NIRUPANAS Медитации с Н. Махараджем

ОТ РЕДАКТОРА

Материал, представленный в этой книге, основан на заметках, сделанных Шри Динкаром Кширсагаром во время ежедневных встреч в резиденции Шри Нисаргадатты Махараджа. Это происходило в период с 1977 по 1979 год, за два года до ухода Махараджа в 1981-м.

В то время Махарадж проводил утренние и дневные беседы, в основном в форме вопросов и ответов, при этом переводчик всегда находился рядом с ним. Небольшая группа учеников также присоединялась к нему для медитации в 6:30 утра. А по вечерам проходили более камерные собрания, где разговор велся исключительно на маратхи. Шри Динкар обычно посещал вечерние встречи по четвергам и воскресеньям, а также в праздничные дни. Поскольку маратхи был его родным языком, он мог непосредственно следить за словами Махараджа и записывать его острые, афористичные фразы дословно.

Благодаря этому нам посчастливилось иметь прямую и точную запись учений. Свои ежедневные заметки Шри Динкар озаглавил «Нирупанас». Это слово с санскрита можно перевести как «исследование», «определение», «поиск». Сам Махарадж объяснял это так: «Рассказать вам о вашей истинной природе, о том, что она из себя представляет и как она устроена — вот в чем заключается значение слова "Нирупана"». К концу своей жизни Махарадж предпочитал акцентировать внимание именно на этих фундаментальных аспектах учения, не останавливаясь на периферийных темах. Он сам отмечал, что обсуждаемое в то время отличалось от более ранних диалогов, которые были записаны в известной книге «Я есть То».

Эти заметки просматривались самим Махараджем, и он поощрял их распространение. В данной редакции предложения в основном оставлены так, как они были произнесены, без изменения структуры. Лично для меня «Нирупанас» — это тексты для медитации. В этом их предназначение, и к этому они ведут. Они могут показаться повторяющимися, но при каждом новом прочтении в них раскрывается иной смысловой нюанс.

Следовательно, это не та книга, которую можно прочитать за один присест. Лучше открыть ее наугад, прочитать один отрывок и позволить ему стать пищей для размышления. Он способен сорвать все ваши внутренние и внешние покровы, оставив самую суть обнаженной — без опор, и в конечном итоге без концепций, методов или систем, за которые можно было бы ухватиться. В своей основе это, безусловно, недвойственное учение, перекликающееся с ведантой и подобными школами мысли.

Уникальность же данного текста в том, что он исходит из непосредственного опыта просветленного мастера, выраженного спонтанно. Одной из первых попыток перевода этих заметок мы обязаны миссис Дамаянти Дунгаджи, доктору философии и одной из старших учениц Махараджа. В середине 1990-х годов она передала рукописные тексты своей подруге Джин Данн. К тому времени Джин уже опубликовала несколько книг об учениях Нисаргадатты Махараджа. Она, в свою очередь, попросила меня взяться за редактирование.

Впоследствии Шри Динкар вычитал первый перевод, а я редактировал его несколько раз. В конце концов, я сверил текст с оригинальными заметками на маратхи — предложение за предложением. Я немного сожалею о том, что на завершение этой работы ушло так много времени. Перевод с маратхи (и санскритских терминов) на английский сопряжен с большими трудностями, поскольку точных эквивалентов зачастую просто не существует. В таких случаях читателям, знакомым с терминологией, предстоит самостоятельно вкладывать в эти слова правильный контекстуальный смысл.

Безусловно, для подобных трудностей перевода есть множество прецедентов. Но, с другой стороны, то, о чем говорится в этой книге, по сути своей невыразимо словами. Мы вынуждены передавать это на известных языках, со всеми их фундаментальными ограничениями. Иногда значения слов оговорены или очевидны из контекста; иногда они лишь подразумеваются. Более того, во многих случаях одни и те же слова используются для передачи разных смыслов. Например, слово «сознание» может означать прану (жизненную силу), осознание, познание, ощущение «я» или же окончательный корень проявления, которым является Брахман. Поэтому контекст здесь играет ключевую роль.

Мне посчастливилось присутствовать на беседах Махараджа летом и в сезон дождей 1979 года, когда я жил в Мумбаи. Годом ранее, во время визита в Шри Раманашрам в Тируваннамалае, кто-то дал мне адрес Махараджа. Позже, прочитав статью Джин Данн в журнале ашрама «The Mountain Path», я решил навестить его. Невозможно предугадать, как, почему и когда происходят вещи.

Когда я оглядываюсь на те визиты, самым сильным чувством, которое возникает, является чувство благодати. Он не называл себя Гуру. И все же, я верю, что если вы были «посвящены» им, вы так или иначе это пережили. Казалось, что у него не было сформированного образа вас как личности. Он редко называл людей по именам — как будто у нас не было имен. Его ум, казалось, не фиксировал сами встречи. И каким-то образом вопросы, которые у вас были, даже те, что вы никогда не озвучивали, получали ответы в потоке его беседы. Это было похоже на то, как если бы божественность играла свою роль, но самого игрока, так сказать, не существовало. Время от времени он мог посмотреть на вас и просто спросить, в чем заключается ваш вопрос. Его основным наставлением было регулярно медитировать на чувстве «Я есть».

Через несколько месяцев, когда я сказал ему, что возвращаюсь в США, его единственным комментарием было: «Вам нужно как-то скоротать время». А когда я спросил, увижу ли я его снова, он бросил на меня взгляд, который дал понять, что ему не нравятся такие вопросы. Затем, однако, он сказал, что я увижу его. Так и вышло: менее чем через полтора года я был вынужден срочно вернуться в Индию, и он удостоил меня встречи. Восемь месяцев спустя его не стало.

Некоторые цитаты из «Нирупанас» уже публиковались ранее в иллюстрированной книге «Учения мудрости Нисаргадатты Махараджа», выпущенной Inner Directions в 2003 году. Я глубоко благодарен Шри Динкару за то, что он позволил мне отредактировать его кропотливые заметки и издать их. Я также признателен покойной Дамаянти Дунгаджи, которая заложила основу этой работы, и моим друзьям и наставникам — покойной Джин Данн и Саумитре К. Мулларпаттану — за их руководство и поддержку.

Именно Саумитра попросил меня связаться с Готамом Сачдевой из издательства Yogi Impressions для публикации этой книги. Я благодарен Готаму за то, что он сделал это возможным. Я также должен поблагодарить его и всю его команду за тщательный, скрупулезный анализ текста, работу над синтаксисом, пунктуацией и общей согласованностью изложения. Издательство Готама ранее выпустило три книги о Махарадже, и сам он был глубоко вдохновлен Учением.

— Суреш Н. Мехта
Плезантон, Калифорния

ВВЕДЕНИЕ

Древнейшие индийские писания, Веды, относятся к числу старейших текстов в мировой истории и были созданы преимущественно в бронзовом веке. Они охватывают как материальные, так и нематериальные аспекты жизни. Позднее, когда мудрецы сосредоточили свои исследования на природе сознания, полученные ими откровения легли в основу Упанишад. Эти тексты стали записью их прозрений, и основы индийской духовной мысли во многом восходят именно к ним.

Мудрецы поняли: чтобы постичь природу ума и обрести устойчивость, необходимы чистота помыслов и сосредоточение. Для достижения этой цели они разработали определенные духовные практики, которые в целом можно разделить на три пути: бхакти-йогу (йогу преданности), карма-йогу (йогу бескорыстного действия) и джняна-йогу (йогу самопознания).

Шри Нисаргадатта Махарадж был джняна-йогом. В 1932 году его Гуру, Шри Сиддхарамешвар Махарадж, раскрыл ему истинную природу человека и наставил медитировать на это понимание. Нисаргадатта Махарадж с величайшим усердием следовал этому наставлению и через три года обрел непоколебимое знание — он достиг Самореализации.

На протяжении почти 50 лет Махарадж щедро делился этим знанием со всеми искренними искателями. Люди со всего мира приходили в его скромный дом в узком переулке Мумбаи. На их вопросы он давал исчерпывающие ответы, каждый раз находя слова, соответствующие настроению и уровню понимания вопрошающего. Для мудреца, достигшего самореализации, такой процесс происходит спонтанно, без малейших усилий мысли.

Человеческий ум, как сознательно, так и бессознательно, склонен отождествлять себя с телом, его именем и формой. Это отождествление и мешает нам осознать наше истинное «Я» — Атман, который бесформен, лишен атрибутов и является чистым сознанием. Джняна-йог, тщательно исследуя этот вопрос, размышляет о нем и в итоге осознает свою истинную природу. Это называется «прямым путем» — его можно сравнить с полетом птицы, которая устремляется прямо к вершине. Это первая часть духовного поиска.

Затем ищущий медитирует и постепенно утверждается в знании чистого сознания. Он постигает, как оно возникает, как поддерживается и как угасает. Это понимание ведет к конечному освобождению.

Просветленного мудреца, осознавшего возникновение, поддержание и угасание собственного сознания, называют садгуру. Такой учитель, в свою очередь, способен познакомить с этой истиной ищущего и передать ему посвящение.

В отсутствие живого мастера сама Самость, или «чистое сознание», также почитается как Садгуру.

Махарадж объяснял садхану (духовную практику) следующим образом:

· Слушание (Шравана). Пристальное внимание к учениям садгуру неизбежно приводит к внутренней трансформации. Классический пример — диалог между Шри Кришной и Арджуной в «Бхагавад-гите». Арджуна внимал учениям во время битвы на Курукшетре и обрел освобождение. Когда перемена уже произошла, необходимость в слушании отпадает.
· Бхаджаны. Пение религиозных гимнов и воспевание имен Бога очищает читту (внутренний ум). В такие моменты мирские мысли отступают на задний план. Для некоторых людей это является наилучшей практикой.
· Мантры. Это безмолвное повторение имени Бога или особой мантры (тайного набора слов, полученного от гуру), требующее сосредоточения на дыхании. Мантра обычно дается во время посвящения. Поскольку ум и дыхание тесно связаны, эта практика очищает прану — жизненную силу. Со временем мантра становится самой формой божества, а ум растворяется, приводя практикующего в состояние самадхи (йогического транса).
Мудрец Вальмики, который был разбойником до встречи с Нарадой, получил от него мантру. Повторяя ее, он преобразился и впоследствии создал великий эпос «Рамаяна». Очищение праны может также привести к обретению духовных сил (сиддх), присущих чистому сознанию, хотя осознанный человек (джняни) обычно воздерживается от их использования.
· Медитация (Дхьяна). Для очищения ума лучше всего подходит дхьяна, или медитация. Махарадж советовал медитировать по полчаса после пробуждения и перед сном. Вот его наставление: «Сядьте прямо, выпрямив спину. Созерцайте: "Я не есть тело. Я бесформен. Я есть самосияющее, чистое сознание". Пребывайте в осознании этого чистого сознания, без слов, пока не забудете о себе, оставаясь только сознанием. Не визуализируйте никаких божеств и не повторяйте никаких имен. Просто быть и сохранять осознанность "Я ЕСМЬ" — это начало и конец духовной практики».

Махарадж также дал важный житейский совет: «Поиск счастья — вот причина страданий». Мир — это вместилище желаний и страхов. Истинная отрешенность приносит покой. Тревога «что же будет со мной?» исчезает благодаря отрешенности.

Наши представления о себе, наше эго, подпитываются нашими же устремлениями. Поэтому искателю рекомендуется отказаться от личных амбиций. В конечном счете, цель поиска — достижение самореализации, которая находится за пределами времени.

Ощущение «Я есть» всегда присутствует в настоящем моменте. Вечность заключена в этом «сейчас». Мы упускаем это из виду, потому что наш ум постоянно блуждает между прошлым и будущим. Нужно понять: не существует ничего, чего стоило бы бояться.

Сознание и мир появляются вместе и исчезают вместе. Это две стороны одной медали. Мир существует ровно до тех пор, пока существует ум. Он появляется с рождением тела. Осознайте: мир внутри вас, а не вы внутри мира. Махарадж говорил: «С вашей точки зрения, вы рождаетесь и умираете. С моей точки зрения, мир появляется и исчезает». Мы не можем изменить мир, но мы можем изменить себя и стать свободными от желаний и страха.

Встреча с садгуру — самое ценное событие в жизни искателя. Само чувство беспокойства, эта божественная неудовлетворенность миром, является благословением Гуру.

Искателю следует следовать учению с любовью и верой. Важно не воспринимать Гуру только как физическое существо; гораздо важнее искренне следовать его наставлениям.

Я впервые встретился с Махараджем 14 мая 1977 года, и через два дня он провел мое посвящение. Обычно я приходил к нему по вечерам в четверг и воскресенье. Первые полгода были для меня очень трудными: услышанное полностью противоречило моим традиционным знаниям, вызывая внутренний конфликт. Махарадж учил, что нечего достигать и нечего терять, но нужно понять — не интеллектуально, а на самом деле — как возникает и исчезает сознание и как оно связано с миром.

Я начал записывать важные фразы, чтобы потом размышлять над ними. Эти записи и стали основой «Нирупан».

Махарадж не был ни проповедником, ни философом, ни миссионером. Он говорил о собственном, непосредственно пережитом опыте, и говорил простым языком. Он утверждал, что если взять несколько его ключевых фраз и постоянно размышлять над ними, можно стать свободным.

Мне выпала удача находиться в священном присутствии Махараджа на протяжении четырех лет, вплоть до последнего дня его физической жизни.

Пусть отрывки на следующих страницах приведут вас к Истине. Это неизбежно.

— Динкар Кширсагар