Судьбы великих в истории

Тема в разделе 'История', создана пользователем Лакшми, 18 мар 2017.

  1. Оффлайн
    Лакшми

    Лакшми Дятел

  2. Оффлайн
    Лакшми

    Лакшми Дятел



  3. Оффлайн
    Лакшми

    Лакшми Дятел


  4. Оффлайн
    Лакшми

    Лакшми Дятел

  5. Оффлайн
    Mitiay

    Mitiay Пользователь


    Судьба Дантеса - живой пример того, что человека на земле далеко не всегда ждет возмездие. Умер он от старости в 1895 году, т. е. почти через 60 лет после злосчастной дуэли, успев при этом стать
    Раскрыть Спойлер
    мэром города Сульц, офицером, а после и командором Почетного легиона, сенатором Франции. При этом он поддерживает тесные связи с русским посольством во Франции, встречается по служебной необходимости с самим Николаем Первым, что, в сочетании с заменой первоначального приговора "повешение" на всего лишь высылку из России, дает богатую пищу для измышлений конспирологов. Сам он говорил, что своей великолепной карьерой он обязан именно дуэли с Пушкиным и высылке, что без этого он бы не поднялся выше командира полка в России.
    Дантес умер естественной смертью в 83 года, прожив долгую, насыщенную жизнь, в браке со старшей сестрой Натальи Гончаровой Екатериной у него родилось три дочери и сын, Екатерина умерла при последних родах в возрасте 32 лет.

    После дуэли Дантес жил во Франции, после смерти жены стал мэром города Сульц, был богат, известен и пользовался уважением в светских кругах.

    Последние годы жил в Париже.

    Младшая дочь Леония Шарлотта была ярой поклонницей творчества Пушкина и однажды сказала отцу, что он был убийцей такого великого человека, после этого они не разговаривали два года.

    Затем ее заточили в психиатрическую лечебницу, где она и умерла в 48 лет
  6. Оффлайн
    Mitiay

    Mitiay Пользователь

    За неделю до убийства он, выступая на митинге, посвящённом 20-й годовщине убийства его кумира Эрнесто Че Гевары, произнёс фразу, ставшую его эпитафией:
    «Революционеров можно убить, ИДЕИ— никогда»
    [​IMG]
    Это Томас Исидор Ноель Санкара, президент Буркина–Фасо.
    Президент жил на жалование армейского капитана, составлявшее $450 в месяц, а президентский оклад в $2000 перечислял в сиротский фонд (после свержения и убийства Санкары оказалось, что его личное имущество состояло из старого автомобиля «Пежо», купленного ещё до прихода к власти, холодильника со сломанным морозильником, трёх гитар и четырёх велосипедов).
    Одним из первых нововведений его правительства стало обнародование доходов и счетов всех госчиновников.

    Раскрыть Спойлер

    Более того, Санкара запретил устанавливать в своем кабинете кондиционер, поскольку ему «стыдно перед людьми, которым недоступна такая роскошь», и отказался санкционировать развешивание своих портретов в публичных местах и офисах в связи с тем, что «у нас в стране таких, как я, семь миллионов».
    Был продан весь правительственный автопарк, состоявший из «Мерседесов», вместо которых для нужд министров были приобретены «Рено 5» — самые дешёвые на тот момент автомобили в стране. Санкара урезал зарплаты чиновников, а также запретил им пользоваться личными шоферами и летать по авиабилетам первого класса. От чиновников требовалось сменить дорогие западные костюмы на традиционную хлопковую тунику, сшитую местными жителями.

    Под новый год администраторов обязывали сдать по месячному окладу в пользу социальных фондов. Уволив однажды половину кабинета, Санкара отправил их на коллективные фермы — трудиться на земле, «где от них будет больше пользы». Уже через три года после прихода Санкары к власти (в 1986 году) Всемирный Банк констатировал, что в Буркина-Фасо была полностью искоренена коррупция.
    ---------------------------
    Тома Санкара был убит 15 октября 1987 года в ходе государственного переворота, устроенного его другом и соратником, министром юстиции Блэзом Компаоре, заявившим, что Санкара ставил под угрозу международные отношения с Францией и соседним Кот-д’Ивуаром.
    Либерийский полевой командир Принс Джонсон, отвечая на вопросы Комиссии правды и примирения, утверждал, что переворот срежиссировал будущий диктатор Либерии Чарльз Тейлор[31]. Тела Санкары и двенадцати ближайших помощников, убитых в ходе государственного переворота, были расчленены и зарыты в безымянной могиле на кладбище Дагноен (Dagnoën) в Уагадугу[32], а жена и двое детей убитого президента бежали из страны[33]. Ряд КЗР продолжали оказывать вооружённое сопротивление армии на протяжении нескольких дней после убийства президента.

    Затем Компаоре отменил произведённые Санкарой процессы национализации, восстановил значительные жалования чиновникам и упразднил налог на медицину, введенный на их доходы в ходе революции. После выборов 1991 года, в которых приняло участие всего 25 % избирателей (90 % из которых отдали голоса за действующего президента)[34] Буркина Фасо приняла под гарантии Франции кредит от МВФ на $67 миллионов.
    Тома Санкара — автор стихов и прозы, создатель государственного гимна страны. За неделю до убийства он, выступая на митинге, посвящённом 20-й годовщине убийства его кумира Эрнесто Че Гевары, произнёс фразу, ставшую его эпитафией: «Революционеров можно убить, идеи — никогда»
  7. Оффлайн
    Лакшми

    Лакшми Дятел

  8. Оффлайн
    Лакшми

    Лакшми Дятел

  9. Оффлайн
    Mitiay

    Mitiay Пользователь

  10. Оффлайн
    Mitiay

    Mitiay Пользователь

    Водил рукой Господь Великий
    И кисти шли послушно вслед,
    И оживали волны, небо,
    И судьбы тех, кого уж нет...

  11. Оффлайн
    Лакшми

    Лакшми Дятел


  12. Оффлайн
    Mitiay

    Mitiay Пользователь

    [​IMG]
    ЧЕ ГЕВАРА: КАК ИЗ МАНЬЯКА СДЕЛАЛИ ГЕРОЯ.
    Единственная должность, в которой Гевара отличился, была должность начальника тюрьмы Ла Кабана, кубинским аналогом печально знаменитой московской Лубянки. Он любил наблюдать казни и лично осуществлял "coup de grace" - решающий выстрел. Один из узников Ла Кабаны, Пьер Сан Мартин, сумел выйти оттуда живым и описал порядки, царившие под начальством Гевары. Его воспоминания опубликованы 28 декабря 1997 года в газете "El Nuevo Herald". "Жестоко избитый четырнадцатилетний мальчик был брошен в тюрьму. Когда сокамерники его спросили, за что он попал сюда, мальчик ответил, что пытался защитить своего отца, которого забирали на расстрел. Вскоре за мальчиком пришли и забрали его из камеры. "Затем через окно мы увидели его, стоящим на пропитанной кровью площадке для казней и услышали лающие команды самого Че Гевары", - вспоминает Сан Мартин. "'На колени!', - орал Гевара мальчику. 'Убийцы!' - закричали мы через окно. 'Я сказал, НА КОЛЕНИ!' - пролаял снова Гевара. Мальчик твердо посмотрел на Гевару. 'Если вы хотите меня убить', - закричал он, 'делайте это, когда я стою!' Затем мы увидели как Гевара вытащил из кобуры пистолет. Он приставил дуло к затылку мальчика, и раздался выстрел. Мальчик был буквально обезглавлен".
    Раскрыть Спойлер
    Гевара признавал, что он лично издал распоряжения о "нескольких тысячах" казней в первый год кастровского режима. Казни, включая самый момент разнесения черепа пятью выстрелами из пистолета 45-го калибра, были публичными. Гевара приказал своим пособникам, чтобы после казни они проводили семьи и друзей казненных вдоль крови, головных костей и мозгов расплесканных расстрельной командой. Если не считать достижений в убийстве связанных веревками людей с кляпом во рту, Гевара провалил всё, за что он брался в жизни. Гевара был главным палачом кастровского режима. При нем крепость Кабана была обращена в кубинскую Лубянку. Он был истинным чекистом: "всегда допрашивайте заключенных по ночам", командовал Гевара своим гориллам, "человека легче колоть ночью, его сопротивляемость ниже". Кубинский прокурор, позднее бежавший с Кубы, сообщает что Гевара подписал 400 смертных приговоров в первые месяцы командования тюрьмой Ла Кабана. Баскский священник Яки де Аспиазу, которого призывали для предсмертной исповеди и предсмертного обряда над заключенными, утверждает что Гевара лично распорядился о казни 700 человек в этот период. Кубинский журналист Луи Ортега знавший Гевару с 1954 года сообщает, что Гевара послал на казнь 1900 человек. Феликс Родригес, допрашивавший захваченного Гевару, сообщает что тот признал, что распорядился о "паре тысяч" казней, но смахнул их как "имериалистических шпионов и агентов ЦРУ". Гевара командовал массовыми казнями в тюрьме Ла Кабана и особенно наслаждался лично расстреливая заключенных в голову или шею. Он также с наслаждением проводил людей перед Эл Паредон, окрашенной кровью стеной, перед которой расстреливали узников. Че Гевара сегодня олицетворяет революцию. Такая икона для молодых бунтарей, которые хотят изменить мир. Он до сих пор успешно продаётся. Его образ – чуть ли не самый растиражированный в мире. Но люди, покупающие себе эти майки, кепки, кружки и другие побрякушки, редко задумываются о том, что Че Гевара был обычным маньяком и убийцей. Крайне жестоким и неуправляемым, так что даже соратники и сторонники к концу жизни отвернулись от него. Но Че Геваре повезло: он был выгоден красной пропаганде, и из него сделали образ непримиримого борца. Идеалист, романтик, интеллектуал, врач, поэт, мотоциклист, солдат, просто красавец... Комбо! Этого более чем достаточно, чтобы понравиться юным девам раз и навсегда. А то, что нравится юным девам, обычно очень хорошо продаётся. Тут, конечно, нельзя не отметить работу фотографа Альберто Корды, который в 1960-м году сделал ту самую фотографию. Люди любят глазами, и этот портрет стал документальным подтверждением кристально чистого образа Че и заставил Солнце над вождём Кубинской революции светить ярче. Но каким был этот вождь на самом деле? Эрнесто Гевара-младший родился в семье землевладельцев дворянского происхождения, что само по себе забавно. К этому можно добавить, что его бабушка и дедушка по отцу родились в США. Но если об их биографии Че особо не распространялся, то своим благородным происхождением от испанских и ирландских дворян часто хвастался, будучи уже убеждённым коммунистом. Может быть, поэтому защитник прав трудящихся сам предпочитал не работать. В два года Тэтэ (уменьшительно-ласкательное от Эрнесто) заболел астматическим бронхитом, который затем превратился в хроническую астму, сопровождавшую его всю жизнь и повлиявшую на его судьбу. Астма загнала Тэтэ домой, и воспитанием занималась мать, довольно рано познакомившая его с поэзией и философией. Мальчик читал книги, играл в шахматы и стремительно становился умнее своих сверстников. Директор школы в городке Альта-Грасия Эльба Росси потом вспоминала, что, несмотря на свой ум, Тэтэ был незаметен в классе, зато на игровой площадке был вожаком. В школьные годы он забавлялся тем, что ел мел, пил чернила, исследовал заброшенные шахты и играл в корриду с бараном. У его ровесников эти поступки вызывали трепет и благоговение. В остальном детство будущего героя революции было самым обычным (побеги из дома, уличные драки и так далее), за исключением нескольких эпизодов. Аргентинский профессор-экономист Альберто Бенегас Линч в своей книге "Mi primo el Che" пишет: "Однажды одна из моих тёток рассказала мне, что совсем юный Че получал наслаждение, причиняя страдания животным и настаивая на том, что смерть – это не так уж и плохо". Карлос Фигероа, друг юности Че, рассказывал, что прозвал товарища El Gallo Rápido, Быстрым Петухом. Однажды во время обеда с друзьями Че заставил девушку-служанку забраться на стол и заняться с ним сексом. Когда он закончил, он прогнал служанку и продолжил есть как ни в чём не бывало. Неизвестно, были ли Линч и Фигероа как-либо мотивированы, но если насчёт дружка могут быть сомнения, то не очень понятно, зачем известному учёному врать о словах своей тётушки. Так что садистские наклонности Че, скорее всего, проявились уже в детстве. В Кордобе, куда Эрнесто поступил в колледж, он продолжил "школьную" линию поведения. Друзья по учёбе вспоминают, что Че любил быть "плохим парнем". Например, его называли Свиньёй за то, что он хвастался, насколько редко он моется сам и стирает свою одежду (без стирки он мог обходиться больше месяца). В 1947 году умерла его бабушка, что вкупе с постоянным желанием избавиться от астмы подтолкнуло его к решению стать врачом. В 1948-м Че поступил в Университет Буэнос-Айреса и приступил к изучению медицины. В 1952-м Эрнесто предпринял то самое путешествие на мотоцикле по Латинской Америке, описанное в "Дневниках мотоциклиста". Кстати, эту поездку, как и следующую, спонсировала его семья, сам Че по-прежнему предпочитал не работать. В 1953-м Эрнесто познакомился в Гватемале со своей первой женой, Хильдой Акоста, но уже в 1954-м году он бежал из страны из-за военного переворота. Че считал, что США задавили "последнюю латиноамериканскую революционную демократию". Его супруга позже писала, что именно события в Гватемале окончательно убедили Че в необходимости вести вооружённую борьбу против империализма. Эрнесто уехал в Мехико, где наконец приступил к врачебной практике. Вскоре через своих друзей на Кубе он познакомился с Раулем Кастро, который в свою очередь свёл его с братом Фиделем. Братья во второй раз собирались свергать Батисту. В ноябре 56-го маленькая яхта "Гранма" с заговорщиками взяла курс на Кубу. Кубинская пропаганда учит, что там Че Гевара стал гениальным партизанским военачальником, а современная американская – что половину войны он провалялся в приступах астмы. Но очень вероятно, что боевая слава Че действительно несколько преувеличена. Сам Че в своих дневниках указывал, что революционные силы за два года (!!!) гражданской войны потеряли убитыми всего 20 человек. Кстати, в формировании его образа команданте участвовала не только Куба, но и США, поскольку американские СМИ в те годы восхищались Че. Особой доблестью или военными знаниями Че не отличался. Напротив, его боевые товарищи отмечали, что он ничего не смыслит в военном деле. Тем не менее, Фидель использовал его кровожадность и быстро превратил в главного палача революции. В своих дневниках, в стихах и письмах Че постоянно писал о "жажде крови". Во время Кубинской революции он имел возможность её удовлетворить. Однажды он лично казнил крестьянина-проводника, которого не захотел убивать телохранитель Фиделя Кастро. "В этот момент мне открылось, что я действительно люблю убивать", – написал Эрнесто-младший в письме своему отцу, Эрнесто-старшему. После победы повстанцев Че казнил пленных солдат и всех, кто подозревался в поддержке режима Батисты. Его соратник Камило Сьенфуэгос, который на Кубе почти так же знаменит, вспоминал, что Че "утопил в крови" городок Санта-Клара: трупы были на каждом углу. С января по июнь 1959-го Че проводил большую часть времени в крепости Сан-Карлос-де-ла-Кабанья, которая была превращена в тюрьму с пыточными камерами. Среди заключённых было и немало детей. Один из узников в возрасте 12-14 лет оказался в тюрьме из-за того, что пытался помешать казни своего отца. Его казнил лично Че Гевара. Причём, убивая, он выстрелил мальчику в шею, пытаясь его обезглавить. Команданте это почти удалось. Один из диссидентов, который 28 лет провёл в кубинской тюрьме, позже сравнивал Фиделя и Че. По его словам, Кастро, убивая, просто избавлялся от своих политических противников и врагов. Он убивал и сам, но для него убийство было чем-то утилитарным, необходимым для того, чтобы утвердить свою власть. Че же получал от убийств наслаждение. По словам тюремного священника, в течение этих 6 месяцев Че Гевара лично руководил 700 расстрелами в Ла-Кабанье. Феликс Родригес, который позже настиг Че в Боливии и наблюдал его расстрел, вспоминал, что революционер признался ему в "паре тысяч" казней. Че был уверен, что поступал правильно, поскольку казнил "империалистских шпионов и агентов ЦРУ". Неизвестно, говорит ли Родригес правду, но ответ этот был вполне в духе Че. Согласно "Чёрной книге коммунизма", всего за первый год после революции расстрельные команды Че казнили более 14 000 человек. При Че на Кубе также начала работу тайная полиция. Её жертв сначала отвозили на государственную станцию скорой помощи. Там штамповались особые свидетельства о смерти, где было написано, что причиной смерти стало всё что угодно, только не огнестрельные ранения. Семьям видеть трупы, естественно, не позволялось. Гробовщик Ибрагим Кинтана, который сбежал с Кубы в 1962-м, рассказывает, что в 80% случаев на телах погибших имелись отверстия от пуль. Из-за этого число жертв тайной полиции до сих пор неизвестно. В 1960-м Че Гевара открыл на полуострове Гуанаакабибес трудовой лагерь. Туда попадали все, кто как-либо подверг сомнению идеологию режима, а также гомосексуалисты или те, кто проявил "излишнюю" религиозность. Можно было угодить в лагерь даже за прослушивание рок-н-ролла. Этот лагерь положил начало системе лагерей UMAP на Кубе, куда впоследствии отправлялись все диссиденты, геи, католики, свидетели Иеговы и прочие неблагонадёжные. Там тоже было весело. Одних заключённых заставляли стричь траву зубами, других на весь день погружали в дерьмо – такой вот коммунистический быт. В 1961-м Кастро назначил Че Гевару министром промышленности Кубы, но последствия его работы оказались для экономики катастрофическими. Для СССР спонсирование Кубы становилось всё более дорогим. В 1964-м Москва намекнула Кастро, что пора бы прекратить это безобразие. Че Гевара крепко обиделся и вскоре, в декабре того же года, выступил в Алжире с антисоветской речью. Едва он прилетел на Кубу, Кастро быстро вернул непокорного Че в его просоветское русло. К счастью, Че к этому времени надоел и Советскому Союзу, и лично Кастро, который давно хотел от него избавиться. Команданте отправили в Боливию готовить революцию, но никакой поддержки из Кубы он не получил. Там его и настиг агент ЦРУ Феликс Родригес. Так бы и забыли все про Эрнесто. Но красные победили и подняли Че Гевару на свои знамена. А представьте, сложись история по-другому, может быть, ходили бы мальчики и девочки в футболках с портретами Шамиля Басаева или Усамы бен Ладена.
    https://varlamov.ru/2035712.html^5^
  13. Оффлайн
    Mitiay

    Mitiay Пользователь

    [​IMG]
    ТРАГЕДИЯ ЕСЕНИНА

    3 октября исполнилось 124 года со дня рождения великого русского поэта Сергея Есенина.В 100-летний юбилей с поэта сняли клеймо самоубийцы и в храмах стали поминать его за упокой.Низкий поклон за это Виктору Ивановичу Кузнецову, многолетние архивные изыскания которого увидели свет в книге "Тайна гибели Есенина".

    Раскрыть Спойлер

    Есенин был убит на допросе, во время которого подвергался истязаниям. На руках его были порезы, вены перерезаны, левый глаз вытек, на лбу глубокий шрам - об этом есть свидетельства даже в тех фальшивых воспоминаниях, которые были написаны по заказу ГПУ после смерти поэта. В "Англетере" он не останавливался, а уже мертвым был перетащен в нежилой, наспех меблированный пятый номер, из следственной тюрьмы ГПУ, которая находилась в доме по соседству.Стихотворение "До свиданья, друг мой, до свидания", которое было главным козырем в версии о само-убийстве, на самом деле в рукописи не подписано - даты под ним нет. Оно не могло быть посвящено В.Эрлиху - он не был "у него в груди", не был его близким другом, а только шапочным знакомым. Он был сотрудником ГПУ. Назван В.Кузнецовым и предполагаемый убийца и истязатель - Яков Блюмкин, и заказчик убийства - Л.Троцкий.Этот "демон революции" и ее "архитектор" писал в 1919 году: "Мы должны превратить Россию в пустыню, населенную белыми неграми, которой мы дадим такую тиранию, которая никогда не снилась даже жителям Востока. Путем кровавых бань мы доведем русскую интеллигенцию до полного отупения, до идиотизма, до животного состояния" (статья "Издыхающая котнрреволюция").Есенин изобразил его в "Стране негодяев" под фамилией Чекистов и вложил в его уста страшные пророческие слова:
    Я приехал сюда не как еврей, А как обладающий даром
    Укрощать дураков и зверей… Странный и смешной вы народ!
    Жили весь век свой нищими И строили храмы Божии.
    Да я б их давным-давно/ Перестроил в места отхожие.


    В том же произведении поэт поставил и "диагноз" происходящего в стране:
    Пустая забава, одни разговоры.
    Ну что же, ну что же вы взяли взамен?
    Пришли те же жулики, те же воры
    И законом революции всех взяли в плен.


    О том же он говорил и писал своим друзьям: "Тошно мне, законному сыну российскому, в своем государстве пасынком быть… Россиею правит Троцкий-Бронштейн… А он не должен править".
    Есенин мешал товарищам не только своими политическими высказываниями, но и тем, как он писал о "Руси уходящей" и о Руси вечной, неуничтожимой ее мистическими врагами. Поэта травили в газетах, ему подсылали "друзей", которые его спаивали, провоцировали на скандалы, в большинстве своем все эти "друзья" были тайными агентами ГПУ. Поэта не раз вызывали на Лубянку - вообще травили его несколько лет, как зверя, на которого объявлена всеобщая охота."Меня хотят убить", - не раз говорил он своим подлинным друзьям. А в стихах пророчествовал:
    И первого меня повесить нужно, скрестив мне руки за спиной
    За то, что песней хриплой и недужной мешал я спать стране родной.


    Сам он заявил, что вся его жизнь была отказом от той православной религиозности, в которой его воспитывали сначала в семье, а потом в церковно-приходской школе. Но если мы внимательно вчитаемся в стихи Есенина, то увидим, как сопротивлялся его "сокровенный человек" этому насилию, недаром незадолго до кончины он написал:
    "Неужели под душой.. Так же падаешь, как под ношей?
    Есенин, как и всякий великий поэт, был выразителем духа времени, был голосом поколений. И еще в 1915 году он написал о том выборе, который сделает вскоре народ:

    Из церковных кирпичей Те палаты - казематы
    Да железный звон цепей. Не ищи меня ты в Боге,
    Не зови любить и жить.Я пойду по той дороге
    буйну голову сложить

    .Мрачное пророчество, если вспомнить, что в 20-е годы множество "церковных кирпичей" станет служить стенами тюрем и лагерей…

    Последнее редактирование модератором: 8 окт 2019
  14. Оффлайн
    Mitiay

    Mitiay Пользователь

    Интересная тема...^41^ о Пушкине.

    Раскрыть Спойлер

    могут ли нам что либо приоткрыть эти строки Поэта^11^:
    Пора, мой друг, пора! [покоя] сердце просит —
    Летят за днями дни, и каждый час уносит
    Частичку бытия, а мы с тобой вдвоём
    Предполагаем жить, и глядь — как раз — умрём.
    На свете счастья нет, но есть покой и воля.
    Давно завидная мечтается мне доля —
    Давно, усталый раб, замыслил я побег
    В обитель дальную трудов и чистых нег.

    Пушкин (1834)

    Какой патриот, какому народу ни принадлежал бы он, не хотел бы выдрать несколько страниц из истории отечественной?
    П. Вяземский
  15. Оффлайн
    Mitiay

    Mitiay Пользователь

    Каким образом власти Германии(Гитлер) запустили инновационные и амбициозные программы, в то время как “Новый курс” Рузвельта помог лишь незначительно.
    ЭКОНОМИЧЕСКАЯ программа Третьего Рейха - оказалась гораздо более целенаправленной и на редкость эффективной.^34^
    24.jpg
    В обращении, в декабре 1941 года, Гитлер сравнил действия своего правительства и президента Рузвельта в свете мирового экономического кризиса./
    “Принимая во внимание, что немецкий Рейх испытал огромные успехи в социальной, экономической и культурной жизни всего за несколько лет при национал-социалистическом руководстве”, сказал он, “президент Рузвельт не смог даже немного улучшить состояние своей собственной страны. Эта задача должна была быть намного легче в Соединенных Штатах, с 15 людьми на квадратный километр, по сравнению со 140 в Германии. Если экономическое процветание невозможно в той стране, это должен быть результатом отсутствия желания правительства или полной некомпетентности ответственных за это людей. Всего за пять лет экономические проблемы решены в Германии, и безработица была устранена. Во время этого же самого периода президент Рузвельт намного увеличил государственный долг своей страны, обесценил доллар, еще больше разрушил экономику, а количество безработных оставил на прежнем уровне”. В другом обращении того же года, Гитлер сравнил социальные, политико-экономические системы Соединенных Штатов, Советского Союза и Германии./42 “Мы теперь узнали две [социально-политических] крайности”, сказал он. “Одна - капиталистические государства, использующих мошенничество и обманывающие свои народы, отказывая им в самых основных жизненных правах. С другой стороны, мы видели [в Советском Союзе] коммунистическую противоположность: государство, которое принесло ужасные страдания миллионам собственных граждан, и которое стремиться проделать это с другими. Из этой [осведомленности], по моему мнению, следует, что у нас только одно обязательство - бороться за наши национал-социалистические идеалы … Заявляю, что у нас преобладающий принцип не тот что в советской России, принцип так называемого равенства, а скорее принцип справедливости”.
    Раскрыть Спойлер
    Могли ли принципы экономической политики Гитлера сработать в Соединенных Штатах?
    Эта политика является, вероятно, наиболее осуществимой в странах, таких как Швеция, Дания и Нидерланды, с хорошо образованным, самодисциплинированным и этнически культурно связанным населением и традиционно сильным идеалом «члена общества» с соответственно высоким уровнем социального доверия.
    Принципы экономической политики Гитлера менее применимы в Соединенных Штатах и другие обществ с этнически культурно разнообразным населением, заметно индивидуалистической, «либеральной» традицией. /43 Дэвид Ллойд Джордж — был британским премьер-министром во время Первой мировой войны - сделал обширный тур по Германии в конце 1936 года. В статье, опубликованной впоследствии в ведущей лондонской газете, британский государственный деятель вспоминал то, что он увидел.
    “Независимо от того, что можно думать о его методах [Гитлера]”, написал Ллойд Джордж, “несомненно, что он достиг чудесного преобразования в духе людей в их отношении друг к другу, и в их социально-экономической сфере. “Справедливо утверждалось в Нюрнберге, что через четыре года его движение создало новую Германию. Это была не Германия первого десятилетия, после войны — сломленная, удручающе бессильная. Зато теперь она полна надежды и уверенности, и возрождена смыслом жить без вмешательства любого влияния из-за границы. “ Впервые появилось чувство защищенности. Люди более веселые. Это - более счастливая Германия. Я видел это везде, и англичане, которых я встретил во время своей поездки, были очень впечатлены изменениями”.
    Хотя предубеждения и невежество препятствовали более широкой осведомленности и пониманию принципов экономической политики Гитлера , его успех в экономической политике был признан историками, включая ученых, которые обычно очень критически настроены по отношению к немецкому лидеру и политике его режима. Джон Лукэкс, американский историк венгерского происхождения, книги которого удостоились похвалы многих его коллег, написал: “Успехи Гитлера, внутри страны были экстраординарными …, Он принес процветание и уверенность немцам, процветания, которое является результатом уверенности. Тридцатые годы, после 1933 года, были одними из лучших годов для большинства немцев;”./45 Себастьян Хэффнер, влиятельный немецкий журналист и историк, который был также ярым критиком Третьего Рейха и его идеологии, рассмотрел жизнь и деяния Гитлера. Хотя его изображение немецкого лидера в "The Meaning of Hitler" - довольно резкое, автор все равно пишет:/46 “Среди этих положительных достижений Гитлера есть один, затмевающий все другие - его экономическое чудо”. В то время как остальная часть мира была все еще в экономическом параличе, Гитлер сделал “Германию островом процветания”. В течение трех лет, Хаффнер продолжает, “ Беспомощность и безнадежность уступили место уверенности . Еще более удивителен был тот факт, что переход от депрессии до экономического бума был достигнут без инфляции при полностью стабильной заработной плате и ценах …, Соответственно благодарное изумление, с которым немцы реагировали на то чудо, которое явил Гитлер, переориентировало немецких рабочих от социал-демократов и коммунистов к Гитлеру и после 1933 года. Это изумление полностью доминировало над настроением немецких масс и во время периода 1936 - 1938 года …” «Масштаб нацистского успеха в развитии экономики не должен быть недооценен», завершает Найэл Фергюсон, преподаватель Гарвардского университета истории. «Это было реально и очень впечатляюще. Никакая другая европейская экономика не достигла такого быстрого восстановления...Volksgemeinschaft [национальное сообщество] было большим, чем простой риторикой; это означало полную занятость, более высокую заработную плату, стабильные цены, исчезающую бедность, дешевые радиоприемники (Volksempfänger) и отпуска. Слишком легко забыто, что в Германии было больше баз отдыха, чем концентрационные лагерей между 1935 и 1939 годом. Рабочие стали лучше обучены, фермеры видели, что их доходы повысились. И при этом иностранцы не были не впечатлены тем, что происходило. Американские корпорации включая Standard Oil, General Motors и IBM стремились, чтобы вложить капитал непосредственно в немецкую экономику»./47 Джоаким Фест, другой выдающийся немецкий журналист и историк, рассмотрел жизнь Гитлера в приветствуемой и всесторонней биографии. “Если бы Гитлера убили или он погиб в результате несчастного случая в конце 1938 года”, написал он, “его бы называли одним из самых великих немецких государственных деятелей в истории Германии”. /48 “Никакие объективные наблюдатели не могли отрицать значительные деяния Гитлера”,отметил американский историк Джон Толэнд. “Если бы Гитлер умер в 1937 на четвертой годовщине его прихода к власти …, то он, несомненно, стал бы одной из самых великих фигур в немецкой истории. Всюду по Европе у него были миллионы поклонников"

    Одним из самых влиятельных и читаемых американских экономистов ХХ века является Джон Кеннет Гэлбрейт. Он был советником нескольких президентов, и некоторое время служил послом США в Индии. Он был автором нескольких десятков книг, и в течение многих лет преподавал экономику в Гарвардском университете. Что касается Германии, то Гэлбрейт писал: “...ликвидация безработицы в Германии в годы Великой Депрессии без инфляции -- и с первоначальной опорой на общественные мероприятия -- было выдающимся достижением. Его практически не заметили. Мнение, что Гитлер не мог сделать ничего хорошего для экономики, было более правдоподобно, чем все остальное” Гитлеровский режим, продолжает Гэлбрейт, задействовал “внушительные кредиты для государственных расходов, и поначалу это были в основном общественные работы - строительство железных дорог, каналов, жилья, автобанов. Результат был гораздо более эффективным в плане снижения безработицы, чем в любой другой стране.” / 1 “Позже он также написал, “Безработица в Германии исчерпана. К 1936 году высокий доход поднял цены ... Германия, в конце тридцатых годов, была при полной занятости и стабильных ценах. В мире экономики было совершено уникальное достижение.” /2 - отметил экономист, “признавая, что стремительное приближение к полной занятости возможно только в случае контроля заработной платы и цен. То, что страна, угнетаемая до этого экономическим бедствием так поддержала Гитлера, как это сделали американцы, поддерживая Рузвельта, не удивительно”./ 3 Другие страны, писал Гэлбрэйт, не поняли и не учились на немецком опыте: “Немецкий пример был поучителен, но не убедителен. Британские и американские консерваторы смотрели на нацистскую экономическую систему как на ересь - постоянные расходы и кредиты - все они предсказывали скорый крах… И американские либералы, и британские социалисты смотрели на репрессии, СА, концентрационные лагеря, ораторское искусство Гитлера и полностью проигнорировали экономику. Ничто хорошее [верили они], даже полная занятость, не могут исходить от Гитлера”./ 4 Спустя два дня после вступления в должность канцлера, Гитлер обратился к стране по радио. Хотя он и другие лидеры НСДАП ясно дали понять их намерение реорганизовать национальную, социальную, политическую, культурную и образовательную жизнь в соответствии с Национал - социалистическими принципами, все знали, что, с приблизительно шестью миллионами безработными народное хозяйство находится в параличе, и приоритет состоял в том, чтобы восстановить национальную экономическую жизнь, прежде всего занявшись безработицей и обеспечив людей работой. “Страдание наших людей ужасно созерцать!”, сказал Гитлер в этой речи при вступлении в должность. / 5 “Наряду с голодными безработными миллионами промышленных рабочих, мы имеем обнищание всего среднего класса и ремесленников. Если этот крах дойдет и до немецких фермеров, то мы столкнемся с катастрофой невиданного масштаба. Это было бы не только крахом страны, но и наследия человеческой культуры и цивилизации сроком более 2000 лет …” Гитлер сказал, “... решит важную задачу реорганизации нашей национальной экономики посредством двух четырехлетних планов. Немецкий фермер должен быть спасен, чтобы поддержать поставку продовольствия и, в последствии, национальный жизненный фонд. Немецкий рабочий будет спасен от краха всеобъемлющим наступлением на безработицу”. “В течение четырех лет”, обещал он, “безработица должна быть решительно преодолена …, у марксистских партий и их союзников было 14 лет, чтобы показать то, что они могут сделать. Результат - куча руин. Теперь, народ Германии, дайте нам четыре года и затем судите нас!” Отклоняя непрактичные экономические взгляды некоторых радикальных активистов своей партии, Гитлер обратился к людям, доказавших свои способности и компетентность. Прежде всего он включил в список помощь Ялмара Шахта, выдающегося банкира и финансиста с впечатляющим опытом и в частном бизнесе и в государственной службе. Даже при том, что Шахт не был, конечно, никаким национал-социалистом, Гитлер назначил его президентом Центрального банка Германии, Рейхсбанка, и затем министром экономики. После взятия власти, пишет профессор Джон Гаррэти, выдающийся американский историк, Гитлер и его новое правительство “немедленно начали всеобщее наступление на безработицу ….Они стимулировали частную промышленность через субсидии и налоговые платежи, поощряя потребительские расходы такими средствами как брачные кредиты, а также реализуя крупную программу общественных работ, которая создала автобаны [систему шоссе], жилье, железные дороги”./6 Новые лидеры режима также преуспели в том, чтобы убедить немцев, настроенных раньше скептически и даже враждебно, своей искренностью и организаторскими способностями. Это созданное доверие и уверенность, которая в свою очередь поощрила бизнесменов вкладывать свой капитал, а потребителей тратить свои деньги и без опаски смотреть в будущее. Гитлер и его национал-социалистическое правительство победили безработицу в течение четырех лет. Число безработных было сокращено с шести миллионов в начале 1933, когда Гитлер только пришел к власти, до одного миллион в 1936./ 7 Уровень безработицы упал так быстро, что к 1937-38 году в стране был трудовой дефицит./ 8 Для большой массы немцев заработная плата постоянно росла, а условия труда улучшались. С 1932 до 1938 реальный еженедельный доход увеличился на 21 процент. Если принять во внимание налог и страховые отчисления увеличение реального еженедельного дохода во время этого периода составляло 14 процентов. В то же время арендные платы остались стабильными, и было относительное снижение затрат на свет и отопление. Цены фактически уменьшились для некоторых товаров народного потребления, таких как электроприборы, часы, а также для некоторых продуктов. «Потребительские цены повысились по среднему годовому показателю всего на 1,2 процента между 1933 и 1939», отмечает британский историк Найэл Фергюсон. «Это означало, что немецкие рабочие были более обеспечены в реальных, а также номинальных выражениях: между 1933 и 1938 годом, еженедельно чистый доход (после уплаты налога) повысился на 22 процента, в то время как прожиточный минимум повысился всего на семь процентов». Даже после внезапного начала войны в сентябре 1939, доход рабочих продолжал повышаться. К 1943 средний почасовый доход немецких рабочих повысился на 25 процентов, и еженедельный доход на 41 процент./ 9 «Нормальный» рабочий день для большинства немцев составлял восемь часов, и плата за сверхурочную работу была щедра./10 В дополнение к более высокой заработной плате, преимущества включали заметно улучшенные условия труда, такие как лучшие условия здоровья и безопасности, столовые с горячей едой, стадионами, парками, театры и концерты, выставки, спортивные состязания, танцы, курсы обучения взрослых, и туризм./11 Уже существующая сеть программ социального обеспечения, включая страховку по старости и программу национального здравоохранения, была расширена. Гитлер хотел, чтобы у немцев был “максимально возможный уровень жизни”, сказал он в интервью с американским журналистом в начале 1934 года. “По моему мнению, американцы правы в своем нежелании обеспечить всех всем возможным, американцы скорее поддерживают принцип лестницы. Однако каждому человеку нужно предоставить возможность взобраться по этой лестнице”./12 В соответствии с этой перспективой, правительство Гитлера способствовало предоставлению широких возможностей улучшить себя и продвинуться вперед. Профессор Гаррэти отмечает: “Это не подлежит обсуждению, что нацисты поощрили рабочий класс социально-экономической подвижностью”. Чтобы поощрить приобретение новых навыков, правительство значительно расширило программы профессионального обучения и предложило щедрые стимулы для дальнейшего продвижения рабочих./13 При национал-социалистической идеологии, пишет историк Джон Гаррэти, “Режим был склонен благосклонно относиться к обычному немцу. У рабочих … было собственное место в системе”. В соответствии с этим, режим предоставил дополнительные льготы рабочим, которые включали субсидированное жилье, недорогие экскурсии, спортивные программы и более приятные условия работы./14 В подробной и критической биографии Гитлера историк Джоаким Фест признал: “Режим настоял, чтобы не было диктата одного социального класса над другими, необходимо предоставлять всем классам возможность совершенствоваться, это фактически продемонстрировало классовый нейтралитет нацистов … Эти меры действительно были прорывом в сравнении со старыми социальными структурами. Они ощутимо улучшили материальное положение большой части населения”. /15 Несколько цифр дают общее представление о том, как улучшалось качество жизни. По сравнению с 1932 годом в 1938 году продовольственное потребление увеличилось на одну шестую, текстильный товарооборот вырос больше чем на четверть, а продажа мебели и предметов домашнего обихода на 50 процентов. /16 В эпоху довоенного времени, винное потребление повысилось на 50 процентов, а потребление шампанского увеличилось впятеро./17 Между 1932 и 1938 годом, объем туристических перевозок более чем удвоился./18 Немецкое производство автомашин, которое включало автомобили, сделанные компаниями "Форд" и "Опель", удвоилось за пять лет 1932 - 1937, в то время как экспорт автомашин из Германии увеличился восьмикратно. Количество авиапассажиров в Германии более чем утроилось с 1933 до 1937./19 Немецкий бизнес возродился и процветал. В течение первых четырех лет национал-социалистической эры увеличилась в четыре раза чистая прибыль крупных корпораций, а предпринимательский доход повысился почти на 50 процентов./20 Между 1933 и 1938 годами, отмечает историк Найэл Фергюсон, «валовой внутренний продукт Германии вырос, в среднем, на одиннадцать процентов в год», без значительного увеличения уровня инфляции./ 21 “Дело состояло в том, чтобы все сделать еще лучше”, пишет еврейский историк Рихард Грунбергер в своем детальном труде, "The Twelve-Year Reich". “За эти три года, между 1942 и 1939 годом, немецкая промышленность расширилась так, как за предыдущие 50 лет”. /20 Хотя немецкие компании процветали и управляли своей прибылью, согласно закону она все еще оставалась ограниченной./21 В начале 1934 года, дивиденды для акционеров немецких корпораций ограничивались шестью процентами ежегодно. Нераспределенную прибыль инвестировали в государственные облигации Рейха, у которых была годовая доходность в шесть процентов, а затем, после 1935 года, четыре с половиной процента. Эта политика имела предсказуемый эффект корпоративного реинвестирования и самофинансирования, таким образом сокращая объемы кредитования у банков и, более глобально, уменьшая влияние коммерческого капитала./ 22 Ставки налога на корпорации постоянно поднимались от 20 процентов в 1934 до 25 процентов в 1936 году, и к 40 процентам в 1939-40 годах. Руководители немецких компаний могли предоставить премии менеджерам, но только если они были непосредственно пропорциональны прибыли./ 23 Между 1934 и 1938 годами, налогооблагаемый доход немецких бизнесменов увеличился на 148 процентов, а полный налоговый объем увеличился во время этого периода на 232 процента. Число налогоплательщиков подоходного налога - тех, которые зарабатывают больше чем 100 000 марок ежегодно - увеличилось во время этого периода на 445 процентов. (В отличие от этого, число налогоплательщиков самого низкого уровня дохода - тех, которые зарабатывают меньше чем 1 500 марок ежегодно - увеличилось только на пять процентов.)/ 24 Налогообложение в национал-социалистической Германии было «резко прогрессивным» с большого дохода, платили пропорционально больше, чем те, кто имел более низкий доход. Между 1934 и 1938 годами, средняя налоговая ставка на доходы больше чем 100 000 марок повысилась с 37,4 процента до 38,2 процента. В 1938 немцы с низким налоговым бременем составляли 49 % населения и 14 % национального дохода, но заплатили только 4,7 % общих налоговых поступлений. Те, кто находился в самой высокой доходной категории, кто составлял всего один процент населения, но 21 % дохода составили 45 % от общего налогового бремени.
    Евреи составили приблизительно один процент общей численности населения Германии, когда Гитлер пришел к власти. В то время как новое правительство быстро предпринимало меры, чтобы устранить их из национальной политической и культурной жизни, евреям разрешили "существовать" в экономической жизни в течение нескольких лет. Фактически, много евреев извлекли выгоду из мер по экономическому возрождению. В июне 1933, например, Гитлер одобрил крупномасштабные правительственные инвестиции 14,5 миллионов марок в еврейскую фирму Hertie, берлинскую сеть универмагов. Это было сделано, чтобы предотвратить крушение крупной фирмы, и, прежде всего, увольнения ее 14 000 сотрудников./26 Профессор Гордон Крэйг, который в течение многих лет преподавал историю в Стэнфордском университете, указывает: “В розничной торговле и текстильной промышленности, еврейские фирмы продолжали работать с определенной пользой до 1938 года, и в Берлине и Гамбурге. В финансовой области никаких серьезных ограничений не были установлено для деятельности еврейских фирм на Берлинской фондовой бирже и до 1937 года банки Мендельсона, Блейхродера, Арнольда, Дрейфуса, Штрауса, Варберга, Офхэюзра, и Беренса были все еще на плаву”./ 27 Спустя пять лет после того, как Гитлер пришел к власти, еврейская роль в деловой жизни была все еще значительной, и евреи все еще держали значительные активы недвижимости, особенно в Берлине. Это изменилось в 1938 году, и к концу года все 1 939 евреев были вышвырнуты из немецкой экономической жизни. Уровень преступности Германии упал в течение правления Гитлера, со значительными падениями уровней убийства, грабежа, воровства, растрат и мелкого воровства./ 28 Улучшений здравоохранения и улучшение общих перспектив немцев произвели на многих иностранцев впечатление. “Младенческая смертность была значительно уменьшена и была значительно ниже по сравнению с Великобританией”, написал сэр Арнольд Уилсон, который посетил Германию семь раз после того, как Гитлер пришел к власти. “Туберкулез и другие болезни практически исчезли. У уголовных судов никогда не было так мало работы, а в тюрьмах никогда не было столь немного граждан. Это - удовольствие наблюдать немецкую молодежь. Даже самые бедные люди были лучше одеты, чем раньше, а их веселые лица свидетельствуют о заметном психологическом воодушевлении , которое было вызвано происходящими событиями”.
    Улучшенное психологическо-эмоциональное состояние немцев во время этого периода было также отмечено социальным историком Рихардом Грунбергером. “Не может быть сомнений”, писал он, “Эта [национал-социалистическая] власть породило широко распространенное улучшение эмоционального здоровья; и это не было только результатом экономического подъема, но и национальной идентификации многих немцев”. /30 Австрия испытала подъем после того, как она присоединилась к немецкому Рейху в марте 1938 года. Немедленно после аншлюса, чиновники принялись устранять социальное бедствие и оживлять неэффективную экономику. Инвестиции, промышленное производство, жилищное строительство, потребительские расходы, туризм и уровень жизни повысились также быстро, как и в Рейхе. Между июнем и декабрем 1938 года, еженедельный доход промышленных рабочих Австрии повысился на девять процентов. Успех национал-социалистического режима в устранении безработицы был так быстр, что американский историк Эван Берр Буки был тронут этим, и назвал это “одним из самых замечательных успехов в развитии экономики в современной истории”. Уровень безработицы в Австрии понизился от 21,7 % в 1937 году к 3,2 % в 1939. Австрийский ВНП повысился на 12,8 % в 1938 году, и 13,3 % в 1939 году./31 Важный момент состоял в резком увеличении уровня рождаемости. В течение года после того, как Гитлер пришел к власти, немецкий уровень рождаемости подскочил на 22 процента. Этот уровень рождаемости оставался высоким даже в 1944 - за год до окончания Второй мировой войны./32 С точки зрения историка Джона Лукэкса, этот скачок в уровне рождаемости был выражением “оптимизма и уверенности” немцев во время правления Гитлера. “В 1938 и 1939, самое высокое количество браков во всей Европе было зарегистрировано в Германии, обойдя даже "продуктивные" народы Восточной Европы. Феноменальное повышение немецкого уровня рождаемости в тридцатых было еще более бурным, чем повышение количества браков. ”/33 “Национал- социалистическая Германия, первая среди стран, населенных белыми, преуспели в том, чтобы достигнуть увеличения населения”, отмечает выдающийся американский историк шотландского происхождения Гордон А. Крэйг "с резким повышением уровня рождаемости после того, как Гитлер пришел к власти, и устойчивым ростом в последующие годы".
    В длинном обращении к Рейхстагу в начале 1937 года, Гитлер вспомнил те обещания, которые он дал, когда его правительство приняло власть. Он также объяснил принципы, на которых его политика базировалась и обобщил то, что было достигнуто за четыре года.
    “…Те , кто говорит о 'демократических государствах' и 'диктатурах'”, сказал он, “просто не понимают, что та революция, которая произошла в этой стране, результаты которой можно считать демократичными в самом высоком смысле слова, если у демократии есть какое-либо реальное значение… Национал-социалистическая революция не имела цели превратить привилегированный класс в класс, который не будет иметь никаких прав в будущем. Ее цель состояла в том, чтобы дать равные права тем, кто не имел никаких прав…, Наша цель состояла в том, чтобы позволить немцам быть активными, не только в экономическом, но также и в политическом плане. В течение прошлых четырех лет, мы увеличили немецкое производство во всех областях до невиданных высот. И это увеличение было выгодно всем немцам”. В другом обращении два года спустя, Гитлер говорил кратко об успехе в развитии экономики его режима: /36 “Я преодолел хаос в Германии, поднял производство во всех областях нашего народного хозяйства, поощрил новые изобретения, построил дороги и каналы, создал гигантские фабрики, и в то же время пытался дать образование и культуру нашим людям для развития нашего общества. Я преуспел в том, чтобы найти полезную работу для всех семи миллионов безработных, оставил немецкого фермера на его земле, несмотря на все трудности, восстановил процветающую ныне немецкую торговлю, и дал толчок движению к самому большому”. Часто утверждается, даже некоторыми уважаемыми учеными, что успех Гитлера в восстановлении национальной экономической системы базировался в основном на правительственных расходах для перевооружения и подготовке к войне. Это - миф. Поскольку известный британский историк А. Дж. П. Тейлор отметил:
    "Восстановление экономики Германии, которое было завершено к 1936 году, не опиралось на перевооружение; это было вызвано, главным образом, щедрыми расходами на общественные работы, особенно на автобаны, и эти расходы на общественные нужды стимулировали также частные расходы, как и [британский экономист Джон Мэйнард], говорит Кейнс. Гитлер фактически экономил на вооружении, несмотря на его хвастовство, частично потому что он хотел избежать непопулярности, которую вызовет сокращение немецкого уровня жизни, но больше от уверенности, что он всегда преуспевает в блефе. Таким образом, как это ни парадоксально, в то время как почти все остальные страны в Европе ожидали большую войну, Гитлер ее ни ожидаемый, ни планировал”. Американский историк Джон Гаррэти сравнил американские и немецкие действия в ответ на Великую Депрессию в статье, опубликованной в American Historical Review.
    Он написал: “Эти два движения [то есть, в США и в Германии], тем не менее, реагировали на Великую Депрессию похожими способами, отличными от других промышленных стран. Из этих двух нацисты были более успешными в устранении экономических бед 1930-х. Они свели к нулю безработицу и стимулировали промышленное производство быстрее, чем американцы, решили свои финансовые и торговые проблемы более успешно. Это произошло, потому что нацисты использовали дефицитную систему, финансировали общественные работы в более крупном масштабе и частично потому что их тоталитарная система предоставила лучшие системы мобилизации общества. К 1936 году Депрессия закончилась в Германии, а в Соединенных Штатах продолжалась.” Фактически, уровень безработицы в Соединенных Штатах остался высоким, пока стимуляция крупномасштабного военного производства не утвердилась окончательно. К марту 1940, американский уровень безработицы был все еще почти 15 процентов рабочей силы. Это была подготовка к войне, а не программа “Нового курса Рузвельта’, которые наконец принесут полную занятость./ 39 Профессор Вильгельм Лойхтенбург, выдающийся американский историк, известный лучше всего своими книгами о жизни и карьере Франклина Рузвельта, подвел итог президентского курса: “Новый курс оставил много проблем нерешенными и даже создал некоторые новые”, завершил Лойхтенбург. “Курс никогда не демонстрировал то, что мог достигнуть процветания в мирное время. Уже в 1941 году, число безработных все еще составляло шесть миллионов, и только в 1943 году безработные исчезли”./
    Контраст между немецкими и американскими экономическими реформами в течение 1930-х - все более поразителен, если принять во внимание то, что у США было значительно больше природных богатств, включая большие нефтяные запасы, а также более низкую плотность населения и никаких враждебных, хорошо вооруженных соседей. В обращении, в декабре 1941 года, Гитлер сравнил действия своего правительства и президента Рузвельта в свете мирового экономического кризиса./