"БУДЬ!"

П.: Я человек, рождённый в невежестве. В моей юности всё, что касалось жизни, было от меня скрыто. Затем я пошёл сам и услышал о жизни, о её красоте, о её свете. Некоторые, видевшие наполовину, дали мне техники, но я не смог увидеть. Наконец я встретил кого-то, кто сказал мне, что я могу увидеть свет немедленно, потому что я живу в свете. Я верю в это утверждение, но оно одновременно развивает во мне ужасную фрустрацию, потому что то, что мне удаётся воспринять, — лишь темнота. Когда я в присутствии того, кто видит, поскольку я слеп, я барахтаюсь, я бунтую. Овладеет ли мной свет, или мне придётся продолжать идти во тьме до конца?

М.: Мне кажется, есть одна вещь, в которой вы не сомневаетесь: существование этого света.

Свет здесь, вы, может быть, слепы, но существование света вы не можете отрицать.

Эта бытийность, это присутствие «я есть» само есть Бхагван, свет, который есть Бог или Майя.

Есть много людей, которые не видят, мы называем их слепыми, но это бытие, это сознание здесь, и благодаря ему, без глаз, они реализовались.


П.: Все мои усилия к этому свету оскорбительны, поскольку я остаюсь слепым. Либо я невольно отталкиваю этот свет, потому что не могу вас понять, либо я сам запираюсь в своей темноте. Когда я медитирую, всё, что я вижу, темно, и всё, что я слышу, — «вы есть свет». Но я не могу его достичь, это ужасная фрустрация.

М.: Тот, кто слушает, — это слово или что-то другое, кроме слова? Тот, кто слушает, не может быть словом?


П.: Когда мой ум спокоен, всё, что я переживаю, — это темнота, синеватая темнота и лёгкое движение, ничего больше. Даже в этом состоянии покоя я обнаруживаю только темноту.

М.: Держитесь за то, что знает, что ум безмолвен. Ум становится спокойным, оставайтесь с наблюдателем этого спокойствия.

Что бы вы ни видели, синеватая темнота или нет, направьте своё внимание на того, кто это видит.

У вас есть ошибка — желание следовать за мыслями. Вместо того чтобы следовать за ними и становиться их жертвой, вам нужно просто быть их свидетелем.

Эти мысли, каков бы ни был ваш опыт, происходят из этого принципа. Направьте внимание на принцип, а не на мысли.


П.: Когда я остаюсь спокойным и направляю внимание на этот принцип, я обнаруживаю там только темноту.

М.: Всё это слова. Вы не можете «направлять» своё внимание, речь идёт о наблюдении самого внимания.

Именно из-за этой ошибки вы непрерывно направляете своё внимание на другие вещи.

Принцип, который находится в истоке мысли, сам есть внимание.


П.: Я не знаю, какое слово употребить... Я не знаю, что во мне, всё, что я могу сказать, — это то, что в самом высоком, самом тонком опыте, который у меня когда-либо был, я чувствовал себя полностью потерянным, что я формулирую как пребывание в темноте. Это ощущение потерянности всегда здесь.

М.: Кто говорит, что есть темнота?


П.: Сейчас это говорит интеллект.

М.: Кто называет это интеллектом, кто знает интеллект?

П.: Я.

М.: Знайте, что вы — тот, кто знает. Утвердитесь в опыте того, что вы есть тот, кто воспринимает, а не то, что воспринимается.


П.: В глубине я уверен, что я только тот, кто воспринимает. Я должен принять всё в себе, включая худшее. У меня есть тенденция всё принимать, но не оставлять это таким, как оно есть. Я слушаю вас, и это даёт мне убеждённость, что я неправ, желая всегда большего и лучшего. Вы говорите мне быть простым свидетелем и оставлять вещи такими, как они есть, — это то, чего я не делаю.

М.: Вы не есть ваши эмоции, вы только то, что воспринимает. Не беспокойтесь ни о чём другом, установитесь в том, что предшествует всякой вещи: ваше присутствие, здесь.

Вы не есть ни ваши впечатления, ни ваши эмоции, всё это приходит после.

Поэтому, что бы вы ни видели, ни воспринимали, каковы бы ни были эмоции, которые вас пронизывают, вы не есть это, вы предшествуете всему этому, вы чистый наблюдатель.

Тогда утвердитесь на этом уровне.

16

Посетитель: Почему уровень понимания так сильно различается от одного человека к другому?

Махарадж: Это зависит от конституции индивида. Возьмите двух детей одного возраста, их тело, их язык, их поведение будут разными. Не существует двух похожих людей, это зависит от молекул, которые их составляют, и от их воспитания.


П.: Это мой ум создаёт эти различия?

М.: Нет, это физическая конституция, ум не имеет к этому отношения.


П.: В течение многих лет у меня есть один и тот же сон, который регулярно возвращается, в котором я пытаюсь проснуться, я стараюсь открыть глаза. Какова роль состояния сновидения, может ли оно тормозить пробуждение к реальности? Потому что я не знаю точно, что такое сон?

М.: Вы можете нейтрализовать этот сон, помешать ему вернуться. Для этого нужно его проанализировать, понять всё, что он означает, и это зависит от способности сознания, которой вы располагаете.


П.: Мой первый учитель, Раджниш, говорил, что его предыдущее воплощение было причиной просветления его нынешнего воплощения и что его поведение в этом воплощении не сыграло никакой роли. Мой вопрос следующий: когда вы говорите о вашем просветлении, осуществлённом за два года, без больших усилий, это кажется мне очень туманным. Разве это не результат работы, проделанной в ваших прошлых жизнях?

М.: У меня нет опыта никакой прошлой жизни, никакого рождения. Я знаю только эту жизнь, в которой, как мне сказали, я родился.


П.: Но если я приму вашу технику, возможно, она сработает лучше из-за моих прошлых жизней?

М.: Я не знаю ни о какой прошлой жизни.


П.: Я знаю, но это сомнение, от которого я не могу избавиться.

М.: Потому что это ваша точка зрения, идея, которую вы принимаете.


П.: Работает ли ваша техника, даже если тот, кто её применяет, не убеждён?

М.: Да. Сознание работает, оно всегда в деятельности. Но допустим, что у меня были прошлые жизни через посредство различных зародышей, червей, насекомых, животных и даже человеческих жизней — почему бы и нет? — это ничего не меняет.

Сознание не может помнить, не будучи связанным с телом, а что такое тело? Пища, адаптированная для сознания. Чувство «я есть» животного существенно для сознания.

Я не говорю вам о заимствованном знании или найденном по случаю.

Существует множество Гит, даже после их прочтения я извлекаю из них только то, что пережил. Я не черпаю из них никакого знания. Я нахожу в них своё знание, свою историю.

Когда я говорю «моя» история, это не означает «я» как индивид. Я не индивид и не личность. Лишь 82 года я удручён этим приобретением человеческой личности, ранее у меня не было ничего.


П.: В ходе вашего развития имели ли вы знание о кундалини? Можно ли быть просветлённым, не пробудив эту силу?

М.: Речь не идёт о развитии или прогрессе для меня. Я таков, каков я есть. Ваши вопросы происходят от тела-идей, которое есть лишь пища. Для меня больше нет речи об этом уровне. В этот момент я ощущаю бытие, сознание.


П.: Я не знаю, что такое кундалини, у меня был лишь частичный опыт этого.

М.: Какую пользу вы извлекли из этого опыта?


П.: Является ли это естественным процессом?

М.: Вы воплощены, вот что естественно и спонтанно. Следовали ли вы аскезе, практиковали ли упражнения, чтобы родиться таким?


М.: Какую пользу вы извлекли из этого опыта кундалини? Я хотел бы это знать.

П.: Я знаю только классическое описание, я не смог судить о том, что произошло, потому что мои знания ограничены.


М.: Когда у вас есть потребности и эти потребности полностью удовлетворены, просите ли вы большего? Но расскажите мне о кундалини, опишите её.

П.: Это явление. Оно исходит из нижней части позвоночника и поднимается, и иногда жжёт. Я не знаю его значения.

М.: И после, что происходит?

П.: Я не знаю.

М.: Разве это не подобно лихорадке?
Она начинает постепенно подниматься, достигает 40 градусов по Цельсию, затем постепенно опускается, и вы говорите: «О, наконец, я выжил». Если этот опыт кундалини полностью вас удовлетворил, почему вы здесь?


П.: Но я не был удовлетворён.

М.: Пробудили вы её или нет, какое это может иметь значение? В любом случае тысячи людей комментируют этот опыт кундалини.

Я говорю вам сейчас о фактах, я не заимствую мнение ни у кого.

До этого проявления я не знал, что я есть. Теперь я это знаю: я есть.

Это чувство бытия, которое я испытываю, — единственное преимущество этого состояния, но это чувство «я есть» тоже исчезнет.

Я ощущаю «я есть», но я вернусь к изначальному состоянию, где я снова не буду знать, что я есть.

П.: Когда вы оставите своё тело!

М.: Моё тело? Как оно может быть моим? Посмотрите на эти цветы, они увядают. Они, да, оставляют своё тело. Но когда это тело будет инертным, должен ли я говорить: «то, что меня оставляет, есть моё тело?»

Несколько дней назад, пытаясь подняться по ступенькам, я почувствовал своего рода слабость и не смог.

Предположим, я вызвал бы врача, что он мне сказал бы? «Ложитесь, отдохните и больше не говорите…»

Почему я должен был бы это делать? В конце концов, я только наблюдатель этих разговоров, это моё сознание, недавно появившееся, говорит и совершает некоторые другие вещи.

Сознание подразумевает пять элементарных вселенных; предположим, оно исчезнет, какое это имеет значение!

Оно подобно облаку, которое сформировалось; когда оно исчезает, я снова совершенное небо.

Со стороны я наблюдаю, где происходит наблюдение. Предположим, я хочу удержать это сознание, я преуспею в течение какого времени?

Его природа — спонтанно появиться и также спонтанно исчезнуть.

Вы можете считать меня великим мудрецом или безумцем, это меня нисколько не касается.

Мои слова относятся исключительно к этому: спонтанное появление моего бытия, деятельности, развивающиеся вокруг него, и его исчезновение.

Я-Абсолют не завишу от своего сознания, но все вещи зависят от него.

Я-Абсолют не завишу от своего сознания; для меня совокупность этого сознания есть состояние сновидения.


П.: То, что вы говорите, для меня абстракция, это не ощутимо.

М.: Ни абстрактно, ни тонко, напротив, очень элементарно.

Как долго вы оставались рядом с Раджнишем?


П.: Четыре года. Я был близок к нему, я участвовал в организации ашрама.

М.: В течение этих четырёх лет в какой мере вы постигли идентичность Раджниша и свою?


П.: Если остаёшься рядом с Раджнишем, нужно смотреть на Гуру через оранжевые очки. Эти очки мне теперь бесполезны.

М.: Без метафор, ответьте мне. Какова ваша идентичность и какова идентичность Раджниша?


П.: Это было не так. Речь всё время шла о концепции, это был вопрос лояльности.

М.: Тогда что остаётся?


П.: Я просто продолжаю работать над собой. Сейчас у меня нет ни верований, ни концепций.

М.: Что вы видели через эти оранжевые очки?


П.: Мою проекцию любви.

М.: Значит, вы смотрели на проекцию своей любви через эти оранжевые стёкла! Я же смотрю через чёрные стёкла на тёмный экран.

Если вы проецируете образ на оранжевый экран, будет ли он так же верен, как на тёмном экране?


П.: Нет.

М.: Я наблюдаю мир через тёмные очки, то есть невежество. Каким бы ни был опыт, которым можно воспользоваться, он неизбежно происходит из невежества. Что остаётся, если вы отвергли свою веру?


П.: Остаётся ситуация, в которой я нахожусь.

М.: Опираясь на какое убеждение вы пришли сюда?


П.: Ни на какое, я слышал о вас, и моя интуиция меня направила. Мне больше нечего терять.

М.: На чём основана ваша любовь?


П.: На моей интерпретации.

М.: А если бы вы оставили интеллект, слова и утвердились просто в бытии. Почему вы не используете чувство присутствия, сознание?


П.: Я не знаю, как утвердиться в бытии.

М.: Даже если вы будете биться веками, ища знания и информацию вовне, вы их не получите.

Нужно осведомиться у своего собственного сознания. Оно будет вас направлять, и вы обретёте эту вечную радость, это блаженство.

Всё, что в мире может быть изучено или испытано, зависит от вашего сознания, но вы, вы не зависите от своего сознания.

Часть вторая

1

Махарадж: Вы, откуда вы пришли?

Посетитель: Из Франции.

М.: Почему вы пришли?


П.: Я прочитал книгу, созданную Морисом Фрайдманом по беседам, которые здесь происходили, и это всё изменило для меня. Это была как пища, в которой я нуждался, и я захотел прийти повидать вас.

М.: Кто вы, знаете ли вы это?


П.: Социально легко вам ответить, но эта социальная часть — лишь марионетка, я это хорошо вижу.

М.: Кто это видит?


П.: Моя ясность, моё сознание.

М.: И это вы?


П.: Я не знаю.

М.: «Вы» до чтения книги Фрайдмана, встречали ли вы его, знаете ли вы его?

То, что вы воображаете собой после прочтения всех этих страниц, есть лишь интеллект, не вы.

То, что говорит «я», отождествлённое с телом, есть чистая субъективность.

Приобретаешь огромное знание, много духовности и стремишься накопить ещё больше с помощью этого «я есть», связанного с телом.

Ворона, кружащая над городом, видит множество вещей, её взгляд проникает во все переулки, и она различает то, что может послужить ей пищей.

Она это схватывает и, накормленная, забывает город, чтобы пойти усесться в своё маленькое гнездо.

Вы же цепляетесь за это бренное тело, вы баюкаете свои идеи и концепции. Это ваше невежество.

Все самые высокие принципы духовности не могут вам ничем послужить.

Те, кто понял, что они нечто иное, что они за пределами, те оставили идею, что они тело, и ничто из того, что с ними происходит, не может их затронуть.

Впрочем, с этого момента гораздо меньше тяжёлых вещей происходит с телом.

Внимание увеличивает то, что наблюдается.

Когда вы испытываете боль, у вас есть привычка фокусировать на ней своё внимание, тогда она растёт, знайте это.


П.: Это проблема, с которой встречаешься в медитации. Можно ли фокусировать внимание на его источнике?

М.: Источник — только само внимание. Наблюдайте, есть ли источник, который может предшествовать вниманию.

Вы — сорняк, вы, в конечном счёте, лишь результат сорняков.

Продукт пищеварения разбрасывается по полям и питает растительность. Эта растительность образует овощи, злаки, которые питают тело, в котором проявляется обычное сознание.

Это сознание воспринимает тело и отождествляется с ним. Это первичное «я есть» не что иное, как эта полевая трава.

Это «я есть» располагает силой речи и памятью. Оно обладает также силой познавать себя, но очень немногие используют эту силу.

Ваше «я есть» — это трава! И всё же, глядя на поля, вы не признаёте, что происходите оттуда.

Это пять элементов оживляют тело. Оно есть лишь игра пяти элементов в поле сознания.

Вам нужно обнаружить функционирование этого сознания, непрерывно волнуемого различными комбинациями пяти элементов.

Не это телесное «я есть» действует, это лишь движение сознания, и вы не что иное, как это безличное движение.

Внимание не может оставаться неподвижным. Это было бы как сказать дыму палочки благовоний: «стой».

Он не может остановиться, в его природе высвобождаться при горении и рассеиваться в воздухе.

В йоге существуют техники, позволяющие остановить внимание. Это приводит к самадхи, но такая практика искусственна, произвольна. Ты просто замираешь, отступаешь от мира — и больше его не видишь.

Существо, принимающее такие практики, не поняло, какова его истинная природа.

Нужно оставаться в проявленном и в его непрерывном движении, наблюдать его и воспринимать, что «я есть» не ограничено формой тела.

Каково бы ни было ваше имя, какова бы ни была ваша форма, это не имеет ничего общего с вами.

Когда вы действительно поняли это, то, что происходит с этой формой или с этим именем, больше не может вас затронуть.

Как долго вы остаётесь в Бомбее?

П.: Три недели.

М.: Намереваетесь ли вы вернуться после того, что я вам сказал?


П.: Я приехал в Бомбей только для этого,
я надеюсь, что вы позволите мне возвращаться сюда каждый день.

М.: Очень хорошо, приходите когда хотите, мы сможем работать.

Но хорошо запомните это: все эти слова, которые я употребил и которые вы стараетесь понять и запомнить, не имеют ничего общего с вами, с реальностью.

Ваша истинная природа гораздо ближе, чем место, где проходят все эти концепции.

Я искусен в дозировании восхитительных приправ к великому удовольствию вашего невежества, но, внимание, мои приправы — ловушка, они растворят ваше невежество, питая вашу истинную природу, и однажды вы обнаружите, что вы ничто.


П.: Вы, Махарадж, что вы?

М.: Я — вневременной глаз, у меня нет формы. Поймите, что такое рождение, что такое смерть и что происходит между ними. Тогда, что бы ни могло произойти в мире, больше не будет иметь никакого значения.

Я есть совокупность проявления. Живу ли я в форме растения или в человеческой форме, это не имеет никакой разницы.

Величайшие гении, величайшие святые были не чем иным, как соединением мужского и женского, мужчины и женщины. Они были материальны, но их наделили величайшими титулами, почему?

Потому что они поняли, чем они были на самом деле: совокупностью творения.

Вы отличны от этого тела, и всё же оно имеет с вами интимную связь.

До вашего пробуждения утром, прямо перед этим, вы в Абсолюте, в Парабрахмане.

Вы пробуждаетесь, и сознание начинает тогда свою игру, свой танец, но оно здесь только благодаря телу.

Нет тела — нет сознания.

Поймите хорошо это сознание, поймите его с абсолютной ясностью, оно безгранично, оно охватывает и проникает всё.

Когда вы впитаете его значение, когда вы будете жить в этом сознании, вы сможете тогда пробудиться к высшему состоянию.

Когда вы достигаете этого состояния, оно не сознаёт своего существования. Этот Абсолют ни в один момент не сознаёт своего существования.

«Я» есть чистый субъект, и проявление может иметь место только в рамках сознания, где развивается это «я».

Тот, кто ясно это понимает, больше не может иметь никакой преданности к богу или к чему бы то ни было.

Познающий и познаваемое лишь преходящи.

Вы, сидящий здесь, передо мной, нуждаетесь ли вы в формулировании в словах того, чем вы являетесь или места, где вы находитесь? Вы знаете это без нужды в словах или образах.

У вас есть интимное знание своего существования, вы в прямом контакте с этим существованием, без нужды вспоминать свой пол, своё имя или свою форму.

Когда я говорю о «чувстве я есть», когда я рекомендую быть только чистым «я есть», поймите хорошо, что речь всегда идёт об этом состоянии, предшествующем словам и образам.

Это состояние, где вы купаетесь в очевидности бытия, не нуждающейся ни в каком комментарии.

Затем вы забудете это «я есть».

В основе себя, в фундаменте себя вы уже участвуете в состоянии существования, которое идентично состоянию глубокого сна, состоянию, где никакая память, никакая концепция не существуют.

Иными словами, быть пробуждённым в состоянии глубокого сна — вот Абсолют.

Я непрерывно обращаюсь к этому принципу, который не знает себя, этому принципу, который не знает «вы есть», этому конечному вам, который есть единственный вы.

П.: Не могли бы вы поговорить о самосознании?

М.: Когда вы не присутствуете в «я есть», вы разрушаете Брахму. Становясь внимательным, то есть будучи свидетелем «я есть», вы позволяете Брахме появиться и построить всю совокупность проявления, охватывающую всё, что существует во вселенной.

Это концепция, но эта концепция ориентирует вас к бесформенному, потому что Брахма не имеет ни существования, ни объективной формы. Он не сознаёт своего существования.

Вы — конечный свидетель свидетеля ваших мыслей и ваших эмоций. Когда вы присутствуете при своём собственном существовании, вы позволяете существование Брахмы.

Вы свидетель рождения и разрушения вселенных. Вы этот фон, который составляет одновременно ваше известное и ваше неизвестное.

Известное и неизвестное, рассматриваемые вместе, есть то, чем вы являетесь, это состояние есть уже сейчас, здесь же, но ваше «я» ещё не познакомилось с ним.

Быть единым со своим сознанием, быть бытием, обнаружить, что это такое, — значит идти до галактик.

Но когда вы хорошо прожили это сознание, вы можете идти к тому, что предшествует этому сознанию, что есть его сама основа, его фундамент, который бесконечен, вечен и выше того, что создало галактики.


П.: Я очень сильно желаю понять и усвоить слова Махараджа, но я спрашиваю себя, не следует ли мне скорее слушать его без жадности, позволить проникнуть в себя тому, что здесь говорится, не беспокоясь о том, запомню ли я это.

М.: Не нужно стремиться накапливать, нужно брать и также оставлять. Вам нужно прежде всего обнаружить то, что до сознания. Не забывайте, что то, что в сознании, никогда не может быть истиной.

То, что вы знаете, ваши убеждения, ваша наука, происходят ли они из действительно личного знания или из слухов?

Именно через ваших родителей вы сначала оценили, что вы есть, затем вы пошли в разные школы, где вас научили многому, но это не были ваши собственные открытия.

Слухи, всегда слухи!

Подумайте о себе. Вы были маленьким мальчиком, подростком, взрослым, на каждой стадии вы располагали образом себя.

Какой из этих образов истинный? Разве они не менялись непрерывно? И всё же то, чем вы являетесь, должно быть постоянным!

Есть ли в вас образ или сущность, о которой вы могли бы сказать «да, это я»? Устойчивое состояние, которому вы могли бы доверять, к которому вы могли бы иметь доступ в любой момент?


П.: Нет, я вижу только меняющиеся аспекты. Нет никакого образа, который я мог бы заявить как поистине самого себя.

М.: Каждый образ временен, он подобен различным ролям, которые играет актёр, не так ли? Всё, что происходит в мире, следовательно, подобно огромному спектаклю.


П.: Это точно, я играю роли. Будучи сам актёром, я очень хорошо вижу, что вы хотите сказать.

М.: Вы играете, с той разницей, что здесь вместо того, чтобы быть актёром, вы есть персонаж. В театре вы играете то, что вообразил автор, тогда как здесь вы играемы сознанием.

Но эта роль играется с определённой целью, для кого вы играете?

Найдите актёра, найдите то, что играет вашу роль в этом мире.

Вы играете в пользу какого образа, какой сущности? Разве не существует константы между ролью, сыгранной сегодня, и той, что вчера?

Обнаружьте постоянный образ себя и в пользу этого постоянного задавайте вопросы.


П.: Я не обнаруживаю никакого постоянного образа себя.

М.: Чем вы были мотивированы, приезжая в Бомбей?


П.: Это не образ.

М.: Кто захотел приехать в Бомбей?


П.: Это я!

М.: Точно. И кто этот «вы», который захотел приехать, как вы его опишете? Есть ли у него образ?


П.: Нет... или, скорее, да, у него есть один, от которого он хочет избавиться, вот почему я пришёл сюда. Это образ, который повторяется с непрерывной потребностью быть одобренным, любимым, восхищаемым. Я больше не могу, я хочу его отвергнуть, и это то, что мотивировало мой приход.

М.: Чтобы избавиться от этой сущности, чтобы больше не быть с ней отождествлённым, вам нужно стать единым со всей совокупностью проявленного, иначе вы замените этот образ другим образом.


П.: Я понимаю. Я вижу, что могу быть всеми персонажами, что могу играть как хороших, так и злых, но что я не есть ни один из этих персонажей.

М.: Вы воспринимаете, вы знаете то, что знает, что вы не есть ни один из этих персонажей?


П.: Нет, я не достиг этого уровня, это лишь концепция.

М.: Да, что-то знает, что вы ни в коем случае не можете быть этими персонажами.


П.: Я это понимаю, вот и всё.

М.: Представьте золотую статую богини. Эта статуя — индивидуальная сущность, но из чего она сделана, что она есть изначально? Из золота!

Вот что вам нужно хорошо понять: разницу между видимостью и базовым элементом.

Индивид имеет форму, облик, но внутренне из чего он сделан?

Этот изначальный элемент, принявший форму, и есть ваша истинная природа.

Вам нужно хорошо различать то, что есть имя, видимость, и базовый принцип, первичный элемент, благодаря которому все эти видимости могут принимать форму.

Всё, что в проявленном мире, может быть лишь концептуальным, поэтому какую концепцию вы признаёте представляющей основу, сущностное?


П.: Это опять слухи, концепции, сформулированные мудрецами.

М.: Нет, определите вашу концепцию, соответствующую тому, что первично.


П.: Это трудно, это подобно ощущению пространства, тишине, с огромностью, наполненной очень чистой радостью.

М.: Вы верите, что внимание, направленное на то, что вы воспринимаете в поле вашего сознания, соответствует реальности, но это ложно.

Вам нужно оставить идею индивидуального проявления, это абсурд.

Вы есть проявленное, совокупность проявленного, и конечная реальность находящаяся по эту сторону известного и неизвестного.

Не за пределами, а по эту сторону, ближе к вашей живой реальности, чем проявленное.

Когда вы обнаружите, из чего вы поистине сделаны, вы больше не будете отождествлены с интеллектуальным «я есть».

Ваша личность боится, потому что она умрёт, когда вы обнаружите, что у неё нет никакого реального существования — но вы не есть этот страх.

Работайте над пятью элементами, которые сформировали ваше тело, работайте также над «я есть» и его появлением, связанным с телом. Над его началом, над тем, как оно появилось и как проявляется.

М: У вас есть другой вопрос?

П.: Да. Вы говорили о различении между тем, что есть имя, форма, и базовым элементом. Все различные формы размножаются, у них есть потомство, но одна вещь остаётся, идентичная во всех этих формах, — это жизнь, жизнь, которая меня сейчас оживляет и которая существовала до моего рождения. Откуда приходит эта жизнь?

М.: Сознание не связано с телом, не ограничивайте его существованием тела.

Оно оживляет очень разные формы, оно повсюду и выражается через эти формы, каждая из которых есть лишь пища для своего собственного сознания.

Ваше тело есть сначала пища для вашего сознания, а затем пища для других форм, каждая форма питает другие.

Это тело прежде всего как пища.
Питая своё тело, вы косвенно питаете своё сознание.

Привязываться к форме — значит обнимать труп. Вы не есть это ограниченное и преходящее тело.

Жизнь существовала до автоматического явления рождения, которое есть лишь следствие удовольствия, соединившего мужчину и женщину.

Эта жизнь не сознавала своего существования. Связанная с телом, она становится сознанием, и в этом сознании мир проявляется с понятием идентичности «я есть».

Тогда рождаются страдание, страх за это ограниченное «я есть», беспокойство за этого маленького хрупкого человека, наделённого именем и смехотворными квалификациями.

Когда вы обнаруживаете, что вы не есть это «я есть», что оно лишь точка, питающая сознание, вы больше не можете бояться того, что ему угрожает.

Когда вы поймёте, что вы не есть этот «некто», не эта видимость, которая есть лишь продолжение союза родителей, вы станете подобны тому, что оживляет эту видимость, этой единственной жизни, которая порождает все формы от червей до звёзд.

Майя есть иллюзия, вы опираетесь на неё, но не замечаете этого. Она взывает к чувствам, она взывает к возбуждению, чтобы через ваше тело получить энергию, которой питается.

Энергия, производимая пищей, питает сознание, одно и то же через множество тел.

Именно это сознание, единое для всего проявленного, действует спонтанно, не вы. Нужно быть свидетелем действия сознания.

Сознание появляется в новорождённом благодаря телу и неизбежно исчезнет с телом, если останется связанным с этой формой.

Когда вы понимаете, что ваше существование — то же самое во всём, что живёт, что вы есть лишь это сознание жизни в действии во всём проявленном, ваше невежество преобразуется в знание.

Пламя этой зажигалки нуждается в топливе, чтобы проявиться.

Невежество, эта масса ошибочных понятий, которая вас наполняет, горит, производя пламя истинного внутреннего знания и освобождая вас от этой груды так называемых «духовных» идей.


П.: Я не могу ощутить себя как простой поток жизни.

М.: Вы есть только очевидность бытийности, уверенность в бытии, ничего больше.

Но вы — ваше тело, простой поставщик сознания — принимаете как свою идентичность и, тем самым, принимаете также рождение, смерть, реинкарнацию, небеса и целую серию концепций.

Вследствие чего ваши родители оказались живы, какова ваша связь с вашими родителями? Найдите это.

До обладания этим телом вы были как я, каково это состояние? Вот что вам нужно обнаружить.

Из секреций вашего отца и вашей матери был сформирован ребёнок, который родился в этом мире.

Маленький ребёнок, чьим первым опытом было страдание.

Что он главным образом знал как маленький мальчик, подросток, взрослый, зрелый мужчина, — это страдание.

Существовало множество разных «я есть» в ходе этой эволюции. Которое из них было истинным «вами»?

В день, когда вы увидите, что эти разные «я есть» не могут быть вами, что у них нет никакой реальности, что они были и есть лишь преходящие видимости, тогда останется только истина.

Вам нужно хорошо понять, что всё, что считаешь величайшим, благороднейшим в себе, и всё, что обнаружил у мудрецов, которыми восхищаешься, есть лишь результат союза мужского и женского принципов, ничего больше.

Работайте над идеей «я есть», связанной с телом.

Увидьте невозможность этих непрерывных и противоречивых отождествлений, этого существования, сотканного из лжи, из мелкого мошенничества, от которого вы, как говорите, испытываете отвращение.

Отрекитесь от отождествления раз и навсегда: «я не есть это».

Не занимайтесь также этим ошеломляющим состоянием радости, к которому, как вы говорите, приблизились.

Не беспокойтесь о высоких состояниях, не ищите их.

Состояние «быть реализованным» уже всегда с вами — это и есть вы. Просто постоянно отвергайте всё, что не является вами, и рано или поздно вы придёте к своему истинному бытию.

2

Махарадж: У вас есть вопросы?

Посетитель: Что касается моей работы, какую позицию занять в контексте, где я погружён в шум, возбуждение, суету?

М.: Я уже сказал вам, что отказываюсь отвечать на все вопросы, связанные с телом-интеллектом.

Эти вопросы неинтересны. Если вам нужны эти ответы, в Индии есть многочисленные Гуру, которые расскажут вам о них в деталях. Идите к ним.


П.: Вы правы.

М.: Моё тело больно, и я слаб, поэтому не задавайте вопросов о пейзаже, задавайте вопросы о том, кто совершает путешествие, о себе.

Постигайте себя, углубляйтесь в себя и оттуда задавайте все вопросы, которые захотите.


Переводчик: Махарадж устал, не теряйтесь в деталях, спрашивайте о существенном.


П.: Махарадж вчера говорил об известном и неизвестном, воспринимаемых вместе, я не понял, что он хотел сказать.

М.: Это понятие пришло в связи с вопросом, это прошло, спрашивайте о том, что сегодня.


П.: Я очень взволнован этим открытием «я есть», связанным со всеми нашими страданиями. Освобождённый от этого узкого «я есть», больше не существует никакой проблемы. Это меня занимает, но это не принимает форму вопроса.

М.: Я скажу вам, что произошло. Мой Гуру сказал мне что-то, он сказал мне «вы есть то», и я полностью понял это «то», то есть существование без тела.

Чем я был, чем я есть без тела, я это реализовал, я утвердился на этом уровне.

Затем я рассмотрел, чем я являюсь с телом, с «я есть», и все опыты, которые это подразумевает.

Я полностью всё это понял. Я также понял, что есть причина появления тела, я увидел, вследствие чего тело внезапно есть.

Итак, находясь в этом состоянии, этом состоянии, не связанном с телом, что я есть? Каков этот конечный принцип?

Здесь нет «я», нет «он».

Из этого состояния, с этой позиции я обнаруживаю вас на том же уровне, и что бы я ни говорил, я излагаю лишь знание этого бесформенного уровня.

О знаниях формы и опытах, относящихся к форме, я не говорю, потому что это все знают.

Вам нужно знать, чем вы являетесь с телом, с «я есть», и чем вы являетесь без тела, пустым от знаний.

Я существую без формы, тогда что я есть, какой Абсолют я есть?


П.: Как мне вам ответить!

М.: Представьте очень бедного человека, без гроша. Однажды он выигрывает в лотерею, и деньги внезапно появляются, он стал богатым. Этот человек изменит внешность и жизнь, и всё же это тот же, кто был бедным.

Подобно этому, форма до рождения не существовала, и этого «я есть» не было, но внезапно возникло тело, сопровождаемое ощущением «я есть».

В состоянии, где тело не существует, знания «я есть» тоже не существует, тем не менее что-то есть, как бедный всегда остаётся самим собой в отсутствие имущества.

Бедный означает того, у кого нет тела, нет интеллекта.


П.: Да, я хорошо вижу все эти обременительные и бесполезные приобретения.

М.: Начиная с имени, которое вам дали, всё, чем вы обладаете, приходит извне.

То, что вы знаете, состоит из понятий, которые другие вам внушили или которые вы обнаружили в книгах.

Следовательно, можете ли вы действительно верить, что эта совокупность слухов принадлежит вам лично?

Разве у вас не было имени до того, которым вас окрестили? Разве вы не обладаете интуитивным, неконцептуальным знанием себя?

Поймите хорошо, что никакое правдивое сведение о вас самих никогда не может быть найдено извне.

Вы никогда не сможете узнать через слухи что-либо о себе. Это самопознание может возникнуть только изнутри, то есть из лона этого сознания, которое есть каждый из вас.

Можете ли вы рассчитывать на что-либо иное, кроме этого сознания, можете ли вы обладать чем-либо иным?

Всякое истинное знание может возникнуть только тогда, когда все концепции оставлены, и только тогда найдётся истина.

Только в лоне того, чем вы являетесь, может быть распознано реальное.

Это сознание появилось спонтанно, но с его появлением вы больше не воспринимали ничего, кроме концепций, которые это сознание собирает.

Каково это состояние, это условие? Какова ваша истинная природа и что предшествует изначальной концепции «я есть»? Откуда пришло «я есть»? Что было до «я есть»?

Начиная с этой первой концепции «я есть», концепции следуют без конца и не могут прекратиться.

Эта концепция «я есть» нуждается в непрерывной поддержке. Этот поток концепций обновляет и подтверждает это изначальное «я есть».

Бесчисленные концепции необходимы для существования вашей формы, они не прекратятся до исчезновения этой формы.

Ваше обусловливание началось с формирования этого «я есть».

Это свободное, необусловленное состояние, каким бы оно ни было, всегда присутствует, но оно не индивидуально.

П.: Как достичь этого неизвестного?

М.: Вы не можете его достичь, оно вас поддерживает. Вы есть это неизвестное, но оно вас не знает, не может вас знать.

Представьте кого-то колоссально богатого, кого-то вроде Ага-Хана, владеющего землями и имуществом во всех странах, владельца банков, драгоценностей и т.д.

Однажды он теряет бумажник, содержащий десять миллионов. Для вас это была бы невосполнимая потеря, драматическое событие, но он никогда не знал, во сколько исчислялось его состояние, он не может вспомнить всё, чем владеет, у него слишком много вещей, этот бумажник для него не имеет никакого значения.

Подобно этому, когда вы обнаруживаете, что вы есть совокупность проявленного, это великолепие, это огромное изобилие существ, вы забываете маленького индивида.

Вы забываете его существование, потому что вы есть существование как таковое, бесчисленное и непознаваемое. Понимаете ли вы теперь?


П.: Существование этого множества разных форм, какова его цель, какова его причина? Из не-существования возникло существование, но почему?

М.: Нет никаких причин. Из непроявленного нечто внезапно проявилось.

Но то, что проявилось, ни в коем случае не может строить предположения о том, что его превосходит.

Это проявление, которое в конечном счёте приняло вашу форму, ни в коем случае не может получить ответ о своей причине.


П.: Вы хотите сказать, что всё, что я мог бы помыслить, никогда не сможет относиться ни к чему иному, кроме проявленного?

М.: Тысячу лет назад что вы делали, где вы были? Помните ли вы это?


П.: Нет.

М.: Непроявленное есть точно то место, где вы находились тысячу лет назад, без разделения субъект-объект, без причины-следствия.

Можете ли вы чувствовать себя ответственным за то, что происходило тысячу лет назад? Нет.

Когда вы больше не привязаны к этому проявленному, вы также не ответственны за события вашей нынешней жизни.

Непроявленное очень просто, но очень трудно уловить.

Появляется боль, вы не ответственны за неё, вы нисколько не желали её присутствия — но она здесь.

Вы её осознаёте, и с этого момента вам нужно реагировать, вам нужно вмешиваться, изучать её, искать лечение и т.д.

Когда проявление появляется, вы хотите знать почему, но оно возникло из непроявленного, которое само всегда здесь, не затронутое, безмятежное.

Все эти вопросы возникают потому, что сознание здесь, иначе не было бы никакой причины их формулировать.

У вас есть вопрос о том, что только что было сказано?


П.: Нет.

М.: Вы все приходите сюда, я обращаюсь с вами с уважением, я делюсь с вами своим гостеприимством, но тему всех этих бесед я знаю, что она для вас совершенно непостижима, потому что вы слушаете и хотите понять разделённым умом.

То, о чём я вам говорю, полностью за пределами мира причин и следствий, и это не может быть понято интеллектуально.

Вы задаёте вопросы только с точки зрения отождествления с телом. Вот почему я знаю, что для вас это непостижимо, и поэтому у меня теперь не очень большое желание говорить.

Я устал, но моё тело сохранило эту привычку говорить, и я ещё говорю.

Какое знание вы все ищете? То, которое происходит из опыта, который вы можете потрогать, попробовать, постичь интеллектом.

Ваши вопросы основаны на этом, и вы хотели бы ответов, также основанных на этом. Но то, о чём я с вами беседую, не связано с чувственными восприятиями.

То, что было бы для вас приемлемо, —
это ответы, соответствующие вашим концепциям, вашим опытам.

Вы недостаточно глубоко ищете, вы не спрашиваете себя, на какой основе эти опыты переживаются, какой принцип делает эти опыты возможными.

Вы очень желаете учиться, я этому рад и не сомневаюсь в вашей искренности, но то, что вы хотите знать, основано на ваших концепциях, и, жизнь за жизнью, вы продолжаете этот поверхностный поиск.

Каков источник всех ваших опытов?
Что это?

Один на десять миллионов способен интуитивно воспринять то, о чём я только что говорил, понять это без своего интеллекта, ибо интеллект может функционировать только в двойственности.

Поэтому обнаружить, почему вы функционируете, непрерывно отождествляясь со своим телом, — вот первый вопрос.

То, о чём я говорю, всегда будет предшествовать интеллекту; ментальное сознание хочет понять это в идее, и это полная невозможность.

Теперь я вас спрашиваю: поняли ли вы то, о чём я только что говорил?


П.: Очень ясно, и я начинаю немного отстраняться, я немного лучше различаю своё положение, но мне нужно оставить известное ради неизвестного, как это сделать? Как развить интуицию того, что остаётся за пределами концепций?

М.: Вашим самым глубоким желанием, вашим фундаментальным требованием должно быть не беспокойство о том или этом, а «что же такое это "я есть" — что есть "я есть" для меня самого?"»

Это должно быть вашим высшим любопытством, и вы должны развить величайший пыл, чтобы это обнаружить.


П.: Но это любопытство не есть вопрос, это факт, утверждение.

(Переводчик объясняет то, что только что сказал Махарадж)


П.: Я неправильно понял.

М.: Всё, что вы слышите, воспринимается через ваш интеллект; то, что вы понимаете, хорошо или плохо, относится к ментальному уровню и поэтому не может вам ничем послужить.

Единственный уровень, который может сообщить вам истинное понимание, — это ваше сознание, то, что составляет это «я есть».

Итак, оставайтесь спокойным, неподвижным в лоне этого сознания, ваш ум станет тихим, пустым и будет способен принять нечто неизвестное.

Только ваше сознание способно извлечь изнутри это знание.


П.: Я познал покой.

М.: Вы оценили этот покой, но ценителя вы знаете?


П.: Частично.

М.: Понимаете ли вы, о чём я сейчас говорю?


П.: О! Да.

М.: Если вы действительно поняли, обнаруживаете ли вы, что ваши самые давние концепции, ваши базовые концепции, покидают вас автоматически? Что они покидают вас без того, чтобы вам нужно было их оставлять?

Концепции, которыми вы обладали до прихода сюда, какими бы они ни были, ваши привычки думать и вести себя, вернутся ли они, или вы их потеряли навсегда?


П.: Я не знаю, я узнаю это позже.

М.: Старые привычки умирают нелегко. Если вы не распознаете здесь с величайшей ясностью, чем вы являетесь, даже если вы думаете, что оставили свои привычки, вернувшись домой, вы не только их обретёте, но и отполируете их, чтобы пользоваться ими больше, чем когда-либо.

Это часто случается после нескольких дней, проведённых здесь. Люди верят, что поняли, но, вернувшись домой, они находят свои костыли.

У кого-то другого есть вопрос?

П.: Я верю, что такие слова, исходящие из высочайшего источника, касаются того, что есть реальность в нас, даже если мы этого не осознаём. Я думаю, что главный результат этих встреч с вами состоит в том, что через некоторое время мы сможем обнаружить: «а-а, это уходит».

М.: Первая из необходимых вещей — абсолютная убеждённость в том, что то, что называется смертью, нисколько к вам не относится, а только к тому, что рождено.

В этом вы должны быть уверены, и эта идея смерти не должна больше содержать никакого страха.


П.: По мере того как стареешь, этот вопрос приобретает большее значение, но, скажем, у нас более или менее легко получается углублять идею смерти.

М.: Я говорю не об этом. Просто, после того как вы услышали то, что было сказано, внушает ли вам смерть ещё, да или нет, ужас?


П.: Я смогу вам ответить только в момент своей смерти, нет смысла воображать.

М.: Вы говорите о действии умирания, речь не об этом. То, что нужно понять, — это «что такое смерть?». Концепция «смерть» должна быть пережита и понята сейчас, в этот момент.


П.: Ах да, понять концепцию... Я не знаю.

Я хотел бы поговорить с вами о другой теме. Это горячее желание относительно «я есть», о котором вы только что говорили кому-то, эта глубокая потребность — относится ли она к воле или к интеллекту?

М.: Она спонтанна и ни в коем случае не происходит с ментального уровня. Это вещь, которая касается вашей истинной природы. Воля и интеллект относятся исключительно к телесному опыту.

Вот что происходит.

Все исследования, размышления, желаемые ответы принадлежат психосоматическому уровню, а на этом уровне то, что я вам говорю, совершенно непостижимо.

Существенный момент — понять, как появилось это сочетание, эта очень временная связь: это здесь и сейчас.

Это сознательное присутствие, которое говорит мне, что я существую в этот момент, должно быть наблюдаемо и понято.


П.: Я верю, что этот уровень понимания — вещь, которая с вами случается, а не результат размышления.

М.: Это происходит спонтанно, да, но нужно к этому готовиться.

Нужно сохранять ум пустым, готовым принять то, что пока не готово прийти.

Пустота должна быть создана, концепции должны быть оставлены, и именно пост ума подготавливает приход неизвестного.


П.: Как освободиться от своих концепций?

М.: Я не есть концепции, я не есть тело. Когда у вас будет абсолютная убеждённость, что вы не тело и не идеи, преобразование произойдёт.

Вы есть Майя, ваше сознание, зависимое от тела, само есть Майя, иллюзия.

Вы не можете избежать Майи, вам нужно её обнаружить, познать, и тогда «я есть всё» есть откровение Майи.


П.: Я хорошо чувствую в себе эту постоянную потребность действовать, двигаться, желать. Я знаю, что именно так Майя получает энергию, которая её питает, через взывания чувств. Но если я буду только наблюдать, не действуя, разве я не смогу ослабить Майю и направить всю свою энергию к сознанию?

Переводчик: Как! Но ваше сознание есть Майя, ваше тело питает это сознание, которое есть Майя, Махарадж только что вам это сказал.


П.: Майя есть «я есть»?

Переводчик: Конечно! Вы хотите освободиться от Майи, но она есть это вы. Желание от неё ускользнуть есть сама Майя.


П.: Я вижу, мне нужно было это уточнение.

Переводчик: Майя — это вы. То, чем вы верите, что являетесь, есть персонаж, которого заставляет вас играть Майя.

М.: Вы есть знание совокупности проявленного, которое есть тело Майи. Через вас Майя оживляет мир, но само по себе «я есть» есть обман, мошенничество.


П.: Я вижу. Я могу претендовать только на одно: «я есть», но это «я есть» есть обман… Это жёстко!

М.: «Я есть» может только оставаться бдительным и ждать.

Если кто-то хочет войти в эту комнату, он сможет это сделать только когда те, кто уже там, уйдут, чтобы освободить ему место.


П.: Я знаю, нужно опустошить ум, сделать уборку, но я также знаю, что «делание» — плохое средство.

М.: Кто знает, что «делание» — плохое средство?


П.: Тот, кто обнаруживает себя отличным от концепций, тот, кто обнаруживает ложность своей природы, основанной на концепциях.

М.: И кто собирается избавиться от этой новой концепции?


П.: Точно, кто…? Никакая намеренная позиция не может облегчить пробуждение.

М.: Только абсолютная убеждённость в том, что вы не тело, может устранить все эти концепции, которые должны исчезнуть сами собой.

Большинство научных открытий спонтанны. Учёные работают в определённом направлении, готовят эксперимент и однажды получают неожиданный результат.

Они открывают новую функцию, нечто, что они не искали. Так мадам Кюри случайно открыла свойства радия, так же был открыт пенициллин.

Точно таким же образом происходит в вас взрыв реального, неизвестное внезапно выражает себя само.

Поэтому бесполезно стараться сиремиться к чему-либо, реальность представляется спонтанно.

Первый взрыв во мне был появлением этого «я есть», и спонтанно я обнаружил самого себя, затем мир и бесконечность того, что существует.

Приближение к непроявленному есть спонтанный взрыв. Только ваше сознание есть ваш Гуру, отпустите, предайтесь ему.

В начале вы встречаете кого-то, кто говорит вам «вы не тело, поместите себя в своё сознание насколько это возможно». Это первый Гуру.

Второй Гуру говорит вам: «держитесь, цепляйтесь за сознание, станьте единым с сознанием».

Когда вы превосходите это, когда вы превосходите сознание, вы обнаруживаете внутреннего Гуру, Сат-Гуру, высшего, непроявленного.

Который час? Осталось десять минут. Остаются ли вопросы?

У всех нас есть часы, часы измеряют время, которое само есть лишь исчисление бега солнца.

Вы все подгоняемы временем. Вы непрерывно спешите, вы боретесь со временем, тогда как я провожу время, я даю удовлетворение ищущим умам, они меня спрашивают, я отвечаю, но это чистое развлечение, чистое зрелище.

Для меня нет ни выгоды, ни прибыли, сама идея что-то приобрести или улучшить исчезла.

Я провожу время. Всё это чистое развлечение, включая страдания тела.

Они тоже развлечение в лоне сознания.
В моём знании-сознании это страдание испытывается, но мой уровень присутствия выше этого.

Я больше не в проявленном, я не-знание. Всё это, связанное со временем, есть развлечение, связанное с сознанием; я же держусь до сознания.

У меня больше нет ничего общего с тем, что происходит во времени, я присутствую при этом времяпрепровождении, я позволяю этому быть.

Всё, что я говорю, концептуально. Какова польза от всего этого знания и всех этих концепций для вас?

Вы хотите концепцию истины, и каждый готов принять только то, что соответствует его ориентации, тому, что он думает!

Что вы извлекаете из всего этого?
Вы, что вы поняли?


П.: Я понял, что нечего понимать.

М.: Что бы вы ни поняли, это не может вам ничем послужить, понимаете ли вы, что это значит?

Никто не идёт на этот уровень, не говорит с этого уровня, который за пределами концепций и памяти.

Никакое понимание не может быть ничем полезно, но это понимание очень немногие могут достичь.

На протяжении всего пути они сохраняют идею, что извлекут что-то духовно.

3

Посетитель: Иногда во время медитации я слышу голос, я ощущаю эмоцию. Происходит ли это с реального уровня или из сознания?

М.: Из сознания, конечно! Реальность не имеет ничего общего с голосом или чем бы то ни было. Всё, что вам возможно воспринять, может быть связано только с сознанием.

Когда вы говорите «я медитирую», речь снова идёт о сознании, это оно медитирует, потому что, когда вы достигнете своей истинной природы, вы больше никогда не сможете медитировать.

Не будучи ничем, вы не можете ничего делать. Не-действие есть сама ваша природа.

Оно содержит свой собственный свет, такая «самосветимость» не соответствует ничему иному, кроме «самосветимости».

Развёртывание сознания всегда происходит от прошлого к будущему.

Сознание не может придерживаться настоящего. Именно в этом непрерывном переходе от прошлого к будущему оно проходит через мгновение, которое мы называем настоящим.

Именно это сознание само по себе, не имеющее ни прошлого, ни будущего, есть Реальность.


П.: Являются ли тем не менее медитация, повторение мантры или любая другая дисциплина помощью?

М.: Если вам этого хочется, идите, делайте это, но это не приведёт вас к истине.

Никакой метод не может привести к истине, он может лишь дисциплинировать ум на определённый период.

С точки зрения Абсолюта даже медитация есть оцепенение сознания.

Вы притупляете его остроту, вы подменяете его чем-то, тогда как медитация должна быть чистым наблюдением, наблюдением, которое нисколько не вмешивается в наблюдаемое.

Позвольте мыслям приходить и уходить, и между двумя мыслями вы неизбежно будете держаться в месте настоящего.

Именно там, единственно, и пребывает реальность.

Я советую вам не запутываться в этих бесполезных практиках, а скорее держаться за само сознание, за то, что испытывает «я», и предаваться ему, отдаваться ему.

Я советую вам это, потому что это единственное, что нужно делать.

Вам нужно хорошо понять, что такое это сознание; оно не содержит тех категорий, которые установили психологи: эго, анима, подсознательное, сверхсознательное.

Они стараются построить систему, чтобы оправдать свои концепции.

Ориентируйтесь на то, что предшествует концепциям.

Когда вам всё же удастся понять и утвердиться в этом чистом наблюдении, множество вещей возникнет в вас, то есть в вашем сознании, и вы подумаете «я есть то, я есть это».

Даже чудеса могут произойти, но не связывайтесь с ними, потому что всё это держится на уровне сознания, а сознание не есть реальность.

То, что вы можете принять, не есть реальность.


П.: Тогда как мы можем принять всё, что вы нам говорите?

М.: Потому что принять возможно только в лоне сознания. Ваше истинное состояние есть не-отождествление. Поэтому там больше нет речи об отождествлении или не-отождествлении, о принятии или непринятии, вы превосходите всё это.


П.: Вы также говорите, что мы должны вам доверять и принимать то, что вы нам говорите.

М.: Да. В невежестве я хочу, чтобы вы мне доверяли, но если вы поняли, чем вы являетесь, вопрос больше не возникает, потому что он больше не может существовать в вас.

Пока вопрос «должен ли я ему доверять или нет?» присутствует, это знак того, что вы остаётесь в невежестве, и тогда вам нужно иметь полное доверие.


П.: Значит, вы обращаетесь только к нашему ограниченному интеллекту, и он должен вам доверять?

М.: Я говорю с вашим безличным сознанием, а не с вашим интеллектом, а в безличном как может быть речь о доверии?

Нет никакой нужды в доверии, если вы едины со мной, но если вы спрашиваете себя «почему он просит нас доверять?», это показывает, что вы отделены от меня, и тогда ваше доверие необходимо на сто процентов, обязательно.


П.: На уровне рассуждения можно всё понять, но чем понимать и усваивать то, что за пределами слов?

М.: Что необходимо для выражения слов? В отсутствие этого «я есть» мог бы быть творец Ишвара? Необходимое условие для существования Бога — чтобы вы сначала были здесь.

Однако, рассматривая наше тело и наши идеи как самих себя, произошло падение.

Опираясь на это знание «я есть», связанное с формой, мы искали мудрость в интеллекте.

Это «я есть» есть сам материал этой великой игры мира. Считать себя ответственным за свои действия — величайшая из ошибок.


П.: Значит, только в сознании вещи создаются, а затем разрушаются?

М.: Да. Проявление возникает в сознании и затем растворяется в сознании. Ваше индивидуальное сознание поднимается, когда вы пробуждаетесь, и затем ложится в вашу собственную глубину, как только вы засыпаете.

Пусть ваши вопросы будут вызваны только «кто я? что я?», знание «я есть» присутствует сейчас, и именно в его лоне развёртывается игра мира.

Без этого знания нет мира! Это понимание, это чувство «я есть» появилось само собой, оно взорвалось, став этим динамичным, активным, умелым миром, с его пятью элементами, тремя гунами и т.д.

Хотя этот мир имеет своё место в вашем сознании, вы не есть это сознание.

Вы есть — вы, Абсолют — единственный свидетель этого сознания.

Я воспринимаю всё это, но я лишь то, что делает это восприятие возможным.


П.: Я стараюсь быть пустым, и у меня не получается. Это «я», которое старается, вероятно, само по себе обременено!

М.: Кто тот, кто хочет быть пустым и обнаруживает себя обременённым?


П.: Тот, кто верит в тело, он набит убеждениями.

М.: Вы набиты убеждениями, потому что считаете мир реальным, потому что считаете, что с вашим телом вы действуете, вот почему вы обременены.

Когда вы придёте к выводу, что всё это иллюзорно, тогда вы будете пусты.

Когда идея «я есть» затуманивается, уничтожается, полны вы или пусты?


П.: Пуст... Это произошло один или два раза вот так, без причины. Это было не после медитации или чего-то ещё, это произошло без причины.

М.: Что вы почувствовали?


П.: Это было совершенно ново, я больше ничего не знал.

М.: Теперь вы это знаете: «вы есть». Происходит ли это от медитации, или вы знаете «я есть» спонтанно?

П.: Я знаю это спонтанно.

М.: Вам нужно утвердиться в корне этой спонтанной уверенности «я есть». Без всякого усилия, без концептуализации, почувствуйте «я предаюсь этому "я есть" и переживаю мир».

Сейчас это понятие «я есть» преграждает вам путь, потому что для вас оно имеет спецификацию.

Вы отгородили себя от образа, который имеете о себе и который вы заявляете как свою идентичность.

Начиная с «это я, это моё», вы заблокированы в невежестве. Вы любите вещь, которая, как вы говорите, вам принадлежит, вы создаёте связь, и эта связь вас душит.

В моём случае больше нет никакой привязанности к этому «я есть». Это не моё, ни то, ни это, я не испытываю никакого интереса ни к кому, ничто хорошее или плохое не может со мной случиться.

Из такого положения вещей какое учение я могу извлечь?

То, что наблюдает парад идей, взрыв чувств в сознании, — только это и имеет значение, всё остальное преходяще и не имеет реальности.

На что бы ни опиралась ваша память, речь идёт об отождествлении с телом.

То, что есть вы, не имеет памяти, то, что есть вы, есть только в сейчас.

Ваше отождествление делает всё, что вы можете воспринять, материальным, как тело, но то, что наблюдает, полностью отделено, отлично от материального.

Отождествлённые с телом, вы боитесь смерти, поскольку знаете, что это тело должно умереть — но Джняни, он не знает страха, он знает, что у него нет ничего общего с этим бренным телом.

Меня называют Джняни, это означает, что я есть чистое знание, интуитивное знание, которое не имеет ни формы, ни цвета, ни структуры.

Джняни не может быть обеспокоен материальным процессом, называемым смертью.

Никто не беспокоится о процессе выделения мочи. Мочиться — все знают, что это такое, об этом бесполезно размышлять.

Точно так же Джняни знает этот процесс телесной смерти и нисколько о нём не беспокоится.

Более того, он знает себя находящимся за пределами сознания, и поэтому в момент смерти он будет следовать за явлением, испытывая чувство облегчения, идентичное тому, которое испытывает человек, опорожняющий свой мочевой пузырь.

Джняни не только не беспокоится о смерти, но ждёт её, он жаждет избавиться от этого сознания.

Поймите это сознание. Вот что происходит.

Сущность пищи в действии приводит к созреванию мужского и женского элементов, необходимых для зачатия, и обеспечивает зачатие нового индивида.

Ребёнок рождается, сущность пищи начинает новый цикл. Ребёнок растёт, и на определённой стадии понятие «я есть» появляется спонтанно в
нём.

Это знание «я есть» начинает выражаться в словах, и через эти слова он считает, что тело, которое их выражает, соответствует ему самому.

В своём невежестве это «я есть» убеждено, что всё, что тело испытывает, всё, что тело делает, — это он испытывает, он делает.

Сознание, следовательно, воспринимает тело как само себя, и так невежественный считает себя автономным и действующим.

Поймите хорошо, я повторяю, что весь этот процесс начинается с Саттвы, сущности пищи.

Эта сущность сохраняет вкус, аромат, который есть вкус «я есть», и это «я есть», которое отождествляется с сущностью пищи и считает себя тогда индивидуальной формой.

Эта сущность обладает собственным равновесием; когда это равновесие нарушается, появляется то, что называют болезнью; если равновесие не восстанавливается, через некоторое время происходит то, что называют смертью, но в основе всё это представляет лишь преобразования, претерпеваемые сущностью пищи.

Три гуны: Саттва, Раджас, Тамас, которые суть три фундаментальных качества проявленной субстанции, уже все три включены в Саттву, которая есть сущность пищи, причина формирования тела.

Эта сущность содержит, следовательно, в себе Раджас и Тамас, действие и бездействие.

Как только пробуждаешься, нельзя оставаться неподвижным, нужно предпринять что-то, или это потребности тела, которые нужно удовлетворить, или возникают события, побуждающие нас реагировать, затем лень или эмоции побуждают нас к бездействию.

Вот почему, отождествлённые с этим телом, порождённым сущностью пищи, нам больше невозможно быть постоянными, безмятежными, неподвижными.

Тело есть: пища, связанная с энергией дыхания праны, и её выражение в языке, но этот психосоматический комплекс содержит элемент, совершенно независимый от того, что вызывается связью сущности пищи/праны.

«Я есть», знание «я существую», есть базовая концепция, и то, чем вы являетесь на самом деле, есть познающий этой базовой концепции.

Следовательно, вы не есть эта концепция, а только то, что её констатирует.

Свет и бриз очищают атмосферу, они не имеют ни цвета, ни формы. Но насколько тоньше этот принцип, который знает тело, бриз и свет.

Поэтому беспокойтесь только о том, что не имеет ни формы, ни цвета, ни видимости, всё остальное не существует.


П.: Я воспринимаю здесь же вещь, которая не имеет ни формы, ни цвета, — пространство этой комнаты, и в себе я различаю подобное пространство, и это не глаз его видит. Это не относится к телу-интеллекту.

М.: Точно. Зафиксируйтесь на этом уровне, найдите там свою истинную идентичность.

Это пространство свободно, как свет, как воздух. У него нет никакой формы, но оно гораздо тоньше и реальнее, чем воздух и свет. Не покидайте этот уровень.

Никакое усилие не нужно для достижения этого единения с сознанием, которое происходит спонтанно.

Но усилие необходимо, чтобы достичь уровня, где понимаешь, что это происходит без усилия.

Когда Джняни умирает, вот что происходит.

После его последнего вздоха жизнь покидает тело, освобождается также сущность тела, которая есть индивидуальная память, она освобождается от своей отождествлённости с телом и исчезает, но тот, кто это знает, никогда не был затронут рождением или смертью, он восседает один и просто наблюдает этот процесс преобразования составных элементов человека.

Невежественный в этот момент в ужасе, поскольку у него впечатление, что это он исчезает вместе с телом, но когда постепенно развивается убеждённость, что вы не есть это тело и что неизбежный закон таков, что всё рождённое должно умереть, тогда не только не будет больше страха в момент смерти, но произойдёт наблюдение события, которое будет сопровождаться великим облегчением.

Нужно, следовательно, с самого начала понимания принять эту убеждённость «я не есть ни это тело, ни это двойственное сознание», пока она не станет непоколебимой уверенностью.

Есть тело плюс жизненная сила, наделённая речью и памятью, плюс сознание.

Это составляет человеческий психосоматический комплекс, но вы не есть ни один из этих трёх. У вас нет ничего общего с этим.

Речь идёт лишь о различных формах пищи, и вы даже не есть запах или вкус этой пищи, вы только то, что знает этот комплекс, то, что знает, не нуждаясь в формулировании.

4

Махарадж: Это первый раз, когда вы приходите сюда?

Посетитель: Нет, я уже приходил повидать вас несколько раз.

М.: У вас есть вопрос?


П.: Я пришёл не для того, чтобы задавать вопросы, я люблю посещать мудрецов и святых и погружаться в своё сознание, позволяя очищать себя их сознанием.

М.: Это хорошо. Вы правы. Если вы открываетесь бытийности, близость святого очищает, очищает вашу психику и делает её способной осознать себя.

Чистое сознание не должно больше находиться под влиянием телесного сознания, которое в основе своей есть сомнение и неуверенность и не может быть ничем иным.

Но почему вы возвращаетесь? Оставайтесь здесь определённый период, поймите то, что нужно понять, и затем возвращайтесь домой.

Зачем возвращаться, вы всегда найдёте меня повторяющим одно и то же: вы не есть это тело, вы чистое и свободное сознание!

Не приходите сюда в надежде извлечь что-то, я одновременно дружба и отсутствие дружбы.

Живите тем, что вы поняли; здесь я даю вам аутентичное учение на сто процентов, но даже если вы поймёте только один процент, этого достаточно, и это растворит все ваши концепции.

Если вы поняли мои слова, даже если вы никому не скажете об этом ни слова, этого будет достаточно, чтобы люди последовали за вами и пришли вас почитать.


П.: Я пришла с детьми, чтобы попросить вас даровать мне ваше благословение.

М.: Думаете ли вы, что если бы благословение можно было даровать, было бы необходимо приходить его просить? Верите ли вы, что солнце, вставая, выбирает, что оно будет освещать, что оно изучает поведение каждого, прежде чем их согреть? Всё, что вам необходимо, полностью вам даётся.

Вы изобрели Бога, чтобы иметь возможность умолять кого-то утешить вас, чтобы иметь возможность выпрашивать милости, успокаивать себя. Это и есть духовность.

Все эти древние имена: Иисус, Будда, Кришна — лишь пустые слова, которые передаются из поколения в поколение.

Если вы не понимаете то, что я сейчас говорю, продолжайте свои практики преданности.

Молитесь этой внешней форме, но знайте, что вы поклоняетесь самому себе, что эта форма, перед которой вы возлагаете подношения, есть лишь аспект вас самих — вас самих, которого вы не осмеливаетесь познать.

Молитесь ей как аспекту себя самих, иначе вы лишь питаете пустые формы.

Существует четыре степени.

Вы едины с Абсолютом, чистый субъект, безличный. Если вы не понимаете этого, оставайтесь единым с сознанием.

Если вы не понимаете и этого, поклоняйтесь своему бытию в образе богов, совершайте бхаджаны и подношения.

А если нет, спуститесь на улицу и занимайтесь социальным действием.

Мир построен на нечестных сделках, на мошенничестве. Но величайшее мошенничество, величайшая афера — это духовность, но не повторяйте этого, вы наживёте себе врагов.

Тело однажды больше не будет с вами, сознание больше не будет с вами, вы это знаете, тогда что вам останется? Найдите это.

Мне сказали, что я скоро умру от определённой болезни, но я не есть тело, я не есть имя. Что же во мне умрёт?

Я — субъект, я знаю тело, я знаю жизненную силу и язык жизненной силы, но я не есть ничего из этого.

Что произойдёт? Ничего! Моё тело страдает, и я чувствую слабость, но я нисколько об этом не беспокоюсь.

Обычно, когда вы больны, вы молитесь Богу и просите его даровать вам свою милость. Но тот, кто говорит, — не я, его имя — не я, его жизненное дыхание — не я. Кто остаётся, чтобы просить у Бога что-либо и кто мог бы от этого получить пользу?

Какова во мне та идентичность, которая могла бы умолять Бога о милости?

Я страдаю, но что это меняет? Я не нахожусь там, где страдает тело, — так какое это имеет значение? Это никак не может затронуть то, чем я являюсь на самом деле.

Я продвигаюсь, отступая.

До пяти чувств находится сознание, это очевидно. Эти пять чувств сливаются в одну вещь.

Чтобы в ней утвердиться, нужно присутствовать в мгновении и во всём, что его наполняет.

Больше нет фокусировки, внутреннее и внешнее больше не составляют одно.

Не существует никакого знания, которое можно было бы считать постоянным. Всё постоянно обязано преобразовываться.

Не существует никакой объективной истины, которую можно сформулировать.

Ничто не может быть наблюдаемо, постигнуто.

Следовательно, чего вы можете ожидать от меня или от кого бы то ни было?

Всякое знание останется без постоянства и без эффективности.

Я не нахожусь ни в состоянии знания, ни в состоянии невежества, вот почему я Джняни. Есть ли вопрос?..

Задайте себе вопрос «кто я?».
Всё, что вы сможете распознать, воспринять, знайте, что это ложно, что это не вы.

Меня нельзя судить ни на какой объективной основе. Любая идея, которую вы составляете обо мне, может быть только ложной.


П.: Может ли в нашей современной культуре работа с Шакти дать результаты?

М.: Шакти или Кундалини, я не знаю, что это. Я не говорю, что это не существует, я не знаю, я никогда их не видел. Я знаю только место, откуда я прихожу.

Вы не есть ни Шакти, ни какая-либо форма, ни какое-либо имя, ни дыхание, которое могло бы их сформулировать.

Вы просто свидетель, свидетельство того, что вы не есть ни ум, ни тело. Это факт!

Если вы вернётесь завтра, вернитесь один.


П.: Как один?

М.: Оставьте свои чтения и воспоминания вместе с багажом. Занимайтесь только тем, чем вы являетесь сейчас, здесь же.

Те, кто приходит сюда, должны быть осторожны, потому что — хотят они этого или нет — эта масса концепций, которой они обладают, рассеется, растворится, и они обнаружат себя пустыми.

Это не то, чего вы желаете, поэтому вам лучше держаться за свои концепции и уйти очень быстро.

То, что говорится здесь, отличается от того, что говорится везде в другом месте.

Обычно предлагают что-то, что можно использовать, некие концепции, что-то, о чём вы можете сказать «вот, это оно, я понимаю».

Предлагают форму, формулу, на которую вы можете опереться, поддержку.

Но здесь всё, чем вы обладаете, разбивается, ломается, и я уверяю вас, что вам не нужна никакая опора, что то, чем вы являетесь, есть свободный принцип, не нуждающийся ни в какой поддержке.

Вы ничего не говорите, никто не комментирует. Как вы надеетесь получить ответы, если не задаёте вопросов?

Мы принимаем сознание как бытие.
Что такое бытие?

Это сущность, не так ли, сущность того, что было зачато и рождено. Это вкус, аромат существования. Но каково было начало, каково начало этого страдания, которое привело вас сюда?

Как настоящее имя ребёнка? Никто не размышляет над этими вопросами.

Разве не в том, что было зачато, гнездится сознание «я есть»? Есть ли вопросы по этому поводу?..

Это сознание, это знание «я есть», бытие, жизнь — всё это одно и то же в латентном состоянии в лоне того, что было зачато.

Тот факт, что вы пришли сюда, подразумевает, что вы ищете что-то получить, что вы ожидаете, что что-то произойдёт.

Кому, по вашему мнению, что-то может произойти? Каков этот изначальный принцип?

П.: Всё находится в латентном состоянии в новорождённом, это чистое, пустое сознание, является ли это тем же состоянием, что чистое «я есть» без имени и без формы?

М.: Есть разница: зачатая форма материальна, эта материя в действии содержит нечто, чего не видно, что находится в латентном состоянии, сознание здесь, но в глубоком сне.


П.: Сознание ребёнка спит?

М.: Да. То, что облеклось в форму новорождённого, потенциально здесь, в состоянии сна, но с помощью чего вы смогли задать этот вопрос?

То, что позволяет вам задать вопрос или что позже позволит вам стать Джняни, разве не есть то же самое, что существует в латентном состоянии того, что было зачато?

Эта ткань горюча. Это означает, что огонь здесь, в ней, в состоянии сна, ожидая пробуждения. Эта ткань уже содержит огонь, иначе она не могла бы гореть.

Я даю вам эту информацию, потому что вы можете её воспринять и понять; в отсутствие этого принципа в вас это было бы невозможно.

Это тот принцип, с которым вам нужно познакомиться.

Я даю вам знания о знании.

Это знание «я есть» — сознание, чувство бытия самим собой, называйте это как хотите — есть изначальный принцип, то, что существует до чего бы то ни было, предшествующее чему бы то ни было.

Таттва есть ваша реальность, в латентном состоянии вы есть это.

Всё, что горюче, содержит в себе огонь в латентном состоянии, искра лишь пробуждает его. Подобно этому, то, что даёт феноменальному миру его условие, его статус, есть этот изначальный принцип, который говорит, что не существует ничего другого, кроме него.

Высшее Я, непроявленное, не обладает никаким знанием, оно не знает себя, оно есть тотальная бытийность.

Эта бытийность отражается сознанием, это сознание возникло из непроявленного, без причины, создавая время, пространство и материю, и оно не может существовать в отсутствие тела.

Оно есть САМО сознание, оно одно.

Всё, что существует, есть я, всё, что существует, есть я, но Я, воспринимающее это, ограничило себя, отождествившись со своей опорой, и потеряло это понимание.

Однако это проявленное идентично непроявленному, этому Абсолютному присутствию.

Нет никакой разницы между непроявленным Я и миром, вот почему вам не нужно никакого изменения и никакой опоры: вы есть это.

Нужно, чтобы ваш ум был полностью в покое, тогда он растворится, и останется только реальность.

Я испытываю потребность говорить сегодня утром, но тело этого не позволяет.

Это сознание латентно во всём, что живёт, оно одно, но оно нежелательно, потому что оно подобно болезни, затмению нашего изначального состояния.

Это же изначальное состояние латентно в новорождённом, до появления сознания.

В телесной форме то, что прорастает,
есть не что иное, как сознание.

Всё, что потребляется, должно быть выведено, каков бы ни был уровень приобретённых знаний.

Это должно быть оставлено, выведено.

Даже те, кто считает себя Джняни, продолжают помнить своё раннее детство.

Этот ребёнок, пустой от идей, обладает высоким рангом и силой этого первого принципа.

То, что находится в латентном состоянии в формах, даже самых примитивных, способно на что угодно.

То, что обладает этим неограниченным потенциалом, к сожалению, ограничено своей формой.

Этот ребёнок растёт, живёт, расцветает и умирает, но то, что было латентным в нём с момента зачатия, разве это умирает?

Встречали ли вы когда-нибудь труп сознания?

Некоторые приобрели эрудицию, редкие и трудные навыки, и они этим гордятся, но они не имеют ни малейшего представления о том, каково было начало, они не знают природу того, что было латентным в них.

Этот слабый и лишённый всего новорождённый не несёт никакого признака великих деяний, которые он будет способен совершить позже.

Так же нет и следа огромного потенциала того, что находится в нём в латентном состоянии.

Существует ли хоть одно понятие, которое не было бы уже включено в это знание «я есть»?

Для себя самого, вы что-то или ничто?
К какому выводу вы приходите?

Слушая меня так долго, что вы можете постичь, говоря «вот это — я»?

Многие люди приходят сюда и произносят речи о Веданте. Я их слушаю и в конце спрашиваю, каков их ответ на этот вопрос. Нет ничего, что вы могли бы постичь как самого себя, никакой формы.

Никакая концепция никогда не сможет вас никуда привести, но их источник, то, через что происходит объективация, концептуализация, — вот изначальный принцип, и это то, чем вы являетесь.


П.: Принцип сознания находится во всём, что существует; камень живёт, как растение или животное, но кажется, что только на человеческом уровне сознание может осознать себя.

М.: Кто осознаёт это сознание — человек? Существует ли сущность, которая понимает это сознание вне сознания?

Вы знаете, что сидите здесь, но только благодаря вашему сознанию вы можете это знать.

Сознание обитает в камне, но кто в камне стремится познать это сознание?

В человеке нет никакой сущности, которая могла бы ощущать себя отдельно.

Только сознание, облекшееся в форму, причиняет вам все эти хлопоты.

Этот изначальный принцип встроен во все вещи, но он проявляется на высшем уровне в человеческом теле, знающем эту очевидность «я есть», но он ограничивается в большинстве случаев «я есть это, я есть то».

5

Посетитель: Согласится ли Махарадж поговорить об оставлении, спонтанности, сейчас?

Махарадж: Не нужно искать «сейчас» или что-либо ещё, но нужно быть пробуждённым, внимательным к своему собственному сознанию, вот и всё.

Сознание должно быть сознательным к своей способности осознавать.

Ничего не нужно делать, никакого особого действия совершать.

Говорить об оставлении — просто способ выразить это.

Вы есть чистое сознающее присутствие, вы это есть, и вам не нужно повторять это себе словами.

Храните это в глубине себя. Всегда помните: сознание есть все вещи, всё, для всякого мыслящего существа.

Если сознания больше нет, мир больше не существует. Это сознание с нами во все моменты нашего существования.

Это знание не имеет ни облика, ни формы, оно подобно свету, свету истинного знания, оно природы любви.

Поймите хорошо, что это сознание не представлено телом, что оно только свет.

Свет, раскрывающий существование, — вот ваша истинная природа, и не спрашивайте «кто родители света» или «какова его каста», он здесь, вот и всё.

Свет есть открытие «я есть». Это завершение тела-сущности-пищи.

Это «я есть» есть необходимое условие для того, чтобы мир появился в существовании; в его образе содержится всё остальное.

Наблюдайте, воспринимайте, смотрите на это «я есть» без физического глаза — это сознание предшествует зрению.

Вне этой уверенности «я есть» чем ещё вы можете обладать?

Без имени, без тела, расскажите мне о себе. Скажите мне что-нибудь о себе, не ссылаясь на свои воспоминания или на свой интеллект!

Когда ваше тело будет изношено или повреждено, сознание освободится от него, и люди снаружи скажут «он умер».

Но вы, кто есть знание «я есть», вы этого не узнаете, потому что ничего не изменится.

Принцип, который угасает, — не тело, это то, что питает тело, и это не вы.


П.: В глубоком сне сознание погружено в Парабрахман, и тело живёт замедленно, ожидая его возвращения. Следовательно, только жизненная сила, связанная с дыханием, соединяет оба, это кажется очень мощной силой. Является ли она этим источником, этим корнем проявления, о котором вы уже говорили?

М.: Да, жизненная сила очень важна, очень могущественна. Все движения, все действия причиняются этой жизненной силой-праной.

Внутри тела она есть прана.
Снаружи она есть воздух, пространство.

Ваши деятельности кажутся происходящими снаружи, но на самом деле они происходят внутри.

Именно сознание ощущает печаль или удовольствие, не тело.

Именно сознание воспринимает мир, называемый внешним, — на самом деле всё происходит внутри, всё происходит только в тонком теле.

Когда жизненная сила приходит к концу, мир останавливается, всё останавливается, потому что сознания больше нет.

Я всегда говорю о внутреннем знании.
Вы же стараетесь познать себя, опираясь на то, что вне вас, это невозможно.

Именно потому что вы отождествлены со своим телом, вы воспринимаете внешнее действие.

Когда вы познаете себя, когда отождествление с «я есть форма» прекратится, вы познаете своё бытие, и всё будет живым и истинным, потому что сейчас для вас ничто не реально.

Это не тело обнаруживает, что оно существует; именно сознание, присутствующее самому себе, даёт реальность всем вещам.

Сознание чего бы то ни было может быть только внутренним.

В процессе медитации первая необходимая вещь — чтобы не было ни мысли, ни слова, ничего ментального, ничего означающего.

Направьте своё внимание на не-внимание.

Отождествлённые с телом, вы много говорите, но на этот вопрос о сознании вы мало что говорите!

Поймёте ли вы это: в центре вас самих есть это знание «я есть». Пребывать в присутствии этого «я есть» имеет огромное значение, огромный смысл, и на определённой стадии зрелости оно становится бессмысленным.

Погружаться в это знание «я есть» есть Бхагван, великолепие. Это озарение, освещающее как молния.

Вы только свет, и из этого откровения возникает мир.

Достигнув этой стадии, вы — чистый драгоценный камень диадемы, алмаз на вершине короны.

Но, усвоив, полностью пробудившись к тому, что такое мир, что такое это сознание, вы желаете от него избавиться.

Вы обнаруживаете, что это великолепие есть местопребывание всех ошибок, всей лжи.

Когда вы полностью это поняли, вы превосходите это состояние.

Это больше ничто, это как слизь в горле, которая вам мешает, вы её сплёвываете.

Обычно вы не понимаете, что такое этот принцип рождения, вы сразу думаете о появлении тела, это не то.

Рождение есть появление этого первичного элемента, содержащего знание «я есть» в состоянии сна, тело формируется после.

Именно «я есть», погребённое в материи, есть рождение.

Когда вы наблюдаете этот процесс в действии во всём, что существует, тогда вы говорите себе: «я должен отделиться от всего этого, это не стоит того, чтобы продолжать».

Пока вы движимы этим принципом сознания, именно агенты-катализаторы механически управляют всякой деятельностью, их присутствие необходимо.

Корень всего, что есть, связан с этими первичными элементами, поддерживающими «я есть».

Всякое действие в вашем мире связано с этим принципом сознания, привязанным к форме.

Вы верите, что когда эта материя изношена, она приходит к угасанию, это ложно!

Вся эта великая игра мира вновь впитывается и возвращается к непроявленному.

Проявление, затем возвращение к непроявленному источнику, прежде чем проявиться вновь.

Смерть — не только исчезновение того, что существовало. Обычно стараются избежать смерти, но это возвращение к непроявленному, к изначальному совершенству.


П.: Всё возвращается в свои первичные элементы, которые сами вновь поглощаются?

М.: Вы прерываете спектакль. Сознание закрывает лавочку и всё ликвидирует. Вот что обычно называют «смертью», но здесь это не конец, это просто возвращение к непроявленному, то есть к полноте. Несовершенство становится совершенством.

Поймите, что всё происходит из базовых элементов.

Величайший гений, величайший изобретатель — именно в своём первичном элементе у него возникла новая идея или открытие, затем был лишь механический процесс, придающий ей форму.

Без этого возникновения бесформенного в сознании механическая цепочка не может произойти, и это возникновение происходит из первичного элемента, из базового элемента.

Поймите это так: «механический» отдел организует все деятельности, но начальник, хозяин — это базовый принцип.

Вы не найдёте этих духовных истин изложенными нигде больше.

Я сожалею об уходе Мориса Фрайдмана, он прекрасно усвоил, что такое первичный элемент и что такое механическая деятельность, но я никогда не затрагивал эту высокую тему в беседах «I am That».

Тот, кто способен выразить это в словах, должен не только знать первичные элементы и механическое действие, но и быть единым с этим.


П.: Является ли «я есть» первичным элементом?

М.: «Я есть» потенциально находится в первичном элементе. Изначально всё выражается через эти первичные элементы, затем через тело, которое механически выражает это в мире.

Эти базовые элементы очень важны, они празднуют славу всех божеств, это Бхагван, но когда вы реализуете, что это такое, когда вы будете едины с этим, вы от этого избавитесь, чтобы достичь совершенного состояния.

Какой вывод вы извлечёте из всего этого и, следуя этим выводам, какое поведение вы примете в мире?


П.: Я намереваюсь…

М.: Нет. Сначала вывод.


П.: Да. Мой вывод таков: нужно пребывать в настоящем, в возникновении неизвестного, и для этого я буду стараться следовать движениям сознания, парить между внутренним и внешним.

М.: Обычно говорят о трёх мирах: небо, земля и ад, это там вы собираетесь парить? Эти миры содержатся только в сознании. Что вы хотите делать?


П.: Я ничего не хочу делать, именно оставаться в настоящем.

М.: Деятельность есть настоящее.

Непроявленное обнаруживает своё бытие через проявленное. Только непроявленное испытывает это «я есть». Слушайте хорошо: «я есть» есть иллюзия, а всё остальное истинно.

Вы слушаете эти беседы уже несколько дней, расскажите мне о том, что вы не запомнили!..