ДЖНЯНА-ЙОГА. Свами Вивекананда

Лекции, пересмотренные и
изданные Свами Сараданандой

Перевод со второго калькуттского издания Я.К.Попова


Свами Вивекананда (1863—1902) принадлежит к великим сынам Индии, которые сделали ее философию понятнее для новых поколений индийцев, а также представителей совершенно иной, западной цивилизации.

Именно благодаря деятельности Вивекананды йога обрела свое место в духовном мире современной Европы и Америки и начала пользоваться широкой популярностью.

Ученик Шри Рамакришны.

Свами Сарваприянанда, нынешний глава Ведантистского общества Нью-Йорка, принадлежащий к ордену Рамакришны, является преемником этой линии передачи.



ПРЕДИСЛОВИЕ

Книга эта состоит из четырнадцати лекций, прочитанных Свами Вивеканандой в Лондоне в 1896 году.

Первоначальной записью этих лекций читатели обязаны X. X. Годвину, умершему в июне 1898 года в Уткамонде, и г-же М. Е. Иолдо из Бруклина в Нью-Йорке. Двенадцать из них были напечатаны г-м Стерди месячными выпусками в 1897 году.

В настоящем виде все лекции были составлены при жизни Свами и им одобрены.

Труд же нынешнего издателя состоял теперь только в исправлении опечаток и устранении немногих неточностей в выражениях, что, надеюсь, не сделало менее яркими "своеобразную особенность и энергию" речи Свами, как о ней удачно выразился г. Стерди.

Наиболее важным в своих Лондонских лекциях Свами Вивекананда считал изложение на новом языке идеи "Майи". В этом он, вероятно, встретил и наиболее затруднений.

Специальное обсуждение этой идеи начинается с лекции о "Действительном и кажущемся человеке" и продолжается в лекции об "Абсолюте и Проявлении".

Но эта идея составляет, в сущности, главный предмет всей серии лекций; лекции же о "Реализации", "Свободе" и "Практической Веданте" почти настолько же посвящены ее обсуждению, как и те три (2-я, 5-я и 6-я), которые носят ее название.

Сарадананда
Богур Мот. Сентябрь, 1911


СОДЕРЖАНИЕ

ПЕСНЬ САНЬЯСИНА.
МАЙЯ И ИЛЛЮЗИЯ.
ЧЕЛОВЕК ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ И КАЖУЩИЙСЯ.

ПЕСНЬ САНЬЯСИНА

Раздайся песнь! Та песнь, чья родина далеко, куда не может никогда достичь мирской порок, – в пещерах гор, среди лесов глубоких, покой которых никогда не смел нарушить ни один вздох сладострастья, ни жажда славы и богатства; где катится поток истины, знания и следующего за обоими – блаженства... Пой громко эту песнь, отважный Саньясин:

"Аум тат сат, Аум"!


Разбей свои оковы, привязывающие тебя к низменному миру, из блестящего ли от золота, или из темного неблагородного металла...

Из любви или ненависти, добра или же зла, или чего бы то ни было другого, но двойственного тоже...

Знай, раб есть раб, – ласкают ли его, или же бьют, он не свободен, так как цепи, хотя бы и из золота, не менее крепки, чем всякие другие. Так сбрось же их, отважный Саньясин, и говори:

"Аум тат сат, Аум"!


Пускай исчезнет тьма и те блуждающие огоньки, которые своим мерцаньем только усиливают мрак!

Пускай в тебе угаснет жажда жизни!
Она влечет душу от рожденья к смерти и от смерти к новому рожденью.

Тот побеждает все, кто самого себя сумеет победить. Знай это и никогда не отступай, отважный Саньясин, и говори:

"Аум тат сат, Аум"!


Говорят: "кто сеет – должен жать", и каждая причина принести следствие должна: хорошая – хорошее, дурная – злое. И никто не уклонится от закона, но тот, кто носит форму, какой бы ни была она, тот вынужден носить и цепи.

Таков закон... Неизмеримо выше всех форм и всех имен Атман, свободный вечно. Знай, смелый Саньясин, – ты – Тот! и говори:

"Аум тат сат, Аум"!


Не знают истины все, кому грезятся бессмысленные сны, отец, мать, дети, жена и верный друг...

О, неимущий пола Сущий! Чей Он Отец и чье дитя? Чей друг, чей враг Тот, кто был всегда Один и навсегда Один пребудет?

Он – все во всем, и вне Его ничто не существует. И ты, отважный Саньясин, ты – Тот! И зная это, пой:

"Аум тат сат, Аум"!


Есть лишь Один – Свободный, Всеведущий и Сущий! Без имени, без формы и без цвета...

В нем – Майя, которой снятся эти сны, а Он свидетель их, проявленный в виде природы и души. Ты – Тот! Знай это, смелый Саньясин, и пой:

"Аум тат сат, Аум"!


Там, где ты думаешь найти свободу, ни этот мир, ни тот тебе ее не может дать.

Бесплодны твои искания в святилищах и книгах. В твоей руке спасительная нить, влекущая тебя к познанью и свободе...

Не жалуйся напрасно! Брось все, что тебя держит, отважный Саньясин! И пой:

"Аум тат сат, Аум"!


Говори всему: "Мир вам! Я ничему живущему не угрожаю. Я все во всем, как в том, что пребывает наверху, так и во всем, что ползает в низинах.

Я отвергаю жизнь и здесь, и там, все небеса и земли, и самый ад, все страхи и надежды..."

Так рви же, рви свои оковы, отважный Саньясин! И пой:

"Аум тат сат, Аум"!


Не обращай внимания на то, живет ли плоть твоя, или же умирает. Ее задача кончена, и Карма пусть ее уносит.

Пускай один венцы на эту форму возлагает, другой ударами ее осыпает, но ты молчи и знай, что там не может быть ни похвалы, ни порицанья, где и хвалящий, и хвалимый, и порицаемый, и порицающий его – Одно...

Итак, спокоен будь, отважный Саньясин! И пой:

"Аум тат сат, Аум"!


Истина не приходит в ту обитель, где алчность, слава и сладострастие живут...

Совершенным быть не может, кто смотрит на женщину, как на жену; ни тот, кто обладает хотя бы самым малым, ни тот, кто поддается гневу...

Никто из них ворота Майи не пройдет. Брось это все, отважный Саньясин! Брось все и пой:

"Аум тат сат, Аум"!


Тебе не нужен дом... Пусть ни одно жилище тебя не сможет удержать!

Небесный свод – твоя незыблемая кровля, трава постель; а пища то, что случай тебе даст. Хорошо ли она приготовлена, или же дурно, пусть это для тебя будет все равно!

Нет такой пищи, ни питья, которые могли бы осквернить стремящееся к самопознанью твое "Я"... Уподобляйся вечно бегущему потоку... Уподобляйся, отважный Саньясин! И пой:

"Аум тат сат, Аум"!


Немногим истина известна... Невежды будут ненавидеть и насмехаться над тобой, великий! Но не обращай внимания на них. Иди, свободный, с одного места на другое и помогай им выходить из мрака покрывала Майи, без трепета перед страданьем, без жажды мимолетных радостей земных. Будь выше их, отважный Саньясин! И пой:

"Аум тат сат, Аум"!

Так непрестанно, изо дня в день, укрепляй душу, покамест силы Кармы истощатся...

Нет более рождения, ни "я", ни "ты", ни смертного, ни Бога! Я стану всем; все станет "Я" и неомрачаемым блаженством! Знай, смелый Саньясин, – ты Тот! И пой:

"Аум тат сат, Аум"!

Содержание

МАЙЯ И ИЛЛЮЗИЯ

1. Что обычно подразумевают под Майей

Почти все вы слышали слово «Майя». Обыкновенно его употребляют для обозначения обмана чувств, иллюзии, очарования.

Я нахожу такое его употребление неправильным. А так как выражаемое им понятие составляет один из устоев, на которых покоится Веданта, то, чтобы при дальнейших моих лекциях не быть непонятым, я остановлюсь на нем несколько дольше и попрошу у вас немного терпения.


2. Эволюция понятия в Ведах и Упанишадах

В литературе Вед слово «майя» сначала встречается действительно в смысле очарования. Например: «Индра через свою майю принимал различные формы».

Здесь слово «майя» очевидно выражает нечто как бы магическое. Но в то время, когда это написано, теория майи еще не была разработана, а потом это слово в течение долгого времени и вовсе не встречается, хотя идея, им выражаемая, продолжает развиваться.

Позже встречаем вопрос:
«Почему мы не можем знать тайн Вселенной?» – и ответ: «Потому что занимаемся пустыми разговорами и удовлетворяемся чувственными предметами, а также потому, что увлекаемся желаниями и закрываем действительность как бы туманом».

Здесь слова «майя» нет, но проскальзывает идея о ней: причиной нашего незнания выставляется род тумана, заслоняющего от нас истину.

Значительно позже, в одной из Упанишад, слово «майя» опять появляется, но к этому времени его значение подверглось уже значительным изменениям.

Предлагались и отвергались разные толкования, пока, наконец, выражаемая этим словом идея не установилась окончательно.

В Шветашватара Упанишаде мы читаем: «Знай, что природа – это майя, а Разум, управляющий майей, – Сам Господь».



3. Буддийское влияние и итоговое определение

До великого Шанкарачарьи наши философы употребляли это слово в разных значениях.

Теорией его занимались отчасти и буддисты, и у них оно получило значение, очень близкое к тому, что теперь называется идеализмом.

Среди буддийских философских школ была одна, совершенно не признававшая существования внешнего мира. Она считала его иллюзией и называла майей. Отсюда и получило начало употребление этого слова в смысле, указанном в первых строках настоящей главы.

Но майя Веданты в последней форме ее развития – не идеализм и не реализм, и даже не теория. Она просто обозначение того, что представляем собой мы и нас окружающее.



4. Метод древних мыслителей: поиск принципов

Как я уже говорил вам, умы, создавшие Веды, упорно стремились к открытию и исследованию принципов. Их задача состояла в том, чтобы проникнуть в самую сущность вещей, и у них не было времени заниматься подробностями или ожидать, пока они будут выработаны. Их как бы влекла какая-то высшая сила все вперед и вперед и не давала им остановиться.

Поэтому во всех Упанишадах мы на каждом шагу встречаем главные положения, вполне согласные с положениями, устанавливаемыми впоследствии так называемой современной наукой, тогда как второстепенные подробности в них часто ошибочны.



5. Примеры из Вед: эфир, жизненный принцип и жизнь с Луны

Там мы находим, например, идею об эфире, составляющую основание одной из позднейших научных теорий, причем идея эта является в форме гораздо более развитой, чем какую она получила до сих пор у новейших ученых.

Но это только пока дело ограничивается принципом; когда же авторы Упанишад хотят показать применение этого принципа, они делают массу ошибок.

Затем в Ведах, а именно в Брахманах, находим теорию всюду проникающего жизненного принципа, различные проявления которого составляют всю жизнь вселенной. В Самхитах есть длинный гимн пране, проявляющейся в форме жизни.

Некоторым из вас, может быть, будет интересно узнать, что в философии Вед есть также теории возникновения жизни на земле, очень похожие на предлагаемые некоторыми новейшими учеными. Так, вы, конечно, знаете, что существует теория, по которой жизнь на земле предполагается принесенной с других планет. В Ведах же некоторые философы говорят, что она принесена с Луны.



6. Почему подробности не меняют сути

Эти ранние мыслители очень решительны в обращении с принципами и удивительно смелы в предложении широких обобщений. В разрешении вопросов о тайнах вселенной, которое они старались получить исследованием внешнего мира, они достигли всего, что только было возможно.

Где их принципы оказываются недостаточными, там и специальные исследования новейшей науки не могли подвинуть вопрос ни на один шаг к разрешению.

Если теория эфира не могла в древнее время разрешить вопроса о тайнах вселенной, то и разработка в подробностях этой теории не приблизила нас к истине.

Если теория всепроникающего жизненного принципа оказалась неудовлетворительной как теория вселенной, то она не стала лучше и теперь, после разработки ее подробностей, так как подробности не могут изменить принципа.

Этим я хочу сказать, что в исследовании принципов индусские мыслители были также смелы, а в некоторых случаях и гораздо смелее, чем новейшие.



7. Ограниченность разума и внешнего познания

Отыскивая принципы, они пришли к некоторым обобщениям, более широким, чем те, к которым приходили как до них, так и после.

Скажу больше – у них есть некоторые теории, к которым новейшая наука еще должна прийти, и, может быть, даже не как к строго обоснованным теориям, а только как к гипотезам.

Например, они не только выработали в общих чертах теорию эфира, но пошли дальше и нашли, что ум не что иное, как более тонкий эфир, а затем открыли эфир еще более тонкий.

Все это, однако, не разрешало вопроса: что такое мы и что такое окружающий нас мир.

На этот вопрос теперь обыкновенно отвечают: «Наше знакомство с миром и нами самими только что начинается; подождем несколько тысячелетий, и вопрос будет разрешен».

Нет, говорит ведантист, никакое познание внешнего мира никогда не даст ответа на этот вопрос. Разум ограничен, а за его пределы перейти невозможно.

Человеческий разум не может отрешиться от понятий времени, пространства и закона причинности.

Как ни один человек не может выйти из своей кожи, так никто не может выйти за пределы, определенные для него и всех нас законами времени и пространства.

Всякая попытка разрешить вопрос о причинности, времени и пространства бесполезна, потому что сам вопрос уже заключает в себе признание существования этих трех, а это совсем не доказано.



8. Окончательный ответ Веданты: относительное существование мира

Что же говорит о существовании мира Веданта?

Она говорит, что этот мир не имеет существования безусловного, но существует относительно, существует по отношению к моему уму, вашему уму и умам всех остальных существ.

Мы воспринимаем этот мир посредством наших пяти чувств. Если бы у нас было еще шестое чувство, мир представлялся бы нам чем-то совсем другим; если бы было еще новое чувство, он казался бы нам опять другим, и так далее.

Поэтому мир не имеет существования неизменного, вечного, независимого от способов его восприятия.

Нельзя, однако, сказать, что он вовсе не существует, так как мы его видим, ощущаем, живем в нем и действуем на него и посредством его.

Поэтому вселенная, как мы ее воспринимаем, и существует, и не существует. Явное противоречие.



9. Противоречия в повседневной жизни и судьба человека

Переходя от отвлеченных вопросов к обыкновенным повседневным мелочам нашей жизни, мы видим, что и вся наша жизнь сплошь состоит из противоречий, из смешения существований и несуществований.

То же противоречие и в нашем знании. Кажется, что человек может узнать все, если только как следует захочет. Но раньше, чем сделает несколько шагов, он встречает несокрушимую стену, через которую проникнуть не может, и видит, что все его действия заключаются внутри круга, из которого выйти невозможно.

Даже в вопросах наиболее близких и дорогих для него, которые день и ночь тревожат его и требуют разрешения, он оказывается бессильным, потому что не может подняться выше уровня своего разума.

И хотя желание достигнуть этого крепко заложено в нас, мы знаем, что лучшее, что мы можем сделать, – это сдерживать и останавливать себя в этом стремлении.

Всякое побуждение нашего сердца постоянно влечет нас к эгоистичным поступкам, и в то же время какая-то высшая сила предупреждает нас, что хорошо только бескорыстие.



10. От юношеского оптимизма к старческому пессимизму

Каждый ребенок рождается оптимистом. Ему снятся золотые сны. В юности его оптимизм еще усиливается. Молодой человек с трудом верит, что существуют такие вещи, как упадок сил, разрушение, смерть. Увы, приходит старость, и жизнь обращается в груду развалин. Грезы разлетаются, и старик становится пессимистом.

Так переходим мы от одной крайности к другой, получая постоянно безжалостные толчки судьбы, не зная, куда она ведет нас, и не замечая, что мы рабы ее.



11. Притча о Будде и реке существования

Это напоминает мне знаменитую песню в Лалита Вистара, биографии Будды. Будда родился, говорится в этой книге, чтобы спасти человечество, но среди роскоши дворца забыл о своем посланничестве.

Чтобы пробудить в нем воспоминание, явились ангелы и спели ему песню, припев которой был: «Мы плывем по реке существования, которая есть постоянное изменение, не имеющее ни остановки, ни отдыха».

Такова жизнь всех нас, идущих все вперед и вперед, не зная передышки.

12. Две крайности: утешенный оптимист и страдающий пессимист

Что же нам делать? Человек, у которого вдоволь еды и питья, – оптимист. Он просит не говорить ему о нищете; она его пугает.

Не говорите ему о горестях и страданиях мира. Идите к нему и скажите, что все прекрасно. «Да, – скажет он, – я обеспечен: посмотрите на меня – у меня хороший дом, я не думаю ни о холоде, ни о голоде. Не рисуйте же мне этих ужасных картин. Если есть другие, которые умирают от холода и голода, идите к ним и проповедуйте им, что это в порядке вещей».

Но вот другой человек, ужасно страдавший в жизни. Он не хочет и слышать о чем-нибудь хорошем, о чем-нибудь прекрасном и радостном.

«Пугайте всех, – говорит он. – Почему другие будут смеяться, когда я плачу? Я должен заставить всех плакать вместе со мной, так как я несчастен, и единственное, что меня может утешить, – это что и все другие тоже несчастны».



13. Путь между крайностями

Так мы совершаем наш путь среди оптимизма и пессимизма. Затем есть еще ужасная вещь – смерть.

Весь мир идет к смерти. Все умирает.
Все наши успехи, все, чем мы гордимся: наши реформы, наша роскошь, наше богатство, наши науки – все имеет один конец – смерть. Что все кончается смертью, в этом никто не сомневается.

Города возникают и исчезают, государства создаются, процветают и распадаются, планеты разрываются и рассыпаются в пыль, уносимую атмосферами других планет. Это продолжается с безначальных времен.

А где же конец? Конец всего – смерть. Смерть – конец жизни, красоты, богатства, могущества и добродетели.

Умирают святые, умирают и грешники; умирают короли, умирают и нищие. Все идут к смерти, и все-таки продолжается эта ужасная привязанность к жизни: мы не можем отделаться от нее. Это майя.



14. Слепая привязанность матери

Мать заботливо взращивает дитя.
Вся ее душа, вся жизнь – в этом ребенке. Ребенок растет, и из него выходит грубое животное, которое каждый день бьет свою мать. Но ее привязанность к нему не ослабевает, а когда разум, наконец, пробуждается в ней, она подавляет его мыслью о любви.

Мало она думает о том, что это совсем не любовь, а нечто другое, овладевшее ее нервами, какие-то путы, которые, как бы она ни старалась, не может стряхнуть с себя. – И это майя.



15. Борьба за золотое руно

Все мы стараемся добыть золотое руно. Каждый думает, что именно он овладеет им. Но как мало его в мире!

Всякий разумный человек видит, что его шансы добыть это руно очень слабы, что вероятность – не более одной двадцатимиллионной, и все-таки никто не может удержаться от борьбы за него, хотя большинство никогда ничего не достигает. Это тоже майя.


16. Самая удивительная вещь в мире

Смерть день и ночь ходит крадучись по земле, а мы думаем, что будем жить вечно. Однажды спросили царя Юдхиштхиру, какая самая удивительная вещь в мире? И царь отвечал: «Всякий день вокруг нас умирают люди, а каждый думает, что он никогда не умрет».

Опять майя – страшное противоречие в нашем уме, нашем знании, нашей жизни и во всем нас окружающем.

Везде это ужасное противоречие: удовольствие, следующее за страданием, и страдание – за удовольствием.



17. Реформатор и разрастание зла

Появляется реформатор и хочет устранить существующее зло. Но прежде чем он устранит небольшую его часть в одном месте, в двадцать тысяч раз больше зла окажется в другом.

Старый дом разваливается: поправляйте одну его стену – разрушение распространится на другую.

Наши проповедники в Индии восстают против бедствий, приносимых индусским женщинам обязательным вдовством, а на Западе величайшим несчастием для женщины считается невыход замуж.

Помогайте вдовам в одной стране, потому что они несчастны; помогайте не вышедшим замуж в другой – они тоже несчастны. Это похоже на застарелый ревматизм: если вы прогоните его из головы, он перейдет в спину, выгоните из спины – бросится в ноги.



18. Неравенство и призрачность счастья

Одни люди становятся богаче других, и положение в обществе, образованность и культура делаются их достоянием. Знание, также обширное и великое, культура, такая прекрасная, переходят в руки немногих избранных. Страшно подумать!

Являются реформаторы и делят все поровну. Если на время массы и станут от этого несколько счастливее в смысле физического благосостояния, то с дальнейшим ростом культуры это физическое счастье опять исчезнет.

Малейшая частица счастья, которым мы наслаждаемся, причиняет где-нибудь в другом месте равное количество несчастья.

Молодой человек может не замечать этого, но для того, кто пожил довольно долго и достаточно упорно боролся, это ясно. Таково действительное положение вещей. И это майя.



19. Невозможность ответа: почему?

Такое положение оказывается постоянно везде и во всем, и найти разрешение вопроса «зачем это так?» невозможно.

На этот вопрос нельзя ответить, потому что невозможно его логически формулировать.

В нем нет ни «как», ни «почему». Мы не можем остановиться на нем достаточно долго, чтобы ответить на него; не можем ни на один момент удержать его – он ежеминутно ускользает от нас.



20. Слепая машина и неизбежность действия

Мы похожи на слепую машину.
Что же нам делать?

Можно стараться воздержаться от бескорыстия, от стремления приносить добро ближним. Но даже и в этом мы делаем только то, что вынуждены; не можем поступать по произволу.

В настоящую минуту я должен стоять перед вами и читать вам лекцию, а вы принуждены сидеть и слушать; не делать этого мы не можем.

Затем вы пойдете домой: одни – с мыслью, что чему-то научились, другие – что слушали человека, болтавшего вздор. Я тоже уйду, думая, что учил вас. И это – майя.


...

21. Майя как признание факта, а не повод для страха

Итак, Майя – это утверждение существующих фактов этой вселенной и ее деятельности, и их страшного, неразрешимого противоречия.

Люди обыкновенно пугаются, когда им говорят это о них, но мы должны быть смелее: скрывать факты не значит найти лекарство.

Заяц, преследуемый собаками, прячет голову в землю и считает себя в безопасности, и мы, думая найти убежище в оптимизме или пессимизме, похожи на этого зайца. Но это не лекарство.



22. Возражения сытых и ложные доказательства

Против теории майи существуют возражения, исходящие, как вы увидите, от тех, кто пользуется от жизни большей частью благ.

Здесь, в Англии, трудно быть пессимистом, и все говорят, что мир удивительно совершенствуется. Но для каждого из нас мир таков, каковы мы сами.

Говорят, что христианство – самая лучшая религия, и в доказательство указывают на удивительное богатство христианских наций.

Но это плохое доказательство. Ведь богатство этих наций основано на несчастье других народов, на ограблении их. И если бы оно зависело от религии, то, допустив, что весь мир стал христианским, эти нации должны были бы обеднеть, так как не осталось бы никого, кого они могли бы грабить. Очевидно, такое доказательство само себя разбивает.

Животные живут за счет растений, люди – за счет животных, или, что еще хуже, – за счет друг друга, сильный за счет слабого. Это везде и всегда вокруг нас. И это майя.



23. Утешение будущим – тоже майя

Нам каждый день говорят, что зато со временем все будет хорошо. Хотя это более чем сомнительно, но, допустив даже, что это так, почему же это будущее достигается таким дьявольским способом?

Почему добро получается таким скверным путем, а не путем добра? Почему в моих настоящих страданиях меня должно утешать то, что мои потомки в каком-то будущем веке будут счастливы? Это – тоже майя, и объяснения ей нет.



24. Об эволюции, добре и зле

Мы часто слышим, что одним из отличительных признаков эволюции служит уменьшение зла и что вследствие этого в будущем останется в мире только добро.

Это очень приятно слышать; оно удовлетворит наше тщеславие или, по крайней мере, тщеславие тех, кто получил от мира достаточно благ, кто не раздавлен колесами этой, так называемой эволюции.

Для них и им подобных это действительно хорошо и удобно. А что стадо обыкновенных людей страдает – стоит ли об этом заботиться? Пусть себе другие умирают, о них незачем думать. Прекрасно! Но беда в том, что это рассуждение от начала до конца ложно.

Оно, во-первых, считает доказанным, что сумма проявляющегося в этом мире добра и зла – величина постоянная. Во-вторых, делает еще более сомнительное допущение: именно, что вследствие так называемой эволюции количество добра увеличивается, а зла уменьшается, и, значит, настанет время, когда все зло исчезнет и останется только добро.



25. Увеличивается ли добро за счет зла?

Это легко говорить, но можно ли доказать, что количество зла уменьшается? Не с таким ли основанием можно сказать, что оно все время возрастает?

Возьмите дикаря, живущего в лесу, ничего не знающего о развитии ума, не умеющего читать и никогда не слышавшего о такой вещи, как письмо.

Проткните его тело штыком – и он выздоровеет, тогда как гораздо более культурный человек, получив на улице царапину, умирает.

Машины делают все дешево, создают прогресс и эволюцию; но они же давят миллионы, чтобы сделать одного богаче остальных, а всю массу человеческих существ обратить в рабов. Это существующий порядок вещей.



26. Развитие чувств: двойная цена прогресса

Наслаждение человека-животного только физическое; его страдания и удовольствия зависят от органов чувств. Если у него нет достаточно еды или что-нибудь случится с его телом, он тотчас становится несчастным. Счастье и несчастье для него начинаются и кончаются в его чувствах.

Но как только человек начинает развиваться, как только его горизонт расширяется, горизонт его несчастья также попутно увеличивается.

Дикарь в лесу не знает, что такое ревность; не знает, что значит быть привлеченным к суду; не знает регулярной уплаты податей; не знает похвал и порицаний общества; не знает постоянной в течение дня и ночи тирании человеческого дьяволизма, забирающегося в тайники каждого сердца.

Он не знает, что человек со всем его бесполезным учением, со всей его гордостью может стать в тысячу раз большим зверем, чем всякое другое животное.



27. Способность страдать растет быстрее способности радоваться

Таким образом, когда мы освобождаемся от исключительного господства чувств, мы развиваем высшие способности наслаждения, но в то же время и высшие способности страдания, так как наши нервы становятся тоньше и более способны чувствовать.

Мы видим, что во всяком обществе человек неразвитый очень мало значения придает оскорблениям, а если чувствует, то разве палочные удары, тогда как джентльмен не может снести грубого слова – до того он стал нервным. Его способность страдать увеличилась вместе с чувствительностью к удовольствию.

Когда мы увеличиваем нашу способность быть счастливым, мы увеличиваем нашу способность страдать, и, по моему скромному мнению, если мы делаем успехи в способности к счастью в арифметической прогрессии, то наша способность к несчастью увеличивается в геометрической.

Те, кто родился в лесу, мало зависят от общества, тогда как мы, ушедшие далеко вперед, знаем, что чем больше мы развиваемся, тем больше чувствуем на себе его гнет. И трудно сказать, не оттого ли получается три четверти наших сумасшедших. – Это майя.


28. Майя не теория, а констатация факта

Мы видим, таким образом, что слово «майя» не предлагается как теория для объяснения мира.

Оно только утверждение факта, что в самом основании нашего существования есть противоречие:

что куда бы мы ни пошли, мы должны пройти через это ужасное противоречие; что где есть добро, там должно быть и зло, и где зло, там должно быть и добро; что за жизнью всегда, как тень, следует смерть; что все, кто смеется сегодня, будет завтра плакать, а кто теперь плачет, будет после улыбаться.



29. Исправить это положение невозможно

И это положение вещей не может быть исправлено. Конечно, мы можем вообразить в будущем место, где будет только добро и не будет вовсе зла, где мы будем только радоваться и никогда не будем плакать, но греза эта невозможна по самой природе вещей, так как условия везде и всегда останутся те же.

Где есть сила, заставляющая нас улыбаться, там сторожит нас также сила, приносящая слезы. Где есть сила, дающая нам счастье, там подле нас прячется сила, делающая нас несчастными.



30. Веданта не оптимизм и не пессимизм

Таким образом, философия Веданты –
не оптимизм и не пессимизм. Она берет вещи как они есть, признавая факт, что этот мир есть смешение добра и зла, счастья и несчастья.

Увеличьте одно – и вместе с этим увеличится другое. Мир никогда не будет хорошим, потому что уже в выражениях этой идеи заключается противоречие. Но он также не может быть и дурным.



31. Добро и зло не существуют как отдельные сущности

Веданта путем анализа открывает великую тайну, что добро и зло вовсе не существуют как отдельные самостоятельные сущности.

Нет вещи в нашем мире, которую вы можете назвать безусловно хорошей, и нет вещи, которая только дурна.

То же явление, которое сегодня кажется хорошим, завтра может оказаться дурным. Та вещь, которая причиняет горе одному, может быть причиной радости другого. Огонь, обжигающий ребенка, может сварить пищу голодному. Нервы, приносящие ощущение боли, приносят и чувство удовольствия.


32. Единственный способ остановить зло

Остановить зло, поэтому, можно только одним способом – останавливая также добро. Другого способа нет.

Чтобы остановить смерть, мы должны остановить жизнь.

Жизнь без смерти и счастье без несчастья заключают в самых своих определениях противоречие и не могут быть осуществимы, так как в каждом случае оба они – проявления одной и той же вещи.



33. Как меняются наши идеалы

То, что я считал хорошим вчера, я не считаю таким сегодня. Когда я оглянусь назад на всю мою жизнь и вспомню идеалы, которые у меня были в разное время, я нахожу то же самое.

Одно время моим идеалом была езда на паре быстрых лошадей; теперь мне не надо этого. В другое время, когда я был ребенком, я думал, что буду совершенно счастлив, если выучусь приготовлять известное лакомство.

Затем я думал, что было бы счастьем иметь жену и детей и много денег. Над всем этим ребяческим вздором я теперь смеюсь.


34. Сохранение тела и вечная шутка

Веданта говорит, что настанет такое время, когда, оглянувшись назад, мы будем смеяться над нашими идеалами, заставляющими нас бояться потерять свою индивидуальность.

Каждый хочет сохранить возможно дольше свое тело. Существует взгляд, что мы были бы очень счастливы, если бы могли сохранить его на бесконечное время. Но наступит день, когда мы и над этим будем смеяться.

Если таков порядок вещей, то мы попадаем в безнадежное противоречие: нет ни существования, ни несуществования, но смешение обоих; ни счастья, ни несчастья, но то и другое вместе.



35. Какой же тогда смысл в добрых делах?

Тогда какой же смысл от Веданты и всех прочих наших религий и философий? А прежде всего – какая польза делать добро?

Этот вопрос неизбежно приходит на ум,
и люди постоянно спрашивают:

«Если таково положение вещей – что, как бы вы ни старались делать добро, зла остается столько же, и сколько бы вы ни старались распространять счастье, остаются те же громадные горы страдания, – то какая польза делать что бы то ни было?»



36. Первый ответ: у вас нет другого выбора

Ответ на это, во-первых, тот, что раз единственный способ чувствовать себя счастливым заключается в труде для уменьшения страдания других, то вам и не остается ничего другого.

К этому выводу раньше или позже приходит каждый.

Образованный человек открывает это раньше, невежественный – позже; глупому открытие это обходится дороже, умный заплатит за него меньше.



37. Второй ответ: делать свое дело, несмотря ни на что

Во-вторых, хотя мы знаем, что никогда не наступит время, когда вселенная будет полна счастья и в ней совсем не будет несчастья, тем не менее надо стараться содействовать этому.

И хотя бы при этом несчастье и увеличилось, мы должны делать свое дело.

Обе эти силы – счастье и несчастье – будут содействовать жизни вселенной, пока не наступит время, когда мы пробудимся от нашего сна и перестанем строить замки из песка, что мы теперь только и делаем.

Это мы должны усвоить, и для этого нам потребуется много, много времени.

....

38. Ошибка западных философий: конечное не равно Бесконечное

Веданта говорит, что Бесконечное видимо как конечное.

В Германии на этом основании пытались построить философскую систему, и такие же попытки делаются даже теперь в Англии.

Основное положение всех этих философий, если их проанализировать, в том, что Бесконечное старается выразить себя в этой вселенной, и должно наступить время, когда оно, наконец, достигнет своей цели – то есть все без остатка перейдет в проявленное.

Другими словами, Бесконечное истощится, перейдя в конечное.

Здесь прекрасно использованы слова: бесконечное, проявленное, выражение.

Но человек, привыкший мыслить логически, может спросить: на каком же основании можно утверждать, что конечное может быть Бесконечным?Например, единица – двадцатью миллионами таких же единиц.

Абсолютное и Бесконечное, став вселенной, должно быть ограниченным, потому что всё постижимое чувствами, умом или рассудком должно по необходимости быть ограниченным. И выходит, что ограниченное равно неограниченному. Это явная бессмыслица, и потому невозможно.



39. Ответ Веданты: отбой и отречение

Веданта же говорит: верно, что Абсолют или Бесконечное стремится выразить себя в конечном; но придет время, когда Он увидит, что это невозможно, и пробьет отбой.

Этот отбой и будет действительным началом религии.

Отречение – порог религии. Для новейших людей трудно подумать об отречении. По словам американцев, я, говоря об отречении, похож на человека из мира, который в течение последних пяти тысяч лет был мертв и похоронен. То же, быть может, скажут и английские философы.

И тем не менее в жизни верен только один призыв: – Отрекись! Откажись!


40. Бесполезность поиска иного пути

Напрягайте, как хотите, ваш ум, делайте всё возможное, чтобы найти другой способ разрешения этих противоречий, – и всё равно вы их не разрешите, пока ваш ум не проснется от долгого и ужасного сна.

Время это, наконец, наступит: ребенок бросит свои игрушки и начнет плакать, чтобы мать взяла его.

Он найдет, что «желание не удовлетворяется исполнением его, но еще больше усиливается пламя, когда в него льют масло».

Таковы все удовлетворения чувств и ума, все наслаждения, на которые способна человеческая душа.

Все они ничего не стоят; они в майе, в тенетах, которые мы не в состоянии разорвать.

Мы можем без конца бегать взад и вперед внутри них, не находя выхода, и, борясь за крупицу наслаждения, будем всегда встречать массу подавляющего нас несчастья.


41. Майя как единственное объяснение жизни

Как ужасно такое положение вещей!

Представляя его себе, я не могу не прийти к заключению, что теория майи – положение, что все в этом мире майя – дает лучшее и единственное объяснение жизни.

Какая в ней масса бедствий! Разные нации и расы пытались устранить их разными средствами, но все встречали одни и те же затруднения, и ни одной не удалось достигнуть успеха.

Если в одном месте зло доходило до минимума, в другом месте нагромождались еще большие его массы. Так продолжается и теперь.


42. Пример Индии: детские браки

Индусы, чтобы хотя немного сократить разврат, ослабили своих детей слишком ранними браками, которые, практикуясь долгое время, привели расу к вырождению, хотя никто не станет отрицать, что браки в детском возрасте уменьшают в народе безнравственность.

Итак, заботясь о нравственности нации, мы были вынуждены ослаблять силы населения этими ужасными детскими браками. Но разве европейцы застрахованы от этого? Нисколько.

Чистота – это жизнь нации. Разве вы не видите из истории, что первый признак смерти народа – всегда безнравственность? Когда она появляется, конец нации близок.


43. Сравнение брачных обычаев

В чем же, наконец, разрешение вопроса? Если родители выбирают для своих детей мужа и жену, зло так называемой свободной любви сокращается, но в жизни молодых людей остается слишком мало поэзии. Дочери Индии, например, гораздо более практичны, чем сентиментальны. Но и выбор себе супруга самими юношами и девушками тоже не много приносит счастья обоим.

В общем, индусские женщины, впрочем, очень счастливы; едва ли кто в Индии слышал о ссоре мужа с женой. Тогда как в Соединенных Штатах, где свобода в этом отношении наибольшая, едва ли найдется одна счастливая семья. По крайней мере, число несчастных браков там так велико, что превосходит всякое описание. Да не меньше их и в Европе.


44. Что из этого следует?

Что же из этого следует?

Прежде всего то, что идеалы индивидуализма не приносят счастья. Все мы добиваемся его, но прежде, чем достигаем сколько-нибудь в одном отношении, нас постигают несчастья в другом.

Стоит ли тогда делать добро? – О, да! И с большим усердием, чем когда этого не знали. Это знание уничтожит наш фанатизм.

Англичанин не станет больше осыпать бранью индуса, говоря: «О, этот проклятый индус, как он обращается со своими женщинами...» Он научится уважать разные обычаи чужих наций.


45. Плод понимания:
терпение и уравновешенность

Будет меньше фанатизма и больше духа. Фанатики не могут трудиться. Они утрачивают три четверти энергии. Работает тот, кого зовут уравновешенным, спокойным, практичным. Исступленные фанатики не много сделают.

Способность работать увеличится вследствие понимания действительного положения вещей, так как при этом будет больше терпения.

Вид несчастий и зла не выведет нас из равновесия и не заставит гоняться за призраками. Когда мы будем знать, что мир может идти вперед только таким путем, у нас явится терпение.


46. Река жизни течет к океану

Ведь допустим, например, что все люди стали добрыми: останутся еще животные, которые должны стать людьми и пройти через те же испытания, а за ними и растения.

Мы знаем наверняка, что мощная река течет к океану, и что плывущие в ней куски соломы и обломки разбитых судов, как бы ни стремились идти назад, в конце концов – хотят они или нет – все будут принесены в этот бесконечный океан.

Также и в жизни, со всеми ее радостями и горестями, улыбками и слезами, верно одно: что она течет к океану бесконечности.

И вопрос только во времени, когда вы и я, растения и животные, и каждая частица, где бы то ни было существующей жизни, будем принесены в бесконечный океан Жизни, Свободы и Бога.

....

47. Еще раз: Веданта не оптимизм и не пессимизм

Позвольте мне еще раз сказать – так как эта ошибка часто повторяется – что положение Веданты не заключает в себе ни оптимизма, ни пессимизма.

Она не говорит, что весь этот мир – зло, но не говорит также, что он весь – добро.

Она утверждает, напротив, что наше зло не более важно, чем наше добро, и наше добро имеет не больше ценности, чем наше зло. Оба они – части одного целого.

Таков мир, и, зная его природу, мы должны терпеливо трудиться.



48. Почему не стать агностиком?

Но вы спросите: зачем, для чего трудиться? Если таково действительное положение вещей, то что же мы можем сделать? Почему не сделаться агностиками?

Новейший агностик ведь также находит, что разрешения вопроса нет, или, как мы говорим в Индии, нет выхода из-под этого покрывала Майи. Поэтому удовлетворимся тем, что есть, и будем наслаждаться жизнью.

Опять заблуждение, страшное и в высшей степени нелогичное.


49. В чем ошибка агностика

Заблуждение в том, что ставящий так вопрос под окружающей нас жизнью, очевидно, понимает только чувственную жизнь. В этом даже лучшие из нас тогда мало чем отличаются от животных.

Но я уверен, что между нами нет ни одного, чья жизнь только чувственная: для нас она нечто значительно большее.

Наши чувства и мысли – также части нашей жизни, и разве стремление к идеалу, к совершенствованию – не наиболее важная составная часть целого?

По мнению агностика, мы должны брать жизнь как она есть. Но она включает также наши личные радости и горести, наши идеалы и чувства, и прежде всего – неустанное искание идеала, стремление к совершенству, составляющее основу жизни.

Агностик принимает за жизнь всё существующее минус этот последний элемент, и, так как он пришел к заключению, что способ ее улучшения не может быть найден, то и отбросил все его поиски.

Но мы должны быть свободны в этом отношении, и потому не можем быть агностиками и смотреть на мир их глазами.



50. Все религии стремятся выйти за пределы майи

Итак, майя ведантиста – это природа, вселенная.

Все религии, от самой грубой до наиболее возвышенной, представляют собой попытки выйти из этой майи.

Выражаются ли они в мифологии и символах, в историях богов и ангелов, демонов и домовых, святых и ясновидцев, великих людей или пророков, или в отвлеченностях философии – все они имеют одну цель: стремление вывести нас за пределы майи, открыть нам нечто, что выше нее. Одним словом, все они стремятся к свободе.


51. Человек чувствует себя связанным

Сознательно или бессознательно, человек чувствует себя связанным, что он – не то, чем хотел бы быть.

Это приходит ему на ум, как только он начинает смотреть вокруг себя. Он сразу видит, что он в рабстве, что внутри его есть что-то, что хочет улететь туда, куда тело не может следовать за ним, но что приковано книзу окружающими его путами.

Даже в самых низших религиозных системах, в которых умершие предки и другие духи, большей частью свирепые и жестокие, стерегут дома своих друзей и очень любят кровопролития и крепкие напитки, – даже там мы находим это одно общее побуждение к свободе.

Человек, поклоняющийся богам, видит в них прежде всего большую свободу, чем в себе самом: если дверь заперта, это для богов ничего не значит; они проходят сквозь стены, физические преграды не представляют для них никаких препятствий.

Эта идея свободы растет, пока не придет к понятию об Одном Личном Боге, не подчиненном ограничениям майи.


52. Голос из древности: «Я нашел путь!»

Теперь я как бы слышу голос, более значительный, чем мой, и чувствую, как будто мы слушаем обсуждение этого вопроса древними индусскими мудрецами в их лесных убежищах.

При одном из таких обсуждений, когда даже самый старейший и святой не пришел к решению вопроса, вдруг встал юноша и заявил:

«Слушайте, дети бессмертия!
Вы, живущие в высших сферах!
Я нашел путь! Есть путь из этого мрака, и этот путь – достижение Того, Кто выше всякой темноты».

В той же Упанишаде говорится, что мы окружены майей и что это ужасно, так как пробиться через нее невозможно.


53. Наш путь – не с майей, а против майи

Если человек скажет: «Позвольте мне сесть на берегу этой реки и перейти ее в брод, когда вся вода выльется в океан» – то он будет так же умен, как тот, кто говорит, что будет трудиться, пока мир станет хорошим, и тогда будет наслаждаться результатом своего труда. Ни то, ни другое не случится.

Наш верный путь – не с майей, но против майи. Это второе, что надо усвоить. Мы рождены не помощниками природе, но противниками ее. Мы хозяева цепей, а стараемся приковать ими себя.


54. Человек побеждает природу

Природа говорит: «Зачем этот дом? Я не дала тебе его: ступай, живи в лесу». А человек на это: «Нет, я построю дом и буду бороться с тобой» – и строит дом.

Вся история человечества – история постоянной борьбы с так называемыми законами природы, и в конце концов побеждает человек.

Обращаясь к внутреннему миру, мы видим, что и там происходит та же борьба: между человеком-животным и духовным человеком, между светом и тьмой. И здесь человек выходит победителем. Он как бы пробивает себе дорогу от Природы к идее о Свободе.



55. Теизм – начало, а не конец

Итак, мы понимаем теперь, что такое майя, и знаем, что философы Веданты нашли, что выше майи есть нечто, ей не связанное, и что, если мы поднимемся туда, где находится это нечто, то и сами будем выше майи.

Эта идея, общая всем религиям, и есть то, что называется Теизмом. Но в Веданте она представляет только начало религии, а не конец.

Идея о личном Боге, Творце и Вседержителе вселенной, Правителе майи, или природы, согласно идеям Вед, – не конец, а только начало.

Эта идея потом растет, пока ведантист не находит, что Тот, кто стоял вне человека, был на самом деле Тем, кто был в нем самом. Это Тот, Кто был свободен, но думал, что связан.

Содержание

ЧЕЛОВЕК ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ И КАЖУЩИЙСЯ

1. Вопрос, с которого начинается религия

Велико доверие человека к своим чувственным впечатлениям, и тем не менее в жизни как отдельных людей, так и целых рас наступает время, когда – каким бы действительным они ни считали тот мир, в котором живут – у них невольно является вопрос:

«Действительно ли все это существует?»


Даже к человеку, который не находит времени задавать себе подобные вопросы, каждая минута которого занята какими-либо удовольствиями, – даже к нему рано или поздно приходит смерть, и он принужден бывает спросить:

«Действительно ли все это было?»

Религия начинается и кончается этим вопросом.



2. Древнейший спор: что после смерти?

Уже в отдаленной древности, у которой нет писаной истории, в таинственные сумерки мифологии, когда занималась тусклая заря цивилизации, мы находим тот же вопрос: «Что станется со всем этим? Что из него реально?»

Один из наиболее поэтических Упанишад, Катха Упанишад, начинается вопросом:

«У нас спорят о том, что будет с человеком, когда он умирает. Одни утверждают, что он уничтожается навсегда, другие настаивают, что он продолжает жить. Кто из них прав?»

Ответы давались разные. Вся область метафизики, философии и религии полна ответами на этот вопрос. Но были стремления и затушить его, подавить пытливость ума, спрашивающего: «Что же дальше? Что реально?»



3. Смерть не дает забыть вопрос

Пока, однако, существует смерть, все эти попытки будут одинаково безуспешны.

Мы можем толковать сколько угодно, что не находим дальше ничего, и утверждать, что все наши надежды и желания ограничиваются настоящим.

Можем усиленно стараться заключить себя в тесные рамки наших чувств. Но хотя бы все извне помогало в этом и весь мир соединился, чтобы помешать нам перейти за пределы настоящего, вопрос –

«Действительно ли смерть – конец всего, за что мы держимся как за самое реальное из всех реальностей, как за самое существенное из всех сущностей?» – будет возбуждаться вновь и вновь.


4. Пропасть и отшатывание ума

В момент смерти мир уходит от нас и исчезает. И, подойдя к краю этой пропасти, за которой расстилается бесконечная зияющая бездна, каждый ум, как бы он ни был тверд, отшатнется и спросит:

«Да действительно ли это так? Действительно ли надежды всей жизни, созданные мало-помалу энергией великих умов, исчезают в одну секунду? Неужели они не имели никакого основания?»

На этот вопрос необходимо ответить. Время не ослабляет его значения, но скорее усиливает.



5. Стремление к счастью и разочарование

Затем у всех нас существует стремление к счастью. Мы гонимся за всем, что может сделать нас счастливыми, и следуем за чувствами, безумно приводящими нас к внешнему миру.

Молодой человек, пользующийся в жизни успехами, если вы спросите его, реален ли мир, ответит утвердительно – он считает его вполне реальным.

Но он же через несколько лет, испытав, как счастье постоянно ускользало от него, скажет, что жизнь – иллюзия.

Он видел, что его желания неисполнимы, что куда бы он ни шел, везде наталкивается на несокрушимую стену, через которую не может перейти, что результатом каждой деятельности чувств является реакция.

Все преходяще: наслаждение и страдание, роскошь и богатство, сила и слабость, даже сама жизнь – все одинаково мимолетно.



6. Два возможных положения

Человеку остается два положения.

Первое – заявить вместе с нигилистами, что всё – ничто, что мы ничего не знаем и ничего не можем знать ни о прошедшем, ни о будущем, ни даже о настоящем.

Следует помнить, что тот, кто отрицает прошедшее и будущее и признает только настоящее, просто сумасшедший, так как это одинаково логично отрицать существование отца и матери и признавать существование только ребенка.

Отрицая прошедшее и будущее, необходимо отрицать и настоящее. –

Это будет чистый нигилизм, но я никогда не видел человека, который хотя бы в течение одной минуты был последовательным нигилистом. Болтать же можно все, что угодно.

Второе положение состоит в искании объяснения, в стремлении найти среди этого вечно меняющегося и исчезающего мира что-нибудь реальное, постоянное, неизменное.



7. Что остается после разрушения тела?

Есть ли что-нибудь подобное в нашем теле, этой совокупности материальных частиц?

Это был вопрос, разрешение которого искали на протяжении всей истории человеческого ума.

В истории древних времен мы находим проблески света, которые схватывали человеческие умы.

Там мы видим людей, которые даже в то время выходили на шаг за пределы своего тела и нашли нечто, хотя и очень похожее на тело, но отличное от него, гораздо более цельное, более совершенное и остающееся даже тогда, когда тело разрушалось.


8. Древний гимн Риг-Веды

В гимне Риг-Веды, обращенном к богу Огня при сжигании мертвых, мы читаем следующие слова:

«О, Огонь, возьми его нежно в свои объятия; дай ему совершенное светлое тело и отнеси его туда, где обитают отцы, где нет больше горестей, где нет больше смерти».

Эту самую идею вы встретите в каждой религии, и с ней – другую, в высшей степени замечательную.



9. Человек – вырождение того, чем был

Во всех без исключения религиях, облечены ли их идеи в мифологию, или выражены ясным языком философии, или прекрасными образами поэзии, везде принимается, что человек в его настоящем состоянии представляет собой вырождение того, чем он был.

Что человек теперь – вырождение прежде бывшего человека – это единственное ясное положение, вытекающее из всех Писаний и Мифологий. Оно составляет основную мысль истории грехопадения Адама в Еврейском Писании и постоянно повторяется в священных книгах Индусов.



10. Век истины и век порчи

В грезах о периоде, который они называют веком истины, когда ни один человек не умирал, если сам не хотел умереть, когда он сохранял свое тело столько, сколько хотел, и его ум всегда был тверд и ясен. В этом веке не было ни смерти, ни зла, ни бедности; настоящее же состояние – извращение того совершенного.

Рядом с этим мы везде находим историю о потопе. Эта история уже одна указывает, что настоящие века считаются испорченными прежними.

Мир все больше и больше развращался, пока потоп не смыл большую часть человечества, после чего опять началось его улучшение. Теперь мы медленно карабкаемся вверх, чтобы опять достигнуть прежнего состояния чистоты.



11. Легенда о Ману и потопе

Все вы знаете историю потопа, как он описан в Ветхом Завете. Та же история распространена у древних Вавилонян, Египтян, Китайцев и Индусов.

Рассказывают, что древний мудрец Ману молился на берегу Ганга, когда к нему подплыл маленький пескарь, прося защиты.

Ману посадил его в стоящий перед ним горшок с водой и спросил: «Чего ты хочешь?» Пескарь сказал, что он ищет убежища, так как его преследует большая рыба.

Ману отнес его домой, но к следующему утру тот стал таким большим, что занял весь сосуд, и сказал Ману: «Я не могу больше жить в этом горшке».

Хозяин поместил его в чан, но на следующий день и чан уже не вмещал его. Ману пустил его в реку, но к следующему утру рыба заполнила всю реку, и Ману пустил ее в океан.

Тогда рыба заявила своему спасителю: «Ману, Я – Создатель Мира и принял этот вид, чтобы прийти к тебе и предупредить, что намерен потопить мир. Ты должен построить ковчег и поместить в него свое семейство и по паре всякого рода животных. Из воды поднимется утес. Привяжи к нему ковчег и, когда вода спадет, спустись на землю и насели ее».

Земля была опустошена потопом, но Ману спас свое семейство, по паре всякого рода животных и семена всяких растений. Когда наводнение прекратилось, он сошел и населил землю, и мы все называемся «ман», потому что произошли от Ману.*

*«Ман» – санскритский корень, означающий «думать».



12. Мифология и язык: разные степени одного и того же

Человеческий язык представляет собой стремление выразить во внешних символах находящуюся внутри нас истину.

Ребенок, речь которого состоит из неопределенных и непонятных звуков, делает попытку – я в этом вполне уверен – выразить в них самую высокую философию; только у ребенка нет ни органов, ни средств для выражения.

Язык самого глубокого философа и выражения ребенка различаются только в степени, а не в роде.

То, что мы теперь смотрим как на выражения в высшей степени логичные и математически правильные, отличается от мистического языка мифологии древних только в степени.

Все одинаково заключают в себе великую идею, которая, так сказать, силится найти для себя выражение.

В древней мифологии часто встречается настоящая суть истины, а за новейшими изящными и отделанными фразами – приходится с грустью сказать – часто нет ничего, кроме отъявленной бессмыслицы.

Поэтому мы не должны отбрасывать что бы то ни было только потому, что оно облечено в форму мифологии и не сходится с понятиями какого-нибудь ученого новейшего времени.

...

13. Научное суеверие и религиозное суеверие

Если мы смеемся над религиями, потому что большинство из них требуют верить известным вещам на том основании, что это сказал такой-то пророк, то должны еще больше смеяться над новыми, так называемыми образованными людьми.

В девятнадцатом веке, если человек цитирует Моисея, Будду или Христа, над ним смеются. Но назовите тем же людям имя Гексли, Тиндаля или Дарвина – и всё, что сказали последние, они проглотят «без соли». «Это сказал Гексли» – и для многих этого совершенно достаточно. Вот так свобода мысли!

Древняя вера была религиозным суеверием, а новая – научное суеверие.

Но в первом и через первое мир получал великие духовные истины, а во втором и через второе – только разврат и алчность. В этом только между ними и разница.



14. Циклическая теория: примирение мифологии и эволюции

Вернемся, однако, к мифологии. Во всех ее историях мы находим одну главную идею: что человек представляет собой вырождение того, чем он был.

Новейшие исследования, по-видимому, решительно отвергают это. По мнению эволюционистов, человек развился из моллюска, и потому то, что говорит о нем мифология, не может быть верно.

Но в Индии существует идея, могущая примирить эти мнения. Индийская мифология содержит в себе так называемую циклическую теорию, принимающую, что всякое совершенствование происходит в форме волны, что подъем и падения в нем чередуются: то, что было гребнем, в следующий момент становится впадиной и наоборот. Такое движение совершается в течение циклов.



15. Эволюция предполагает инволюцию

Даже исходя из посылок новейшего исследования, становится очевидным, что человек не может представлять собой только совершенствование.

Всякая эволюция предполагает инволюцию. Всякий новейший ученый скажет нам, что из машины вы можете получить только такое количество энергии, какое раньше вложили в нее, что ничто не может быть произведено из ничего.

Следовательно, если совершенный человек – человек-Будда, человек-Христос – есть только эволюция моллюска, то моллюск есть инволюция Будды.

Если это не так, то откуда же произошли эти великие личности? Что-то не может произойти из ничего. Таким образом, мы примиряем писания с новой наукой.



16. Энергия должна существовать где-то раньше

Та энергия, которая медленно проявляется, проходя через фазы развития, пока не станет совершенным человеком, не может произойти из ничего. Она должна существовать где-то раньше.

И если моллюск или протоплазма есть самый отправной пункт, до которого вы можете проследить эту энергию, тогда эта протоплазма, так или иначе, должна заключать в себе все дальнейшие возможности.



17. Что первично: тело или мысль?

В настоящее время много спорят: составляет ли совокупность материальных частиц, которую мы называем телом, причину появления силы, называемой душой или мыслью?

Или тело – проявление последних?

Все религии мира учат, что тело – проявление силы мысли, а не наоборот.

Но новые школы считают, что то, что мы называем мыслью, есть просто результат действия частей машины, называемой телом.



18. Если мысль – продукт машины, то что производит машину?

Принимая на время положение, что душа, или мысль (или как бы вы ее ни называли) – произведение машины, результат физических и химических соединений материи, составляющей тело, – у нас всё еще останется вопрос, на который надо ответить:

Что же тогда производит тело? Какая сила соединяет все его частицы в данной форме? Что это за сила, могущая брать материю из всей массы ее и придавать ей одну форму для моего тела, другую для другого тела и так далее? Что производит всё это бесконечное разнообразие?

Сказать, что сила, называемая душой, есть только результат особого соединения частиц материи, называемого телом, – значит ничего не сказать. Как это соединение произошло? Где была сила, которая его произвела?



19. Логичнее принять обратное

Если вы предположите существование еще какой-нибудь другой силы как причины этих соединений и скажете, что душа, которая проявляется только в соединении с известной массой материи, сама есть результат соединения – это не ответ.

Принимать теорию следует только ту, которая объясняет, если не все, то большую часть фактов и не противоречит другим известным фактам.

Более логично принять, что сила, которая берет материю и образует из нее тело, есть та самая, которая проявляется через это тело.



20. Мысль не может быть результатом расположения молекул

Говорить, что мысли, проявляющиеся через тело, суть результат расположения его молекул и вовсе не имеют независимого существования – бессмыслица.

Никакая сила, развиваемая материей,
не может быть силой мысли.

Скорее можно доказать, что не существует то, что мы называем материей, так как она есть только некоторое состояние силы.

Можно сказать, что твердость, плотность и другие ее свойства суть результаты движения.

Масса воздуха, движущаяся с достаточно большой скоростью, оказывается более плотной, чем стол.

Неосязаемая атмосфера, движимая со скоростью урагана, скручивает и ломает стальной прут: такую видимую твердость дает ей простое движение.

Таким образом, понятно, что неприметный и нематериальный эфир, получивший вихревое движение, может принять полное сходство с самой материей.

Рассматривая вопрос с этой точки зрения, легко доказать, что то, что мы называем материей, в действительности не существует; противоположное же не может быть доказано.



21. Таинственная сила, действующая в нас

Но что же тогда эта сила, которая проявляется в теле?

Всем нам ясно, что, чем бы она ни была, она берет частицы материи и образует из них такие формы, как человеческое тело. Никто другой не является здесь, чтобы создавать тела для вас или для меня.

Я никогда не видел, чтобы кто-нибудь за меня ел. Я должен сам принимать и усваивать пищу и вырабатывать из нее тело, кровь, кости. Что же это за таинственная сила, действующая в нас?

Идеи о прошедшем и будущем, по-видимому, пугают человека.

Многим они кажутся пустыми теоретическими рассуждениями. Возьмем поэтому настоящее. Что такое та сила, которая действует в нас теперь?



22. Светлое тело и Атман

Мы видели, что во всех писаниях древности на источник этой силы смотрели как на светлое существо, имеющее тело, похожее на материальное, но продолжающее существовать даже после разрушения последнего.

Позже, однако, выступает на сцену более высокая идея: что такое тело не может представлять чистой силы.

Всё, что имеет форму, должно быть само результатом соединения частиц и требует чего-то другого за собой, что приводило бы его в движение.

Таким образом, это светлое тело, требуя для того, чтобы существовать, чего-то, что не есть оно само, должно требовать и для своей деятельности чего-то другого.

Это нечто, называемое душой, или по-санскритски Атман, посредством внутреннего светлого тела действует на наружное грубое.

Светлое тело принимается за вместилище ума. Атман же выше этого тела, но и не ум: он направляет ум и через него тело.

У вас один Атман, у меня другой, и каждый из нас имеет отдельного Атмана и отдельное тонкое тело, через которое мы и действуем на внешнее тело.



23. Атман вне времени, пространства и причинности

Что же такое Атман – эта душа человека, которая не тело и не ум, – и какова его природа?

Об этом было много споров, послуживших к возникновению разных философских школ. Я попробую изложить вам некоторые заключения, к которым они пришли относительно Атмана.

Все различные философии согласны в том, что Атман, чем бы он ни был, не имеет ни формы, ни границ, и потому должен быть всюду присутствующим.

Время и пространство получают начало в уме. Закон причинности не может существовать без времени. Без идеи о последовательности не может быть идеи о причинности.

Поэтому время, пространство и причинность находятся в уме. А так как Атман выше ума и бесформен, то он должен быть также вне времени, пространства и причинности.

Если же он вне времени, пространства и причинности, то он должен быть бесконечен.



24. Бесконечных не может быть два

Затем следует самое высшее умозрение нашей философии. Бесконечных не может быть два.

Если душа бесконечна, то она должна быть только одна, и идея о разных душах – что вы имеете одну, я – другую и так далее – невозможна.

Действительный (реальный) человек, поэтому, есть бесконечный, всюду присутствующий дух, и притом он только один.

Кажущиеся же люди – только сокращенные отражения этого одного действительного человека.



25. Действительный человек свободен

Итак, все мифологии верны в том смысле, что видимый человек, как бы он ни был велик, есть только тусклое отражение действительного человека, который за ним.

Действительный человек, дух, будучи выше как причины, так и следствия, и не связанный временем и пространством, должен быть свободен.

Он никогда и ничем не был и не может быть связан.

Только кажущийся человек, отражение действительного, ограничен временем, пространством и причинностью, и потому не свободен.

Или, по выражению некоторых наших философов: кажется не свободным, но на самом деле свободен.

Таково действительное состояние наших душ: вездесущие, духовная природа и бесконечность, которыми мы уже обладаем.

Всякая душа бесконечна, и потому не может быть речи о ее рождении или смерти.

....

26. Куда упасть бесконечному?

На одном экзамене экзаменатор, задавая детям разные вопросы, между прочим спросил: «Почему земля не падает?»

Большинство детей молчало, некоторые отвечали, что она не падает вследствие притяжения. Но одна шустрая девочка ответила вопросом: «Да куда же она могла бы упасть?»

И в самом деле, вопрос учителя не имел смысла. Куда бы земля могла упасть? Ей некуда ни подниматься, ни падать, так как в бесконечном пространстве нет ни верха, ни низа; они существуют только относительно.

Где может быть место, откуда бы приходило и куда уходило бы бесконечное?



27. Высший идеал

Когда человек перестает думать о прошлом и о том, что его ожидает в будущем, когда он отбросит всякую мысль о теле – потому что тело, будучи ограниченным, приходит и уходит, – тогда он поднялся до высшего идеала.

Действительный человек – не тело и не ум, так как даже последний растет и убывает.

Действительный человек – дух, который выше их и один живет вечно.



28. Тело и ум как реки

Тело и ум – только названия рядов сменяющих друг друга явлений.

Это реки, в которых всякая частица воды постоянно течет вперед, хотя на каждую находящуюся перед нами совокупность этих частиц мы смотрим как на ту же самую реку.

Всякая частица нашего тела постоянно меняется: ни одно тело не остается тем же самым в течение нескольких минут.

Но сплошной ряд впечатлений, оставляемых им в уме, заставляет нас смотреть на него как на то же самое.

То же справедливо и относительно ума:
в один момент он чувствует себя счастливым, в другой – несчастным; в один момент сильным, в другой – слабым. Это вечно меняющийся водоворот.



29. Бесконечное не может изменяться

Ум не может быть духом, потому что дух бесконечен. Изменение же может быть только в ограниченном. Сказать, что бесконечное изменяется, – бессмыслица.

Вы и я, как тела, можем двигаться, и каждая частица в этой вселенной находится в состоянии постоянного движения. Но вся вселенная в совокупности, как одно целое, не может ни двигаться, ни изменяться.

Движение всегда относительно. Я двигаюсь относительно этого стола или какого-либо другого предмета. Всякая частица вселенной может переменять место относительно других частиц.

Но вся вселенная как одно целое – относительно чего она может двигаться? Ведь кроме нее нет ничего.



30. Наша реальность – в Абсолютном

Таким образом, бесконечное-единое неизменяемо, недвижимо, абсолютно и одно реально. Наша реальность, поэтому, состоит в Абсолютном, а не в ограниченном.

Думать, что мы маленькие, ограниченные, постоянно изменяющиеся существа, – значит повторять старое заблуждение, как бы это ни казалось удобным.



31. Ты – во всём

Вы действуете во всех вещах, движетесь всеми ногами, говорите всеми устами, живете во всех сердцах. Вы – Всеведущее, всюду присутствующее Существо.

Слыша это, люди пугаются: они всё повторяют, что не должны терять свою индивидуальность. Но я хотел бы знать, что такое человеческая индивидуальность.



32. Где же индивидуальность?

У ребенка нет усов; с возрастом у него появляются усы и борода. Если его индивидуальность в теле, она теперь потеряна. Если я лишаюсь глаза или руки, моя индивидуальность, если она в теле, нарушена.

Пьяница не должен бросать пьянство, чтобы не утратить своей индивидуальности. Из боязни этого никто не смеет изменять своих привычек.

Но позвольте сказать вам: никакой индивидуальности нет ни в чем, кроме Бесконечного. Это единственное состояние, которое не меняется; всё остальное изменяется постоянно.



33. Индивидуальность не в памяти

Наша индивидуальность не может заключаться и в памяти. Представьте себе, что я получил удар по голове и забыл мое прошлое. Что же? Потерял я мою индивидуальность? Уничтожился?

Я не помню два или три года моего детства. Если память и существование – одно и то же, значит всё забытое не существовало, – ту часть моей жизни, которую я не помню, я не прожил. Это очень странное понятие об индивидуальности.



34. Мы только стремимся к индивидуальности

В действительности, мы еще не индивидуумы. Мы только стремимся к индивидуальности, к истинной природе человека, к Бесконечности.

Живет только тот, чья вселенная. И чем больше мы сосредоточиваем нашу жизнь на таких ограниченных предметах, как наше тело, тем мы ближе к смерти.

Мы действительно живем только в те моменты, когда наша жизнь – в других, во вселенной. То же время, когда мы сосредоточиваемся на этой маленькой жизни, – это смерть, настоящая смерть.



35. Страх смерти исчезает

Вот почему является и страх смерти.

Страх этот может быть побежден только тогда, когда человек ясно видит, что пока во вселенной есть хоть одна жизнь, живет и он сам.

«Я во всем, в каждом теле. Я во всем живущем. Я вселенная, вся она – мое тело. Как я могу умереть, пока остается хотя одна частица ее? Кто говорит, что я умру? Ты Он! О, моя душа, ты – Он!»

Тогда человек утрачивает страх смерти, становится бессмертным.



36. Только дух индивидуален

Смешно говорить о бессмертии ничтожных, постоянно изменяющихся вещей.

Один санскритский философ говорит: только дух индивидуален, потому что только он бесконечен.

Бесконечное не может быть разделено, не может быть раздроблено на части. Он остается вечно тем же неделимым, индивидуальным человеком, действительным человеком.


37. Притча об экране

Кажущийся человек – только стремление выразить, проявить индивидуальность, которая выше его.

И развитие человека не касается его духа. Те изменения, которые происходят перед нами – когда злой становится добрым или когда, как любите вы утверждать, животное становится человеком, – происходят не в духе.

Представьте, что между вами и мной стоит экран, заслоняющий вас от меня, и в этом экране маленькое отверстие, через которое я могу видеть некоторых из вас, сидящих против меня.

Предположите затем, что это отверстие становится все больше и больше. По мере того как оно увеличивается, сцена передо мной раскрывается. А когда отверстие сравняется по величине с экраном, я буду видеть всех вас.

В этом случае вы нисколько не изменились, остались теми же, чем были и раньше. Расширялось отверстие – и вы проявились.



38. Вы уже свободны и совершенны

То же происходит и с духом.
Вы уже свободны и совершенны, только в настоящем цельном виде остаетесь скрытыми от глаз, и видна лишь ничтожная частица целого.


....

39. Почему человек ищет Бога?

Что такое эти идеи о религии и Боге и поиски будущего? Почему человек старается искать Бога? Почему у всех народов, во всех состояниях общества человек ищет где-то совершенный идеал – в человеке, в Боге или в чем-либо другом?

Потому что эта идея внутри нас. Это бьется ваше собственное сердце, только вы не знаете этого и принимаете за что-то постороннее. Это Бог внутри вас побуждает вас искать Его, воочию познать Его.



40. Долгий путь возвращается к началу

После долгих поисков здесь и там, в храмах и церквах, на земле, на небе и во всех направлениях, мы возвращаемся, наконец, назад, заканчивая круг в точке, от которой отправились, – назад к нашей собственной душе.

И находим, что Тот, Кого искали по всему свету, к Кому обращались с молитвами и слезами в храмах и церквах, на Кого смотрели как на тайну всех тайн, скрытую за облаками, – что Он был ближе всего к нам, что это наше собственное Я, сущность нашей собственной жизни, наше тело и наша душа.

Я – Ты, и Ты – я!
Такова ваша собственная природа.



41. Вы уже совершенны

Удостоверьтесь в ней, проявите ее. Вы не сделались чистыми; вы уже были чисты. Вам нет надобности совершенствоваться; вы совершенны уже теперь.

Вся природа похожа на покрывало, закрывавшее собой действительность.

Всякая ваша хорошая мысль, всякое ваше доброе дело – это как бы разрывание покрывала, чтобы могли обнаружиться за ним Бесконечность, Бог. В этом вся история человека.

Чем тоньше становится покрывало, тем сильнее видимый за ним свет будет сиять своей собственной сущностью, потому что сиять – в его природе.



42. Его нельзя знать разумом

Его нельзя знать, и мы напрасно стремимся узнать его разумом. То, что познаваемо, не может быть тем, что оно есть, так как Он – вечный субъект.

Знание ограничено.
Знать – значит объективировать;
Он же – вечный субъект.

Он всегда присутствует во вселенной.
Он – ваше Я.

Как можем мы знать то, что мы уже есть? Каждый человек есть Тот и стремится выразить Его различными способами.



43. Основание нравственности

Почему так много кодексов этики? В чем объяснение систем нравственности?

Во всех них основная идея одна, только выраженная в разных формах. Идея эта – желание делать добро другим. Самый высший руководящий человечеством мотив есть милосердие ко всем людям, ко всем животным.

Но оно, во всех его различных формах, не есть ли выражение вечной истины: «Я – это вселенная; вся эта вселенная – одно»?

Если нет, тогда в чем же мы должны искать основание милосердия? Почему я должен стараться делать добро ближним? Что меня побуждает к этому?

Интуитивное сознание тождественности всего, симпатия ко всему.



44. Самоотречение – основа нравственности

Самое черствое сердце чувствует иногда свое единство с остальными существами.

Даже человек, который приходит в ужас, когда ему говорят, что так называемая индивидуальность – заблуждение, что недостойно цепляться за эту призрачную индивидуальность, – даже этот человек скажет вам, что в совершенном самоотречении – основание всей нравственности.

Но что такое совершенное самоотречение?

Самоотречение значит отречение от призрачного «я», от всякого эгоизма. Идея об «я» и «мое» (аханкара и мама) – результат прошлого суеверия. И чем больше это настоящее «я» удаляется, тем более проявляется в своем полном блеске Действительное Я.



45. Мир медленно приближается к самоотречению

Самоотречение – это центр, основание, суть всякого нравственного учения.

И – знает ли об этом человек или нет – весь мир медленно приближается к нему, более или менее осуществляя его. Только большинство человечества делает это бессознательно.

Пусть же оно поступает сознательно, пусть приносит в жертву свое «я», зная, что оно не настоящее Я, а только уменьшенное его отражение.

Теперешний человек представляет собой только один проблеск той бесконечной реальности, которая за ним, одну искру того бесконечного огня, который есть Всё.

Истинная же его природа – сама Бесконечность.



46. Польза знания: счастье в духе

Какая, однако, польза, следствие, результат такого знания? В нынешнее время мы все вообще измеряем пользой, проще говоря, числом фунтов, шиллингов и пенсов. Но по какому праву кто бы то ни было может требовать, чтобы истина оценивалась на деньги или выгоды?

Предположите, что пользы нет: разве истина от этого уменьшится?

Полезность – не доказательство истины. И тем не менее в этом знании заключается громадная польза.

Каждый добивается счастья, но большинство ищет его в вещах преходящих и нереальных.

Еще никто никогда не находил счастья в чувствах или чувственных наслаждениях; счастье может быть найдено только в духе. Следовательно, самая высшая польза человечества состоит в том, чтобы найти духовное счастье.



47. Незнание – мать всех несчастий

Следующее, что необходимо помнить: это что незнание – мать всех несчастий. И думать, будто Бесконечное может жаловаться и плакать, что Оно конечно, – высшая степень невежества.

Верх невежества состоит в том, что бессмертный, вечно чистый дух считает себя маленьким умом, маленьким телом. Оно – причина всякого эгоизма.

Как только я смотрю на себя как на маленькое тело, хочу сохранить его, помогать ему, содержать его в довольстве даже за счет других тел, я тотчас становлюсь отдельным от других.

А как скоро является идея об отдельности, она открывает дверь злодеяниям и ведет ко всяким несчастьям.



48. Земля могла бы стать раем

Польза в том, что если хотя бы маленькая часть человеческих существ отбросит сегодня свой эгоизм, свою узость и ничтожность, эта земля завтра станет раем.

Машинами же и улучшениями, зависящими от материального знания, такой результат никогда достигнут не будет. Они только увеличат несчастья, как масло, подлитое в огонь, усиливает пламя.

Без знания духа материальное знание только прибавляет огонь, давая в руки эгоистов лишнее орудие забирать себе то, что принадлежит другим, делая их более способными жить за счет жизни других, вместо того чтобы отдавать им свою жизнь.


49. Истина не обязана преклоняться перед обществом

Другой вопрос: практично ли это? Может ли оно быть осуществлено в современном обществе?

Но позвольте сказать: Истина не обязана преклоняться перед каким бы то ни было обществом, древним или новым.

Общество должно преклониться перед истиной – или умереть.

Всякие сообщества и всякие существа имеют в основе истину, и истина не должна приспособляться к ним.

Если такая высокая истина, как бескорыстие, не может осуществляться в обществе, то лучше бросить это общество и идти в лес. Этим человек проявит свое мужество.

50. Два рода мужества

Есть два рода мужества. Первый состоит в том, чтобы бросаться на пушечное жерло. В этом отношении тигр и волк смелее человека.

Но есть другой род смелости – духовный.


51. Притча о царе и старике

Царь-завоеватель совершает нашествие на Индию. Его учитель просит его найти нескольких индийских мудрецов. После долгих поисков он находит очень старого человека, сидящего на камне.

Царь поговорил с ним немного, остался очень доволен его рассуждениями и попросил его идти с ним в его страну.

– Меня совершенно удовлетворяет этот лес.

– Я царь всего мира. Я дам тебе деньги, почести, богатство.

– Меня не интересуют эти вещи.

– Но, – сказал царь, – если ты не пойдешь, я велю убить тебя.

Старик расхохотался:

– Вот самая глупая фраза, когда-либо тобой сказанная. Ты не можешь меня убить. Меня не может иссушить солнце, ни огонь сжечь, и никакое оружие убить, так как я – не рожденный, бессмертный, всемогущий, вездесущий, вечно живущий дух.



52. Свами Садху: «Брат, ты – Он»

Во время восстания 1857 года был один Свами Садху – великая душа.

Солдат-магометанин нанес ему смертельную рану. Солдата схватили мятежники, привели к Садху и предложили убить его. Но монах повернулся к нему, сказав: «Брат, ты – Он», – и испустил дух.

Это тоже мужество.



53. То общество самое великое…

Зачем толковать о вашей физической силе и указывать на ваши западные учреждения, если вы не можете согласовать ваше общество с истиной, устроить его так, чтобы в нем нашлось место для высочайшей истины?

Что такое ваши хвастливые толки о вашей силе и величии, если ваше первое и последнее слово об истине – «Это не практично»?

Разве практичны только фунты, шиллинги и пенсы? Если так, то почему вы хвастаете вашим общественным устройством?

То общество самое великое, в котором самые высшие истины оказываются наиболее практичными. И если общество еще не приспособлено к осуществлению в нем высших истин, сделайте его таким. Сделайте его таким, если можете, и чем скорее, тем лучше.



54. Храбрость духа

Воспряньте духом, осмельтесь верить в истину, осуществлять истину! Мир нуждается в нескольких сотнях смелых мужчин и женщин.

Конечно, истинно мужественным быть очень трудно. В животной же храбрости тигр и волк, одаренные ей от природы, вам не уступят, а крошечный муравей далеко превзойдет вас. Но к чему говорить без конца об этой физической храбрости?

Проявляйте храбрость человека, который радостно встречает смерть, утверждает, что он дух и что во всей вселенной нет руки, которая могла бы убить, нет грома, могущего поразить, нет огня, могущего сжечь его.

Храбрость того человека, который смеет знать истину и осуществлять ее в жизни. Это свободный человек, истинная душа. И такое бесстрашие можно проявлять и в нынешнем, и в каком угодно обществе.



55. Сначала слушать, потом думать, потом созерцать

«Атмана надо сначала слушать, потом думать о нем и, наконец, созерцать его».

Современное общество очень склонно слишком много говорить о труде и порицать всякую мысль. Труд – вещь очень хорошая, но он не больше как результат мысли.

Слабое проявление энергии, начавшееся в мысли, вытекает через мускулы – и это называется работой. Где нет мысли, там не будет и работы.

Поэтому наполняйте мозг высокими мыслями, высшими идеалами и имейте их перед собой день и ночь. Это принесет в результате огромную работу.



56. Не говорите о греховности

Не говорите о вашей греховности, но говорите вашему уму, что вы чисты. Мы гипнотизировали себя мыслью о своем ничтожестве и о том, что рождены и должны умереть, – и потому живем в постоянном страхе.



57. Притча о льве, выросшем среди овец

Одна беременная львица, отправляясь на добычу, увидала стадо овец. Она бросилась на него, и это усилие стоило ей жизни. Родившийся при этом львенок остался без матери. Овцы взяли его на свое попечение и выкормили.

Он вырос среди них, питался, как они, травой, блеял, как они, и хотя сделался взрослым львом, но по своим стремлениям и потребностям, а также по уму был совершенной овцой.

Прошло некоторое время, и вот другой лев подошел к стаду. Каково же было его удивление, когда он увидел собрата-льва, подобно овцам, убегающего при приближении опасности. Он хотел подойти к нему, но как только немного приблизился, овцы убежали – а с ними и лев-овца.

Второй лев стал следить за ним и однажды, увидев его спящим, прыгнул на него и сказал:

– Проснись! Ведь ты лев.

– Нет! – заблеял тот в страхе. – Я овца.

Даже когда ему сказали, что он лев, он не поверил и продолжал блеять. Тогда пришедший лев потащил его к озеру и сказал:

– Смотри! Вот наши отражения – мое и твое.

Лев-овца взглянул прежде на льва, потом на свое отражение в воде. В тот же момент у него явилась мысль, что он сам лев. Он перестал блеять – и раздалось его рыкание.



58. Вы львы, а не овцы

Вот и я говорю вам: вы львы, а не овцы. Вы – души чистые, бесконечные, совершенные. Могущество всей вселенной – в вас.

«Зачем ты плачешь, мой друг?
Для тебя нет ни рождения, ни смерти.

Зачем ты плачешь?
Для тебя нет ни болезней, ни страданий.

Ты подобен бесконечному небу; по нему могут пробегать разноцветные облака, поиграют немного и исчезнут, но оно всегда то же – вечно голубое».

Применим эти слова к себе.



59. Почему мы видим зло?

Почему мы видим зло? В лесу стоял пень. Ночью проходил вор и сказал: «Это полицейский». Пришел туда же юноша, чтобы встретить свою возлюбленную, и подумал, что это она. Пришел и ребенок, наслушавшийся историй о привидениях, и начал плакать и кричать, что это привидение. А всё время это был только пень!

Мы видим мир таким, каковы мы сами. То, что у нас внутри, мы видим вне нас.



60. Не осуждайте мир

Положите на стол мешок с золотом и оставьте там ребенка. Если придет вор и возьмет золото, будет ли знать ребенок, что оно украдено? У ребенка нет внутри вора, и он не увидит вора и вне себя.

Не говорите о порочности мира и о грехах. Плачьте, что вы сами все еще принуждены видеть порочность. Плачьте, что вы не можете не видеть везде греха.

И если хотите помочь миру, не осуждайте его. Не ослабляйте его еще больше.



61. Что такое грех и несчастье?

Что такое грех и что такое несчастье, как не результаты слабости? Людей с детства учат, что они грешны и слабы. Мир постоянно ослаблялся такими мыслями.

Учите же его, напротив, что даже самые слабые в проявлении – все прекрасны, что все они – дети бессмертия. Пусть положительная, сильная, целебная мысль с самого детства входит в их умы. Отбросьте ослабляющую, парализующую мысль.



62. Будьте открыты для великих мыслей

Будьте сами открыты для великих мыслей. Говорите вашему собственному уму: «Я – Он! Я – Он!» Пусть это день и ночь звучит в вашем уме, подобно песне, и даже на пороге смерти твердите: «Я – Он!»

В вас сосредоточены бесконечные силы мира. Это истина. Гоните суеверие, до сих пор омрачавшее ваш ум. Будьте смелы. Знайте истину и осуществляйте ее.

Цель может быть далека, но проснитесь! Воспряньте! Боритесь и не останавливайтесь до тех пор, пока не достигнете цели.

ЧЕЛОВЕК ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫЙ И КАЖУЩИЙСЯ (II)

1. Вечный вопрос о будущем

С тех пор как человек начал думать, он постоянно устремляет свой взор вперед, стремится заглянуть в будущее. Он хочет знать, куда он идет, где очутится после того, как его тело разрушится.

Предлагались разные теории, системы и объяснения, и все они, одна за другой, были отвергнуты. И это будет продолжаться всегда, пока существует человек, пока он думает.

В каждой из этих систем есть доля истины, и во всех них — масса неверного.



2. Задача Веданты: найти единство

Я постараюсь изложить вам сущность результатов исследований, которые были сделаны в этом отношении в Индии: попытаюсь согласовать различные мнения по этому предмету, возникавшие от времени до времени у индийских философов.

Попробую объединить результаты, добытые как психологами, так и метафизиками, а если окажется возможным, то и те, к которым пришли новейшие ученые мыслители.

Задача всей философии Веданты заключалась в отыскании единства.

Индусский ум не заботится о частностях: он всегда ищет общего, больше того — всеобщего.

«Что есть то, зная что, становится известным всё остальное?» — вот наш единственный вопрос.

Все наши усилия направлены к отысканию того, знание чего делает для нас понятной всю вселенную, подобно тому как знание состава одного комка глины дает понятие о составе всего, сделанного из глины. К этому направлены все наши поиски.



3. Акаша — первичная материя

По мнению мыслителей-ведантистов, вся вселенная состоит из одного вещества, которое они называют Акаша. Всё нас окружающее, всё что мы воспринимаем зрением, обонянием, осязанием или вкусом — всё это только дифференцированное проявление этой Акаши, тонкой и всепроникающей первичной материи.

Всё, что мы описываем как твердое, жидкое или газообразное, все формы, образы, тела — земля, солнце, луна, звезды — всё состоит из этой Акаши.



4. Прана — всеобъемлющая сила

Под чьим же воздействием на Акашу из нее образовалась вселенная?

Рядом с Акашей существует всеобъемлющая сила. Всё, что во вселенной обнаруживается как сила — притяжение, отталкивание и даже мысль — есть только проявления одной этой силы, называемой индусами Прана.

Прана, действуя на Акашу, создает вселенную.



5. Циклы творения

В начале цикла Прана как бы спит в бесконечном океане Акаши: она существует, но бездеятельна.

Затем, под ее воздействием, океан Акаши приходит в движение, и из него выделяются все небесные системы: группы солнц, лун и звезд, и земля с ее человеческими существами, животными и растениями.

Таким образом, согласно мыслителям-ведантистам, все проявления силы состоят из Праны, материя же во всех ее формах есть сгущенная Акаша.



6. Сон и пробуждение Праны

Когда цикл кончается, всё, что мы называем твердым, переходит в следующую, более тонкую форму — в жидкость.

Жидкости превращаются в газы. Газы — в еще более тонкие и простые состояния. И так далее, пока всё не обратится опять в первоначальную Акашу.

А всё, называемое движением, притяжением и отталкиванием, постепенно переходит в первичную Прану.

После этого в течение некоторого долгого периода Прана спит, а затем опять просыпается, производит всевозможные формы. И когда новый цикл приходит к концу, всё опять успокаивается.



7. Чередование волн

Таким образом, процесс творения представляет собой как бы ряд волн.

Или, по выражению современной науки, бывает статическим в течение одного периода и динамическим — в течение другого.

Одно время он остается потенциальным, другое становится активным. Это чередование продолжается вечно.

Сказанное до сих пор известно и новейшей науке, и дальше этого физические исследования идти не могут.



8. Но это не всё

Однако это не всё. Исследование на этом остановиться не могло.

Пока вся вселенная сведена к двум составным элементам: к материи и энергии, или к тому, что древние философы в Индии называли Акаша и Прана. Но мы не нашли еще то Одно, что дает знание всего остального.

Следующий шаг должен был заключаться в отыскании начала в обеих.



9. Космический Махат — мировая мысль

Дальнейшее исследование привело к заключению, что эти два элемента произведены еще более высшей сущностью, которую назвали мыслью, космическим «Махатом».

Мысль — это всюду распространенное проявление существования, более тонкое, чем Акаша и Прана, на которые она как бы разделяется.

Вначале существовала мировая мысль. Затем она проявилась, изменилась и развернулась в две — Акашу и Праву, сочетаниями которых и произведена вся вселенная.



10. Органы чувств и орудия

Теперь мы перейдем к психологии.

Когда я смотрю на вас, ощущение видения передается мне глазами и от них переносится чувствующими нервами к мозгу.

Но внешние глаза не органы зрения, они только внешние орудия. Если действительный орган, находящийся в мозгу и получающий там ощущение, разрушен, то, хотя у меня и есть два глаза, я не буду видеть.

Ваше изображение на сетчатке моих глаз может быть безукоризненно, а я всё-таки вас не увижу. Поэтому орган — не то, что орудия, или глаза, а должен находиться за ними.

То же следует сказать и о всех других ощущениях. Нос не орган обоняния, а только орудие; орган же — позади него, в мозгу. Для каждого чувства мы имеем, во-первых, орудие — внешнюю часть физического тела, а позади него, в том же теле, — орган.



11. Чего-то еще недостает

Но и этого недостаточно. Предположим, что я говорю вам, и вы слушаете меня очень внимательно. В это время раздается звон колокольчика, но вы его не слышите. Что при этом произошло?

Колебания воздуха достигли вашего уха, произвели сотрясение вашей барабанной перепонки, и впечатление передано слуховым нервом в мозг.

Почему же вы не слышали звона? Если весь процесс, включая и передачу впечатления мозгу, закончен, почему вы не слышали?

Потому что чего-то еще не доставало.



12. Ум должен быть соединен с органом

Прежде всего, ваш ум не был соединен с органом. А если ум разобщен с органом, то, какие бы новости орган ни принес ему, он их не получит.

Ум может получить известие только тогда, когда сообщен с органом. Но и это еще не всё.

Орудия могут принести ощущение, органы могут получить его, ум может быть сообщен с органом — и всё же восприятие не будет полным.

Необходим еще один фактор: нужна реакция в уме, при которой только и является знание.



13. Путь ощущения от внешнего мира к восприятию

То, что находится вне меня, как бы посылает в мой мозг сведения о текущих событиях.

Там их получает ум и представляет интеллекту, который относит их к соответственным группам раньше полученных впечатлений и посылает назад ряд реакций, с которыми и наступает восприятие.

Здесь, таким образом, уже проявляется воля.

Состояние ума, при котором происходит реакция, называется «Буддхи», или интеллект.*


[*Чтобы яснее понять разницу между тем, что Свами Вивекананда называет «умом» (манас) и «интеллектом» (буддхи), будет полезно пояснение, которое дает философия Санкхья.

В пруд падает камень. Удар камня приводит воду в состояние сильного колебания, которое распространяется в глубину и затем отражается назад, вверх, в форме отчетливых кругов.

Представим себе, что пруд состоит из читты, или материи ума. Эта читта, приведенная, подобно воде при ударе камнем, в состояние грубого колебания, соответствует манасу, или уму.

Более же глубокое и тонкое состояние читты, в которое колебание проникло, но где реакция еще не наступила и присутствует только потенциально, называется буддхи, или интеллектом.

Реакция в воде обнаруживается рябью или определенной формы кругами, в умственной же материи — восприятием.

Приведенное здесь объяснение принадлежит Капиле, автору философии Санкхья, которая предшествовала буддизму.

Все последующие индусские мыслители приняли его за основное положение совершенно так, как западная наука принимает принципы Ньютона.

— прим. Свами Сарадананда]



14. Нужна неподвижная поверхность

Но и здесь еще не конец.
Остается еще одна ступень.

Представим себе, что мы имеем камеру и перед ней экран, и я хочу отбросить на этот экран какое-нибудь изображение. Что я должен сделать? Я должен направить через камеру лучи света так, чтобы они упали на экран и были там собраны в группы.

Очевидно, экран, на котором предполагается получить картину, должен быть неподвижен, потому что лучи, которые я направляю, должны сойтись на нем группами, расположенными в требуемом, строго определенном порядке, что будет невозможно, если экран движется.



15. Что объединяет изменяющееся целое?

То же требуется и в случае ощущения, которое наши органы, получая внутри нас, передают уму, и которое ум, в свою очередь, представляет интеллекту.

Процесс не может быть закончен, если нет чего-нибудь постоянного, какой-то, так сказать, поверхности, на которой могла бы образоваться картина, чего-нибудь, на чем могли бы соединиться все различные впечатления.

Что же объединяет изменяющееся целое, представляющее собой наше существо?
Что сохраняет единство этого с каждым часом меняющегося движения? На чем все наши различные впечатления собираются, устанавливаются и образуют объединенное целое?



16. Душа — неподвижный индивидуум

Мы пришли к заключению, что это должно быть нечто неподвижное относительно тела и ума, некий индивидуум, в котором приносимые умом и интеллектом ощущения помещаются, группируются и образуют одно целое.

Это нечто, этот индивидуум называется душой человека.

Итак, мы видим в человеке тело и ум, а позади ума нашли душу.



17. Мировая Душа — Бог

Во вселенной позади Акаши и Праны видели Мировой Ум, а за ним есть также Мировая Душа, называемая Богом. Эта Мировая Душа по развертывании становится всемирным разумом, который затем развертывается в Прану и Акашу.



18. Три сущности или разные состояния одного?

Происходит ли то же и у отдельного человека? Создает ли и у него душа ум, а ум тело? Другими словами: составляют ли его тело, ум и душа три разные сущности, или они только различные состояния одного и того же единого существа?

Первый шаг к разрешению этого вопроса уже нами сделан.

Мы знаем, что у человека есть внешнее тело, а позади него — органы, ум, интеллект и душа.

Для начала допустим, что душа нечто отдельное от тела и даже от ума.



19. Дуалисты и не-дуалисты

Учения, известные под общим названием дуалистических, принимают, что находящаяся позади интеллекта душа качественна, обладает разными изменяющимися свойствами, и что чувства наслаждения, удовольствия и страдания принадлежат ей.

Не-дуалисты, напротив, не признают за душой никаких свойств, говорят, что она бескачественна.

....

20. Два взгляда на душу

Я рассмотрю сначала учение дуалистов и попытаюсь представить вам их взгляд на душу и ее судьбу. Затем – противоположную систему. И, наконец, постараюсь найти ту гармонию, к которой нас приводит не-дуализм.



21. Почему душа должна быть бессмертна?

Дуалисты говорят: так как душа отлична от ума и тела и не состоит из Акаши и Праны, то она должна быть бессмертна.

Но почему должна? Что мы понимаем под смертью? Под смертью мы понимаем просто разложение.

Разложение возможно только для таких вещей, которые представляют собой результат соединения. Всё, составленное из двух или трех составных частей, должно рано или поздно разложиться, то есть умереть.

То же, что не есть результат соединения, неспособно к разложению, или, другими словами, умереть не может. Только оно бессмертно, только оно существует вечно. Оно и не создано, так как всё созданное есть соединение.



22. Душа существовала от вечности

Никто никогда не видел, чтобы что-нибудь было создано из ничего. Всё, что мы знаем, представляет собой соединение в новых формах вещей, уже существовавших раньше.

Если это так, то душа человека, как простой элемент, должна была существовать от вечности и будет вечно существовать. Даже лишившись тела, душа будет продолжать жить.



23. Что происходит после смерти тела

Согласно ведантистам, когда тело перестает жить, жизненные силы человека сосредоточиваются в его уме. Ум обращается в Прану.

Прана входит в душу человека. И душа выходит из тела, как бы одетая в то, что они называют тонким, умственным, или духовным телом – называйте его как хотите.

В этом теле находятся санскары человека.



24. Что такое санскары?

Ум похож на озеро, и каждая мысль подобна волне в нем. Как в озере волны поднимаются, падают и исчезают, совершенно так же и в материи ума постоянно возникают и затем исчезают волны мысли.

Исчезают они не навсегда, но только становятся всё тоньше и тоньше, и затем остаются, готовые по первому зову воспрянуть.

То, что мы называем воспоминанием, не что иное, как вызывание в форме волны некоторых мыслей из числа перешедших в это тонкое состояние.

Таким образом, всякое сделанное нами дело и даже всё, что мы думали, прочно сидит в нашем уме. Всё это там, только в тонкой форме.



25. Дальнейшая судьба души

Когда человек умирает, вся сумма полученных им при жизни впечатлений остается в его уме и продолжает действовать на тонкую материю.

Душа, одетая, так сказать, в эти впечатления и в тонкое тело, выходит (из грубого тела), и ее дальнейшая судьба определяется равнодействующей всех сил, представляющих собой различные впечатления.

Согласно Упанишадам, для души есть три рода предназначений.*

*[Здесь Свами старается изложить Упанишады по-английски.

Чтобы пояснить ход мыслей самого Свами по этому предмету, полезно привести извлечение из его письма, написанного тотчас после этой лекции. Он пишет:

«Дуалисты утверждают, что душа после смерти идет в Солнечную сферу, оттуда — в Лунную и оттуда — в Электрическую, откуда ее провожает Пуруша в Брама-Локу.

Адвайтисты же считают, что душа (джива) никуда не уходит; все эти сферы, или слои вселенной — только чрезвычайно разнообразные продукты Акаши и Праны.

Самый низший и наиболее плотный — Солнечная сфера, состоящая из видимой вселенной, в которой Прана является физической силой, а Акаша — чувственной материей.

Следующий, окружающий Солнечную сферу, называется Лунной сферой (хотя она не имеет никакого отношения к видимой луне) и служит обителью богов. В ней Прана является в виде психических сил, а Акаша — в виде Танматр, или тонкой материи.

За нею — Электрическая сфера, или состояние, в котором Прана почти не отличается от Акаши и представляет собою не то силу, вроде электричества, не то материю.

Дальше идет Брама-Лока, где нет уже ни Праны, ни Акаши, но обе они превратились в умственную материю, или первичную энергию.

Здесь джива наполняет всю вселенную как самашти, или вся совокупность мирового ума — Махата.

Это Пуруша (абстрактная мировая душа), но не Абсолют, так как в ней есть еще множественность. Затем джива вполне, наконец, объединяется, достигая того единства, которое и есть ее конечная цель.

Адвайтизм говорит, что все эти состояния не более как видения, возрастающие последовательно перед дживой, которая сама остается недвижимой.

Появление (Сришти) и исчезновение этих видений происходит одинаковым образом, только первое значит возвращение (души) в прежнее состояние, а второе — "выход" из него».

К.Е.Т.С. Нью-Йорк, 13 февраля 1890 г. Сарадананда.]



26. Первый класс: достигшие духовного развития

Те, которые достигли уже значительного духовного развития, следуют по направлению солнечных лучей и попадают в так называемую Солнечную сферу. Через нее они приходят в Лунную сферу, а из нее — в сферу Света.

Здесь они встречают другую душу, уже блаженную, которая ведет нового пришельца вперед, в самую высшую из всех сфер, называемую Брама-Лока, или сфера Брамы, где душа достигает всеведения и могущества и становится почти так же могущественна и всезнающа, как Сам Бог.

В этой сфере, согласно воззрениям дуалистов, она остается навеки. А по мнению не-дуалистов, сливается при конце цикла с вселенной.



27. Второй класс: добрые дела из эгоистических побуждений

Следующий класс людей — творивших добрые дела из-за эгоистических побуждений. Результатами совершенных ими добрых дел они приводятся сейчас после смерти в так называемую Лунную сферу, где находятся разные небеса. Здесь они приобретают тонкие тела и свойства богов и живут, наслаждаясь в течение долгого периода небесным блаженством.

Когда же этот период оканчивается, старая карма возвращается к ним, и они попадают опять на землю. Они спускаются, говорят дуалисты, через все упомянутые области в сферу воздуха и облаков и, наконец, достигают земли с дождевыми каплями. Попав на землю, они прицепляются к какому-нибудь зерну, которое случайно съедает человек, способный снабдить их материалом для нового тела.



28. Третий класс: порочные люди

Последний класс — порочные люди. Они становятся после смерти привидениями или демонами и живут где-то между Лунной и Земной сферами. Одни из них стараются причинять вред людям, другие относятся к ним дружелюбно.

Прожив в этих условиях некоторое время, они опять попадают на землю и становятся животными. А затем освобождаются и возвращаются опять на землю же в виде людей, получая таким образом еще раз возможность путем труда достигнуть спасения.

...