ВИВЕКАЧУДАМАНИ. Комментарии

Шлока 101. Проблемы инструментов тебя не затрагивают

andhatvamandatvapaṭutvadharmāḥ
sauguṇyavaiguṇyavaśāddhi cakṣuṣaḥ |
bādhiryamūkatvamukhāstathaiva
śrōtrādidharmā na tu vētturātmanaḥ ||101||

101. Слепота, слабость и острота – разные состояния глаза, отражающие просто его пригодность или дефективность; также глухота, глупость и т.д. – состояния уха и т.д., но никогда – Атмана, Знающего.

Итак, он сказал, что тонкое тело —
это инструмент или набор многих инструментов.

Теперь Шанкарачарья говорит: вы должны признать один факт: любой инструмент подвержен разным состояниям эффективности.

Как говорится, «новая метла метёт по-новому» — любой инструмент очень эффективен в начале. Даже плотник использует стамеску, но потом он убирает её в особое место и затачивает. Почему? Потому что инструмент подвержен износу.

Когда он изнашивается, вы его чините, а после нескольких починок выбрасываете. Это совершенно естественно для инструмента.

Но когда инструмент ослабевает, говорите ли вы, что ослабел плотник? Плотник остаётся плотником, каким бы ни было состояние его инструмента.

Эффективность работы может снизиться, когда инструмент ослабевает, но помните: плотник не зависит от разных состояний инструмента.

Распространите это и на человеческие инструменты. Возьмите глаз — один из важнейших инструментов.

У него есть три состояния: андхатва (слепота), мандатва (тусклость, слабость зрения) и патутва (острота). Патутва означает остроту — говорят, «у него орлиный глаз». Через некоторое время наступает мандатва — ухудшение зрения по какой-либо причине (катаракта и т.д.). А иногда, но не всегда, наступает андхатва — слепота.

Итак, острота зрения, слабость зрения, слепота — кому всё это принадлежит?

Шанкарачарья говорит: это и есть та ошибка, которую вы совершаете. Вы говорите: «я слеп», «я плохо вижу», «у меня острое зрение». Но вы не являетесь ни острым, ни слабым, ни слепым.

Инструмент, которым вы пользуетесь, обладает этими состояниями. У инструментов есть свойства, тогда как истинное «Я» не имеет свойств.

Андхатва, мандатва, патутва — это свойства для кого? Для глаза. И почему они принадлежат глазам? Потому что саугунья вайгунья вашат — из-за здорового или больного состояния глаза.

Саугуньям означает здоровое состояние, вайгуньям — больное. Из-за этих здоровых и нездоровых состояний глаз становится либо острым, либо слабым, либо полностью слепым.

И он говорит, что это можно распространить не только на органы знания, но и на органы действия, а также на другие органы знания.

Бадхирья — глухота ушей. Там тоже есть мандатва и патутва: острый слух, слабый слух или полное отсутствие слуха.

То же самое относится и к желудку, и к уху, и даже к самому уму — ум тоже может быть мандам (вялым, тупым). Всё имеет свою мандатву.

Затем бадхирья, мукатва — немота, которая относится к органу речи. Там тоже есть мандатва и патутва: вы можете говорить очень отчётливо, или речь становится невнятной (после потери зубов, из-за паралича, или когда вы сонны), или наступает полная немота.

Все эти вещи — мукха (и так далее).

В «Бхагавад-гите» есть составное слово, например, «Бишма-Дрона-прамукхатах».

Оно означает «во главе с Бхишмой и Дроной», то есть «Бхишма, Дрона и другие».

Здесь слово «прамукха» указывает не на «превосходный рот», а на «и так далее, и тому подобное».

Точно так же в этом стихе выражение «глухота, немота и так далее» означает «глухота, немота и другие подобные состояния».

Все эти состояния — глухота, немота, слабость зрения, острота зрения и т.д. — являются свойствами только лишь инструментов: ушей, глаз, органов речи.

Это свойства самих органов чувств, но не того, кто этими органами пользуется. Ни одно из этих свойств не принадлежит истинному «Я» — тому, кто знает, кто является свидетелем всего.

Истинное «Я» остаётся незатронутым любыми состояниями инструментов, через которые оно действует.

Ни одно из них не принадлежит свидетелю. Я — вечный, незатронутый субъект. Ум также отличен от меня, он — инструмент, и всё остальное тоже отлично.

Свами Парамартхананда

*

Свами Чинмаянанда

андхатвамандатвапатутвадхармах
саугуньявайгуньявашад дхи чакшушах,
бадхирьямукатвамукхас татхайва
шротрадидхарма на ту веттуратманах. (101)

101. Слепота, слабость или острота зрения — это состояния глаза, зависящие от его дефекта или исправности. Так же и глухота, немота и подобные недостатки принадлежат уху и другим органам. Эти свойства никогда не могут принадлежать Атману, всезнающему принципу, Сознанию.

Грубые несовершенства органов принадлежат соответствующим частям грубого тела.

Атман, истинное «Я», не вовлечён в эти несовершенства, потому что Он безупречен и абсолютен Сам по Себе.

Если инструмент дефектен, вы не можете эффективно им пользоваться. Но дефект принадлежит инструменту, а не человеку.

Если глаз дефектен, человек не может ясно видеть. Если он остр, человек может видеть даже мельчайшие вещи. Подобно этому, если ухо глухо, человек ничего не слышит. Если человек нем, он не может говорить.

Это состояния соответствующих органов грубого тела, в которых обитает Атман, истинное «Я», являющийся знающим все эти несовершенства.

Атман совершенен везде и является знающим всё. Атман стоит за глазом, ухом, языком и так далее как Осознавание, которое освещает все состояния этих инструментов.

Он присутствует всегда, не затрагиваясь ничем из того, что Он освещает.

До сих пор обсуждались устройство грубого и тонкого тел и их свойства.

Теперь учитель говорит, что состояния и особенности ваших различных органов чувств принадлежат только грубому и тонкому телу. Вы не подвержены их влиянию. «Ты есть Атман».

Развитие мысли ведёт нас к тому, чтобы анализировать и различать истинное «Я» и не-«Я» и знать их соответствующие свойства.

Это различающее исследование (вивека) и есть, по сути, тема этой работы Шанкары, столь точно названной «Вивекачудамани» («Драгоценный камень различения»).

Раскрыть Спойлер Свернуть Спойлер

Внутренние органы совершают все свои действия только благодаря наличию Атмана, в то время как Атман остаётся не затронутым и не взволнованным этими действиями. Хорошее и плохое зрение зависит от состояния глаз, глухота — от ушей и т. п.; они не влияют на Атман, познающего.

Рамана Махарши

Содержание

Шлока 102. Функции праны

Шанкарачарья продолжает тему тонкого тела, которое является второй частью не-Я.

В только что завершённом стихе Шанкарачарья указал, что различные состояния эффективности и неэффективности принадлежат исключительно тонкому телу, а истинное «Я» не имеет никаких свойств.

Потому что тонкое тело — это набор инструментов, и любой инструмент может быть либо очень эффективным, либо слабым, либо полностью не функционирующим.

Именно это он и сказал: андхатвам (слепота), мандатвам (слабость, тусклость), патутвам (острота).

Патутва — это общее слово, указывающее на эффективность любого органа.

Мандатва — также общее слово, указывающее на слабость любого органа.

А андхатва и т.д. относятся к полной нефункциональности глаз.

Подобно этому, бадхирья — это полная нефункциональность ушей и т.д.

Шанкарачарья сказал, что все эти свойства принадлежат только органам; они не принадлежат истинному «Я», Знающему.

ucchvāsaniḥśvāsavijr̥mbhaṇakṣut
prasyandanādyutkramaṇādikāḥ kriyāḥ |
prāṇādikarmāṇi vadanti tajñāḥ
prāṇasya dharmāvaśanāpipāsē ||102|

102. Вдох и выдох, зевание, чихание, выделение, покидание тела и т.д. –
называются экспертами функциями Праны и всего остального, тогда как голод и жажда – характеристики собственно Праны.

В этом стихе Шанкарачарья говорит о функциях пяти жизненных сил (пран).

Он уже рассказал об органах знания, органах действия и внутреннем органе (антахкаране) — уме, интеллекте, памяти и эго. Теперь он говорит о пяти жизненных силах и их функциях.

Каковы некоторые из их функций?

Он называет: вдох, выдох, зевание, чихание, все виды выделений из любой части тела, например, слёзы из слёзных желёз, а также выделения из носа, слюна и т.д.

У нас есть разные железы, выделяющие разные жидкости; всё это называется прасьянданам.

Затем уткраманам — рвота. Это не обычное действие, но когда в системе есть яд, жизненные силы срабатывают, чтобы удалить его.

Итак, прасьянданам, уткраманадика криях — все эти функции распределены между пятью жизненными силами: одни принадлежат пране, другие — апане, третьи — вьяне и т.д.

Короче говоря, эти пять жизненных сил совместно выполняют все эти функции.

Поэтому он говорит: всё это считается функциями праны и так далее, то есть праны, апаны, вьяны, удыны, саманы.

Из этих пяти жизненных сил одна из них сама называется прана.

Здесь нужно быть внимательным: слово прана может относиться как к одной из пяти жизненных сил, так и быть собирательным названием для всех пяти.

В третьей строке говорится о собирательной пране, а в четвёртой — об индивидуальной пране, и её функция — ашанапипасе: ашана — голод, пипаса — жажда.

Голод и жажда — это функции именно праны.

Шанкарачарья не углубляется здесь в детали каждой функции; мы уже рассматривали их ранее.

В общем: прана отвечает за дыхательную систему; апана — за выделительную систему; вьяна — за систему кровообращения; самана — за пищеварительную систему; удана — за систему обращения вспять.

Под системой обращения вспять подразумевается рвота и т.п., когда нормальный процесс идёт в обратном направлении.

Удана становится активной только в двух случаях. Первый — когда в организме есть яд: чтобы обратить вспять обычный процесс, срабатывает удана, вызывая, например, рвоту.

Второй случай, когда удана активна, — это смерть и предсмертный момент, потому что в это время все процессы должны пойти вспять, все функции должны быть свёрнуты, и в конце концов сама жизненная сила должна покинуть тело.

Шанкарачарья не приводит здесь этих подробностей, а говорит в общем.

Свами Парамартхананда

*

Свами Чинмаянанда

уччхвасанихшвасавиджримбханакшут праспанданадйуткраманадиках криях,
пранадикармани ваданти таджнях пранасья дхармавашанапипасе. (102)

102. Знатоки называют вдох, выдох, зевание, чихание, выделения, смерть и так далее функциями жизненных сил (пран), тогда как голод и жажда являются свойствами главной жизненной силы (праны).

Знатоки, обладающие исчерпывающим знанием физиологической деятельности в анатомической структуре, говорят, что вдох, выдох, зевание, чихание, выделения и смерть являются функциональными свойствами жизненных сил, то есть они являются просто физиологическими функциями.

Они называются десятью вспомогательными жизненными силами. Так же и голод с жаждой принадлежат жизненной силе (пране).

Ты являешься освещающим все состояния жизненных сил.

Ты говоришь:
«Я осознаю свой голод и жажду. Я осознаю потребности своего тела».

Жизненные силы функционируют в теле, чтобы анатомическая структура могла продолжать существовать и действовать.

Атман освещает их состояния, их потребности и их функции.

Следовательно, Он есть нечто иное, чем жизненная сила. Он всегда присутствует и никогда не может быть затронут жизненными силами. Он есть неизменное Осознавание.

Раскрыть Спойлер Свернуть Спойлер

Те, кто знает, говорят, что вдыхание, выдыхание, зевота, чихание и т. п. являются отправлениями жизненного дыхания, так же как голод и жажда.

Рамана Махарши

Содержание

Шлока 103-104. Деятель и переживающий

antaḥkaraṇamētēṣu cakṣurādiṣu varṣmaṇi |
ahaṁityabhimānēna tiṣṭhatyābhāsatējasā ||103||

ahaṁkāraḥ sa vijñēyaḥ karta bhōktābhimānyāyam | sattvādiguṇayōgēna cāvasthātrayaṁaśnutē ||104||

103. Среди этих (органов чувств), таких как глаз, и в этом теле внутренний орган (антахкарана) пребывает благодаря отражённому сознанию, отождествляя себя с «я».

104. Этот ахамкара должен быть познан как тот, кто присваивает себе роль деятеля и переживающего. Из-за соединения с гунами — саттвой, раджасом и тамасом — он испытывает три состояния.

Теперь Шанкарачарья хочет представить принцип ахамкары, который называется деятелем, переживающим, познающим — то есть индивидуальной дживой.

Что же такое этот деятель?

Сам внутренний орган (антахкарана) называется деятелем. Тот самый антахкарана, который включает манас, буддхи, читту и ахамкару, — вся эта умственная материя называется ахамкара.

Согласно священному учению, ум — это материя, тонкая материя, но это объект. Мы называем её антахкарана-дравья (умственная материя).

Именно эта материя имеет четыре типа мыслей (или модусов мысли).

Когда возникает определённый тип мысли, эта материя называется манас;
когда возникает другой тип мысли, та же материя называется буддхи;
когда возникает третий тип — читта;
а когда возникает мысль «я», та же материя называется ахамкара.

Мы должны различать ахамкара-вритти (мысль «я») и антахкарана-дравья (саму материю).

В чём разница между ахамкарой и ахамкара-вритти?

Ахамкара относится к самой материи, а эта материя может иметь четыре типа мыслей, и один из этих типов — как раз мысль «я».

Таким образом, ахамкара-дравья (материя) порождает ахамкара-вритти (мысль «я»), чтобы вызвать самоё себя.

Во время мысли о горшке ахамкара-дравья присутствует; во время мысли о человеке ахамкара-дравья присутствует; во время всех мыслей ахамкара-дравья присутствует.

Из них ахамкара-дравья постоянна, тогда как ахамкара-вритти присутствует не всё время.

Когда вы слушаете меня, ахамкара-дравья слушает, но вы не порождаете мысль «я».

Когда же возникает мысль «я»?

Когда вас спрашивают: «Кто вы? Какое у вас образование?» — когда вы думаете и говорите о себе, вы порождаете ахамкара-вритти.

Мысль «я» не всегда присутствует, но ахамкара-дравья присутствует всегда. И эта ахамкара-дравья иначе называется антахкарана-дравья, и именно она называется деятелем, переживающим, познающим, дживой.

Возникает вопрос: как эта ахамкара-дравья, эта материя, может называться дживой? Ведь джива — это одушевлённое существо, а ахамкара-дравья состоит из материи. На это Шанкарачарья даёт ответ.

Умственная материя — это действительно материя, но она настолько тонка, что способна принимать отражённое сознание, подобно тому как чистое зеркало способно принимать отражённый солнечный свет.

Зеркало само по себе не может ничего осветить, но с отражённым солнцем оно может служить для освещения.

Так и умственная материя инертна, но с отражённым сознанием она становится одушевлённой сущностью. Это в стихе названо абхасатеджаса — отражённое сознание.

Как только ум получает это отражение, он способен порождать два типа мыслей: самоотносительную мысль, называемую ахам-вритти (мысль «я»), и мысль о другом, называемую идам-вритти (мысль «это»).

Обычно говорят, что ум — это поток мыслей. Учение не принимает этого.

Ум — это не поток мыслей; ум имеет поток мыслей. Океан — это не волны; у океана есть волны.

Океан — это место возникновения волн. До появления волн океан есть; когда волны есть, океан есть; даже после исчезновения волн океан есть.

Так и ахам-вритти и идам-вритти возникают в умственной материи, существуют в ней и растворяются в ней.

Во время сна ум не отсутствует;
во время сна ум не функционален. Нефункциональный ум означает, что он не порождает ни мысль «я», ни мысль «это».

Эта умственная материя, которая является не мыслью, а местом возникновения мысли «я» и мысли «это», — эта вриттимат антахкарана называется ахамкарой.

Поэтому он говорит: эту умственную материю следует понимать как ахамкару.

И что она делает?

Эта материя, это тонкое тело само провозглашает себя деятелем и переживающим Это ум с отражённым сознанием провозглашает себя: «я — деятель», «я — переживающий».

И не только это: именно эта ахамкара, состоящая из пяти элементов (которые сами состоят из трёхгунной майи), обладает тремя гунами — саттвой, раджасом и тамасом.

Они не принадлежат истинному «Я»;
они принадлежат ахамкаре.

А ахамкара — это тонкая материя плюс отражённое сознание. И она наделена тремя гунами.

Поскольку ахамкара может быть саттвичной, раджасичной или тамасичной, на этом основании мы делим человечество на гунных брахманов, кшатриев, вайшьев и шудр.

Все эти различия принадлежат только ахамкаре. Истинное «Я» свободно от касты, рода, семьи.

Кто-то может спросить: если истинное «Я» не является ни брахманом, ни кшатрием, ни вайшьей, почему же не каждый может совершать любые действия? Почему существует так много ограничений?

Ответ таков: истинное «Я» свободно от кастовых различий, но истинное «Я» также не совершает никаких действий.

О каком же тогда совершении действий может идти речь?

Как только человек хочет совершить действие, он говорит с позиции ахамкары. А с позиции ахамкары возникают различия брахмана, кшатрия, вайшьи, шудры, мужчины, женщины.

На уровне истинного «Я» нет ни кастовых различий, ни действий. Поэтому не следует задавать вопрос: «Раз истинное «Я» не имеет кастовых различий, почему же не все могут совершать любые действия?»

Как только вы хотите совершить действие, вы становитесь ахамкарой, а с позиции ахамкары различия необходимо принимать.

Люди говорят, что адвайта проповедует равенство, и поэтому мы должны относиться ко всем людям одинаково.

Учение говорит, что адвайта говорит о равенстве на уровне истинного «Я».

Когда речь заходит о функционирующем обществе, это уже не уровень истинного «Я»; функционирующее общество находится на уровне ахамкары. А на уровне ахамкары возникают различия варны, ашрама, действий, предписаний и запретов.

Итак, ахамкара бывает саттвичной, раджасичной и тамасичной.

Более того, в одной и той же ахамкаре гуны колеблются, и в соответствии с этими колебаниями переживаются три состояния: бодрствование, сновидение и глубокий сон.

В состоянии глубокого сна преобладает тамас. В состоянии бодрствования преобладает раджас — ум полностью активен, все функции (манас, буддхи, читта, ахамкара) действуют в полную силу.

Состояние сновидения считается состоянием, в котором преобладает саттва: органы действия не функционируют, органы знания не функционируют, новое знание не приобретается, есть только свидетельствование того, что происходит в уме.

И кому принадлежат эти три состояния? Ахамкаре или истинному «Я»? Только ахамкаре.

Истинное «Я» лишь освещает три состояния ахамкары, но само не обладает этими тремя состояниями.

Свами Парамартхананда

*

Свами Чинмаянанда

анташкаранам этешу чакшурадишу варшмани ахам итй абхиманена тиштхатй абхасатеджаса ||103||

103. Внутреннее оснащение имеет своё место выражения в органах чувств, таких как глаз и т.д. Отождествляясь с ними, оно существует, облачённое в отражение Атмана.

Ум функционирует через пять органов восприятия. Когда ум контролируется, органы чувств контролируются.

Органы чувств — это платформы, на которых функционирует ум, и они могут функционировать только тогда, когда ум оживляет их.

Когда я говорю: «Я вижу», что именно происходит внутри меня?

Свет сознания, функционирующий в уме, — это «я». Этот ум, оживлённый сознанием и функционирующий через органы чувств, становится видящим.

Следовательно, сам Атман не является ни видящим, ни слышащим, ни обоняющим, ни вкушающим, ни осязающим.

Только когда Он функционирует через ум, Он становится Освещающим того, что делают чувства. Ибо в чистом сознании нет вообще никаких объектов; оно едино без второго.

Это подобно игре солнечного света: только когда он отражается от объекта, он воспринимается. Чистый свет не воспринимается.

Так и когда сознание отражается в вещи, человек становится сознающим эту вещь.

Если тёмная комната освещена отражённым лучом света из ведра с водой на веранде, освещение в комнате будет сохраняться до тех пор, пока ведро с водой остаётся на веранде. Когда отражающая среда удалена, свет в комнате также должен уйти.

Если отражающая среда нарушена,
свет в комнате также нарушается, и интенсивность освещения уменьшается. Таким образом, вода в ведре является источником света для тёмной комнаты.

Подобно этому, когда ум взволнован, свет интеллекта в человеке становится тусклым. Когда ум спокоен, интеллект ярок и эффективен. Чем спокойнее ум, тем ярче интеллект.

Следовательно, при том же самом неизменном «Я» яркость интеллекта в человеке прямо пропорциональна спокойствию его ума.

Солнце и его освещение остаются теми же, а освещение в тёмной комнате зависит от неподвижности и ясности воды в ведре.

Не «Я», чистое сознание, функционирует как «я» (ахам), но именно Его отражение, иначе называемое «эго», функционирует как «я-я-я» в каждое мгновение состояний бодрствования и сновидения нашего проявления.


ахамкарах са виджнейах карта бхоктабхиманьям саттвадигунайогена чавастхатраям ашнуте ||104||

104. Знай, что именно эго, отождествляя себя с телом, становится деятелем или переживающим; и в союзе с гунами, такими как саттва, раджас и тамас, это эго принимает три различных состояния (бодрствования, сновидения и глубокого сна).

В каждом из нас ощущение себя как «я — деятель, я — переживающий», «я — видящий, слышащий и обоняющий», «я — чувствующий и мыслящий» называется индивидуальностью, эго (дживой), сущностью, которая воспринимает, чувствует и мыслит.

Тот, кто присваивает себе действия, говоря: «я — деятель» и «я — переживающий», — он и есть переживающий радости и печали, маленькое эго.

Это чувство индивидуальности, когда оно отождествляется с тремя гунами — саттвой, раджасом и тамасом, которые являются тремя модусами ума, — приходит к выражению себя в трёх состояниях сознания — бодрствовании, сновидении и глубоком сне.

Таким образом, грубо говоря, мы можем сказать: эго, обусловленное саттвой, есть «бодрствующий»; обусловленное раджасом — «видящий сны»; обусловленное тамасом — «спящий глубоким сном».

То же самое эго, в зависимости от состояния ума, переживает себя как бодрствующего, видящего сны и спящего глубоким сном, и во всех этих состояниях, естественно, оно заявляет о себе как о «деятеле» и «переживающем».

Раскрыть Спойлер Свернуть Спойлер

Внутренний орган (ум) со светом отражённого сознания участвует в деятельности внешних органов, таких как глаз, и отождествляет себя с ними.

Этот внутренний орган есть эго.
Эго — актёр и наслаждающийся, отождествляющий себя с телом как “я”. Под влиянием трёх гун оно принимает на себя три состояния — бодрствования, сна и глубокого сна.

Рамана Махарши

Содержание

Шлока 105. Несчастно эго, Я - блаженно

viṣayāṇāmānukūlyē sukhī duḥkhī viparyayē |
sukhaṁ duḥkhaṁ ca taddharmaḥ sadānandasya nātmanaḥ ||105||

105. Когда объекты чувств приятны, он (эгоизм) становится счастливым, и в случае ином, он становится несчастным. Поэтому счастье и страдание – характеристики эгоизма, а не бесконечно блаженного Атмана.

Мы говорили о том, что ум — это материя, а значит, он не обладает собственным сознанием. Но он способен отражать сознание истинного «Я», подобно тому как зеркало отражает свет.

Это отражённое сознание и создаёт впечатление, что ум живой и сознательный.

И какова функция этого внутреннего инструмента (ума)? Порождая мысль «я», он создаёт самоотождествление, ощущение «я» — эго.

И где же ум порождает эту мысль «я»?
В различных органах чувств он отождествляет себя с ними. Он отождествляется с глазами и говорит: «я вижу». Обычно следовало бы сказать: «глаза видят», но вместо этого эго отождествляется с глазами и говорит: «я вижу», «я слышу», «я обоняю», «я вкушаю» и так далее. Эта мысль «я» и порождается эго.

Эго отождествляется не только со всеми семнадцатью органами (пятью органами знания, пятью органами действия, пятью жизненными силами и четырьмя частями внутреннего инструмента), но также с физическим телом.

Через тонкое тело оно отождествляется и с грубым, физическим телом. И какое это отождествление? Только отождествление «я». Когда тело сидит, эго говорит: «я сижу». Когда физическое тело путешествует, эго говорит: «я путешествую». Когда физическое тело толстое, эго говорит: «я толстый». Оно отождествляется с физическим телом.

Это же эго переживает также три состояния (бодрствования, сновидения и глубокого сна).

И теперь Шанкарачарья говорит, что это же эго переживает счастье и страдание.

Мысль, которую Шанкарачарья хочет передать, такова: только тонкое тело в просторечии (то есть невежественными людьми) известно как индивидуальная душа (джива) или индивидуальное «я» (дживатма).

Я говорю «в просторечии» — потому что невежество — самая распространённая вещь в мире.

Почему мы так говорим?

Потому что люди говорят о том, что индивидуальная душа покидает физическое тело и отправляется в разные миры. Когда они говорят о душе, покидающей тело, на что они ссылаются? Только на тонкое тело, потому что только тонкое тело покидает физическое тело и обретает другое физическое тело.

Когда же философия Веданты использует слово «индивидуальная душа», у него другое значение: в самом тонком теле есть заимствованное сознание; это сознание в Веданте и называется истинной сущностью «я» (дживатмой).

Улавливаете разницу? Тонкое тело существует, и в этом тонком теле есть заимствованное сознание.

Невежественные люди называют «индивидуальной душой» часть тонкого тела; мудрые люди называют «индивидуальной душой» часть сознания.

Если вы ссылаетесь на часть тонкого тела, то душа переходит из рождения в рождение. Если вы ссылаетесь на часть сознания, то я скажу, что эта душа есть не что иное, как вездесущее высшее «Я» (параматма).

Вспомните пример: когда я показываю свой палец, я могу ссылаться либо на часть руки (её форму, цвет, движение), либо на свет, который на него падает и делает его видимым. Что обычно подразумевается? Когда палец показывают, обычно имеют в виду саму руку. И если я принимаю это обычное значение, я должен признать, что палец движется. Но если вы обращаете внимание на свет, вы можете сказать, что свет не движется. Когда я говорю: «палец движется» — я ссылаюсь на руку; когда я говорю: «свет не движется» — я ссылаюсь на свет.

Так и мы говорим: «индивидуальная душа путешествует»; мы также говорим: «индивидуальная душа никогда не путешествует». Что правильно? Оба утверждения правильны. Как оба могут быть правильны? Всё зависит от того, что вы понимаете под словом «индивидуальная душа». Если вы ссылаетесь на часть тонкого тела, она путешествует. Вы совершаете поминальные обряды (шраддхи) для путешествующей части души. В то же время, когда я ссылаюсь на сознание, я говорю: «ты есть то». «Не рождается и не умирает никогда; вечный; вездесущий; неподвижный, неизменный».

Когда вы берёте часть тонкого тела, это называется прямым значением; когда вы берёте часть сознания, это называется вторичным, глубинным значением. Если вы понимаете душу в прямом смысле — она путешествует. Если вы понимаете душу в глубинном смысле — она не путешествует. В ритуальной части Вед (карма-канда) берётся прямое значение души; поэтому существуют поминальные обряды (шраддха и тарпана). В философии Веданты берётся глубинное значение; поэтому нет ни поминальных обрядов, ничего. Если это различие не известно, наши священные тексты могут показаться очень запутанными. Иногда они говорят, что истинное «Я» никуда не идёт — «вечное, чистое», — а затем говорят: совершай поминальные обряды и т.д. Всё это для чего? Мы должны задать вопрос: ты невежественен или мудр? Всё зависит от того, в каком состоянии я нахожусь.

Поэтому здесь он говорит: эта индивидуальная душа, которая является эго, бывает счастливой и несчастной.

Таким образом, легко определить, невежественен я или мудр.

Мне нужно только задать вам вопрос:
вы счастливы или несчастны?

Если я мудрый человек, я скажу: счастье или несчастье — всё это принадлежит только уму; я не ум; я — истинное «Я», которое выше всех этих вещей. Если я могу так заявить, я больше не эго; я больше не невежественен.

Но большинство людей говорят: «мне плохо, я страдаю». Из этого ясно, с чем они отождествлены — с эго.

Следовательно, это эго, эта душа (невежественного человека) счастлива, когда? Когда всё идёт хорошо. Муж в порядке — что значит «в порядке»? Он ведёт себя так, как я хочу; это называется «в порядке». Жена в порядке — значит, она ведёт себя так, как я хочу. Всё в порядке, когда всё ведёт себя так, как я хочу, включая погоду. Когда я хочу дождя, должен быть дождь — это хорошая погода. Когда я не хочу дождя, дождя не должно быть — это хорошая погода.

Моё определение «хорошести» меняется от раза к разу. И когда все — включая планеты, Бога, соседей, детей — ведут себя так, как я хочу, я называю это благоприятствием. И когда внешние условия благоприятны, я весь сияю, улыбаюсь. Когда объекты чувств благоприятны — это счастье.

Но когда всё идёт не так, как я хочу, — нет улыбки; даже если этот человек хорошо мне знаком и улыбается мне, я не отвечаю взаимностью. Всё это борьба чего? Души, эго — души, в которой доминирует тонкое тело.

Шанкарачарья говорит: эти подъёмы и спады удовольствия и боли принадлежат только душе, в которой доминирует тонкое тело, только эго.

Счастье и страдание принадлежат душе, сосредоточенной на тонком теле, потому что всякий раз, когда вы говорите «мне плохо», вы ссылаетесь только на часть тонкого тела, а не на сознание.

Ибо сознание не имеет ни счастья, ни страдания, ни каких-либо изменений. Как бы ни менялась рука, свет, который на неё падает, не затрагивается.


Затем Шанкарачарья ненадолго забывает о теме. Здесь он должен говорить только о том, что не является истинным «Я» (не-душе). Он не должен пересекать линию — сначала грубое тело, затем тонкое тело, затем причинное тело, и только после завершения причинного тела он должен перейти к истинному «Я».

Но Шанкарачарья так любит истинное «Я», что невольно, как бы пересекает границу и внезапно говорит: у истинного «Я» нет ни счастья, ни страдания — конечное удовольствие и конечная боль не принадлежат ему.

И что же такое истинное «Я»?
Оно обладает вечной радостью.

В предыдущей строке он говорит:
у истинного «Я» нет обычного удовольствия. В следующей строке он говорит: истинное «Я» есть вечная радость.

То есть под словом «удовольствие» Шанкарачарья подразумевает одно, а под словом «вечная радость» — другое. В чём разница? Мы изучим это позже, но поскольку тема возникла, я хочу указать.

Все переживаемые удовольствия называются «удовольствием». Вечная же радость не является переживаемой. Любое переживаемое удовольствие конечно, потому что любой опыт конечен.

Вот почему мы неоднократно утверждаем: даже так называемое высшее состояние сверхсознания (нирвикальпака самадхи), в котором человек может переживать высшее блаженство, мы можем назвать только «удовольствием», но не «вечной радостью».

Почему? Вдумайтесь.

В этом высшем состоянии, если человек переживает высшее блаженство, это блаженство переживается в этом состоянии, и сами эти йогины говорят:
«я испытал блаженство, а теперь я вернулся обратно».

Они называют это состоянием самадхи,
а затем — состоянием страдания. И они говорят, что после переживания этого высшего блаженства, когда они возвращаются, они чувствуют сильное подавление и боль.

Некоторые говорят, что это подобно укусам скорпиона повсюду. Потому что то блаженство было настолько чудесным, что возвращение подобно выходу из кондиционированной комнаты в майскую жару (в Мадрасе).

Поэтому мы говорим, что даже высшее блаженство, переживаемое в самом экстатическом состоянии, подпадает под категорию «удовольствия»; его никогда нельзя назвать «вечной радостью» в строгом смысле.

Тогда что такое вечная радость?

Это не особое переживание; это не что иное, как полнота, осознанная через Знание.

Полнота — это когда мне ничего не недостаёт в жизни. Это чувство полноты, рождённое из Знания, и поскольку Знание постоянно, полнота также постоянна.

Поэтому всякий раз, когда мы говорим о радости истинного «Я», это не особое переживание; это означает свободу от ограничений.

Дайянанда Свами прекрасно говорит: радость истинного «Я» следует понимать как бесконечность.

«Истина, Знание, Бесконечность»... Следовательно, сказать, что истинное «Я» есть вечная радость, значит сказать, что оно полно.

Поэтому для вечно полного истинного «Я» нет ни переживаемого удовольствия, ни переживаемой боли; все переживаемые удовольствия принадлежат только эго.

Если человек интересуется ими, пусть наслаждается. Если он говорит: «я хочу наслаждаться блаженством самадхи» — пусть наслаждается.

Если вы говорите: «я очень люблю досаи» — ешьте; что в этом плохого? Но вы должны помнить, что любое переживаемое удовольствие, подверженное приходу и уходу, принадлежит только слою блаженства (анандамайя коша), принадлежит только тонкому телу, принадлежит только эго. Его не следует принимать за радость истинного «Я».

Никогда не спрашивайте: «Свамиджи, когда я смогу пережить радость истинного «Я»?» Потому что если вы что-то переживаете как объект, это уже не истинное «Я», а просто состояние ума.

Вы можете наслаждаться этим состоянием ума — отправляйтесь в четвёртое состояние или пятое состояние, или в Соединённые Штаты, куда угодно. Но помните, что это тоже удовольствие, принадлежащее эго, и оно тоже пройдёт. А затем осознайте: я есть полнота.

Свами Парамартхананда

*

Свами Чинмаянанда

вишайанам анукулйе сукхи духкхи випарйайе, сукхам духкхам ча таддхармах саданандасья натманах. (105)

105. Когда объекты чувств благоприятны, положение дел счастливое. Когда они неблагоприятны — оно несчастное. Следовательно, счастье и страдание являются свойствами эго и не принадлежат Атману, который есть вечное блаженство.

Каждый человек привлекается к тем внешним обстоятельствам, которые благоприятствуют его собственным существующим склонностям (васанам).

Пока ваша жена и дети в гармонии с вами, вы счастливы. Но если они плохо себя ведут, вы становитесь несчастны.

Счастье часто рождается из самоудовлетворения. Пьяница чувствует себя счастливым в грязной пивной. Другие могут чувствовать себя там несчастными из-за различия в их отношении или васанах.

Когда во внешнем мире вещи происходят против чьих-либо намерений и целей, человек становится несчастным.

Следовательно, пока у человека есть васаны, ему приходится переживать радости и печали в мире, поскольку мир постоянно меняется, и вещи и их расположение никогда не остаются прежними.

Если васаны прекращены, человек находится в гармонии с любыми внешними обстоятельствами.

Поэтому неправильно говорить, что счастье находится во внешнем мире. Это не так. Счастье находится внутри и полностью зависит от состояния ума переживающего.

Если человек знает секрет обретения равновесия при любых возникающих обстоятельствах, он становится полностью независимым от внешнего мира для своего внутреннего счастья.

Таким образом, счастье и печаль — это состояния эго.

Когда эго находится в благоприятной атмосфере, оно счастливо; когда нет — оно несчастно.

Я освещаю эти радости и печали всегда, поскольку я не есть эго. Но когда «я», истинное «Я», функционирую через свой ум, я по-видимому проявляюсь как эго.

Моё отражение в зеркале зависит от кривизны отражающей поверхности.

Если она вогнутая, моё отражение короткое; если выпуклая — длинное; если плоская — оно нормальной, естественной формы и размера.

Отражённое изображение в пруду устойчиво, когда вода спокойна. Когда она взволнована, изображение искажается, но я сам неизменен.

Короткость или длинность, ясность или искривлённость принадлежат изображению, а не мне.

Подобно этому, счастье и печаль не принадлежат Атману, истинному «Я». Природа истинного «Я» — вечное блаженство, поэтому счастье и печаль принадлежат «отражению» — только эго.

Таким образом, когда вы отождествляетесь с материей, возникает эго, и тогда вы, как эго, чувствуете себя счастливым или несчастным.

Дух, истинное «Я», есть вечное блаженство, радость.

Действительно, совершенство — ваша истинная природа, но как эго вы вводите себя в заблуждение, что вы несовершенны и несчастны.

Раскрыть Спойлер Свернуть Спойлер

Когда объекты чувств приходятся по нраву, оно — счастливо, когда нет — несчастливо. Таким образом, удовольствие и страдание относятся к эго и не характеризуют Атман, вечно исполненный Блаженства.

Рамана Махарши

Содержание