творение должно быть устранено.

Иначе единство дживы и Брахмана произойдёт, а мир продолжит существовать как отдельная сущность.

Поэтому перед единством дживы и Брахмана мир должен быть устранён.

Устранение происходит через мудрость — джняна-наша, то есть уничтожение через знание.

Как происходит уничтожение стола через знание?

Зная, что стола вообще нет, кроме слова «стол»; а субстанция — только дерево.

Стол сводится к имени, когда мы знаем его содержание. Украшения сводятся к имени, когда мы знаем их содержание.

Так же мир должен быть сведён к имени, когда мы знаем его содержание.

Для украшений содержание — золото;
для стола — дерево; для мира — Брахман.

Поэтому Шанкарачарья говорит: сведи мир к имени, что означает «проглотить» мир, потому что он существует только по названию.

Существование только по названию равносильно несуществованию.

Номинальное существование равно митхье; митхья равна асат (нереальному); оно не должно учитываться вообще.

Поэтому мир должен быть выведен из подсчёта.

Что тогда произойдёт?

Из трёх — джива, Брахман (или Ишвара) и мир — мир исчезнет.

Мы свели три к двум.

Понимаете?

Джива, Брахман или Ишвара и мир.

Анализируя Ишвару и мир и показывая, что Ишвара — причина, а мир — следствие, и что нет следствия, отдельного от причины, мир поглощается Ишварой.

Из трёх остаётся только два:
джива и Брахман.

Затем следующий этап:

джива и Брахман также будут слиты и сведены к одному — Атману.

Дживатма и параматма будут сведены к одному Атману.

Это и есть адвайта-сиддхи.

Мы сводим три к двум.
Затем сведём два к одному.

Шанкарачарья изучал это на примере глины и горшка и указал, что горшок — только имя. Так же он сказал, что мир — только имя.

Адвайтин — единственное меньшинство, которое утверждает, что мир нереален.

Шанкарачарья говорит: предположим, что мир принят как реальный из-за голоса большинства.

Какова будет проблема?

«У Атмана была бы утрачена истинная природа» — Брахман потерял бы статус бесконечного.

Понимаете причину?

Если мир реален, Брахман также реален, тогда есть две реальности, и каждая будет ограничивать другую.

Возникнет пространственное ограничение, затем временное ограничение, и наконец — ограничение по статусу.

Если есть только один человек, вы можете сидеть как угодно, вытянув ноги. Когда количество студентов увеличивается, пространство становится ограниченным.

Если второй человек — это тень, она не ограничит, потому что тень, будучи митхьей, не может ограничить. Но реальная вторая вещь будет ограничивать.

Поэтому если мир реален, бедный Брахман будет ограничен.

Это пространственное ограничение.
А где есть пространственное ограничение, возникает и временное ограничение, потому что пространство и время взаимосвязаны.

Что такое ограничение по статусу?

Когда я утверждаю, что я человек, я автоматически исключаю все другие статусы: я не животное, не стол, не дерево, не гора.

Человечность ограничивает меня, исключая животность.

Если Брахман и мир — две отдельные сущности, Брахман, будучи Брахманом, потеряет статус мира, а мир потеряет статус Брахмана.

Мир, теряя статус Брахмана, не проблема — он и так ограничен. Но Брахман, будучи Брахманом, потеряет статус мира. Это ограничение по статусу.

Поэтому если мир реален, первая проблема — Брахман теряет бесконечность.

Тогда ученик может спросить: пусть Брахман потеряет свой статус, что с того?
Почему мы должны предполагать, что Брахман должен обладать бесконечностью?

Есть люди, которые верят, что Бог — физическая личность, и в их философии это нормально — Бог может быть ограничен.

Почему мы не можем думать, что Бог или Брахман — отдельная сущность, и пусть она будет конечной?

Шанкарачарья говорит, что это невозможно, потому что если Брахман принимается как ограниченный, определение Брахмана из Шрути будет фальсифицировано.

Основное определение Брахмана:
«Истина, Знание, Бесконечность — Брахман». Брахман определён Ведой как бесконечный.

Если вы отрицаете бесконечность Брахмана, это означает, что ведическое определение недействительно. Это означает, что Веда больше не является надёжным источником познания.

Веда, теряющая статус надёжного источника познания, называется недостоверностью Веды.

Тогда человек может спросить: пусть будет так. Почему я должен принимать Веду как источник познания? Может быть, это просто болтовня. Кто-то что-то наболтал.

Это может быть мнением риши, может быть ошибочным. Почему я должен принимать? Почему Веда должна быть принята как достоверный источник?

Шанкарачарья не даёт ответа здесь, потому что само изучение началось с предположения, что Веда — достоверный источник.

Как в крикете: судья дал «аут», и никто не должен оспаривать решение судьи, потому что в начале игры все приняли судью.

В этой игре, если судья дал «аут», лучше уйти. Если судья неквалифицирован, это нельзя обсуждать в этой игре. В следующей игре можно обсудить, должен ли он быть судьёй.

Так же, перед приходом на занятия по «Вивекачудамани» мы согласились на: различение, отречение, шесть качеств (шама, дама, упарама, титикша, шраддха).

Мы изначально предположили Веду как достоверный источник, и это учение адресовано тем, кто принял достоверность Веды.