Просветлённые о Смерти

П.: Я хотел бы знать, что есть до рождения и после смерти.

М.: Я прекрасно знаю, что я не есть то, через что я знаю, что я рождён.


П.: Я говорю об обычном человеке. То, что существовало до моего рождения, продолжится ли после моей смерти?

М.: Да.


П.: Будет ли это повторяться долго?

М.: В состоянии до рождения — чем бы ни был этот фон, который сохраняется вечно — вы точно знали, чем вы были, но чем бы ни было теперь ваше представление о себе, оно исчезнет.

Нисаргадатта

Когда Нисаргадатта умирал, в последние мгновения он сказал:

«Теперь с этим телом все склонности этого тела покидают меня. Все, что происходило с этим телом прежде, уходит теперь с этим телом, и по-прежнему нет того, кого это заботит».

Карл Ренц («Песня неуместности»)

Когда вы полностью, тотально поняли сознание, когда всё стирается, это великая смерть.

Нисаргадатта

Жизнь после смерти

РАМАКРИШНА (Банкиму): «Я понимаю, вы великий пандит и написали много книг. Пожалуйста, скажите мне, что вы думаете об обязанностях человека? Что будет сопровождать его после смерти? Вы верите в загробную жизнь, не так ли?»

БАНКИМ: «Загробную жизнь? Что это?»

УЧИТЕЛЬ: «Верно. Когда человек умирает, достигнув Знания, ему не нужно идти на другой план существования; он не рождается снова.

Но пока он не достиг Знания, пока он не осознал Бога, он должен вернуться к жизни на этой земле; он никогда не сможет избежать этого. Для такого человека есть загробная жизнь.

Человек освобождается после достижения Знания, после осознания Бога, и для него нет дальнейшего возвращения на землю.

Если варёное рисовое зерно посеяно, оно не прорастает. Точно так же, если человек сварен огнём Знания, он не может больше участвовать в игре творения; он не может вести мирскую жизнь, ибо у него нет привязанности к „женщине и золоту“. Что вы выиграете, посеяв варёный рис?»

БАНКИМ (улыбаясь): «Господин, но и сорняк не служит цели дерева».

УЧИТЕЛЬ: «Но вы не можете назвать Джняни сорняком. Тот, кто осознал Бога, получил плод Бессмертия — не обычный плод, вроде тыквы или тыквы-горлянки. Он свободен от перерождения. Он не рождается нигде — ни на земле, ни в солнечном мире, ни в лунном мире.

«Аналогия односторонняя.
Вы пандит; разве вы не читали логику? Предположим, вы говорите, что человек страшен, как тигр. Это не означает, что у него страшный хвост или тигриная морда! (Все смеются.)

«Я сказал то же самое Кешабу. Он спросил меня: „Господин, есть ли загробная жизнь?“ Я не причисляю себя ни к той, ни к иной стороне.

Я сказал, что гончары ставят свои горшки на солнце для обжига. Среди них вы видите и обожжённые, и мягкие горшки. Иногда скот топчет их.

Когда обожжённые горшки разбиваются, гончары выбрасывают их; но когда мягкие разбиваются, они сохраняют их. Они смешивают их с водой и кладут глину на круг и делают новые горшки. Они не выбрасывают необожжённые горшки.

Так я сказал Кешабу: „Гончар не отпустит тебя, пока ты необожжён. Он поставит тебя на круг мира, пока ты не достиг Знания, пока ты не осознал Его.

Он не отпустит тебя. Тебе придётся возвращаться на землю снова и снова; нет спасения. Ты освободишься только тогда, когда осознаешь Бога. Тогда лишь Гончар отпустит тебя.

Это потому, что тогда ты не будешь служить никакой цели в этом мире майи“. Джняни ушёл за пределы майи. Что он будет делать в этом мире майи?

«Но Бог сохраняет некоторых джняни в мире, чтобы они были учителями людей.

Чтобы учить других, Джняни живёт в мире с помощью Видья-майи. Сам Бог сохраняет Джняни в мире для Своей работы. Так было с Сукадевой и Шанкарачарьей».

Вы есть Абсолют!

Горение палочки благовоний прекратилось, дым прекратился, но небо всегда здесь.

То же самое в момент смерти:
жизненное дыхание покидает тело,
«я есть» отступает, стирается, это великий момент бессмертия.

Посмотрите на пламя этой зажигалки.
«Я есть» — это пламя, и я наблюдаю его движения. Оно гаснет, газ больше не поступает, жизненное дыхание покидает тело, тело опадает, и я это наблюдаю.

То, что наблюдает, — это вы.

Невежественные в ужасе в момент смерти, они борются, но не Джняни, для него это великолепный момент, момент блаженства.

Нисаргадатта

Посетитель: Мы рождаемся, мы умираем. Сохраняем ли мы об этом воспоминание?

Махарадж: Это знание «мы рождаемся», которым вы обладаете, какое место вы ему отводите? Принадлежит ли оно первому, второму, десятому рождению?


П.: Я не отвожу ему никакого места.

М.: Не пытайтесь рассуждать, оставьте свой интеллект в покое. Скажите мне только, это знание в вас в первый или во второй раз?


П.: Для меня это в первый раз.

М.: Это очевидно, интеллектуально нет смысла идти дальше. Отбросьте всё, что вы слышали или читали за годы, отбросьте всё это.

П.: Джняни с нетерпением ждёт освобождения от своего тела?

М.: Покинуть своё тело — великая радость для Джняни. Для истинного Джняни, который есть Абсолют и не только претендует быть им.

Всё, что вы можете удержать или всё,
что вы можете забыть, не может быть поистине вами.

Следовательно, Джняни есть тот, кто знает конечное, потому что он оставил все концепции. Всё, что можно оставить, он оставил, и то, что остаётся, есть то, что есть.

Сон, бодрствование и знание «я есть» суть то, что рождено.

Знание не имеет ни цвета, ни формы, но после того как оно раскрылось, чтобы вкушать эти состояния сна и бодрствования, оно приняло эту ложную идентичность: тело.

Чистое знание не имеет ни облика, ни формы, ни имени.

Джняни нисколько не беспокоится о других, но невежественный очень беспокоится.

Один думает, что его жена и дети зависят от него, если он умрёт, что с ними будет? Но разве вы ответственны за появление вашего собственного тела?

Нет!

И вы также не ответственны за появление их тел.

На самом деле, после вашей смерти могущественные люди, возможно, позаботятся о них, они, возможно, будут процветать больше, чем если бы вы оставались рядом с ними.

Почему беспокоиться?

Для Джняни эти беспокойства исключены, потому что у него нет никакой особой привязанности ни к чему.

Нисаргадатта

Ты считаешь себя этим телом, хотя у него нет субстанции и оно может исчезнуть в любой момент, и всё же, опираясь на это, ты пытаешься достигать, приобретать и так далее.

Останется после смерти тела только то, что было до того, как это тело возникло.

В тот момент, когда тело уйдёт, в тот последний день, исчезнет даже твоя память о существовании.

Всё, что ты усвоил, — лишь развлечение; всё исчезнет. То, что я сказал, — ты с этим согласен?


В.: Да.

М.: Если ты действительно это принял, тогда тебе будет всё равно, остаётся тело или уходит.

Нисаргадатта

Я полагаю, что вы слушаете мои разговоры и правильно понимаете.

Если это так, почему у вас должен быть какой-либо страх смерти?

В конце концов, что такое смерть? Это тело подобно лампе с топливом, и фитиль горит бытийностью; вы знаете, что когда топливо иссякнет, пламя исчезнет, «Я есть» исчезнет.

Нисаргадатта

Бытийность — лишь твоё качество, а не ты. Ты можешь даже увидеть, что твоё тело лежит там мёртвым, и это часть бытийности, но ты — не это.

Это ты должен осознать, наблюдать и видеть.

Нисаргадатта