Помни о смерти

Тема в разделе 'Тема смерти', создана пользователем Эриль, 16 авг 2019.

  1. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Страх смерти является базовой функцией человека и главной составляющей, на которой зиждутся все принципы работы ума. Давайте рассмотрим пристальнее этот процесс.

    Причина страха смерти кроется в бессознательном и реализуется известным явлением в виде инстинкта самосохранения, задача которого обеспечить максимальную безопасность индивидуума. Итак, человек боится смерти, боится даже думать о ней, всеми силами ограждая себя от мыслей об этом. Причём игра ума происходит часто и так: ну что ж, я всё равно когда-нибудь умру, так зачем об этом думать?

    Как же так, ведь человек венец природы, высшее существо?

    Раскрыть Спойлер

    По сути, мы просто высшие животные с развитым интеллектом, с возможностью думать и создавать более сложные ассоциативные цепочки и только. Мы всё так же боимся смерти, темноты, одиночества, высоты, боли – то есть боимся умереть.… Стоит ли этого бояться? Как избавиться от страха смерти?

    От него невозможно «избавиться», тем или иным способом можно проработать навык действовать, невзирая на страх или приглушить влияние этого чувства.

    Только лишь рост уровня осознанности является единственным методом работы со страхом.

    Постоянная работа над собой, постоянное ежесекундное развитие своего осознания, приведёт к освобождению от страха смерти.

    Техническая сторона вопроса: наше сознание отождествлено с физическим телом и человек иллюзорно воспринимает, осознаёт себя как тело. МНЕ больно, Я хочу спать, Я боюсь, Я устал, а ведь все эти признаки относятся к категории физической функции. Как сознание может бояться смерти, ведь только тело умирает, тело чувствует усталость, боль, хочет спать. Кстати, а вы знаете, что можно вообще не спать? Точнее, физическое тело будет в состоянии сна, а сознание будет всё осознавать и способно на активные и полностью контролируемые действия.

    Из-за нашего иллюзорного восприятия, состояния бессознательного, мы «верим», что мы есть тело, мы «забыли» о своей духовной сущности и поэтому мы продолжаем бояться, эго заменяет нам дух, со всеми вытекающими последствиями. И эго говорит, что всё это ерунда и нет ничего выше текущего состояния сознания, человек – высшее существо! Ты уже обладаешь сознанием и некуда развиваться, и это сон человека, неосознанность более высших состояний, например, состояния самосознания, которым человек на данный момент не обладает, а только думает, что обладает.

    Мы не осознаём 95% своего Я. Причина, по которой мы думаем, что осознаём себя на 100%, есть способность человека вспоминать и проводить ассоциации предыдущих мгновений. Таким образом, весь процесс «осознавания» сводится к банальному вспоминанию того, что случилось, что я думал, чувствовал, что делал и как реагировал долю секунды назад. Да, мы вообще не осознаём, мы лишь вспоминаем и анализируем.

    Что же всё-таки делать с самим страхом смерти?

    Не боритесь со страхом – это бесполезно, используйте его!

    Да-да, именно его использование даст хорошие результаты во всех жизненных направлениях. Во-первых, усиление чувства страха позволяет его лучше осознать и в дальнейшем освободиться от него. Во-вторых, страх – это чуть ли не единственное искреннее то, что даёт нам возможность действовать с полной отдачей в каком-либо процессе. Боитесь высоты – используйте этот страх, чтобы тренироваться в этом направлении, нужно бегать – представляйте, что ваше тело становится всё толще и более обрюзгшим, боитесь боли – причиняйте себе мышечную боль, которая появляется после хорошей физической тренировки.

    Хочу результат, а лень – найдите тот страх, который связан с отсутствием результата, с бездеятельностью в данном направлении, с тем, что будет, если вы не достигнете этого результата и усиливайте этот страх. Это очень хорошо подстёгивает в движении к цели, и вопрос лени отпадает сам собой. На самом деле, страх смерти нам не враг, а друг, самый эффективный помощник в достижении любой цели.

    Мысль о смерти – единственное, что способно закалить наш дух.
    Дон Хуан


    Ссылка
  2. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Поистине, страх смерти не зависит ни от какого знания: ведь животное испытывает этот страх, хотя оно и не знает о смерти. Все, что рождается, уже приносит его с собою на землю. Но страх смерти, говорят априори, не что иное, как оборотная сторона воли к жизни, которую представляем все мы.

    Оттого всякому животному одинаково прирождена как забота о самосохранении, так и страх гибели; именно последний, а не простое стремление избежать страданий, оказывается в той боязливой осмотрительности, с какою животное старается оградить себя, а еще более свое потомство, - от всякого, кто только может быть ему опасен.

    Почему животное убегает, дрожит и хочет скрыться? Потому что оно - всецело воля к жизни, а в качестве такой подвержено смерти и желает выиграть время. Таков же точно по своей природе и человек. Величайшее из зол, худшее из всего, что только может грозить ему, это смерть, величайший страх - это страх смерти.

    Раскрыть Спойлер

    Ничто столь неодолимо не побуждает нас к живейшему участию, как если другой подвергается смертельной опасности; нет ничего ужаснее, чем смертная казнь.

    Раскрывающаяся во всем этом безграничная привязанность к жизни ни в каком случае не могла возникнуть из познания и размышлений: напротив, для последних она скорее представляется нелепой, потому что с объективной ценностью жизни дело обстоит весьма скверно и во всяком случае остается под большим сомнением, следует ли жизнь предпочитать небытию; можно сказать даже так, что если бы предоставить свободу слова опыту и рассуждению, то небытие, наверное, взяло бы верх.

    Постучитесь в гробы и спросите у мертвецов, не хотят ли они воскреснуть, - и они отрицательно покачают головами. К этому же сводится и мнение Сократа, высказанное в "Апологии Платона"; и даже бодрый и жизнерадостный Вольтер не мог не сказать: "мы любим жизнь, но и небытие имеет свою хорошую сторону"; а в другом месте: "я не знаю, что представляет собою жизнь вечная; но эта жизнь - скверная шутка".

    Да и кроме того, жизнь, во всяком случае, должна скоро кончиться, так что те немногие годы, которые нам еще, быть может, суждено прожить, совершенно исчезают перед бесконечностью того времени, когда нас уже больше не будет.

    Вот почему при свете мысли даже смешным кажется проявлять такую заботливость об этой капле времени, приходить в такой трепет, когда собственная или чужая жизнь подвергается опасности, и сочинять трагедию, весь ужас которой имеет свой нерв только в страхе смерти.

    Таким образом, могучая привязанность к жизни, о которой мы говорили, неразумна и слепа; она объясняется только тем, что все наше внутреннее существо уже само по себе есть воля к жизни и жизнь поэтому должна казаться нам высшим благом, как она ни горестна, кратковременна и ненадежна; объясняется эта привязанность еще и тем, что эта воля,, сама по себе и в своем изначальном виде, бессознательна и слепа.

    Что же касается познания, то оно не только не служит источником этой привязанности к жизни, но даже наоборот" раскрывает перед нами ничтожество последней и этим побеждает страх смерти. Когда оно, познание, берет верх человек спокойно и мужественно идет навстречу смерти, то это прославляют как великий и благородный подвиг: мы празднуем тогда славное торжество познания над слепою волей к жизни, - волей, которая составляет все-таки ядро нашего собственного существа.

    С другой стороны, мы презираем такого человека, в котором познание в этой борьбе изнемогает, который во что бы то ни стало цепляется за жизнь, из последних сил упирается против надвигающейся смерти и встречает ее с отчаянием, а между тем в нем сказывается только изначальная сущность нашего я и природы.

    И кстати, невольно возникает вопрос: каким образом безграничная любовь к жизни и стремление во что бы то ни стало сохранить ее возможно дольше, - каким образом это стремление могло бы казаться презренным, низким и, в глазах последователей всякой религии, не достойным ее, если бы жизнь была подарком благих богов, который мы приняли со всею признательностью? И в таком случае можно ли было бы считать великим и благородным презрение к жизни?

    Артур Шопенгауэр
  3. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Страх смерти

    Когда речь заходит о страхе смерти, мы нередко сталкиваемся с заявлениями такого рода: "Я смерти не боюсь". Человек, утверждающий подобные вещи, очень часто бывает совершенно искренен и не надо обвинять его в легкомыслии или браваде. Обычно мы имеем дело просто с неточным пониманием сути этого выражения, с представлением о смерти как физическом факте — агонии тела и последующем провале в небытие (во всяком случае, для атеистически воспитанного сознания).

    Только внимательно рассмотрев всю объемную психологическую подоплеку смерти как явления бытия, мы начинаем понимать, что страх смерти есть один из важнейших детерминаторов человеческого поведения. Будучи фактом для обычного сознания неизбежным, смерть редко становится предметом серьезных раздумий или насущной озабоченности — какой резон страшиться того, что неминуемо произойдет рано или поздно, независимо от нашего отношения и степени нашей осмысленности этого?

    Так рассуждает почти всякий, и страх смерти совершенно естественным образом уходит в подсознательное, скрывается за целым комплексом защитных механизмов и реакций, уходит так глубоко, что личность искренне погружается в утешительную иллюзию: страх смерти побежден, для меня он больше не существует.

    У интеллектуалов такое заблуждение приобретает особенно рафинированный вид — познакомившись с идеями объективного идеализма и целым рядом подобных в этом отношении философских доктрин, а иногда восприняв умозрительно религиозные учения, где смерть всегда есть особо важный момент, рассматриваемый с пристальным вниманием, они находят там для себя приемлемые, успокоительные воззрения (творческие натуры, кроме того, могут создать свои собственные) и выстраивают в уме миф о смерти и миф о себе.

    Каким же образом происходит разоблачение страха смерти? Во-первых, следует показать, что страх смерти — вовсе не игрушка, а одно из важнейших препятствий на пути духовного знания, а для этого его надо извлечь из подсознательного и раскрыть все многообразие масок, надеваемых этим чувством, когда оно доминирует во внутреннем мире человека. Мы рассмотрим лишь важнейшие деформации страха смерти в сознании человека:

    Раскрыть Спойлер


    1) Первейшей и наиболее явной маской страха смерти является страх одиночества.

    Их связь в подсознательном настолько очевидна, что нет нужды останавливаться здесь подробно. Достаточно сказать, что общаясь с себе подобными, мы так или иначе делимся с ними своим внутренним бытием, делая его как бы шире, и радуемся призрачному своему продолжению, отдавая другим часть своей энергии и получая соответственно от них — данный процесс носит обоюдный характер. Особое выражение страх одиночества получает в желании иметь детей, так как здесь обмен энергиями имеет исключительно сильный характер.


    2) Привязанность и любовь — непосредственный и логический результат страха одиночества.

    Встречая личность наиболее подходящую нам в эмоциональном и психологическом плане (особенно в тех случаях, когда поиск был долгим и трудным), человек испытывает чувство чуть ли не экстатическое, — ярче всего это бывает в юности, когда социальные связи не устоялись, а уверенность в своих силах невысока, безудержная благодарность легко превращается в привязанность или дружбу (если личность одного с ним пола), либо в любовь (если личность противоположного пола). С такой точки зрения смерть и любовь действительно тесно связаны друг с другом, и психоанализ, достаточно много раскрывший в этой области, здесь как нигде близок к истине — если оставить в стороне мифические спекуляции вокруг либидо и танатоса.


    3) Влечение к чувственным удовольствиям и впечатлениям, прежде всего, имеет весьма косвенное отношение к физиологическим потребностям организма.

    То, что чувственность, хотя и является результатом в первую очередь органической конституции физического существа, у человека служит главным образом средством защиты от страха смерти, легко подтверждается обычным наблюдением: интенсивность чувственности часто сильно изменяется в сторону уменьшения, когда индивид находит другой предмет для сосредоточенного внимания, если тот с успехом может исполнять ту же роль (творчество, наука, бизнес и т. п.). То же касается и впечатлений — зрелища и путешествия превращаются в манию, если другие виды активности по какой либо причине оказываются неудовлетворительными.


    4) К иной группе метаморфоз страха смерти относится страх потери времени.

    Спешка и нетерпение, широко распространенные в современном обществе, обязаны своим возникновением глубоко скрываемому в подсознательном страху конца, страху перед ограниченностью существа во времени.


    5) Отсюда рождается страсть к деятельности.

    Погружение в активность, которую нам не следует недооценивать, ибо она есть причина всего масштабного прогресса человечества, есть, тем не менее, все тот же страх смерти, который здесь, как и во многих других случаях, исполняет роль движущего импульса, порой весьма плодотворного, но имеющего источник пагубный и разрушительный.


    6) Воля к славе и борьба за лидерство — наиболее отвлеченные к этом ряду.


    Они естественным образом вырастают из страсти к деятельности и влечения к чувственным удовольствиям (впечатлениям), которые мы уже упоминали. При вдумчивом анализе здесь легко найти и желание расширить себя на более долговечные явления (история, искусство и т. д.), и желание повысить собственную значимость, чтобы личная смерть индивидуума стала серьезным событием для продолжающих жить — еще одна защитная конструкция перед лицом страха смерти.


    7) Влечение к сексуальной активности, которое фрейдистская школа ставит во главу угла всей своей психологической доктрины, есть лишь наиболее универсальное средство в раду всех защитных конструкций.

    Потому оно и может показаться центральным или основополагающим. Ибо оно черпает силы изо всех приведенных выше явлений начиная со страха одиночества и заканчивая борьбой за лидерство. Конечно, следует помнить, что мы отвлекаемся здесь от чисто физиологической стороны дела, так как сексуальность в чистом виде есть продукт биологической эволюции вида, и только в мифологии человеческого сознания приобретает эту специфическую защитную функцию.


    Мы не перечислили все проявления страха смерти, но сказанного уже достаточно для того, чтобы понять простую истину: всякое сознание, не видоизмененное при помощи специальной дисциплины, несет в себе страх смерти, даже когда всячески его отрицает. Перед тем, как обратиться непосредственно к дисциплине, цель которой — устранение страха смерти, надо отметить следующее: страх смерти понуждает личность к действию, и потому в данной структуре мира выполняет исключительно важную роль. Ординарное сознание, лишенное этого движителя, обречено на апатию, полное оскудение, психологический распад и бесцельное прозябание. Вот почему по мере исчезновения страх смерти в дисциплине дона Хуана заменяется другими, более адекватными ее целям стимулами.

    Книга «Тайна Карлоса Кастанеды» Алексей Ксендзюк
  4. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Продолжение...

    Из далекой и непостижимой силы, внушающей только смиренный ужас, смерть в учении дона Хуана превращается в равноправного партнера, противника, с которым можно вступить в поединок и даже победить его. Более того, как основной побудитель к действию, смерть оказывается совершенно необходимой идеей в жизни воина. Она не является более просто неизбежным горем, она способствует продвижению воина по пути, и вызывает, таким образом, не столько страх, сколько признательное уважение. И наоборот — идея бессмертия, полюбившаяся религиозным учениям и дающая ложное чувство безопасности, по дону Хуану, — вредное и губительное представление.

    Раскрыть Спойлер

    "Идея смерти является колоссально важной в жизни магов, продолжал дон Хуан. — Я привел тебе неисчислимые аргументы относительно смерти, чтобы убедить тебя в том, что знание о постоянно угрожающем нам неизбежном конце и является тем, что дает нам трезвость. Самой дорогостоящей ошибкой обычных людей является потакание ощущению, что мы бессмертны, как будто если мы не будем размышлять о собственной смерти, то сможем избежать ее.

    <… > Без ясного взгляда на смерть нет ни порядка, ни трезвости ума, ни красоты. Маги борются за достижение очень важного понимания…: у них нет ни малейшей уверенности, что их жизнь продлится дольше этого мгновения. <…>

    — Да, — продолжал он, — мысль о смерти — это единственное, что может придать магу мужество. Странно, правда? Она дает магу мужество быть искусным без самомнения, но самое главное — она дает ему мужество быть безжалостным без чувства собственной важности." (VIII, 110–111)

    Действительно, странно. Благая весть о спасении бессмертной души, выходит, нужна только тем, кто ищет на этой земле убежища, кто бежит в страхе от смерти и спасается сладкими грезами о всеблагом Господе, чьею Силою он будет избавлен от небытия. Устранение страха смерти через ее отрицание (что достаточно популярно как в мировых религиях, так и в ряде мистических школ всех направлений), по дону Хуану, — просто глупость. Во-первых, это обманчивая мечта, во-вторых — красивая обертка, скрывающая горькую пилюлю нашего человеческого бессилия. Смерть как решающий факт существования должен быть почтительно признан, и только так достигается подлинное бесстрашие, высокий покой перед лицом надвигающейся бездны. Быть может, такая позиция для большинства людей просто невыносима.

    "Когда воина начинают одолевать сомнения и страхи, он думает о своей смерти.
    — Это еще труднее, дон Хуан. Для большинства людей смерть — это что-то неясное и далекое. Мы никогда всерьез не думаем о ней.
    — Почему?
    — А зачем?
    — Зачем? Потому что идея смерти — единственное, что способно закалить наш дух." (II, 220)

    Собственно говоря, это известный психологический факт, чем меньше мы думаем о смерти, тем больше боимся ее. Именно страх заставляет нас не думать о смерти, считать ее "чем-то неясным и далеким", хоть подсознательно мы знаем, что это неправда. Смерть — штука достаточно близкая и предельно конкретная в своих ужасных симптомах. Но как превратить эту идею в определенное, постоянное, более того — позитивное чувство? Непостижимость любого волевого акта останавливает нас и погружает в недоумение.

    "Дон Хуан всегда говорил, что единственным средством, сдерживающим отчаяние, является осознание смерти как ключа к магической схеме существования. Он утверждал, что осознание нашей смерти является единственной вещью, которая даст нам силу вынести тяжесть и боль нашей жизни и боязни неизвестного. Но он никогда не говорил мне, как вывести это осознают на передний план. Каждый раз, когда я просил его об этом, он настаивал, что единственно важным фактором является волевой акт, — иначе говоря, я должен принять решение сделать это осознание свидетелем своих действий. " (V, 516)

    Значительную помощь в совершении подобного волевого акта может оказать максимальное приближение факта смерти к чувственному его переживанию. Например, Мирра Ришар, духовная сподвижница Шри Ауробиндо (известная среди последователей под именит "Мать"), сказала по этому поведу: "Одно из самых сильных средств для преодоления страха — решительно обратиться лицом к тому, чего вы боитесь. Вы оказываетесь лицом к лицу с опасностью и больше не боитесь ее. Страх исчезает. Этот способ рекомендуется с йогической точки зрения, с точки зрения дисциплины. В древних обрядах инициации, особенно в Египте, чтобы практиковать оккультизм, как я рассказывала вам в прошлый раз, необходимо было полностью избавиться от страха смерти. Один из методов, который практиковали в те времена, заключался в том, что неофита укладывали в саркофаг на несколько дней, словно он умер. Разумеется, его не оставляли умирать от жажды или удушья, он просто лежал там, как мертвый. Считалось, что это избавит от всех страхов." (Мать. Собрание сочинений, т. 6, с. 50.)

    Проблески этого важного понимания довольно часто посещали Карлоса, так что он зря расстраивается, думая, что не получил от дона Хуана достаточных инструкций. Понимание превращается в чувство всякий раз, когда смерть действительно кажется нам близкой и неизбежной. Даже простенькая песенка может в подобной ситуации вызвать подлинное переживание, как это случилось с Кастанедой, которого дон Хуан и дон Хенаро привели на ужасающее рандеву с древними видящими:

    "Услышав, как они (дон Хуан и дон Хенаро — А. К.) распевают слова, которые я всегда считал сентиментальной дешевкой, я вдруг подумал, что постиг дух воина. Дон Хуан намертво вбил в меня формулу: воин всегда живет бок о бок со смертью. Воин знает, что смерть — всегда рядом, и из этого знания черпает мужество для встречи с чем угодно. Смерть — худшее из всего, что может с нами случиться. Но поскольку смерть — наша судьба, и она неизбежна, мы — свободны. Тому, кто все потерял, нечего бояться. Я подошел к дону Хуану и Хенаро и обнял их, чтобы выразить бесконечную благодарность и восхищение." (VII, 462)

  5. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Продолжение...

    И Чогьям Трунгпа пишет о том же: "трусость — это попытка прожить жизнь так, как если бы смерть совсем не существовала."

    С точки зрения психологии можно утверждать, что страх смерти — источник большей части всех видов страха, знакомых человеку. Рефлексивная природа нашего ума на этой почве создает любопытную разновидность потакания себе — страх страха. Таким образом, даже когда мы не испытываем страха самого по себе, нас преследует ожидание страха, которое уже есть страх, и выбраться из этого порочного круга нет никакой возможности. Страх постоянен и вездесущ.

    "Мы предпочитаем прятаться в джунглях и пещерах своей личности. Когда мы таким образом прячемся от мира, мы чувствуем себя в безопасности. Мы можем полагать, что успокоили свой страх, но на самом деле мы заставили себя онеметь от страха… Мы так опасаемся собственного страха, что омертвляем свое сердце.

    Путь трусости состоит в том, чтобы прочно заключить себя в кокон, в котором мы увековечиваем свои привычные стереотипы. Когда мы постоянно воссоздаем основные стереотипы поведения и мышления, у нас никогда не возникнет желание вырваться на свежий воздух, встать на новую почву." (Чогьям Трунгпа. "Шамбала: священный путь воина.")

    Как видите, страх, кроме всего, является мощной фиксирующей силой. Если вспомнить, что обязательным условием сдвига точки сборки является возникновение новых привычек (т. е. изменение всех стереотипов поведения и мышления), то станет ясно, почему страх парализует всякое движение по пути воина. Нагуаль открывается только в моменты абсолютного бесстрашия, что есть, по сути, готовность умереть в любой момент без трепета и сожаления о себе.

    "Скажем так, основным правилом для тебя должна быть готовность к смерти, когда ты приходишь встречаться со мной, — сказал он. — Если ты приходишь сюда, готовый умереть, то не будет никаких ловушек, неприятных сюрпризов и ненужных поступков. Все должно мягко укладываться на свое место, потому что ты не ожидаешь ничего." (IV, 157)

    Более того, готовность к смерти в дисциплине дона Хуана настолько абсолютна, что переходит в качественно новое состояние, когда воин уже считает себя мертвым.
    "Видишь ли, воин рассматривает себя как бы уже мертвым, поэтому ему нечего терять. Самое худшее с ним уже случилось, поэтому он ясен и спокоен
    ." (IV, 32)
  6. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Продолжение...

    Не правда ли, очень яркая и доступная иллюстрация к абстрактной концепции анатмана (отсутствие "я"), провозглашенной буддизмом? Сила учения дона Хуана как раз и заключается в этой удивительной конкретности подхода, когда безо всяких теоретических рассуждений само чувство непосредственно поражает сознание и тем самым интенсивно трансформирует его.

    "Символическая смерть" мага, о которой дон Хуан как-то рассказал Кастанеде, вспоминая годы своего ученичества в молодости, есть не что иное как жизненная реализация вышеприведенной метафоры. Если хоть раз столкнулся с полным крушением всех надежд и всякого смысла эгоистического существования, то можешь "рассматривать себя мертвым" с достаточным основанием, опираясь на реально пережитый опыт.

    Конечно, на самом деле все не так просто. Эго обладает удивительной живучестью и «воскресает» при малейшей возможности, потому проблема воина состоит прежде всего в концентрации внимания на достигнутом чувстве, в постоянном укреплении и стабилизации его. Всякая жизненная ситуация должна служить напоминанием об этом важном опыте, и с этой целью дон Хуан вводит идею «смерти-советчицы».

    Уже на ранних этапах обучения он предлагает Кастанеде прочно усвоить новый стереотип поведения и мышления в отношении к смерти. Простой, но эффективный прием заключается в визуализации смерти как тени, неотступно сопровождающей человека немного позади его левого плеча.
    (III, 483)

    Смерть-советчица — очень сильный и неожиданный образ. Принятый всерьез, он может радикально изменить весь строй жизни человеческого существа. Например, дон Хуан утверждает, что смерть-советчица помогает воину пробудить волю, т. е. способность непосредственно манипулировать энергетическими потоками, исходящими из его тела: "Когда воин достиг терпения, он на пути к своей воле. Он знает, как ждать. Его смерть сидит рядом с ним на его циновке. Они друзья. Смерть загадочным образом советует ему, как варьировать обстоятельства и как жить стратегически. И воин ждет. Я бы сказал, что воин учится без всякой спешки, потому что знает, что ждет свою волю." (II, 325)

    Каким же образом смерть помогает воину добиться своего? В первую очередь, благодаря тому, что отсутствие страха смерти способствует развитию таких важных качеств, как терпение и отрешенность.

    "Только мысль о смерти может дать человеку отрешенность, достаточную для того, чтобы принуждать себя к чему бы то ни было, равно как и для того, чтобы ни от чего не отказываться…
    <Воин> должен полностью понимать, что он сам целиком отвечает за свой выбор и что если он однажды сделал его, то у него нет больше времени для сожалений или упреков в свой адрес."
    (II, 324)

    Здесь выявляется психологическая основа для того особого отношения к собственным действиям, что дон Хуан называет принятием ответственности за свои поступки. Он постоянно требует от Кастанеды именно такого отношения к жизни — отношения, не допускающего истощающих колебаний или сомнений.

    Любопытно, что подобная позиция одновременно исключает и оборотную сторону страха — надежду. Мы нечасто отдаем себе отчет, как тесно связаны между собой эти два психологических феномена.

    Чогьям Трунгпа в уже цитированной нами книге разъясняет:
    "Чтобы преодолеть страх, необходимо также избавиться от надежды. Когда вы надеетесь на что-то и ваша надежда не сбывается, вы испытываете разочарование и шок. Если же надежда сбывается, вы приходите в возбуждение — успех окрыляет вас. Вы как бы постоянно катаетесь на "американских горках" — то вверх, то вниз. Неистовый воин никогда не испытывает ни малейшего сомнения в самом себе, поэтому ему не на что надеяться и нечего бояться. Сказано, что неистовый воин никогда не попадает в ловушку надежды, благодаря чему достигает бесстрашия."

    Глубокие метаморфозы личности, о которых здесь шла речь, могут вызвать у читателя неприятное чувство. Как-то слишком далеко заходит дон Хуан в своем требовании исключить из жизни целую область человеческих эмоций и переживаний. Что-то холодное и мертвенное мерещится в образе воина, победившего страх смерти. К сожалению, путь нелегок, и в нем действительно встречаются этапы, малопривлекательные для обычного человека. Даже надежда, которая, как известно, "умирает последней", здесь мертва с самого начала. Это путь. Он жесток, но прекрасен.

    Мастер дзэн-буддизма Сэкисо Кэйсе, хорошо знающий все перипетии подобной дисциплины, описал путь кратко, но ярко. Быть может, его слова послужат для вас проводником в безупречный мир воина:

    "Оставьте все ваши страстные стремления. Забудьте детские забавы. Превратитесь в куски безупречной глины. Пусть вашей единственной мыслью будет вечность. Станьте подобием холодного и безжизненного пепла или старого подлампадника над заброшенной могилой…

    Обладая простой верой в это, упражняйте, соответственно, свое тело и ум, превращая их в лишенные жизни куски камня или дерева. Когда будет достигнуто состояние полной неподвижности и бессознательности, все признаки жизни исчезнут, но вместе с ними исчезнут также и все ограничения. Никакая мысль не будет беспокоить ваше сознание. И вдруг — о чудо! — совершенно неожиданно вас озарит божественный свет. Это можно сравнить с лучом света в кромешной мгле или сокровищем, найденным бедняком… Все станет так легко и свободно. Все ваше существо лишится всяких ограничений. Вы почувствуете себя свободным, легким и прозрачным. Ваш просветленный взор проникнет в самую природу вещей, которые отныне станут для вас подобием множества сказочных цветов, воздушных и неосязаемых. Так проявляется наше простое «я», наша истинная первозданная природа, во всей своей удивительной прекрасной наготе."
  7. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Откуда в нас страх смерти? Мы боимся смерти не из-за самой смерти — ведь она нам неизвестна. Как можно бояться того, с чем вы еще не сталкивались? Как можно бояться того, что вам неизвестно? Чтобы бояться чего-то, вы должны, по крайней мере, это знать. Так что на самом деле вы боитесь не смерти; ваш страх — нечто другое.

    На самом деле вы никогда не жили — вот что вызывает страх смерти.


    Страх появляется из-за того, что вы еще не жили, поэтому и боитесь: «Я еще не жил, и если придет смерть, то что же тогда? Не испытав удовлетворения от жизни, совсем не пожив, я уже умру». Страх смерти появляется только у тех, кто недостаточно жив. Если вы живы, вы радушно примете смерть. В этом случае никакого страха нет. Вы познали жизнь, теперь хотели бы познать и смерть. Но мы так боимся жизни, что не познаем ее, не входим в нее глубоко. Это и порождает страх смерти.

    Техника Медитации Ошо “Вхождение в Смерть”
  8. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Смерть - внешняя, но глубоко личная для каждого воспринимающего существа сила, конечным результатом воздействия которой на существо становится распад его энергетической формы, вследствие чего этот пучок единых ощущений втягивается и погружается в темное море осознания и становится развоплощенным сознанием, а осознавание существа прекращается и жизнь его превращается в ничто.

    Прекращение осознания – это уничтожение точки сборки, разрушение структурированного восприятия (тоналя), а, значит, исчезновение субъекта сознания и растворение его в великих эманациях Орла.


    Природа смерти

    Согласно описанию магов cмерть воспринимающего существа становится возможной по причине того, что это команда Орла. В момент рождения любое существо автоматически намеренно соглашается с этой командой. Такой порядок вещей для любого существа возможно изменить только с помощью сдвига точки сборки путем задействования этим существом своего намерения.

    Осуществляется эта команда Орла с помощью опрокидывающего аспекта накатывающей силы, стремящегося расколоть энергококон каждое мгновение чему препятствует кольцевой аспект этой же силы.

    Не будет большой ошибкой сказать, что причина смерти в рождении. Ведь данная при рождении энергетическая форма, этот удерживаемый в единстве силой жизни конгломерат энергетических волокон, принципиально не способна бесконечно выдерживать натиск накатывающей силы.

    По мере того, как сила жизни существа расходуется (видящие это наблюдают как потускнение некой свечи внутри светящегося энергококона существа) его просвет все больше расширяется (у далекого от смерти существа он закрыт), и, ожидающая этого момента смерть, подступает все ближе, пока не прикасается к нему.


    Прикосновение смерти и вызывает раскол энергококона, через просвет которого опрокидыватель врывается внутрь и разрывает его на отдельные волокна, которые возвращаются туда, откуда и пришли - в нагваль.

    Важно понимать, что смерть это не констатация факта прекращения осознавания (возможна смерть, т.е. потеря энергетической формы и без потери осознания), а реальная сила которая этому способствует, присутствие которой возможно видеть. И эта сила охотится.

    То, каким образом она предстает перед видящим глубоко личное дело, целиком и полностью зависящее от его предпочтений и темперамента. Например, видящие, которым свойственна склонность к мистике и легко с людьми, видят ее как человекоподобную личность с пустыми глазами. Но, в принципе, она может быть всем чем угодно: от животного и растения до песка и камня или кольца листьев.
    Это неопределенное присутствие сопровождает любое воспринимающее существо в течении всей его жизни. У человека смерть располагается на расстоянии вытянутой руки сзади слева. Если очень быстро оглянуться назад, то (имея достаточной количество личной силы) увидеть смерть за левым плечом как некое темное пятно может каждый. Свою смерть. Смерти как абстракции в реальной вселенной не существует.

    Когда человек близок к смерти, то маги видят за его спиной не небольшое темное пятно, а тень, размерами и формой точно повторяющей человека, которому она принадлежит.

    После распада энергетической формы воспринимающего существа смерть остается на том месте, где умерло существо, навсегда. Животные могут ее видеть и потому никогда не попадаются в ловушки на тех местах где уже кто-то умер. Обычный человек же хоть и не может ее видеть, тем не менее тоже способен ощущать гиблые места.
  9. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    После смерти

    По мнению магов в самой смерти (распаде энергетической формы) нет ничего страшного - настоящий ужас начинается после умирания.

    Они видели, что Орел наделяющий сознанием все существа так, чтобы они могли жить и обогащать сознание, пожирает это самое обогащенное сознание после того, как воспринимающие существа лишаются его в момент смерти.

    После смерти сознание воспринимающих существ как мотылек света воспаряет к клюву Орла под действием громадной силы притяжения, подобно тому как магнит притягивает железо, чтобы быть поглощенным.

    Для древних видящих это было доказательством того, что осознающие существа живут только для того, чтобы обогатить свое сознание, а потом стать пищей Орла, который после смерти неизмеримой силой, вытянет из них каждую искру сознания, которая накопилась в их телах. Новые видящие более прагматичны, и склонны говорить только о существовании этой силы, не заморачиваясь романтичными образами.

    Еще одним наблюдением магов было то, что сразу после смерти сознание обретает целостность и входит в третье внимание, но только на мгновение — в виде процесса очистки перед тем, как Орел проглотит его. В это мгновение возможно видеть и саму смерть, и человеческую матрицу и многое другое...

    Поэтому маги и задались вопросом: если мы умираем целостными то почему бы такими не жить сразу? Ответом на этот вопрос стало открытие, что в смерти человека есть скрытая возможность выбора.


    Смерть в жизни обычного человека

    Для обычного человека смерть означает прекращения их осознания и конец их организмов. В восприятии умирающего человека она имеет две стадии:

    1. Происходит поверхностное затмение сознания, наполнение его хаосом и бессмысленностью. Переживается легкость, заставляющая чувствовать полное счастье и спокойствие. Эта стадия непродолжительна и довольно быстро проходит.

    2. На второй стадии человек входит в область силы в которой и происходит встреча со смертью. Здесь человек опять становится самим собой, целостным сознанием. Опять же ненадолго - смерть разбивает его со спокойной яростью за один или несколько ударов.

    Все интеллектуально знают, что смерть может наступить в любой момент.Тем не менее, люди ведут себя как бессмертные существа,проживающие свои жизни так,как если бы смерть никогда не коснулась их, у которых всегда полно времени на делание мелочных дел из перечня их щитов. Фактически единственно реальная вещь в мире - смерть, в восприятии обычного человека , в повседневности, не играет для него практически никакой роли.

    Главным следствием из этого чувства собственной бессмертности является то, что поступки и решения обычного человека могут быть изменены, или их возможно подвергать сомнению и сожалеть о них.
  10. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Использование смерти на пути воина

    Практичные маги увидев, что кроме жизни и смерти ничего реального нет, приняли идею смерти как руководство к действию для любого, кто захотел стать воином.

    Согласно этой идее неминуемой смерти, в каждое действие человека, вступившего на путь воина, входит борьба за выживание и уверенность в том, что смерть его постоянный спутник.

    Вступивший на путь магии очень скоро начинает понимать, что щиты обычного мира не работают перед лицом реального знания, и что нужно приспосабливаться к новому образу жизни, если хочет выжить. Ведь просвет у воина приоткрывается и делает его более доступным смерти чем обычно, когда щиты закрывают эту щель.
    Только при таком взгляде на мир, когда центральной силой знания является смерть, у адепта учения действительно развивается и становится более эффективной его воля.

    Дело в том, что только волю воин способен противопоставить смерти. Маги видели, что смерть входит в человека через просвет, через место где сосредоточена воля, и что, упражняя волю, возможно в момент распада энерговолокон в туман непоколебимой волей собрать их обратно в человека. Воля способна вернуть человека к жизни, но научиться управлять ею, дождаться ее парадоксальным образом помогает сама смерть.

    Маги выделили два аспекта влияния смерти на человека, помогающие ему быть максимально эффективным на пути воина, и не скатиться в мелочность и хаос повседневности :

    1. Смерть как постоянный попутчик, незаменимый партнер и свидетель всего происходящего с человеком.

    2. Смерть как самый надежный советчик, друг.

    По мнению магов смерть неизменная добавка к долгу верить. Без осознания смерти все обычно, тривиально, никакой силы и мистики. Только потому, что смерть подкарауливает нас, мир является неизмеримой загадкой полной чудес.

    Интеллектуально внушить ученику, что смерть всегда рядом на расстоянии вытянутой руки довольно просто, но требуется сделать смерть свидетелем всего происходящего с учеником. Точно так же как, например, ЧСВ и жалость к себе являются свидетелем всего происходящего у обычного человека. Но соглашаться мало - нужно действовать согласно этому.

    Постоянное ощущение смерти за спиной достигается различными способами, но главное вообще понять о чем идет речь. Использование ли растений силы или удар нагваля позволит увидеть свою смерть, первым шагом всегда будет этот опыт, от которого и начинает плясать адепт.

    Ощущается обычно смерть как озноб, возможны спазмы в районе живота.

    Ну а путь магии, на котором и так постоянно встречаешься с возможностью полного уничтожения, отлично помогает закрепить остроту осознания своей смерти. Становится понятным, что без этого осознания отсутствует необходимая потенция и концентрация, которая и преобразует его времяпровождение на Земле в волшебную силу.

    Как только реальность неотвратимой близости собственной смерти становится непрерывным фактом, приходит время к следующему шагу - восприятию смерти как советчика.

    Каждый раз, когда идущий по пути воина испытывает беспокойство или ему кажется что все идет не так как надо, ему нужно повернуться назад и налево и спросить совета у своей смерти - и тогда, если смерть сделает знак или появится ощущение ее присутствия, необъятное количество мелочей сваливается с него как камень с плеч.

    Два этих фактора и определяют максимальную эффективность воина. Если ощущение присутствия смерти можно описать как некое определенно вдохновляющее на поступки настроение, то ощущение советчика под рукой сродни направляющей силе учителя, укрощающей дух и темперамент адепта и не дающей сбиться с пути и погрязнуть, например, в индульгировании.

    Следствия из осознания смерти как советчика и свидетеля:

    1. Отрешенность, ничто не более важно чем другое (в том числе и смерть).
    Дело в том, что фиксация на своей смерти обычно приводит к зацикленности на самом себе и снижением эффективности своих действий. О смерти не нужно заботиться, важно сфокусироваться на своей связи со смертью без сожалений, без печали или горевания. Отрешенность позволяет осуществить это и обрести молчаливую страсть к жизни, не позволяя прилипнуть, привязаться к чему бы то ни было (даже к себе). Только мысль о смерти подгоняет человека и делает его отрешенным.

    2. Поступки и решения наполняются силой, становятся ею и отличаются своей завершенностью.
    Воин, знающий, что он не имеет никакой возможности отбиться от своей смерти, может поддерживать себя только силой своих решений и поступков. Воин становится мастером выбора. Его решения окончательны просто потому, что его смерть не дает ему времени ни к чему привязаться. Он идет до конца и до конца ответственен за свои решения и поступки. Без сомнений и сожалений. Перед лицом смерти-охотника не больших и маленьких решений - все они одинаково важны.
    Существует особое всепоглощающее счастье в том, чтобы действовать с полным сознанием того, что этот поступок вполне может быть твоим самым последним поступком на земле.

    3. Обретение терпения. Воин ждет волю.
    Осознающий каждую секунду свою смерть, отрешенный и наполненный силой своих решений воин достигает терпения. Он не сожалеет ни о чем, не считает что то более важным чем другое и молча страждет всем вещам в жизни.

    4. Жизнь - как вызов.
    Согласно описанию магов смерть - единственный достойный оппонент, которого мы имеем и даже описали смерть как то, что посылает нам вызов. Все люди рождены, чтобы принять этот вызов посредством соей жизни. Метафорически жизнь - это арена, на которой два соперника: человек и его смерть.
  11. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Почему так трудно практически овладеть смертью и практически овладеть свободой? И почему, по какой причине мы так страшимся смерти, что вообще боимся смотреть ей в лицо? Где-то в глубине души мы понимаем, что не сможем вечно отводить взгляд от смерти. Мы знаем, говоря словами Миларепы, что "тот предмет, что мы называем "труп" и который приводит нас в такой ужас, на самом деле живет с нами здесь и сейчас". Чем дольше мы стараемся не смотреть в лицо смерти, чем больше мы ее игнорируем, тем больше накапливается страха и неуверенности, тем сильнее они преследуют нас. И чем сильнее мы стараемся убежать от этого страха, тем чудовищнее он становится.

    Почему же мы живем в таком ужасе перед смертью? Потому что мы инстинктивно желаем жить и продолжать жить, а смерть является жестоким концом всего, что нам знакомо. Мы чувствуем, что с ее приходом мы будем вовлечены во что-то совершенно нам неизвестное или станем совершенно иным. Мы представляем себя, потерянных и растерявшихся, в чрезвычайно незнакомом окружении. Воображение рисует нам тревожное пробуждение в одиночестве, в чужой стране, без знания языка, без денег, без паспорта, без друзей, без понятия к кому обратиться.

    Вероятно, глубинная причина нашего страха смерти лежит в незнании того, кем мы являемся. Человек верит, что у него есть личная и уникальная индивидуальность; но при исследовании ее станет очевидным ее полная зависимость от бесконечного множества подкрепляющих ее предметов и понятий: имя, "биография", партнеры, семья, дом, работа, друзья, кредитные карточки... Именно такие хрупкие и преходящие вещи являются нашей опорой и дают нам уверенность. И когда человек лишается всего того, кем действительно он мыслит себя?

    Без привычных опор перед ним предстает совершенно чужое существо, тот, с которым он все время жил, но никогда по-настоящему не знал. Возможно, поэтому мы стараемся заполнять каждый момент шумом и деятельностью, даже скучной или банальной, лишь бы никогда не оставаться в тишине наедине с этим чужаком?

    И разве это не указывает на трагичность нашего образа жизни? Мы живем под маской принятой нами индивидуальности, в невротическом сказочном мире, не более реальном, чем Фальшивая Черепаха нз "Алисы в стране чудес". Загипнотизированные увлекательным процессом строительства, мы возвели здания своих жизней на песке. Этот мир может казаться нам поразительно достоверным, пока смерть не разрушит его иллюзию и не вытеснит нас из укрытия, где мы прятались. Что тогда случится с теми, у которых не будет никакого понятия о более глубокой реальности?

    Когда мы умираем, то оставляем все, прежде всего тело, которое мы так ценили, на которое так слепо полагались, так старались сохранить его живым. Но на наши умы мы можем полагаться не больше, чем на тела. Понаблюдайте за своим умом в течение нескольких минут. Вы увидите, что он постоянно скачет с одного предмета на другой, туда и сюда, как блоха. Вы увидите, что мысли возникают без какого-либо повода, без какой-либо связи. Хаос каждого момента сметает нас и уносит с собой; мы – жертвы изменчивости нашего ума. Если это – единственное состояние сознания, которое нам знакомо, то тогда полагаться на наш ум в момент смерти – абсурдный риск...

    Согьял Ринпоче
    КНИГА ЖИЗНИ
    И ПРАКТИКИ УМИРАНИЯ
  12. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    fc5562f661993734adda760683c312a2-tmb-720x411xfill.qSQVT.jpg


    Екклесиаст

    Слова Екклесиаста, сына Давидова, царя в Иерусалиме (отрывки)

    Суета сует, сказал Екклесиаст, суета сует,- всё суета!
    Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под солнцем?
    Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки.


    Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем.
    Бывает нечто, о чем говорят: "смотри, вот это новое"; но это было уже в веках, бывших прежде нас. Нет памяти о прежнем; да и о том, что будет, не останется памяти у тех, которые будут после.
    Видел я все дела, какие делаются под солнцем, и вот, всё - суета и томление духа!


    Говорил я с сердцем моим так: вот, я возвеличился и приобрел мудрости больше всех, которые были прежде меня над Иерусалимом, и сердце мое видело много мудрости и знания.
    И предал я сердце мое тому, чтобы познать мудрость и познать безумие и глупость:

    узнал, что и это - томление духа; потому что во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь.
    Сказал я в сердце моем: "дай, испытаю я тебя весельем, и насладись добром";
    но и это - суета!


    Вздумал я в сердце моем услаждать вином тело мое и, между тем, как сердце мое руководилось мудростью, придержаться и глупости, доколе не увижу, что хорошо для сынов человеческих, что должны были бы они делать под небом в немногие дни жизни своей.

    И сделался я великим и богатым больше всех, бывших прежде меня в Иерусалиме; и мудрость моя пребыла со мною.
    Чего бы глаза мои ни пожелали, я не отказывал им, не возбранял сердцу моему никакого веселья, потому что сердце мое радовалось во всех трудах моих, и это было моею долею от всех трудов моих.
    И оглянулся я на все дела мои, которые сделали руки мои, и на труд, которым трудился я, делая их: и вот, всё - суета и томление духа, и нет от них пользы под солнцем!

    И увидел я, что преимущество мудрости перед глупостью такое же, как преимущество света перед тьмою: у мудрого глаза его - в голове его, а глупый ходит во тьме;

    но узнал я, что одна участь постигает их всех.
    И сказал я в сердце моем: "и меня постигнет та же участь, как и глупого: к чему же я сделался очень мудрым?" И сказал я в сердце моем, что и это - суета; потому что мудрого не будут помнить вечно, как и глупого; в грядущие дни все будет забыто, и увы! мудрый умирает наравне с глупым.

    И возненавидел я жизнь, потому что противны стали мне дела, которые делаются под солнцем; ибо всё - суета и томление духа!
    И возненавидел я весь труд мой, которым трудился под солнцем, потому что должен оставить его человеку, который будет после меня.
    И кто знает: мудрый ли будет он, или глупый? А он будет распоряжаться всем трудом моим, которым я трудился и которым показал себя мудрым под солнцем. И это - суета!

    И обратился я, чтобы внушить сердцу моему отречься от всего труда, которым я трудился под солнцем, потому что иной человек трудится мудро, с знанием и успехом, и должен отдать всё человеку, не трудившемуся в том, как бы часть его. И это - суета и зло великое!


    Потому что все дни его - скорби, и его труды - беспокойство; даже и ночью сердце его не знает покоя. И это - суета!
    Не во власти человека и то благо, чтобы есть и пить и услаждать душу свою от труда своего. Я увидел, что и это - от руки Божией; потому что кто может есть и кто может наслаждаться без Него?
    Ибо человеку, который добр пред лицем Его, Он дает мудрость и знание и радость; а грешнику дает заботу собирать и копить, чтобы после отдать доброму пред лицем Божиим.
    И это - суета и томление духа!

    Всему свое время, и время всякой вещи под небом:
    время рождаться, и время умирать; время насаждать, и время вырывать посаженное;
    время убивать, и время врачевать; время разрушать, и время строить;
    время плакать, и время смеяться; время сетовать, и время плясать;
    время разбрасывать камни, и время собирать камни; время обнимать, и время уклоняться от объятий;
    время искать, и время терять; время сберегать, и время бросать;
    время раздирать, и время сшивать; время молчать, и время говорить;
    время любить, и время ненавидеть; время войне, и время миру.
    Что пользы работающему от того, над чем он трудится?


    Еще видел я под солнцем: место суда, а там беззаконие; место правды, а там неправда.
    И сказал я в сердце своем: "праведного и нечестивого будет судить Бог; потому что время для всякой вещи и суд над всяким делом там".
    Сказал я в сердце своем о сынах человеческих, чтобы испытал их Бог, и чтобы они видели, что они сами по себе животные;

    потому что участь сынов человеческих и участь животных - участь одна: как те умирают, так умирают и эти, и одно дыхание у всех, и нет у человека преимущества перед скотом, потому что всё - суета!
    Все идет в одно место: все произошло из праха и все возвратится в прах.
    Кто знает: дух сынов человеческих восходит ли вверх, и дух животных сходит ли вниз, в землю?

    Итак увидел я, что нет ничего лучше, как наслаждаться человеку делами своими: потому что это - доля его; ибо кто приведет его посмотреть на то, что будет после него?

    И обратился я и увидел всякие угнетения, какие делаются под солнцем: и вот слезы угнетенных, а утешителя у них нет; и в руке угнетающих их - сила, а утешителя у них нет.


    Видел я также, что всякий труд и всякий успех в делах производят взаимную между людьми зависть. И это - суета и томление духа!

    И обратился я и увидел еще суету под солнцем;
    человек одинокий, и другого нет; ни сына, ни брата нет у него; а всем трудам его нет конца, и глаз его не насыщается богатством. "Для кого же я тружусь и лишаю душу мою блага?" И это - суета и недоброе дело!
    Двоим лучше, нежели одному; потому что у них есть доброе вознаграждение в труде их:
    ибо если упадет один, то другой поднимет товарища своего. Но горе одному, когда упадет, а другого нет, который поднял бы его.
    Также, если лежат двое, то тепло им; а одному как согреться?
    И если станет преодолевать кто-либо одного, то двое устоят против него: и нитка, втрое скрученная, нескоро порвется.


    Если ты увидишь в какой области притеснение бедному и нарушение суда и правды, то не удивляйся этому: потому что над высоким наблюдает высший, а над ними еще высший;
    Кто любит серебро, тот не насытится серебром, и кто любит богатство, тому нет пользы от того. И это - суета!
    Умножается имущество, умножаются и потребляющие его; и какое благо для владеющего им: разве только смотреть своими глазами?


    Как вышел он нагим из утробы матери своей, таким и отходит, каким пришел, и ничего не возьмет от труда своего, что мог бы он понести в руке своей.
    И это тяжкий недуг: каким пришел он, таким и отходит. Какая же польза ему, что он трудился на ветер?

    Все труды человека - для рта его, а душа его не насыщается.
    Какое же преимущество мудрого перед глупым, какое - бедняка, умеющего ходить перед живущими?
    И это - также суета и томление духа!

    Много таких вещей, которые умножают суету: что же для человека лучше?
    Ибо кто знает, что хорошо для человека в жизни, во все дни суетной жизни его, которые он проводит как тень? И кто скажет человеку, что будет после него под солнцем?

    Доброе имя лучше дорогой масти, и день смерти лучше дня рождения.
    Лучше ходить в дом плача об умершем, нежели ходить в дом пира; ибо таков конец всякого человека, и живой приложит это к своему сердцу.

    Сетование лучше смеха; потому что при печали лица сердце делается лучше.

    Сердце мудрых - в доме плача, а сердце глупых - в доме веселья.
    Всего насмотрелся я в суетные дни мои: праведник гибнет в праведности своей; нечестивый живет долго в нечестии своем.

    Нет человека праведного на земле, который делал бы добро и не грешил бы;
    поэтому не на всякое слово, которое говорят, обращай внимание, чтобы не услышать тебе раба твоего, когда он злословит тебя; ибо сердце твое знает много случаев, когда и сам ты злословил других.

    Человек не властен над духом, чтобы удержать дух, и нет власти у него над днем смерти, и нет избавления в этой борьбе, и не спасет нечестие нечестивого.

    Есть и такая суета на земле: праведников постигает то, чего заслуживали бы дела нечестивых, а с нечестивыми бывает то, чего заслуживали бы дела праведников.
    И сказал я: и это - суета!

    Когда я обратил сердце мое на то, чтобы постигнуть мудрость и обозреть дела, которые делаются на земле, и среди которых человек ни днем, ни ночью не знает сна,-
    тогда я увидел все дела Божии и нашел, что человек не может постигнуть дел, которые делаются под солнцем. Сколько бы человек ни трудился в исследовании, он все-таки не постигнет этого; и если бы какой мудрец сказал, что он знает, он не может постигнуть этого.

    На все это я обратил сердце мое для исследования, что праведные и мудрые и деяния их - в руке Божией, и что человек ни любви, ни ненависти не знает во всем том, что перед ним.

    Всему и всем - одно: одна участь праведнику и нечестивому, доброму и злому, чистому и нечистому, приносящему жертву и не приносящему жертвы; как добродетельному, так и грешнику; как клянущемуся, так и боящемуся клятвы.
    Это-то и худо во всем, что делается под солнцем, что одна участь всем, и сердце сынов человеческих исполнено зла, и безумие в сердце их, в жизни их; а после того они отходят к умершим.
    Кто находится между живыми, тому есть еще надежда, так как и псу живому лучше, нежели мертвому льву.
    Живые знают, что умрут, а мертвые ничего не знают, и уже нет им воздаяния, потому что и память о них предана забвению, и любовь их, и ненависть их, и ревность их уже исчезли, и нет им более части во веки ни в чем, что делается под солнцем.

    Все, что может рука твоя делать, по силам делай; потому что в могиле, куда ты пойдешь, нет ни работы, ни размышления, ни знания, ни мудрости.
    Как рыбы попадаются в пагубную сеть, и как птицы запутываются в силках, так сыны человеческие уловляются в бедственное время, когда оно неожиданно находит на них.

    Если человек проживет и много лет, то пусть веселится он в продолжение всех их, и пусть помнит о днях темных, которых будет много: все, что будет,- суета!
    Веселись, юноша, в юности твоей, и да вкушает сердце твое радости во дни юности твоей, и ходи по путям сердца твоего и по видению очей твоих; только знай, что за все это Бог приведет тебя на суд.
    И удаляй печаль от сердца твоего, и уклоняй злое от тела твоего, потому что детство и юность - суета.

    И помни Создателя твоего в дни юности твоей, доколе не пришли тяжелые дни и не наступили годы, о которых ты будешь говорить: "нет мне удовольствия в них!"
    доколе не померкли солнце и свет и луна и звезды, и не нашли новые тучи вслед за дождем.

    Ибо отходит человек в вечный дом свой, и готовы окружить его по улице плакальщицы; -
    доколе не порвалась серебряная цепочка, и не разорвалась золотая повязка, и не разбился кувшин у источника, и не обрушилось колесо над колодезем.

    И возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратится к Богу, Который дал его.
    Суета сует, сказал Екклесиаст, всё - суета!
  13. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    ПСИХОЛОГИЯ СТРАХА СМЕРТИ

    Задача автора этой статьи - познакомить читающего со страхом смерти. Именно это затаенное и глубинное чувство тревоги, таящееся в душевных недрах, делает человека человеком. Человек начинает жить подлинной жизнью, лишь осознанно принимая неотвратимость смерти. Свободно и достойно отказавшись от сопротивления, он обретает возможность жить в реальном мире. Мы же проследим, как люди отказываются от себя, как они стараются убежать от реальности, но и увидим, как можно, приняв этот страх, обуздать его, сделать своим союзником. Мы убедимся в том, что именно преодоление, а не отрицание страха смерти открывает перспективу осмысленной, полноценной жизни. Чувство страха знакомо всем. Несмотря на это, природа тревоги и страха остается загадкой для психологов. Одни видят суть тревоги в беспомощности, другие описывают внутренний разлад, возникающий при угрозе безопасности, третьи отмечают дезинтеграцию личности при столкновении с противоречием. Так когда же человек боится? Прежде всего пугает неизвестность. Между нашим состоянием сейчас и тем, что с нами случится через минуту, существует разрыв; этот промежуток заполнен неопределенностью. Человек боится того, что его ожидает. Поэтому у некоторых людей возникает тяга к "уверенности в завтрашнем дне". Иногда все общество начинает тосковать по определенности и тогда начинаются разговоры о необходимости "сильной руки", что приводит к диктатуре под тем или иным обличием. Возможен и другой вид страха. Это так называемая тревога отделения: ребенок боится оторваться от матери, любящий боится потерять объект своего чувства, каждый боится быть выброшенным из мира, где все привычно и знакомо.


    Раскрыть Спойлер

    Противоположностью боязливости является решительность. Если мы решаемся мыслить последовательно и смело, мы приходим к выводу о том, что обречены на незнание того, что с нами произойдет. Что нас ждет впереди? Сбудутся ли наши желания? Произойдут ли перемены? Какими они будут? И как вообще сложится наша жизнь? На эти вопросы у нас нет ответов. Что нам известно о будущем? Оказывается, с полной определенностью мы можем знать только одно - все мы когда-нибудь умрем. Завтра или через несколько десятков лет, но это обязательно произойдет. И здесь наблюдается парадоксальность нашего восприятия мира. Страх рождается от неизвестности. Нам ничего неизвестно о нашей судьбе, кроме достоверного факта конца нашего земного существования. И эта абсолютная неизбежность вызывает в нас сильнейшее чувство тревоги, настолько сильное, что мы не можем его вынести. Мы предпочитаем неведение. Как можно ощущать себя, зная, что рано или поздно тебя не будет? Как жить, творить и действовать в мире, зная, что все закончится для тебя? Как общаться с людьми, зная, что каждый из них раньше или позже будет закопан в землю? Действительно, наука, культура, идеология не дадут нам ответов. Человек остается со смертью один на один. Ничто не спасает его, даже "глубокомысленные" рассуждения, типа "когда ты есть - смерти нет, когда смерть наступила - тебя уже нет". Не помогает, потому что в самой сердцевине человеческого существа саднящая рана - я умру. Одна современная духовная писательница заметила: "Смерть бьет человеческое существо в самую сокровенную его сердцевину так унизительно, так ужасающе радикально, что его спонтанной реакцией может быть только бегство (в мучение или презрение), которое 'спускает с цепи' всякое зло. Смерть ужасна. Она --злейший враг. Несмотря на все научные объяснения, смерть остается непостижимой. Внезапно предстающая жуткая картина собственной смерти со всей ее неизбежностью вызывает шок. В самой глубине личности открывается незаживающая язва. В первую очередь страх относится к собственной смерти. Смерть в газетах и по телевизору стала привычной. Подтверждается старая поговорка - 'Смерть одного - трагедия, смерть ста тысяч - статистика'. Может быть, так происходит потому, что к нашей способности сопереживать предъявляются слишком высокие требования".
    Некоторые люди пытаются обмануть смерть. Одну старушку преследовал навязчивый страх, что она умрет во сне. Последние четыре года жизни она провела сидя на стуле и так умерла в свои 89 лет. Людовик XIV, король Франции, в последние годы жизни запретил придворным упоминать о смерти в его присутствии. Из-за того, что он жил слишком близко к кладбищу, он построил новый роскошный дворец в Версале. Туристы теперь любуются его великолепием, но смерть к королю все-таки пришла.
    Осмысливая феномен тревоги, выдающийся мыслитель С. Кьеркегор приходил к выводу, что тревога начинается с момента ощущения себя человеческой личностью - "у зверей и ангелов тревоги нет". У животных существуют инстинктивные страхи. У человека аналогичную функцию выполняет своеобразное сужение сферы сознания. Большинство людей осознает только то, с чем они сталкиваются в своей "малой" жизни. Один школьный учитель сказал: "Ребята, если вы задумаетесь о бесконечности или вечности - вам гарантировано сумасшествие". Но вечные вопросы бытия все равно остаются. Человек может решить, чтобы быть нормальным, не думать о проблемах жизни и смерти. Что же, неужели нормальность - это отрицание реальности? Итак, знанием своей смертности человек отличается от животного. Это знание - тяжелая, подчас невыносимая ноша. Умом человек, конечно, понимает, что когда-нибудь умрет, но в то же время... не знает этого. Вернее, хочет не знать. Он убегает от знания. Цивилизация помогает ему в этом. Общество вырабатывает нормы приличия. Разговоры о смерти неприличны. Существует стремление скрыть смерть от детей. Прослеживается тенденция изолировать смерть в стенах больниц и моргов, расположить места упокоения усопших подальше от городов. Помимо санитарных, играют роль соображения дистанциировать живущих от их умерших близких, чтобы ничто не напоминало о них. В некоторых кантонах Швейцарии похоронным автобусам запрещено появляться на улицах в дневные часы, чтобы мысли о смерти не смущали граждан.
    Есть и другая крайность - десакрализация смерти. Особенно ярко это видно на примере так называемого "черного юмора", сюда же относятся эвфемизмы типа перекинулся, дал дуба. Но и здесь за натужными остротами проступает леденящий страх. Тогда применяется другой образ защиты. Выработан набор приличествующих случаю фраз - "Бог дал, Бог взял" или "Все там будем". Ритуал соболезнования достаточно формален и сводится к произнесению банальностей, за которыми не стоит внутренней солидаризации. Нередки случаи, когда поминальная трапеза, начавшись положенными словами, завершается как праздничное застолье, сопровождаемое... пением под предлогом того, что покойник-де не хотел бы, чтобы мы грустили.
    Единственное место, где естественно и спокойно говорят о смерти - это храм. Для многих путь в Церковь начинается с размышления о смерти. Для других значение религии ограничивается "отпеванием и поминанием" мертвых. Действительно, самые простые формы религиозности представляют собой культы, связанные с похоронами и почитанием предков. Среди примет нашего времени - подчеркнутая религиозность в среде уголовников. Их похороны обставлены с необыкновенной торжественностью и большими жертвами "на помин души". Священники иногда объясняют "набожность" бандитов тем, что они постоянно балансируют между жизнью и смертью. Однако это - не подлинное осознание своей смертности, а легкомысленная, грешная игра с собственной жизнью. Еще один новый обычай - непременное посещение кладбищ в Пасхальные дни. Некоторые священники видят в этом регресс христианского сознания в современном обществе.
    Итак, мир бежит от смерти. В этом беге молодежь впереди. Неслучайно молодые недолюбливают пожилых. Родителям даются презрительные клички: предки, черепа. Кому охота общаться со стариками? Иногда проговариваются: Хорошо бы их всех изолировать. Откуда такая неприязнь? Уж не от страха ли стать похожими на них, не потому ли, что они напоминают о неминуемом? Мы свидетели небывалого в истории ускорения времени. Без преувеличения, каждый день ставятся рекорды достижения новых скоростей в передвижении, в производстве, в технологическом прогрессе. ЭВМ, занимавшие несколько десятилетий назад большие залы, модифицированы в микропроцессоры, новые поколения которых все быстрее сменяют друг друга. Техника становится все более точной, удобной и быстрой. Но в погоне за комфортом и качеством внешней жизни мы что-то теряем, и нам, самодовольным и упоенным всемогуществом, придется за это расплачиваться.
    Тургеневский Базаров говаривал: Природа не храм, а мастерская. И реальный Иван Мичурин не ждал милостей от природы. А мы, их потомки и продолжатели, стоим перед экологической катастрофой. Надо отдать себе отчет - отношение к миру стало функциональным, иными словами, нажми на кнопку - получишь результат, как поет группа "Технология". Благоговейное созерцание бытия сменилось принципом "справиться с проблемой"; и уже нет грехов - есть проблемы, нет покаяния - есть решение проблем. Даже смерть порой становится не трагедией, не таинством, а проблемой.
    Искусство становится технологичным. Живописцев все больше теснят дизайнеры и оформители. Появилась престижная профессия с механическим названием "модель". В современной музыке одной из важнейших характеристик становится число ударов в минуту - чем быстрее ритм, тем выше ценятся определенные музыкальные произведения, под которые "так здорово балдеть".
    В последнее десятилетие одним из наиболее употребительных видов наркотических средств стали так называемые "ускорители", к числу которых относится известный препарат "экстази". Его действие проявляется высвобождением огромного количества энергии с последующим истощением всех ресурсов организма. Только благодаря этому наркотику возможно танцевать 8 часов подряд, не испытывая усталости, при этом время воспринимается как протекающее необыкновенно быстро. Интересно, что побочным действием препарата является подавление аппетита. Почему мы упоминаем об этом? Состояние современного общества удивительно напоминает действие "экстази": происходит бессмысленное механическое ускорение с полным притуплением чувства духовного голода. Истощенный духовно человек продолжает дергаться в погоне за "кайфом" от самого движения. Он не может вырваться из ритма, потому что если он остановится, ему придется задать себе страшный вопрос о смысле жизни и смерти.
    Для большинства из нас смерти не существует в том же смысле, как Антарктиды - каждый знает, что она есть, но не имеет к нему никакого отношения. Знание о том, что человек умрет, оттесняется далеко на периферию сознания, а иногда - в область бессознательного. Так происходит потому, что включаются механизмы психологической защиты. Когда знание становится невыносимым, человек от него отказывается, - отказывается от единственного достоверного знания о себе. Он покупает мираж комфортного существования в современном мире ценой собственного невежества. Выдающийся философ М. Хайдеггер писал: "Смерть вызывает тревогу, потому что затрагивает самую суть нашего бытия. Но благодаря этому происходит глубинное осознавание себя. Смерть делает нас личностями". Итак, мы отказываемся доверять себе, своим убеждениям, своим чувствам. Отрекаясь от страха смерти, мы предаем самих себя. Мы отбрасываем свое богоподобие, предпочитая уподобляться бессловесным тварям.
    Становясь старше, формирующаяся личность совершает компенсаторное противопоставление себя старшим. Как правило, реакция оппозиции выражается в декларации своей принадлежности к определенному течению молодежной субкультуры. Конфликт "отцов и детей", известный издавна, принимает лишь различные формы выражения. Чаще всего протест осуществляется на поверхностном уровне - прическа, одежда, манеры. Прослеживаемый дальше, он распространяется на сферу культуры - музыка, живопись, поэзия. Наиболее глубокое размежевание может произойти на ценностном, мировоззренческом уровне. Так появляются идеологические движения. Идеология как система ценностей "земного" мира может быть необыкновенно увлекательной.
    Рассмотрим некоторые молодежные мифы. К безусловному добру апеллирует культ хиппи. Здесь - безграничное принятие и абсолютная вседозволенность. Однако от подлинной духовной христианской любви идеология хиппи отличается отвержением любой ответственности. Все совершается под влиянием настроения. Насколько легко тебя приняли, столь же легко от тебя отвернутся. Даже твоя смерть пройдет незамеченной - ведь никто не плачет об увядшем растении.
    В ореоле романтического насилия предстает образ рокера - байкера. Это воин на ревущем мощном мотоцикле. Мифологически он рыцарь, утверждающий справедливость ударом руки, закованной в железо. Он утрированно мужественен и верен закону стаи "ночных волков". Страх смерти здесь презирается, о разбившихся лихих наездниках слагаются легенды. Смерть здесь привлекательна и романтична, а жизнь имеет смысл лишь тогда, когда ты подчиняешься неписанным законам чести. Твоя личность значима лишь настолько, насколько ты соответствуешь несложному кодексу поведения: выглядишь круто, ездишь быстро, дерешься жестоко. До глубины твоих переживаний никому нет дела. Восприятие тебя скорее будет зависеть от мощности твоего мотоцикла, чем от того, кто ты есть в глазах Бога.
    Пафосом тотального отрицания может привлечь молодых панк-культура. Опьяняющий нигилизм, абсолютное непризнание любых ценностей, кружащее голову развенчивание кумиров - часто на это покупается незрелая личность, воспитывавшаяся в атмосфере педантизма и запретов. Агрессивный эпатаж мещанского благополучия, так называемый "стёб" может внешне напоминать православный духовный феномен юродства. Однако здесь происходит разрушение ради самого процесса, примитив ради примитива. Здесь не может произрасти ничего живого, достойного, творческого. Это сама по себе мертвящая культура, и к смерти у нее отношение соответствующее: "мол, туда и дорога, все равно нет будущего".
    В различных формах предстают элитарные движения. Здесь сладостно ощущение собственной исключительности, значимости. Здесь трудно стать своим, принадлежность к этому кругу является основной его ценностью. Здесь деталь наряда или новый жест являются предметом обсуждения. Безудержный снобизм, культ утонченности, аристократическая закрытость. При теснейшей зависимости от условностей здесь совсем нет сострадания и любви. Страх смерти блокируется разработанной системой "приличного" поведения. Отношение равнодушное - лишь бы смерть была "красивой".
    Следует упомянуть о распространенном молодежном мифе, отзвуки которого присутствуют во всех субкультурах. Назовем его так - "Хорошо умереть молодым". Речь идет о самоубийстве или более медленном уничтожении себя одурманивающими средствами или анаболиками, наращивающими мускулатуру. Накачивающиеся стероидами, любующиеся собой культуристы-бодибилдеры уверяют, что хотят умереть в расцвете красоты и силы. И здесь тот же скрываемый за мелодраматическими фразами страх смерти. Страх приводит к такому отчаянию перед утратой контроля за своим существованием, что человек прекращает это существование.
    В одном из детективных романов есть остроумная фраза: "Некоторые мужчины из боязни стать лысыми всю жизнь бреют голову". Нечто подобное происходит и здесь - не в силах справиться со страхом смерти, человек решает убить себя. Лекарство оказывается горше болезни.
    И вот молодость проходит. Личность достигает зрелости, которая подразумевает максимальную свободу с максимальной же ответственностью. Как современный человек использует эти возможности? Теперь на первый план выступает стремление занять свое место в обществе. Становятся значимыми вопросы материальной обеспеченности, престижа и служебного роста. Ключевыми словами становятся добиваться и достигать. Человек отходит от юношеских увлечений, оставляет романтизм и попадает в сети функционального мира. Он озабочен тем, чтобы поудобнее устроиться в этих сетях. У него нет времени остаться наедине с собой, его преследует призрак незавершенного дела, упущенной возможности. В суете повседневности как никогда отдаляются неразрешенные с юности вопросы собственного призвания.
    Чтобы понять, какие опасности ждут человека в зрелом возрасте, нам следует немного поразмыслить о самом понятии личности. Существует различие: организм - категория биологическая, индивидуум - социальная, личность - духовная. Слово личность родственно слову лицо. Для нас это важно потому, что в своем бытии в образе личности человек встречается со своим Творцом. В этой встрече личность может обратиться к своему Создателю либо просветленным ликом, либо открытым лицом, либо лживой личиной.
    Иногда человек, запутавшись в паутине механизированных отношений, забывает о своем призвании быть личностью. Он выбирает жизнь в качестве организма, заботясь только об удовлетворении своих биологических потребностей, или в качестве индивидуума, будучи только "точкой пересечения" социальных связей. Соответственно этому возможны три смерти человека. Биологическая - прекращение физиологических функций организма. Социальная - непоправимая утрата своего места в обществе; иногда страх перед потерей своей социальной "маски" приводит человека к самоубийству, - допустим, он не может расплатиться с долгами, попал в неблаговидную ситуацию, не может вынести позора. Культивируется миф о благородстве такого рода смерти. Таковы библейский царь Саул и предатель Иуда. Таковы Гитлер и Пуго. Список можно продолжить и он будет длинным. Очень близким к этому является страх ложно понимаемой потери чести. Мы имеем в виду идею дуэли. По учению Церкви здесь двойной грех - покушение на убийство и согласие на самоубийство. Увы, часто ослепленное общество, развлекая себя, подталкивает человека на этот грех. Отсюда недалеко и до духовной смерти. Это сознательный шаг в бездну отвержения себя, мира и Бога, иногда романтизируемое - сколько одареннейших людей оборвали так свой путь - но невыразимо гадкое по своей сути действие. Это равнодушное или презрительное оскорбление Источника жизни. Это капризное отбрасывание в грязь подарка любящего Промысла. Это - плевок в лицо Спасителя, "возлюбившего мир до смерти крестной".
    Но Тот, Кто выше нас, не забывает нас. Бог возвращает нас к знанию о том, кто мы есть. Он не навязывает нам Своей воли. Он предлагает нам понять Свой замысел о мире. Понять, насколько мы в силах, насколько хватит нашей решимости. Убежать всегда в нашей власти, и это было и в мировой истории, и в жизни каждого из нас. Бог не насилует никого. Слово Его - Евангелие - переводится как Благая Весть. Поверив Ему, мы услышим только хорошие новости. Но, будучи честными перед самими собой, зададимся вопросом: нужны ли они нам?
    Мы можем быть вполне довольны своей жизнью. Есть здоровье, еда, одежда, работа или учеба, друзья, увлечения. У нас все ладится. Мы кажемся себе достаточно умными и привлекательными. Так что же, мы ничего не боимся? Тогда не к нам ли обращена Евангельская притча: "У одного богатого человека был хороший урожай в поле; и он рассуждал сам с собою <...> скажу душе моей: душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись. Но Бог сказал ему: безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя <...> Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет" (Лк 12:16-17,19-21). Угрожает ли здесь Иисус Христос? Очевидно, нет, потому что несколькими стихами раньше Он ободряет учеников: "Не пять ли малых птиц продаются за два ассария? и ни одна из них не забыта у Бога. А у вас и волосы на голове все сочтены. Итак не бойтесь: вы дороже многих малых птиц" (Лк 12:6-7). В этом учение Спасителя: не бояться, чувствуя свою зависимость от всемогущего Бога, и не забывать о том, что в Его воле взять нашу жизнь.
    Не жестоко ли со стороны Бога отнимать у нас жизнь? Вовсе нет, потому что если мы верим в Него, то верим и в возможность "оставления грехов и жизни вечной". Блаженный Августин писал: "Мы не боимся умирать, потому что имеем доброго Бога".
    Область веры отличается от науки, хотя и здесь и там мы имеем дело с истиной. В случае науки - с относительной; правильно (ортодоксально) веруя - с абсолютной. В духовной сфере также есть свои законы, и один из них гласит: истина антиномична, то есть верное утверждение объединяет две исключающие друг друга истины, поднимаясь над ними.
    Итак, мы умрем... и не умрем. Умрем потому, что смерть есть принадлежность этого мира. Один из мыслителей писал, что в момент рождения в человека выпускается невидимая стрела, которая настигнет его в час смерти. С первым криком ребенка отмирает часть клеток мозга и этот процесс умирания продолжается всю жизнь. Смерть сопутствует нам в каждом шаге, ждет за каждым поворотом. Смерть - источник вдохновения художников и поэтов. Смерть может быть даже желанной. Для христианина смерть - это не конец, а завершение какого-то этапа, рубеж, а для праведника - рождение в новую реальность.
    Да, все-таки мы не умираем. Все в человеке противится сознанию конца. Это мудро устроенное тело, это творчество, вкладываемое в жизнь, эта любовь, которую мы отдаем и получаем, - разве можно представить себе, что это исчезнет бесследно? Даже оказываясь свидетелями смерти, мы отдаем себе отчет, что когда человек умирает, это вовсе не похоже на то, когда заглох мотор автомобиля или погас экран телевизора. Это не механический процесс - происходит какое-то таинство. Мы всегда испытываем боязливо почтительное отношение к телу умершего человека, у нас ощущение, что нечто осталось в нем. Даже те, кто считает себя атеистами, не выбрасывают покойников на помойку. Мы бережно храним память об ушедших, дорожим их изображениями, видим их во сне.
    Христианин по примеру "всероссийского пастыря" преподобного Иоанна Кронштадтского, который озаглавил свою книгу дневников и размышлений "Моя жизнь во Христе", призван жить сопричастным Христу. В центре христианства - Крест, символ незаслуженной и одинокой смерти. Наш Спаситель был Человеком. Он пережил внутренние мучения в Гефсиманском саду. У Него был выбор и Он его сделал. Он решил переступить смерть, принимая ее. Но пока Он, по человеческой природе страшась смерти, находится в борениях, ученики спят. Они проснулись такими же, как были, а Он бодрствовал и обрел решимость послушания Отцу. Его смертью и Воскресением был искуплен мир и мы обрели бессмертие.
    Нам не следует спать в духовном смысле этого слова. Мы должны быть открыты всему, что ждет нас на пути. Психолог В. Франклпишет о том, что без страдания и смерти жизнь не полна. Во всем необходимо обнаружить смысл; как жить, так и умирать человек должен осмысленно. В беседах митрополита Антония Сурожского есть пронзительные слова: "Неважно, жив ты или мертв, важно, ради чего ты живешь или во имя чего умираешь".
    Но в чем же мы можем обнаружить смысл смерти? Во-первых, она смиряет человека. Смирение есть единственная тональность речи для диалога с Богом: творение осознает себя и свою потребность во встрече с Творцом. Чувство смертности подчеркивает бессилие человека спасти самого себя; ведь тот, кто призван к жизни как свободный творец, может опьяняться своими успехами, почувствовать себя неуязвимым победителем, дойти до крайности "убожества гордости", сознательно произнести "Провозглашаю себя Христом", подобно одиозному Секо Асахаре... От этого и предостерегает нас страх встречи с подлинным Христом по окончании нашего пути.
    Во-вторых, сознание смерти облагораживает жизнь, не позволяет человеку потерять себя в суете. Он живет в присутствии вечности. Жизнь обретает красоту. Это открывалось в прозрениях на протяжении всей истории человечества. В Вавилонском талмуде описан диалог Александра Македонского с древними иудейскими мудрецами. Завоеватель спросил: Что должен делать человек для того, чтобы жить? - Он должен умертвить себя, - ответили старцы. - Как человеку умертвить себя, - продолжал Александр. - Он должен по-настоящему жить, - загадочно отвечали мудрецы. Присутствие смерти в мире позволяет нам осознать, что жизнь - это Таинство. Издавна известно понятие, которым озаглавил свою песню Дж. Харрисон - "Искусство умирать". По-латыни это звучит "ars moriendi". Это искусство заключается не в том, чтобы время от времени вспоминать о неминуемом конце. Речь идет о том, чтобы конкретно учиться принимать, не отказываясь, дары Промысла. Таким даром может быть огорчение, болезнь, разочарование, неудача, одиночество, крушение надежд. Так, постигая дарственную природу мироздания, человек учится умирать, приобретает опыт. Кто-то сказал: "Тот, кто не умирает до того, как он умрет, пропадет, когда умрет".
    Древнее "искусство умирать" получило новое осмысление, когда в 60-х годах нашего века широкий резонанс вызвали описанные психологом Э. Кюблер-Росс "стадии встречи со смертью", наблюдавшиеся ею у терминальных [1] пациентов. Так, человек, поняв, что ему предстоит умереть, переживает первую стадию - отрицание: "Нет, врачи, видимо, ошибаются, речь не обо мне, я не могу признать то, что я в скором времени покину этот мир". Затем наступает вторая стадия - гнев: "Почему я, чем я заслужил это, ведь столько людей более пригодны для того, чтобы умереть. Кто ошибся в моем лечении? Кто сделал так, чтобы мне умереть?!". Вслед за этим приходит стадия выторговывания жизни: "А если я буду соблюдать все предписания, откажусь от вредных привычек, замолю все грехи, буду набожным, буду делать только правильные вещи, может быть, смерть отступит?". Когда заканчивается эта стадия, наступает период депрессии: "Жизнь все равно не имела смысла, какая разница, я или кто-то другой, все беспросветно". И лишь потом наступает заключительная стадия - принятия: "Да, я умру. Смерть предстоит всем. В чем-то моя жизнь была достойной, где-то я падал, но теперь все отступает перед тем, что мне суждено пережить. Я постараюсь сохранить присутствие духа, так, чтобы спокойно принять все, что мне предстоит, и не отягощать страдания моих ближних".
    Человек с устоявшимся христианским устроением души не проходит первых четырех стадий. Он изначально принимает смерть. "Для меня жизнь - Христос, и смерть - приобретение <...> Влечет меня и то и другое" (Флп. 1:21, 23) - пишет апостол Павел; для него смерть - неотъемлемая, сознательно принятая принадлежность жизни. Мученики первых веков христианства встречали смерть как награду, как привилегию доказать свою верность Христу. Предания доносят до нас, как они спешили к месту казни. Мученица Фелицата, растерзываемая на арене диким быком, стремилась лишь к тому, чтобы запахнуть тунику, чтобы не смутить толпу нецеломудренностью и чтобы волосы оставались гладко собранными, так как растрепанные по плечам волосы воспринимались в то время как знак траура, а мученица знала, что уходит в свет, в радость, в славу.
    Само слово мученик, (греч. martis) означает 'свидетель', то есть человек видевший, до конца убежденный в том, что его смерть исполнена смыслом. Так же достойно покидали на протяжении веков земную жизнь подвижники благочестия. В древней Руси был распространен обычай для престарелых родителей уходить в монастырь и там, принимая схиму, заживо погребать себя для суетного мира. Кажется, весь ужас смерти бессильно отступает перед христианином. "Что ты будешь делать, если умрешь завтра утром?" - спросили у известного проповедника Джона Уэсли. - "Допишу проповедь и, как обычно, лягу спать", - отвечал человек, готовый к смерти в любой момент. "Как необыкновенно хороши предсмертные минуты", - прошептал умирающий русский ученый-богослов, профессор Духовной Академии. Христианская смерть мирна, и даже если она насильственна, в ней нет гнева и злобы. Широко известны строки, записанные дочерью Николая II непосредственно перед казнью: И в час мучительной кончины / Вдохни в сердца Твоих рабов / Нечеловеческие силы / Молиться кротко за врагов.
    В-третьих, смерть объединяет нас. Столкнувшись со смертью человека, мы осознаем свою причастность человечеству. В Ветхом Завете о смерти говорятся замечательные слова: приложился к народу своему (см. Быт 25:8,17; 35:29; 49:33 и др.), отправился в путь всей земли (см. Нав 23:14; 3 Цар 2:2). Так в событии смерти человек полностью приобщается к человечеству. Мы прощаем умершего, как бы ни были обижены на него - "о мертвых либо хорошо, либо ничего", - и нередко начинаем выше ценить близких, оставшихся с нами. "Любовь к отеческим гробам" является добродетелью. Первый проблеск религиозного сознания - благоговение - часто просыпается на кладбищах.
    Смерть позволяет подвести итоги. Мы говорили, что в христианском сознании смерть - это не конец, а рубеж. Уже упомянутый нами психолог В. Франкл, построивший свою систему психотерапии на поиске человеком смысла жизни, пишет: "В жизни человек всегда в процессе, в становлении. В каждую отдельную минуту о нем можно только сказать, что он 'был', он уже не такой, как мгновение назад. Только в момент смерти он 'есть'. Он есть то, кем он был в этой жизни".
    И последнее, основное. Смысл смерти - в ее преодолении. Смерть преодолевается любовью. Философ Габриель Марсель однажды написал: "Сказать человеку - я тебя люблю, значит сказать - ты никогда не умрешь". Сознание смерти, принятие и преодоление этого страха - это призыв любви, призыв следовать за Христом, Который Сам есть Любовь. Христианская любовь - особая любовь. Может быть, вернее сказать, что то, что в мире называется любовью, не совсем совпадает с христианской сутью этого понятия. Признанный духовный авторитет прошлого века святитель Игнатий (Брянчанинов) пишет в частном письме: "Признаю только ту любовь, которая действует по велениям Евангелия, которая сама - свет. Другой любви не принимаю, не признаю. Любовь, превозносимая миром, сопровождаемая рвением, мечтательная и переменчивая, признаваемая человеками их собственностью - искажение любви. В (истинной) любви не может быть ни мечтательности, ни плотского разгорячения. Мир Христов есть некоторый тонкий духовный хлад; когда он разольется в душе - она пребывает в высоком молчании, в священной мертвости. Такая любовь - свет - она неприступна для греха, всегда пресмыкающегося на земле; она живет на небе, - туда переносит на жительство ум и сердце, соделавшиеся причастниками Божественной Любви".
    Итак, мы начали со страха и пришли к любви. Это не случайно. В Ветхом Завете мы читаем "Начало премудрости - страх Господень". А в конце Нового Завета, в послании Иоанна Богослова есть слова, которые вдохновляют каждого христианина: "В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви" (1 Ин 4:18). Постараемся же принять неизбежность смерти; в неизбежности увидим тайну, в тайне - надежду на Божию милость; в уповании на Бога - доверие Его милосердию, так просто выраженное словами святителя Афанасия Александрийского: "Бог стал Человеком для того, чтобы человек стал богом".
    БЕЛОРУСОВ С.

    Ссылка
  14. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    ГУРДЖИЕВ О СМЕРТИ И ЖИЗНИ.

    Последний час жизни.


    (Из кн.: Беседы о сокровенном. Из архивов Г.И.Гюрджиева)

    Представьте, что вам осталось жить всего лишь несколько минут, может быть, час, и каким-то образом вы точно узнали, когда вам суждено умереть. Что бы вы сделали с последним драгоценным часом своего пребывания на земле?

    Если бы вы смогли завершить все свои дела за этот последний час, есть ли у вас сознание того, как это сделать?

    И испуская последний вздох, будете ли вы испытывать удовлетворение от того, что вы сделали в своей жизни все возможное для выполнения своих обязательств перед природой и своим “Я”?

    Важен не только сам последний час, важны и последние впечатления. “Последние впечатления” создают переход для будущих проявлений, если такие будут иметь место. Освобождение от низших гармоний ничего не дает, так как в конце концов все забывается, и тебя снова возвращают в этот мир. Забывается даже то, что ты хотел освобождения, чтобы стать Буддой.

    В реальном Мире все космосы присутствуют одновременно, всегда вибрируя, всегда поджидая, как сын ждет отца-моряка. В мире проявленном все имеет начало и все имеет конец. В Реальном Мире все всегда присутствует, и в один прекрасный день вам позволяется все забыть и покинуть его “навсегда”.

    Свобода в миллион раз ценнее освобождения. Свободный человек и в рабстве остается сам себе хозяин. Например, я вам даю что-то, скажем, автомобиль, в котором нет горючего, поэтому автомобиль не может двинуться в путь. Вашему автомобилю требуется особое горючее, но только вы сами в состоянии определить, что это за горючее и где его получить.

    Вы должны сами определить, как переработать мои идеи, чтобы сделать их своими, только вам принадлежащими. Ваш автомобиль не может работать на том особом горючем, на котором работает мой автомобиль. Я предлагаю вам лишь исходное сырье. Вы обязаны извлечь из этого сырья то, что можете использовать вы. Смелее садитесь за руль.

    Органическая жизнь очень хрупкая. В любой момент планетарное тело может умереть. Оно всегда живет на волосок от смерти. И если вам удалось прожить еще один день, то это всего лишь нечаянно данный вам природой шанс. Если вам доведется прожить хотя бы еще час, то можете считать себя счастливчиком. С самого зачатия мы живем за счет времени, взятого взаймы.

    Живя в этом мире вы должны чувствовать смерть ежесекундно, поэтому держите свои дела в порядке, даже в последний свой час. Но как же узнать наверняка, который час окажется последним? Для верности улаживайте свои дела с природой и самим собой каждый данный вам час жизни, тогда вы никогда не окажетесь застигнутым врасплох. Этому человека должны обучать еще в школе, так же как правильно дышать, есть, двигаться и умирать. Это должно стать частью программы образования. В ней должно быть включено обучение, как демонстрировать наличие “Я”, а так же, как формировать сознание.

    Вопрос: Как поступать если не чувствуешь, что что-то осталось недоделанным?

    Г. ответил не сразу. Он вздохнул и ответил так:

    Спроси себя, кому придется туго, если ты умрешь, как собака. В момент смерти надо полностью осознавать себя и чувствовать, что ты сделал все возможное, чтобы во всей полноте использовать данную тебе жизнь.

    Сейчас вы знаете о себе не слишком много. Но с каждым днем вы копаете все глубже и глубже этот мешок с костями и узнаете все больше и больше подробностей. День за днем вы будете открывать для себя, что вы не успели сделать и что нужно переделать из того, что вами сделано. Реальный человек это тот, кто выжал из жизни все, что в ней было ценного, и сказал: “Теперь можно и умереть”. Надо стараться прожить свою жизнь так, что в любой день можно было сказать себе: “Сегодня я могу умереть, ни о чем не жалея”.

    Никогда не тратьте понапрасну последний час своей жизни, так как он может стать для вас самым главным. Если плохо им распорядиться, то потом можно пожалеть. То душевное волнение, которое вы сейчас испытываете, может стать для вас мощным источником той силы, которая может подготовить вас к безупречной смерти. Зная, что следующий час станет для вас последним, впитывайте впечатления, которые он вам принесет, как истинный гурман. Когда Госпожа Смерть вас позовет, будьте всегда к этому готовы. Мастер знает, как извлечь из каждого лакомого кусочка последнюю каплю самого ценного. Учитесь быть мастерами жизни.

    В молодости я учился ремеслу изготовления духов. Я учился получать из жизни ее эссенцию, ее тончайшие свойства. Во всем ищите наиболее ценное, умейте отделить тончайшее от грубого. Тот, кто научился извлекать эссенцию, самое ценное из каждого момента жизни, тот обладает сознанием любого качества.

    Он не способен на то, что сделал бы с миром какой-нибудь дикарь.

    Возможно, в последние мгновенья жизни у вас не будет выбора, где или с кем быть, но за вами останется выбор, насколько ценно вы их проведете. Умение извлекать ценное из жизни – то же самое, что извлекать из пищи, воздуха и впечатлений те субстанции, которые необходимы для построения высших тел. Если вы хотите извлечь из жизни самое ценное для себя, оно все равно должно служить высшему благу, себе достаточно оставить совсем немного. Работать над собой ради блага других – хитроумный способ получить лучшее от жизни для самого себя. Если вы не будете удовлетворены своим последним часом, значит, вы не будете довольны всей своей жизнью в целом. Умереть – значит пройти через нечто, что невозможно повторить вновь. Попусту тратить наше драгоценное время – значит, лишить себя возможности извлекать самое ценное из жизни.

    Прожить в этом мире от начала до конца – означает еще одно проявление Абсолюта. Все великие философы очень тщательно готовились к приходу последнего часа своей жизни. А сейчас я вам дам упражнение на подготовку к своему последнему часу на земле. Постарайтесь не исказить ни одного слова из предлагаемого упражнения.

    Продолжение...
  15. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Упражнение

    Оглянитесь на только что прошедший час, как если бы он был для вас последним часом на земле, и вы только что осознали, что умерли. Спросите себя, довольны ли вы последним часом своей жизни?

    А теперь оживите себя вновь и поставьте перед собой цель в течение следующего часа (если вам посчастливится его прожить) извлечь из жизни немного больше, чем вам удалось в предыдущий час. Определите, где и когда Вам следовало быть более осознанным, где проявить больше внутреннего огня.

    А теперь откройте пошире ваши глаза: под этим я понимаю – откройте себя для больших возможностей, будьте чуть посмелей, чем вы были в предыдущий час. Поскольку вы знаете, что это ваш последний час и вам нечего терять, постарайтесь набраться мужества хотя бы теперь. Конечно, только без глупостей.

    Узнайте себя лучше, посмотрите на свою машину как бы со стороны… Теперь, когда умираешь, не к чему думать о том, как сохранить репутацию, свой престиж.

    И впредь, вплоть до действительно последнего часа, настойчиво стремитесь получить как можно больше ценного от жизни, развивайте интуицию. Каждый час тратьте хоть несколько мгновений, чтобы беспристрастно оценить час минувший, а затем настройтесь на то, чтобы извлечь еще больше полезного последующего часа.

    Если рассматривать каждый час как отдельную единицу жизни, делайте все, что в ваших силах, чтобы использовать каждую единицу жизни наиболее полно. Заставьте себя найти путь, который делал бы каждый последующий час больше, чем предыдущий, но одновременно, давал возможность рассчитаться с накопившимися на данный момент долгами. Увеличение самоощущения или самоосознания “Я”, а также умение управлять собой, позволит изменить работу вашей машины, которую заносит, что служит указанием на действительные изменения. И совершенно неважно, что думает об этом сама машина.

    Продолжение...
  16. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    …Прожить оставшуюся жизнь, репетируя час за часом свою смерть, – отнюдь не патология. Никто не может получить от жизни больше, чем больной раком, примерно знающий, когда он умрет. И если он тщательно продумал, как провести оставшиеся дни, он не станет менять в корне свою жизнь, однако может позволить себе съездить туда, куда давно его тянуло, но чего он не мог сделать при обычных обстоятельствах.

    Человек, который знает, что скоро умрет, постарается максимально использовать каждый оставшийся ему час жизни. Именно это имел ввиду Христос, когда говорил, что последние дни наступят скоро – дни перед Страшным Судом. Мы все стоим перед лицом Суда, но судят нас не другие люди, а мы сами даем окончательную оценку своей жизни. Мы не должны провалиться на самом серьезном экзамене, где самый серьезный судья наше “Я”.

    Каждый момент в отдельности, взятый без относительно другого момента, представляет частицу вечного Творения. Следовательно, в любой момент можно извлекать тончайшие субстанции, которые можно назвать “эссенция жизни”.

    Мысленно представьте себе субстанцию “воздух” или субстанцию “впечатления”. Наконец, нарисуйте мысленно субстанцию “момент”. Да, это действительно субстанции, даже мгновения времени.

    Если нам удастся извлекать более тонкие субстанции из этих более грубых субстанций, то, рано или поздно, придется чем-то за это заплатить. Этот закон называется Законом Равновесия. Поэтому нам придется научиться немедленно платить за то, что мы получаем от жизни. Только в этом случае у нас не будет долгов. Платить немедленно – это то, что называют “реально делать”. “Делать” – это думать, чувствовать, двигаться, но “реальная активность” – платить немедленно.

    Делать – может означать только одно: извлекать квинтэссенцию из каждого момента жизни и одновременно платить по всем долгам природе и самому себе, но только при наличии “Я” можно уплатить немедленно.

    Настоящая жизнь состоит не в изменении активности, а в изменении качества активности. Судьба – она и есть судьба. Каждый из нас должен найти свое место в общем порядке вещей. Еще не слишком поздно сделать это сейчас, хотя большую часть жизни вы впустую потратили на спячку. Начиная с сегодняшнего дня вы можете начать готовиться к смерти и, в то же время, повышать качество своей жизни. Но не тяните с началом, может, и на самом деле вам остался всем один час жизни.

    Вопрос: Можно ли рассказать обо всем этом другим? Я считаю важным все то, что мы услышали здесь сегодня вечером.

    Вы можете повторить слово в слово, но до тех пор, пока вы не сделаете это для себя, это ничем не будет значить для других. Существование есть орудие или инструмент для действия. Поразмышляйте на эту тему и узнайте, почему это верно.

    Вопрос: Следовательно, мы не можем платить долги, если мы не существуем и отсутствует “Я”?

    А чего ради у вас такая необходимость платить? За что? Если жизнь – всего лишь случайность, то нет смысла продолжать. Это вовсе не значит, что надо кончать жизнь самоубийством. Наоборот, надо приложить все усилия, чтобы жить. Человек заурядный всегда живет, просто плывя по течению. Он не просто спит, а полностью мертвец. Чтобы действительно жить, надо способствовать усилиям природы, брать от жизни активно, а не поступать пассивно – как получится.

    Продолжение...
  17. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    ...Вы даже не достигли простой жизненной цели – отдыхать. Как бизнесмены вы не удались, как потребители жизни – сами себя обманули. Вы всю жизнь полагали, что все дается даром, а теперь вдруг обнаружили, что – не даром. Вы платите за пользование временем, поэтому каждый миг вашего пребывания здесь чего-то стоит.

    Как же вам все-таки возместить хоть когда-нибудь эти потери. Проверьте, это постоянные или временные потери для вашего банковского счета? Потеряли вы или удачно поместили свой капитал? Если вы все деньги потратили на отпуск, то вам не остается ничего иного, кроме тоски по прошлому.

    В течение многих лет вы тратили время так, словно родители выдали вам на него открытый банковский счет. Но вот состояние спущено, вы прогорели и обнаружили, что остались одни и ни на кого не можете рассчитывать. На банковском счете времени больше нет. Теперь вы вынуждены зарабатывать каждый час жизни. Всю свою жизнь вы вели себя, как ребенок, а время тратили, как молодожены.

    Наш основной враг, который мешает приложить нужные усилия, – безнадежность. Знаю, у вас найдется много отговорок и оправданий тому, чтобы не готовить себя к своему последнему часу. Привычка – большая сила, но раз начав, вы можете научиться делать с каждым разом все больше и больше.

    Не теряйте ни одного дня попусту, заставляйте себя хотя бы час в день прилагать усилия, иначе потеряете все, что приобрели. Думайте о репетиции своего последнего часа, как о занятиях балетом – заниматься надо всю жизнь. У меня в день на это упражнение уходит четыре часа, а в молодости я посвящал ему раза в два больше.

    ВРАЧ К.М.Н. АНДРЕЙ БЕЛОВЕШКИН
  18. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Ходячий труп

    Видели ли вы когда-нибудь ходячий труп? Он очень стремится быть чьим-то родственником, считает себя жителем какого-то континента, страны, частью какой-то расы, относит себя к какому-то полу и возрастной группе. У него есть фотографии всех членов его семьи, а у них есть его фотографии. Иногда вся семья собирается вместе, съезжаясь, порой, со всей страны, чтобы рассказать друг другу и обсудить семейные сплетни. Они говорят о том, кто умер и кто родился в прошедшем году, кто женился и кто развелся. И каждый раз он гадает, кто же следующим покинет свое тело. Наверное, это будет он сам, ведь он уже труп, хоть и ходячий.

    Он отправляется на работу рано утром, а возвращается поздно вечером. Жена и дети, похоже, больше радуются его уходу, чем появлению. Он ненавидит свою работу и чувствует, что и начальник, и сослуживцы, вероятно, терпеть его не могут, так же, впрочем, как и он их. Тем не менее, ему приходится ходить туда ежедневно, но каждый год он гадает, кто из его сослуживцев следующим покинет свое тело. Наверное, это будет он сам, ведь он уже труп, хоть и ходячий.

    Он откладывает деньги на страхование автомобиля, страхование дома и страхование жизни. Некоторые из его знакомых побывали в автокатастрофе, природные катаклизмы разрушили их дома, а у некоторых родственники погибли в дорожных авариях или умерли от болезней. У него очень хорошая страховка, и он считает, что готов к любым неприятностям, которые могут случиться с его имуществом, родственниками или им самим. Однако он не любит сюрпризов и гадает, когда же какое-то из несчастий нанесет визит ему. Он уже почти понял, что беспокоиться не о чем и ничто не застанет его врасплох, потому что он уже труп, хотя и ходячий.

    Иногда он подумывает, не сменить ли ему профессию или не сесть ли снова за парчу, чтобы получить новый аттестат. Он размышлял над тем, что средний американец меняет машину каждые три-четыре года, дом - каждые семь лет, профессию - примерно четыре раза за жизнь, а место работы - около десяти раз за жизнь. Ему, очевидно, что все и вся постоянно меняется. Каждый год он гадает, что еще поменяется в его жизни, ведь он труп, хотя и ходячий.

    По воскресеньям он ходит в церковь, в синагогу, мечеть или храм, чтобы встретить там большей частью таких же людей, занятых тем же самым. Иногда он спрашивает себя, насколько они в действительности веруют, и на самом ли деле понимают, что делают. Песни и молитвы поются, Писания читаются, проповедь произносится. Каждый месяц или около того случаются похороны одного из членов конгрегации. Порой он опасается идти в места поклонения, зная, что снова услышит там имена тех, кто недавно умер. Однако он знает также, что в церкви, синагоге, мечети или храме однажды объявят и о его смерти, поскольку он труп, хотя и ходячий.

    Раньше он был очень одинок, но потом встретил свою жену. Он думал, что она принесет ему полное удовлетворение и счастье. Он был уверен, что с ее приходом в его жизни произойдет важная и чудесная перемена. Проблема, однако, состоит в том, что она ожидала того же самого от него. Каждый из них ждал счастья и удовлетворения от другого. В конце концов, оба получили разочарование и срыв, поскольку ни один из них не собирался заботиться о другом. Каждый надеялся удовлетворить за счет другого свои собственные нужды.

    Ходячий труп - это, на самом деле, каждый из нас, потому что, похоже, все мы чересчур отождествляем себя с телесными определениями, такими, как раса, национальность, пол, политические взгляды, семья, работа, безопасность, образование, ритуалы и романтические отношения. Мы, зачастую, видим в них смысл жизни, а все остальное считаем вторичным. Погрузившись в эти определения, мы склонны забывать, что все они относительны и временны. Пройдет время, и мы изменимся, и другие изменятся, и обстоятельства тоже станут иными. Самое главное, смерть скоро придет, даже если человек живет долго: ведь далее 100 лет - это довольно короткий отрезок времени. Смерть неизбежна, она поджидает за углом всех и каждого. Так что проживет человек один год или сто лет, он все равно ходячий труп, ибо смерть придет очень скоро. Смерть не только изменит всё и вся, но станет также последней наградой и последним переживанием. Мы можем думать, что наше теперешнее существование, наши особенности и взаимоотношения будут продолжаться неопределенно долго в том виде, в каком они находятся сейчас, но очень скоро они окажутся в прошлом. От смерти нас отделяют буквально мгновения.

    Если вы до сих пор не замечали ходячих трупов, то лишь потому, что не присматривались к окружающим. Хуже того, вы не были честны сами с собой, наблюдая себя самих. Так продолжайте же ходить, достигать чего-то, рваться к превосходству, строить отношения, размышлять, ибо скоро вы полностью осознаете, что вы труп, хотя и ходячий.

    Я нищий, который понял, что он -ходячий труп.

    Бхакти Тиртха Свами
  19. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    "Сейчас ученые говорят нам, что вся вселенная представляет собой изменение, деятельность, процесс – целостность потока, лежащую в основе всего:
    Каждое субатомное взаимодействие состоит из аннигиляции исходных частиц и создания новых субатомных частиц. Субатомный мир является постоянным танцем творения и аннигиляции, перехода массы в энергию и энергии – в массу. Неустойчивые формы мгновенно возникают и исчезают, создавая нескончаемую, вечно сотворяемую вновь реальность.

    Что наша жизнь, как не этот танец неустойчивых форм? Разве не меняется все постоянно: листья на деревьях в парке, освещение в вашей комнате во время чтения этих строк, времена года, погода, время дня, люди, идущие мимо вас по улице? А как вы сами? Разве все, что мы делали в прошлом, сейчас не кажется сном? Друзья, с которыми мы росли, места, где мы бывали в детстве, те взгляды и мнения, которых мы когда-то придерживались и отстаивали с такой страстью: все это мы оставили позади. Сейчас, в этот момент, реальным является то, что вы читаете эту книгу. И даже эта страница скоро станет всего лишь воспоминанием.

    Клетки нашего тела умирают, нейроны нашего мозга деградируют, даже выражение лица постоянно меняется у нас в зависимости от настроения. То, что мы называем своим основным характером, это не более, чем "поток ума". Сегодня нам хорошо, потому что дела идут хорошо; завтра мы чувствуем себя совершенно иначе. Куда делось это хорошее ощущение? Обстоятельства изменились, и новые влияния овладели нами; мы преходящи, эти влияния преходящи, и нигде нет ничего прочного или продолжительного, на что мы могли бы указать.

    Что может быть более непредсказуемо, чем наши мысли и эмоции: вы представляете то, что подумаете или почувствуете в следующее мгновение? Фактически наш ум столь же пуст, непостоянен и неустойчив, как сновидение. Посмотрите на мысль: она приходит, остается на некоторое время – и исчезает. Прошлое – это прошлое, будущее еще не возникло, и даже мысль в настоящем, пока мы ее размышляем, становится прошлым.

    Единственное, что у нас действительно есть, – это сейчас, настоящий момент.

    Иногда после изложения учения об этом ко мне кто-нибудь подходит и говорит: "Все это очевидно! Я всегда это знал. Вы мне скажите что-нибудь новое".


    И я спрашиваю его: "Вы действительно поняли и осознали истину, что все преходяще? Вы настолько слили ее с каждой вашей мыслью, каждым дыханием и движением, что ваша жизнь преобразилась? Задайте себе следующие два вопроса: Я действительно в каждый момент помню, что умираю я, все остальные и все остальное, и поэтому отношусь ко всем существам с состраданием? Стало ли мое понимание смерти, преходящести всего столь глубоким и столь эффективным, что я каждую секунду посвящаю достижению просветления?

    Если вы можете на оба эти вопроса ответить "да", то тогда вы действительно поняли, что все преходяще".

    Согьял Ринпоче
  20. Онлайн
    Эриль

    Эриль Практикующая группа

    Осознание смерти как союзника

    Каждый, кто исследовал природу своих страхов, знает, что любой страх – это отражение страха смерти. Смерть обычно воспринимается, как нечто враждебное. При таком подходе, ни о каком "советчике" речи не идет. Кто же с врагом советуется? Смерть необходимо с помощью усилий сделать своим другом и наставником. Это начало пути воина. Без этого любые, даже самые прекрасные техники и практики остаются развлечением для "бессмертного" существа. Факт осознания собственной смерти лучше никогда не считать окончательно завершенным. В памятовании о смерти всегда есть место для совершенствования. И только смерть определит, как далеко можно продвинуться в этом направлении.

    На начальном этапе этой практики необходимо осознать три пункта:

    1. "Я смертен, я умру".
    При всей своей банальности, это – задача та еще. Многие люди в ответ на напоминание о своей смерти скажут "знаю-знаю" и тут же забудут об этом. Они подобны балаганным актерам, механически твердящим заученную роль – в их словах о смерти нет ни осознания смысла этих слов, ни Силы. Поэтому нужно честно признаться, что помнить о смерти тяжело. Нужно признать свой страх. Нужно сдаться тому направлению, откуда эти страхи приходят. Нужно двигаться прямо туда. Мысль о смерти даст эту "путеводную нить".

    2. "Я могу умереть в любую секунду. Например, в эту".
    Как говорил мессир Воланд: "Да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, вот в чем фокус!". Мало осознать, что умрешь "когда-нибудь". Это может произойти прямо сейчас. И в мире нет Силы, которая может гарантировать кому бы то ни было, что его жизнь продлиться хотя бы одну минуту. Относительная безопасность существования и поддающийся оценке промежуток жизни – это такая же иллюзия, как и иллюзия бессмертия. Каждую минуту на этой планете умирает две сотни людей, и большинство из них незадолго до смерти считало, что они еще поживут. Среди них есть молодые, абсолютно здоровые, погибшие в результате несчастных случаев, а то и вовсе без причины. Смерть просто касается человека, а то, что обычный человек назовет причиной смерти, возникает после этого прикосновения…

    3. "После смерти ничего нет".
    Все, во что люди верят о послесмертии – ложь, хотя бы потому, что придумано в этом мире. Никакие идеи не могут скользнуть за грань смерти. Здесь остается все – тело и ум, душа и энергия, точка сборки, огонь изнутри, любая другая концепция, в которую человек верит. Даже если кто-то видел рай и ад, или переживал свои прошлые жизни – что с того? Это лишь то, что человек видел в тот момент и всё… Всё остальное – лишь его выводы, которыми он себя успокоил. Нет рая и ада, нет реинкарнации, нет третьего внимания, нет ни Бога, ни Орла – это все ложь! После смерти нет ничего. Все верования и концепции обычного человека – это лишь попытки успокоить себя и не знать правды. Правда проста – после смерти нет ничего из того, что ты знаешь.

    Раскрыть Спойлер
    Если осознать все вышеперечисленное даже на поверхностном уровне, внутри происходит перелом. Приходит знание об одиночестве. Ведь даже близнецы рождаются каждый сам по себе. И даже если несколько человек умирают рядом – каждый делает это сам. Человек приходит в этот мир один и уходит из него один и никто не может ему в этом помочь...

    Этот этап, при всей своей псевдомрачности, очень веселый. Тот, кто достиг этой стоянки, легко отвечает на "великие вопросы", над которым бьются "лучшие умы человечества" и узнает, почему лишь немногие могут дать вразумительный ответ на такие простые вопросы.

    Возьмем для примера следующие темы: "смысл жизни" и "чем человек отличается от животного".

    Цель у выпушенной стрелы одна – мишень, цель в жизни тоже одна – смерть. И не стоит мечтать о том, что стрела может пролететь мимо мишени – поверьте, этот лучник не промахивается. Человек всегда спешит к своей цели. А если человек спешит, то неважно, куда он спешит – за деньгами или к просветлению. Механизм одинаков в обоих случаях: если есть цель, то хочется скорее попасть туда. А попав туда, человек ставит новую цель. И такой ускоренный бег по жизни ведет… куда? Жизнь любого человека заканчивается чем? И если внимательно посмотреть на то, что и зачем делают люди, то несложно заметить смысл жизни обычного человека: любой ценой забыть о том, что он может умереть в любую секунду и продолжать свой "забег бессмертного" от цели к цели.

    А чем же человек должен отличаться от животного? Есть лишь одно отличие – человек может помнить о том, что он умрет. Человек способен к отождествлению. Животное, видя чужую смерть, не осознает неизбежность своей смерти, а человек может сделать такой вывод. Это подарок нам, человеческим существам, бонус для духовного развития. Таким образом, забывать о собственной смерти означает терять человеческий облик, уподобляться животному. Отсутствие знания о своей смерти – это то, что унижает человека как личность и когда-нибудь унизит человечество, как вид...

    После первичного осознания факта своей смертности наступает этап знакомства со смертью. Необходимо начать регулярно думать о ней. Как же правильно думать о смерти? Так, чтобы это не превращалось в паранойю или не вызывало меланхолию? Необходимо регулярно запускать мысль о смерти и внимательно осознавать все ощущения в теле. Ни в коем случае не бороться с этими ощущениями. Если страшно – пусть будет страшно. Если есть напряжение – пусть будет. Пусть будет все, что есть. Это нужно прожить, принять. Но не бороться с этим и не индульгировать в этом. Ведь перед смертью любой человек, скорее всего, с радостью проживет любое событие, любой миг своей жизни – лишь бы пожить подольше. А ведь можно принять это сейчас, пока есть время. Ведь время пока есть. Нужно быть отрешенным свидетелем, но не подавлять эти ощущения, чувствовать их тотально, но не потакать им. Любым ощущением можно наслаждаться, если помнить, что смерть пока не коснулась, но может быть, уже сейчас коснётся…

    Это необходимо практиковать постоянно, каждый раз, когда об этом вспоминаешь. Со временем частота этого самовспоминания увеличится. Кроме того, могут измениться эмоции, возникающие при мысли о смерти. Эта мысль начнет наполнять отрешенностью, огромной силой, или чувством ни с чем не сравнимого торжества. Ведь настоящий воин, подлинный мистик знает, что он умрет. И именно в этом знании он черпает мужество, достаточное для того чтобы встретить внутри или снаружи все, что угодно. Именно в мысли о смерти он черпает мужество, необходимое для встречи со своей смертью.

    Когда контакт со знанием о своей смертности возвращает отрешенность, можно переходить к практическому применению этого ощущения. Ниже будут обозначены лишь несколько областей из огромного поля возможностей:

    Контакты: Если тяжелы те или иные ситуации в общении, необходимо просто осознать собственную смертность, Посмотреть в глаза собеседнику и осознать, что он точно так же смертен. Смерть уравнивает всех. Все равны. Все умрут. Никто не лучше и не хуже, чем кто-либо другой. Это помогает на переговорах с людьми, обладающими большой властью в социуме или в общении с теми, кого ставишь "ниже" своей важной персоны.

    Трезвость: Мысль о смерти трезвит. Если человек болен, не выспался, влип в бестолковые дела, ему нужно просто вспомнить о смерти, принять происходящее и мгновенно отбросить это. Просто уйти из этого. Осознав, что на это нет времени. Помня о смерти, можно убрать любую свою неадекватность, включая сильнейшее наркотическое опьянение.

    Сила: В глаза человека, который перед боем помнит о смерти, боятся смотреть все, кроме тех, кто помнит о смерти - а с теми, кто помнит о смерти, воину делить нечего…. Из жизни естественным образом исчезают все проблемы с милицией, хулиганами, агрессивными собаками и прочим, что обычный человек воспринимает, как проблему, а воин – как вызов.

    Любовь: Каждый раз, когда есть обиды или злость на любимых, нужно просто осознать собственную смертность. Если это Любовь – тогда, даже не закончив свои обвинения, начинаешь благодарить своих любимых за то, что они дали возможность пережить радость общения с ними. Ведь, может быть, эта встреча – последняя. На брань нет времени – есть время только благодарить и прощаться. Кстати, при таком подходе ни зависимости, ни ревности не возникает – есть только Любовь.

    Осознанность: Очень легко осознавать любое действие и быть медитативным, если знать, что эта медитация может оказаться последней. Исчезает стремление к цели, ведь цель – смерть, так зачем торопиться? Каждая мысль о смерти приводит в пресловутое "здесь и сейчас". Исчезает "болезнь ложных усилий".

    Память: В моменты озарений и самадхи, осознанных снов и выходов во второе внимание весь этот опыт никуда не теряется. Вспоминая о смерти и отдавая себе команду запомнить полученное переживание, можно впоследствии восстановить его в обычном состоянии сознания. Как бы "привязать" к мысли о смерти и "протащить" в этот мир.

    В состоянии контакта со своим советчиком необходимо исследовать все области своей жизни на предмет безупречности. Ведь абсолютно все, что делает мистик, должно быть соотнесено с мыслью о собственной смерти. Только так можно чего-то достичь на Пути. Только так можно


    Ссылка