"Навстречу смерти"

Тема в разделе 'Тема смерти', создана пользователем Эриль, 16 июл 2022.

  1. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    IMG_20220716_072514.jpg

    Практические советы и духовная мудрость
    тибетского буддизма.



    Эта книга посвящается досточтимому Трангу Ринпоче и Кхенпо Цултриму Гьяцо
    Ринпоче, открывшим мне глаза на то, что смерть — это иллюзия, а также моим
    родителям, чья смерть показала мне, насколько эта иллюзия горька



    Выборочно
  2. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Вступительное слово

    Жизнь — это вращающееся колесо существования, вереница бесчисленных
    рождений, жизней, смертей и перерождений. Если мы научим свой ум быть спокойным и любящим, все наши слова и дела естественным образом станут здоровыми и принесут пользу как нам самим, так и другим людям, а когда мы умрём, то, согласно буддийским учениям, такими же здоровыми и полезными будут и наши переживания в бардо и в следующей жизни.


    Это справедливо, поскольку наши переживания — плоды семян привычек, которые мы посеяли в почву собственного ума в прошлом.

    В общем, пока мы живы, нам следует тренировать свой ум посредством
    молитвы, медитации и заботы о других.

    Визуализируйте, ощущайте и верьте, что
    мы оказались в небесном мире света, спокойствия и радости и предстали перед
    Буддой Любящей Доброты, наделённым всеведущей мудростью и безусловной
    любовью. С преданностью, с энергией радости и доверия возносите молитвы
    Будде. Пойте с любящей добротой и желайте, чтобы все живые существа
    испытали радость. Благодаря этому после смерти, а также в следующей жизни перед нами откроется мир чистой земли спокойствия и радости. Он будет
    проявлением хороших привычек, которые мы взрастили в своём уме посредством
    медитации, ведь после смерти физические объекты не последуют за нами — за нами последует лишь наш ум, наши ментальные привычки.


    Согласно эзотерическим учениям буддизма, считается, что если мы
    достаточно преуспеем в искусстве медитации, то во время умирания и в бардо мы увидим и реализуем изначальное осознавание, истинную просветлённую природу нашего ума — обнажённую, такую, какая она есть.


    Это исконное осознавание
    есть изначальная мудрость с её пятью аспектами и пятью семействами будд в их чистых землях. Всё это — естественная лучезарность и исконная сила самогó
    недвойственно проявляющегося, незримо и неограниченно пребывающего и безусильно действующего изначального осознавания.

    Если мы сможем реализовать и поддерживать его, мы достигнем состояния будды.



    Хотя во время смерти все мы видим изначальное осознавание, истинную природу ума, это переживание настолько скоротечно, что большинство из нас не только не может поддерживать, но даже не замечает его.


    Многие важные буддийские тексты о смерти, такие как «Тибетская книга
    мёртвых», уделяют основное внимание реализации сияющего бардо дхарматы.
    Однако большинство из нас не занимаются практикой медитации всерьёз, и уж конечно не являются мастерами высокого уровня.

    Так что нам не стоит надеяться реализовать мудрость изначального осознавания в самые неспокойные моменты умирания и бардо, а следует сосредоточиться на трансформации двойственных
    привычек ума, бурных эмоций и чувственных переживаний в благие качества посредством молитвы и медитации на преданности, свете и любящей доброте. Такая практика более проста — и очень полезна.


    «Навстречу смерти» — это крайне своевременный подарок всем нам,
    стремительно несущимся к критическому моменту физической смерти. Здесь
    исключений быть не может. Мы все умрём.


    Эта книга наполнена нектаром
    религиозной и практической мудрости, позволяющей наилучшим образом
    использовать исключительно ценное время оставшейся нам жизни. Она изобилует понятными и полезными подробностями и пропитана великими любовью и заботой.

    Это справочник для всех, кто понимает, что умрёт, и хочет, чтобы его
    путь освещал дарящий счастье и благословение свет Дхармы.


    — Тулку Тхондуп, январь 2013
  3. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Введение

    Могу гарантировать вам, что при надлежащем уровне подготовки момент смерти станет для нас радостным переживанием. Если же мы не готовы, он непременно станет временем страха и сожалений.

    — Аньен Ринпоче

    Готовым к смерти быть — тогда и смерть, и жизнь приятней.

    — Уильям Шекспир

    Смерть — одно из самых драгоценных переживаний в жизни. Это в буквальном смысле тот шанс, который выпадает лишь раз.

    Карма, которая привела нас в эту жизнь, иссякает, временно оставляя «чистый лист», а карма, которая толкнёт нас в следующую жизнь, ещё не кристаллизовалась. Так мы оказываемся в уникальной «ничьей земле», в потустороннем мире, который тибетцы называют «бардо»
    и в котором может осуществиться множество
    чудесных возможностей.

    В это особенное время при поддержке искусных друзей мы можем достичь быстрого духовного прогресса и напрямую повлиять на то, где переродимся.

    Более того: мы даже можем достичь просветления.

    Буддийские мастера заявляют, что благодаря этому кармическому зазору в смерти больше возможностей для просветления, чем при жизни.


    Автор одного из переводов «Тибетской книги мёртвых» Роберт Турман пишет:

    «Это промежуточное время [бардо]... — лучшее время, чтобы попытаться сознательно внести позитивные изменения в причинно-следственный процесс эволюции. В этом промежутке наш эволюционный импульс крайне нестабилен, и в подобном кризисном состоянии мы можем совершить большой скачок — как вперёд, так и
    назад».


    Однако смерть страшит даже тех, кто занимается духовными практиками.
    Мы боимся её, потому что это нечто неведомое. Мы не ждём смерти, потому что не знаем, чего нам ждать. Для большинства из нас она остаётся великой загадкой. Смерть — это окончательное затмение, то, чего следует избегать любой ценой.

    Но у нас всегда есть выбор. Мы можем продолжать проклинать тьму или
    включить свет. Смерть — не время для колебаний и смятения. Это время для уверенных сострадательных действий.


    Лама Сопа Ринпоче говорит:

    «В это время люди действительно должны что-то сделать для умершего; это самое важное время для человека».


    В «Тибетской книге мёртвых» сказано:

    «Это линия, разделяющая будд и живых существ. Об этом моменте говорится: в один миг они разделяются; в один миг — полное просветление».

    Эта книга поможет вам подготовиться к смерти. Она основана на богатейших знаниях тибетской танатологии (наука о смерти и умирании) и содержит множество библиографических ссылок (для тех, кто хочет больше узнать о сложном феномене бардо).

    Однако главная задача этой книги,
    опирающейся в основном на многочисленные источники тибетского буддизма, — быть практическим руководством, справочным пособием.
  4. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Момент смерти, как и момент рождения— это время, когда нам больше всего нужна помощь. Начало и конец жизни сопряжены с уязвимостью, смятением — и одновременно с богатством возможностей.

    В обоих случаях мы вступаем на новую территорию — в мир живых или в мир мёртвых. Умирающий и те, кто за ним ухаживает, могут создать условия, позволяющие извлечь из этого бесценного события всю возможную пользу.

    Мы обсудим, почему это возможно и что значит провести это время с наибольшей пользой, и выясним, как подойти к смерти со спокойной уверенностью. Мы узнаем, что надо делать и когда это делать.

    Хотя эти указания полезны, они отнюдь не призваны как-то ограничить и
    формализовать священный опыт умирания. Карта — это не сама территория. Несмотря на то что тибетцы дали невероятно подробное описание смерти и перерождения, смерть не может быть такой же опрятной, как написанное слово.

    Изучение темы смерти и подготовка к ней важны как для умирающего, так и для тех, кто за ним ухаживает. Однако у любой подготовки есть свои ограничения.

    Парадоксально, но фиксация на идее «хорошей смерти» может помешать хорошо умереть. Если мы будем считать, что наше умирание пойдёт по намеченному плану и что за идеальной подготовкой последует идеальная смерть, мы искусственно приуменьшим загадочность этого поистине таинственного процесса.

    Покориться важнее, чем контролировать. Хорошую смерть определяет полная открытость всему, что возникает. Так что я не сравниваю вашу смерть ни с какой другой и не считаю, что вы должны умереть определённым образом. Пусть ваша жизнь и ваша смерть будут вашими собственными. В жизни есть вещи, которые мы просто делаем по-своему.

    Это означает, что обширная литература об осознанном умирании является
    как благословением, так и проклятием
    . В какой-то момент нам придётся просто нырнуть в смерть с умом новичка, в предвкушении неведомых приключений.

    Образы идеальной смерти создают ожидания, модель, которой, как нам кажется, мы должны соответствовать. Если опыт окажется отличным от наших ожиданий, мы можем запаниковать. «Должно быть по-другому», «Я не рассчитывал, что всё будет именно так».

    Смерть неразрывно связана с отпусканием. Включая отпускание любых ожиданий. Опасность слишком подробного изучения смерти в том, что мы можем попытаться «заказать» опыт в определённой упаковке, втиснуть реальность в смирительную рубашку наших представлений.

    Лучший подход — это срединный путь. Узнайте столько, сколько сможете.
    Изучайте, практикуйте, готовьтесь. А после — отбросьте всё, и пусть этот естественный процесс протекает естественно. Отбросьте карту и бесстрашно вступите на территорию
    . Это похоже на подготовку к большому путешествию.

    Мы стараемся собрать всё необходимое, проверяем вещи по списку, убеждаемся, что у нас достаточно денег и бензина. Но когда путешествие начинается, мы просто наслаждаемся им. Мы не пытаемся сделать его безупречным. Иногда величайшие приключения начинаются, если мы свернём не туда или заблудимся. Всесторонне подготовившись, мы расслабляемся со знанием того, что у нас есть всё необходимое.

    Зачастую лучшее, что мы можем сделать, — это отойти в сторону и позволить смерти произойти естественным образом. Смерть умеет о себе позаботиться.

    Как однажды сказал мой друг, «умереть не сложно, гораздо сложнее жить». Однако иногда бывает полезно вмешаться и действовать решительно.

    Смерть — время эмоций, спутником которых часто бывает замешательство. Грамотное руководство может принести большую пользу.

    Цель этой книги — обеспечить такое руководство. Опирайтесь на неё, а затем сделайте с ней то же, что и с самой смертью — отпустите её.
  5. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Краткий обзор книги

    Эта книга описывает процесс умирания, смерти и перерождения с точки зрения тибетского буддизма. Она опирается на предположении о справедливости непреложных законов кармы. Понимание кармы — одной из самых сложных тем буддизма — ведёт к пониманию реинкарнации. В наши задачи не входит подробное исследование кармы и реинкарнации. Мы просто принимаем их как данность. Как относиться к этим учениям, читатель решает сам.

    Тибетский буддизм — не единственная буддийская традиция, в которой существует учение о бардо, но именно учения тибетского буддизма наиболее полны. Другие религиозные традиции имеют другие представления о том, что происходит после смерти. Даже представления различных школ буддизма не одинаковы. Хотя эта книга адресована изучающим тибетский буддизм, она может
    быть полезна любому, кто хочет узнать о буддийском взгляде на таинство смерти.

    Центральным ориентиром в тибетском мире, а также каркасом этой книги служит учение о трёх бардо смерти: мучительном бардо умирания, сияющем бардо дхарматы и кармическом бардо становления. В соответствии с этим учением книга поделена на части «до», «во время» и «после».

    Если описать эти бардо вкратце, мучительное бардо умирания начинается с возникновением болезни или состояния, которое заканчивается смертью. В случае внезапной смерти это бардо разворачивается в мгновение ока. Оно называется мучительным из-за боли отпускания.

    Сияющее бардо дхарматы начинается с окончанием бардо умирания. Для большинства из нас оно проходит незаметно.

    Слово «дхармата» означает «таковость» и указывает на природу реальности, просветлённое состояние. Оно названо «сияющим» в силу своей невообразимой лучезарности. Оно настолько яркое, что ослепляет нас, и мы теряем сознание.

    После этого мы с изумлением просыпаемся в кармическом бардо становления. Таковость исчезает, и с возвращением кармы, которая должна ввергнуть нас в следующее рождение, возникает замешательство. Весь процесс занимает примерно сорок девять дней и далее будет описан весьма подробно.

    Разные существа по-разному проходят через бардо. Лишь некоторые учителя утверждают, что это универсальное путешествие и что, к примеру, все одинаково переживают видения божеств в бардо дхарматы. Большинство учителей говорят, что культурные отличия и индивидуальные особенности являются источником разнообразия переживаний. Действительно, почему христианин или мусульманин, чья вера существенно отличается от буддизма, должен переживать
    смерть так же, как буддист?


    Как мы увидим, путешествие сквозь бардо — это путешествие сквозь ум.

    С буддийской точки зрения сущность ума всех живых существ одинакова. Однако поверхностные структуры, скрывающие эту сущность, различаются. Таким образом, путешествие сквозь поверхностные структуры (бардо умирания) в сущность ума (бардо дхарматы), а затем — из неё (бардо становления) не всегда
    одинаково. Однако общая модель трёхступенчатого процесса универсальна, по крайней мере с точки зрения буддизма.
  6. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Привыкание

    Ключ к мягкому преодолению сложностей смерти — в привыкании, или близком знакомстве. Эта книга основана на семинарах, которые я проводил и в ходе которых мы практиковали описанные ниже медитации как способ привыкания к смерти через привыкание к собственному уму.

    Мы посещали похоронные дома и крематории. Мы гуляли по кладбищам и заходили в патологоанатомические лаборатории моргов, чтобы провести время среди трупов.

    Проводя время со смертью, мы лишали её таинственности — а с этим и большей части страданий.

    В ходе этих семинаров я наблюдал изначальное сопротивление людей медитациям и учебным экскурсиям. Участники семинаров впервые вступали в прозекторскую с трепетом. С подобной опаской они вступали и в собственные умы во время медитации. Они нервничали, потому что не знали, чего ожидать. Но они доверяли мне, потому что я уже побывал во всех этих внешних и внутренних пространствах.

    Когда они выходили из морга, из похоронного дома или из длительной сессии медитации, я видел, насколько они были расслаблены. В процессе привыкания они обнаруживали, что хотя смерть может быть весьма непростым событием, в ней всё же нет ничего особенного. Они научились улыбаться, глядя в лицо смерти.

    Если человек не подготовлен, столкновение с реалиями смерти и
    интенсивностью связанных с ней переживаний — с её эмоциональным воздействием, с подготовкой к похоронам, общением с друзьями и близкими, решением медицинских и юридических вопросов — может походить на подготовку к большой свадьбе за один день. Это переполняет и ошеломляет.

    Если же вы позаботитесь о некоторых деталях сейчас, то в момент смерти сможете расслабиться, а расслабиться — это лучшее наставление по умиранию.

    Расслабление же рождается из привыкания
    .

    Данный справочник может оказаться в ваших руках, когда смерть уже
    крепко зажала вас в свои тиски, но если вы прочтёте его заранее, то сможете лучше подготовиться к этому моменту.

    Согьял Ринпоче так обобщает замысел этой книги:

    "Сейчас крайне важно, чтобы пробуждённое видение смерти и
    умирания распространилось во всём мире, на всех уровнях образования. Детей нужно не защищать от смерти, а с юных лет знакомить с её истинной природой и с тем, что они могут через неё узнать. Почему бы не познакомить с этим видением в его простейших вариантах все возрастные группы? Знание о смерти, о том, как помочь умирающему, и о духовной природе смерти и умирания должно стать доступно всем слоям общества; ему необходимо обучать — глубоко и творчески — во всех школах, колледжах и университетах; особенно важно, чтобы оно стало доступно в больницах — врачам и медицинскому персоналу, которые заботятся об умирающих и на которых лежит большая ответственность за них."
  7. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Часть 1
    ДУХОВНАЯ ПОДГОТОВКА


    1. Что сделать для себя перед смертью

    Даже если вы должны умереть завтра, сегодня вечером вы должны
    к этому готовиться.

    — Сакьонг Мипам Ринпоче

    К тому, кто подготовился и занимался духовной практикой, смерть
    приходит не как поражение, а как триумф и самый славный момент жизни —
    как её венец.

    — Согьял Ринпоче



    Как прожить хорошую жизнь
    и научиться отпускать



    Самая важная часть духовной подготовки к смерти — жить подлинно
    духовной жизнью. Мы умираем так же, как живём.


    Как сказал о смерти поэт Кабир, «то, что обнаруживается тогда, обнаруживается уже теперь». Хорошая жизнь порождает хорошую карму, которая, действуя естественным образом, приводит к хорошей смерти.

    Максима «Карма о тебе позаботится» напрямую применима к смерти. Но когда вы слышите «Я о тебе позабочусь», имеет смысл поинтересоваться, кто это говорит — Мать Тереза или киллер из мафии. Когда мы будем умирать, хорошая карма позаботится о нас хорошо, а плохая — плохо.

    .... Мы должны не только жить добродетельной жизнью, но и научиться отпускать. Если мы сумеем пресечь свои привязанности, то и наша жизнь, и наша смерть будут лёгкими.

    Во многих смыслах весь духовный путь связан с отпусканием и поэтому является подготовкой к смерти. Если мы идём по истинному пути, мы будем готовы.


    Сакьонг Мипам Ринпоче говорит:

    «Многие считают, что практика Дхармы — это подготовка к смерти, что всё, что делает буддизм, — это готовит вас к смерти. И мы действительно готовимся — и готовимся основательно».

    В этой книге мы ещё не раз вернёмся к отпусканию.

    Описанные ниже медитации, многие из которых предназначены для
    ежедневной практики, чрезвычайно полезны в момент смерти. Среди них есть как очень распространённые, так и довольно эзотерические.

    Смысл не в том, чтобы заставить вас практиковать все медитации, а в том, чтобы показать вам, как много вы можете сделать, чтобы подготовить себя наилучшим образом. Эти практики также указывают на то, насколько полезной подготовкой являются даже ваши ежедневные медитации.

    ...Ещё раз повторю, что путешествие сквозь бардо — это путешествие
    сквозь ум, так что любая медитация, которая позволяет вам познакомиться с собственным умом, готовит вас к смерти.

    ....Держа в своей аптечке первой помощи различные медитации,
    мы сможем достать одну из них и сделать неудачное путешествие удачным. Самое главное — подготовиться. Как сказал о смерти Чагдуд Тулку Ринпоче, «если вам нужно срочно справить нужду, туалет строить уже поздно».

    Наконец, Далай-лама говорит о духе нашего путешествия так:

    "Поскольку смерть — это состояние, в котором все грубые уровни
    энергии и сознания уже растворены и остаются лишь тонкие энергии и виды сознания, опытный йогин может посредством медитации вызвать состояние, практически идентичное действительному переживанию смерти.

    Это достижимо, поскольку медитация позволяет растворить грубые уровни энергии и сознания. Справившись с этой задачей, медитирующий обретает колоссальный потенциал решительного и необратимого прогресса на духовном пути.

    В обычной жизни, зная, что нам придётся столкнуться с трудной или непривычной ситуацией, мы заранее тренируемся и готовимся к этим обстоятельствам, так что когда событие действительно
    происходит, мы полностью к нему готовы.

    Репетиция процесса смерти, а также промежуточного состояния и начала нового существования лежит в самом сердце пути высшей йога-тантры.
    Эти упражнения тоже являются частью моей ежедневной практики, и благодаря им, думая о переживании смерти, я даже ощущаю приятное возбуждение."
  8. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Практики и учения для подготовки к собственной смерти

    - Медитация шаматхи,

    - Медитация випашьяны,

    - Четыре напоминания,

    - Теоретическая подготовка,

    - Тонглен,

    - Перевёрнутые медитации,

    - Практика чистой земли,

    - Подготовка к внезапной смерти,

    - Благородные истины,

    - Преданность.
  9. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Медитация шаматхи

    В «Тибетской книге мёртвых», являющейся важнейшим текстом-
    руководством тибетского буддизма, многократно повторяются две главные темы.

    Первая из них: «Не отвлекайся». Она связана с шаматхой, способностью сохранять неподвижность ума, сосредоточенного на любом происходящем событии или объекте.

    (Вторая тема — практика медитации особого видения — обсуждается ниже.)

    Стабильность, достигаемая в шаматхе, позволяет вам с уверенностью смотреть в лицо любому переживанию.

    В жизни и — что ещё важнее — в смерти отвлечение имеет огромную силу. Французский философ Блез Паскаль писал: «Отвлечение — это единственная вещь, утешающая нас в наших мучениях и одновременно являющаяся величайшим из наших мучений». Шаматха избавляет нас от этого мучения.

    Шаматха, или умиротворённое пребывание — это базовая форма медитации внимательности.

    Внимательность является мощной подготовкой, поскольку она не растворяется в момент смерти.

    В момент смерти развитые навыки этой
    практики сами по себе послужат нам духовным спасательным тросом, за который мы сможем держаться в бардо и который вытянет нас из опасных ситуаций.

    Один из лучших способов подготовки к смерти — научиться принимать её и
    сохранять полное присутствие в процессе умирания
    . Полное присутствие — это сущность внимательности, которая развивается посредством шаматхи.

    Поскольку смерть вызывает дискомфорт, быть с нею сложно. Как сказал Вуди Аллен, «я не боюсь смерти — я просто не хочу при ней присутствовать».

    Большинство из нас не присутствуют при своей смерти, тем самым усложняя её. Чтобы понять, о чём идёт речь, вспомните, как тяжело поддерживать полное присутствие, когда вы больны. Большинство из нас хочет оказаться где-нибудь ещё.

    При отделении жизненной силы от тела даже опытные практикующие могут
    почувствовать боль.

    Сопротивление этой боли, сопротивление смерти или любому другому нежелательному событию порождает страдание.

    Мы можем научиться принимать дискомфортное состояние смерти, если будем с внимательностью принимать каждый момент прямо сейчас.

    Замените противостояние равностным отношением. Как сказал Дзогчен Понлоп Ринпоче, «если вы умираете, будьте умирающим полностью и безоговорочно».

    Если сейчас не время для жизни, не пытайтесь быть живым.

    Сначала внимательность развивается посредством практики шаматхи с
    формой или шаматхи с опорой.
    Этот тип шаматхи использует опору на тело,
    дыхание или объект, чтобы успокоить ум.

    Идея заключается в использовании
    устойчивой формы — пока у нас ещё есть такая форма — для стабилизации ума
    .

    Когда со смертью физическая стабильность исчезает, нашим основным
    прибежищем становится стабильность ума.


    Когда мы умрём, якорь тела будет оторван, и ум вырвется на свободу. Если
    мы не готовы к этой свободе, мы можем запаниковать. Представьте, что вас выбросило из космического корабля в открытый космос. Вызванная этим паника может заставить вас цепляться за всё подряд, лишь бы восстановить ощущение опоры. Словно поскользнувшись на льду, мы рефлекторно тянемся и пытаемся
    ухватиться за всё, что может поддержать нас и не дать упасть. Этот рефлекс
    цепляния может толкнуть нас к принятию неудачной формы, а значит, неудачного
    рождения.

    Результатом шаматхи является способность помещать своё внимание на
    любой выбранный объект и сохранять неподвижность ума, избегая отвлечений.

    Ваша осознанность остаётся там, куда вы её швырнёте, — подобно тяжёлому
    мешку, шлёпнувшемуся на землю.



    Следующим шагом после шаматхи с формой является бесформенная шаматха.

    Это способность направлять ум на всё, что возникает, а не только на конкретную форму, и сохранять его неподвижность.

    Вы снимаете с четырёхколёсного велосипеда два страховочных колеса и легко едете по любой поверхности.


    Бесформенная шаматха, или шаматха без опоры, важна, поскольку когда во
    время смерти тело перестаёт функционировать, у нас не остаётся никакой стабильной формы, на которую мы могли бы направить свою внимательность.


    Нет ничего устойчивого, нам не на что опереться. Если ум не мечется в поисках
    любой формы, за которую можно было бы схватиться, в этой точке без опоры
    бесформенная шаматха позволяет нам успокоить его на любом переживании, не
    увлекаясь им
    .

    То, что у нас нет тела, в которое мы могли бы вернуться, не является более проблемой. Мы просто помещаем свой ум на всё, что происходит, тем самым обретая стабильность.


    «Перевёрнутые» медитации и «йога
    бессонницы», о которых пойдёт речь ниже, помогают развить этот навык.

    Бесформенная шаматха — это спасательный круг, не позволяющий нам утонуть в бурном и пугающем океане переживаний.

    За простотой внимательности можно не заметить её глубины. Она — врата к
    бессмертию.


    Философ Людвиг Витгенштейн сказал:

    «Если под вечностью понимать не бесконечное течение времени, а безвременье, тогда вечно живёт тот, кто живёт в настоящем».

    Трунгпа Ринпоче и Падмасамбхава согласились бы с этим утверждением. Они учили, что существует четыре вида отношения к переживанию времени, делая акцент на четвёртом мгновении.

    Первыми тремя мгновениями называются условные переживания прошлого, настоящего и будущего.

    Четвёртое же мгновение вне времени, и потому бессмертно. Оно за пределами первых трёх. Четвёртое мгновение — это прямое переживание бардо дхарматы, которое, как мы увидим, лежит вне времени и пространства.

    Чтобы получить опыт бессмертной дхарматы, не обязательно умирать. Она тихо лежит между любой парой мыслей — а не только между парой жизней.


    Хотя четвёртое мгновение лежит за переделами остальных трёх мгновений, в
    нём можно оказаться лишь пройдя через лазейку в настоящем.

    Иными словами, «сейчасность» — это узкий проход, ведущий в вечность.


    Современный учитель йоги Б. К. С. Айенгар сказал: «Йогин учится забывать о прошлом и не помышляет о будущем. Он живёт в вечном настоящем».

    Если вы не видите дхармату в пространстве между мыслями, вы можете понять, что это такое, когда поглощены какой-то деятельностью. Если вы на сто процентов присутствуете в том, что делаете — играете с детьми, слушаете концерт или работаете — время останавливается. Вы можете выйти из этого переживания, посмотреть на часы и поразиться тому, как быстро пролетело
    время. Это гармоничное переживание четвёртого мгновения — вход в мир, где
    время исчезает, а значит, исчезаете вы.


    Это волшебное состояние, близкое к тому, что психологи называют «состоянием потока», а спортсмены — «зоной», не обязано возникать случайно.

    Зону четвёртого мгновения можно развить, если научить ум присутствовать.


    Как сказал учитель дзен Бейкер Роси, внимательность повышает вашу
    «предрасположенность к случайностям».

    Чем больше вы практикуете внимательность, тем чаще попадаете в зону.

    Тот, кто развил шаматху, может позволить своему уму покоиться в медитативной поглощённости, или самадхи, и ощутить вкус бессмертия. Он вошёл в бессмертную зону полного присутствия.


    Несмотря на все сложности бардо, медитации, которые нас к ним готовят, не
    обязаны быть сложными по определению.

    Простота и расслабление — два ключевых наставления для прохождения бардо. Не нужно недооценивать силу внимательности.

    Индийский мастер Наропа сказал:

    «Поскольку [в бардо] сознание не имеет опоры, намерение внимательности сложно стабилизировать. Но умеющий поддерживать внимательность не встретит помех на пути. Даже одна сессия медитации в этом промежуточном состоянии может привести к освобождению».
  10. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Медитация випашьяны

    Вторая главная тема «Тибетской книги мёртвых» такова: «распознавание и
    освобождение одновременны». Это связано с випашьяной, практикой медитации особого видения.

    Шаматха успокаивает ум, а випашьяна позволяет его увидеть.

    Ясно видя свой ум, мы можем понять, как он функционирует. Это помогает нам искусно работать с ним. В бардо нам «приходится» работать со своим умом — просто потому, что там нет ничего другого.

    Внешний мир исчез, тело исчезло, так что реальностью становится ум.

    Благодаря медитации особого видения мы обнаруживаем, что всё возникающее в бардо — просто проявления ума.

    Такое распознавание освобождает нас.

    Подобно тому как распознавание того, что мы спим, в состоянии сна(осознанное сновидение) освобождает нас от страданий сновидения, распознавание того, что мы находимся в бардо, освобождает нас от страданий бардо.

    Пока мы не осознаем своё сновидение, оно будет швырять нас туда-сюда как кусок пенопласта, попавший в бурный поток.

    Однако как только мы пробуждаемся к сновидению, при этом оставаясь в нём, правила игры резко меняются. Теперь мы полностью управляем переживаниями, которые только что управляли нами.

    Как во сне, так и в смерти этот уровень распознавания и связанное с ним освобождение достигаются посредством випашьяны, или «особого видения».

    Вместо того чтобы верить в реальность устрашающих видений бардо и
    погружаться в кошмар, мы можем проснуться в бардо.

    Мы делаем это, распознавая все видения как проявления нашего собственного ума.

    Такое распознавание можно пережить в медитации.

    В наставлениях по медитации говорится, что мы должны отмечать всё, что нас отвлекает, как «мысли». Например, у нас возникает мысль о том, что нужно купить молока. Мы мысленно произносим «мысли», признавая, что отвлеклись, и возвращаемся к медитации.

    Наше особое видение растворяет отвлекающую мысль при первом контакте с ней.

    Отмечание и освобождение одновременны.

    Не распознавая мысли, мы словно проваливаемся в сон, хотя кажется, будто мы продолжаем бодрствовать. Любая дискурсивная мысль — это мини-сон.

    Проваливаясь в мышление без внимательности, мы проходим через жизнь — и вследствие этого через смерть — как во сне.

    Когда во время медитации мы произносим «мысли», мы будто говорим: «Проснись!» Мы просыпаемся и
    возвращаемся к реальности, а не к своим сновидениям (мыслям) о ней.


    Если в течение дня мы сможем проснуться и быть внимательными, мы также сможем проснуться в бардо, после того как умрём. С этим связано значение слова «будда»— «пробуждённый».

    Пробуждение — плод шаматхи и випашьяны.

    Мы уже говорили, что в бардо ум (мысль) становится реальностью. К чему
    вы сможете вернуться, если не будет ума? Вы просто вернётесь к этому
    распознаванию.

    Как и в осознанном сновидении, вы осознаёте, что всё возникающее — лишь игра вашего ума. Это позволяет вам быть свидетелем всего, что проявляется, без вовлечения.

    Поскольку у вас больше нет ни тела, ни какого-либо другого материального объекта, в котором вы могли бы найти прибежище, вы принимаете прибежище в самом распознавании (осознавании).

    С этой пробуждённой точки зрения неважно, что происходит. Всё это лишь проявления ума.
  11. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Четыре напоминания

    Четыре напоминания, или четыре мысли, поворачивающие ум,
    это важная практика подготовки к смерти, поскольку они наконец позволяют повернуть внутрь ум, непрерывно глядящий наружу.

    (Эти четыре краткие формулировки, также называемые четырьмя разворотами, сочинил Падмасамбхава. Их можно воспринимать как символ прогулок принца Сиддхартхи за пределы дворца, в конечном итоге сделавших из молодого принца Будду. Во время этих прогулок Сиддхартха столкнулся со старением, болезнью и смертью, развив дух отречения, превративший его из чипы (внешнего, или чужака) в нангпу (внутреннего, или своего).

    Тибетское слово «нангпа» означает также «буддист». Пока мы не вступили на духовный путь, мы являемся чужаками, «внешними». Мы одержимы погоней за материальными вещами и блуждаем в сансаре. Четыре напоминания обращают ум внутрь, направляя его в правильную сторону. Будда обнаружил, что просветление — это то, что происходит внутри.)



    Напоминания, как и внимательность, предоставляют способ работы с отвлечениями. Они делают ключевое указание «не отвлекайся» более простым в исполнении.

    Четыре напоминания показывают нам, что проблема не только в сиюминутных отвлечениях, но и в отвлечениях на уровне всей нашей жизни. Без постоянных напоминаний мы можем стать небрежными и впустую потратить всю свою жизнь.


    Трунгпа Ринпоче сформулировал эти напоминания так:

    1. Размышляйте о драгоценности дарованных вам свободы и благополучия. Их сложно обрести и легко потерять, поэтому сейчас, обладая ими, я должен заниматься тем, что имеет смысл.

    2. Этот мир не вечен, а его обитатели смертны. Жизнь существ подобна пузырькам на воде. Смерть придёт без предупреждения, и тогда это тело станет трупом. В этот момент мне поможет лишь Дхарма. Я должен усердно практиковать её.

    3. Когда придёт смерть, я буду беспомощен. Поскольку я создаю карму, я должен отринуть все злодеяния и постоянно посвящать себя благим делам. Думая таким образом, я буду проверять себя каждый день.

    4. Дом, друзья, богатство и комфорт сансары есть непрерывная пытка трёх страданий. Они подобны пиру перед тем, как палач отведёт вас на казнь, так что я должен отсечь желание и привязанность и достичь просветления усердным трудом.



    Как долго следует размышлять над этими напоминаниями? До тех пор, пока наш ум не развернётся и мы не перестанем надеяться на сансару, осознав, как глупо искать счастье во внешнем мире.

    (Согьял Ринпоче пишет: «Задайте себе два вопроса. Помню ли я в каждый момент о том, что умираю — как умирают все и вся, и всегда ли в связи с этим отношусь ко всем существам с состраданием? Стало ли моё понимание смерти и непостоянства таким острым и неотложным, что каждую секунду я посвящаю движению к просветлению? Если вы можете ответить „да“ на оба эти вопроса, вы действительно поняли, что такое непостоянство»)


    Большинство из нас проводит жизнь, устремив взгляд во внешний мир, в погоне за мыслями и вещами. Мы отвлекаемся на всевозможные объекты и редко заглядываем в ум, являющийся первоисточником всех этих объектов.

    Однако если мы повернём свой ум и посмотрим в верном направлении, мы увидим путь к хорошей жизни — и хорошей смерти. Вместо того чтобы увлекаться внешними конструктами ума, мы наконец займёмся изучением программы самого ума.

    Часто можно услышать, что предварительные практики важнее основных. Значение этих четырёх напоминаний как предварительной практики невозможно переоценить. Чокьи Ньима Ринпоче сказал, что если мы действительно найдём им место в своём сердце, путь к просветлению будет наполовину пройден.

    Эти размышления развивают отвращение к обусловленным проявлениям, указывают на их бесполезность и заставляют осознавание предпочитать себя объектам, которые воспринимаются как внешние.
    Они отвращают ум от суррогатных наслаждений и направляют его на истинное наслаждение, которое можно найти лишь внутри.


    Четыре мысли напоминают нам о драгоценности человеческой жизни; о том, что мы умрём; о том, что карма следует за нами повсюду; и о том, что сансара — это пустая трата времени, лишь прибавляющая страданий.

    Выучите их наизусть. Они изменят вашу жизнь, помогут сосредоточить ум и станут вашими советчиками во всех делах. Как сказал автор первого словаря английского языка Сэмюел Джонсон, «если человек знает, что через две недели будет повешен, это прекрасно сосредоточивает его ум».

    Что бы вы сделали, если бы вам оставалось жить шесть месяцев? Что бы вы исключили из своей жизни? Что бы вы сделали, если бы вам оставался один месяц, одна неделя, один день?

    Индийский мастер Атиша сказал:

    «Если вы не размышляли о смерти утром, вы потратили утро впустую. Если днём вы не размышляли о смерти, вы потратили день впустую. Если вы не размышляли о смерти вечером, вы потратили вечер впустую». Четыре напоминания не дают нам тратить время впустую.


    Один из лучших способов подготовиться к смерти — это признать, что мы действительно умрём. Мы падаем в чёрную пропасть и понятия не имеем, что ждёт нас на дне.

    Буддолог Энн Кляйн утверждает:

    «Жизнь — что-то вроде заключённого, приговорённого к смерти. Признание собственной смертности означает, что мы хотим видеть истину. Видение истины возвращает нас на землю. Оно возвращает нас в настоящее».

    Мы все знаем, что умрём. Но мы не чувствуем этого нутром. Если бы мы это чувствовали, то практиковали бы с таким рвением, словно на нашей голове загорелись волосы и мы пытаемся сбить огонь.

    Трунгпа Ринпоче сказал, что до тех пор, пока мы не впустим смерть в своё сердце, наша духовная практика останется дилетантской.

    Как выразился писатель Сэм Харрис:

    «Хотя мы стараемся об этом не думать, практически единственное, в чём мы можем быть уверены в этой жизни, — это то, что однажды мы умрём, и тогда всё останется позади. И всё же, парадоксальным образом, в это почти невозможно поверить.

    Похоже, наша собственная смерть не входит в то, что кажется нам реальностью. Мы сомневаемся в единственной вещи, которая совершенно несомненна»
  12. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Мы видим, как рядом умирают другие люди, и всё же по какой-то причине чувствуем, что мы будем исключением.

    В индийской эпической поэме «Махабхарата» мудрому Юдхиштхире задают вопрос: «Что в жизни удивительней всего?». Юдхиштхира отвечает: «То, что человек, видящий, как вокруг него умирают другие люди, не задумывается о том, что сам он умрёт».

    Однако, если мы признаем смерть и сделаем её своим советчиком, она расставит приоритеты в нашей жизни, разожжёт в нас дух отречения и станет стимулом для практики медитации.

    Будда сказал: «Среди всех отпечатков ног величайший и глубочайший — отпечаток ноги слона. Среди всех размышлений величайшее и глубочайшее — размышление о непостоянстве».

    Тот, кто умирает, окружив себя наибольшим количеством игрушек, всё равно умирает.

    Привнесите эти высочайшие напоминания в свою жизнь. Осознайте, что жизнь подобна пламени свечи на ветру. Визуализируйте своих друзей и членов семьи и скажите: «Дядя Джо умрёт, моя сестра Сара умрёт, мой друг Билл умрёт, я сам умру».

    Поставьте фотографии умерших близких на свой стол или алтарь, приклейте напоминания со словами «смерть» или «я умру» в ящиках своего шкафа или стола, каждый день читайте некрологи, посещайте дома престарелых и инвалидов, кладбища и похороны.

    Суть духовной практики — это памятование, будь то памятование о необходимости вернуться в настоящее или памятование об истине непостоянства.

    Делайте всё возможное, чтобы осознать, что ваше время истекает и что вы можете умереть уже сегодня. Вы буквально в одном вдохе от смерти. Выдохните, не вдыхайте — и вы мертвы.


    Одна из отличительных черт ученика, достигшего высокого уровня, в том, что он наконец осознаёт: возможно, это случится именно сегодня. Как пел Пол Саймон, «и вновь и вновь я стану притворяться, будто моей жизни нет конца...».

    В сущности, всю свою жизнь мы занимаемся тем, что переставляем шезлонги на палубе «Титаника». Куда бы мы ни поставили свой шезлонг, какое бы удобное место ни попытались занять, мы всё равно отправимся на дно.

    Эти учения убеждают нас не тратить свою жизнь впустую — чем большинство из нас занимаются как в прямом, так и в переносном смысле. Инвестируйте свою жизненную энергию с умом.

    Используйте подаренную вам бесценную возможность и не тратьте жизнь понапрасну.


    Четыре мысли, поворачивающие ум, поворачивают его от безрассудных трат к мудрым вкладам. Инвестируйте в свои будущие жизни прямо сейчас.

    Если говорить о моём личном опыте, эти учения оказались величайшим даром для моего изучения и практики бардо. Хоть я и «тормоз», но в конце концов и до меня дошло: я умру, и, возможно, умру сегодня. Моя жизнь полностью преобразилась, потому что теперь я в это верю.

    Эти напоминания могут показаться мрачной одержимостью смертью, но это происходит лишь в силу нашего крайнего отвращения к умиранию. Большинство из нас видят смерть как своё окончательное поражение.


    Историк Арнольд Тойнби сказал:«Смерть — это не по-американски». А гуру фитнеса и диетологии Джек Лалейн однажды заметил: «Я не могу позволить себе умереть. Это испортит мой имидж».

    Мы живём, отрицая смерть, и наши страдания во время смерти прямо пропорциональны силе этого отрицания.

    Четыре напоминания говорят о бескомпромиссной истине реальности и готовят нас к встрече с ней.


    Лама Сопа Ринпоче учит:

    Самое последнее, что [Будда] оставил после себя, самое последнее учение — что-то вроде завещания, в котором обычные люди говорят о мирских вещах, самых дорогих вещах для обычных людей: самая важная и полезная вещь, которую мог завещать Будда Шакьямуни, и самая важная вещь, которую мы должны осознать и понять, — это истина и реальность непостоянства... это было кульминацией его карьеры учителя.

    В одном-единственном слове «непостоянство» заключён весь спектр страданий сансары.


    Четыре напоминания в комбинации с шаматхой придают уму силу, которая оказывается полезной как нам самим, так и другим людям.

    Сакьонг Мипам Ринпоче учит:

    «Сила шаматхи в том, что наш ум замедляется и стабилизируется достаточно для того, чтобы выявить реальность, на самом деле увидеть её.

    Тогда, если умирает кто-то из наших знакомых, это не оказывается для нас таким потрясением. Нам может быть грустно — это связано с состраданием, но мы настолько приняли идею смерти, что она глубоко проникла в нашу жизнь. Это называется силой ума».

    Такая стабильность естественно сияет, стабилизируя ум умирающего и помогая ему, когда всё остальное уносится прочь.


    Иногда умирающие завидуют тем, кого оставляют позади. «Почему я должен умереть, если все остальные до сих пор живы? Это нечестно! Почему я?»

    В этот момент умирающему необходимо вспомнить, что те, кто остаётся, не возвращаются на вечеринку, которая будет продолжаться бесконечно. Те, кто остаются, возвращаются к жизни, полной сложностей и страданий трёх видов.

    Умирая, помните, что остальные тоже присоединятся к вам (это лишь вопрос времени), точно так же, как вы совсем скоро присоединитесь к миллиардам тех, кто уже покинул эту жизнь и отправился навстречу новой.

    Те, кто остаётся, — в меньшинстве. Не выживет никто.
  13. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Теоретическая подготовка

    Один из лучших способов подготовиться к бардо — изучить их теоретически.

    Изучите карту, и вы узнаете территорию. Изучение бардо подобно установке внутреннего GPS-навигатора. После смерти вы будете знать, где вы и что вам делать.

    Изучение бардо создаёт правильное воззрение. Это воззрение позволит вам увидеть путь сквозь тьму смерти и избавит от страха. Оно также вдохновит вас на медитацию, что послужит подготовкой к смерти и поможет перейти от понимания к непосредственному опыту.

    Уверенность, рождающаяся из воззрения и медитации, проявляется в действии. Обладая стабильностью ума, развитой благодаря воззрению и медитации, мы можем принести пользу себе и другим, поскольку теперь знаем, что делать.

    Эта тройка — воззрение, медитация и действие — центральное учение о прогрессе на духовном пути.

    «Гом», тибетское слово, обозначающее медитацию, переводится как «привыкание», а привыкание является центральной темой данной книги.

    Медитация связана с привыканием ко всем аспектам ума. Это важно, поскольку, как мы уже знаем, путешествие через бардо в действительности является путешествием через ум.

    Это путешествие сквозь ум, сквозь его мудрость и его заблуждения. Таким образом, подготовиться к встрече со смертью значит научиться смотреть в лицо самому себе.

    Знакомясь с бардо в рамках их теоретического изучения, мы знакомимся со своим умом, а привыкая к своему уму в ходе медитации, мы привыкаем к бардо.

    Смерть — это не враг. Настоящие враги — это неведение и отсутствие привычки. Практика и изучение побеждают этих врагов.
    Как мы увидим далее,

    - заблуждающиеся аспекты нашего ума умирают в бардо умирания,
    - аспекты мудрости проявляются в бардо дхарматы,
    - после чего заблуждающиеся аспекты возрождаются в бардо становления.


    Именно поэтому люди переживают бардо по-разному.

    (С точки зрения буддизма на первой стадии бардо дхарматы, когда обнажается природа ума, то, что открывается, одинаково для всех, но переживается по-разному.

    Природа ума — это переживание пустотности в смысле пустоты, или свободы переживания от любых поверхностных структур. Она бесформенна.

    Нет ничего кроме бесформенного осознавания, сырого и обнажённого ума — до того, как он облачается в концептуальный или культурный наряд. Природа ума ничем не омрачена. Хотя это ничто (пустотность) открывается, оно не переживается большинством людей.

    Если вы не успели познакомиться с пустотностью перед смертью, она будет «переживаться» как отсутствие переживания, т.е. как забытьё.

    То же самое происходит, когда вы еженощно проваливаетесь в глубокий сон без сновидений, который для большинства людей является просто бессознательным состоянием.

    Лишь когда ум отстраняется от своей обнажённой, пустой и бесформенной природы и начинает облачаться в привычные тенденции, переживание становится сознательным.

    Именно здесь оказывается важным различие между сознанием и мудростью. Сознание всегда двойственно; оно всегда воспринимает что-то «другое». Мудрость же недвойственна. Причина, по которой мы теряем сознание во время сна без сновидений и смерти, заключается в том, что это сферы недвойственности — в них в буквальном смысле нечего переживать.

    Бесформенное осознавание либо распознаёт себя, что является мудростью, либо нет. Двойственное сознание (эго) опустошается, когда открывается недвойственная мудрость.
    Мы вернёмся к этой сложной, но важной теме, когда будем говорить о бардо дхарматы в главе 3, а также во вступлении к главе 4.)


    И именно поэтому мы никогда не должны позволять карте — какой бы подробной она ни была — ограничивать переживание территории.

    Когда ум освобождается от тела, он становится «в семь–девять раз яснее».

    Это туманное высказывание из текстов о бардо разъясняется ниже в комментарии Трангу Ринпоче. Оно предполагает, что наставления, услышанные сейчас, можно вспомнить после смерти. Трангу Ринпоче говорит:

    Прослушивание этих наставлений [о бардо] создаст определённую привычку, или отпечаток, в вашем уме, и вы вспомните этот отпечаток, когда достигнете этой стадии бардо.

    Например, обнаружив себя в бардо становления, вы увидите происходящее и подумаете: «Минуточку, я об этом слышал. Так-так, когда произойдёт то-то и то-то, я должен сделать то-то и то-то».


    Это вам обязательно поможет — и очень сильно... [Наставления о бардо] будут особенно полезны вам в тот момент, когда вы окажетесь в самой опасной ситуации и будете испытывать стресс и ужас — иными словами, когда они особенно нужны.

    Вам может казаться, что вы не способны будете вспомнить эти наставления в бардо и обречены на сложное путешествие, однако Ринпоче добавляет:

    [Поскольку] у вас нет материального тела, ваш ум становится самой мощной вещью в вашем переживании; таким образом, добродетельные состояния ума, а также состояния медитативной поглощённости и т.п. в бардо имеют бóльшую силу, чем в обычной жизни...

    Все эти типы медитации в бардо станут гораздо мощнее и яснее...


    Страх всегда ассоциируется с неизвестным или непривычным. Страх и неведение — почти синонимы.

    Посредством теоретической подготовки и практики мы рассеиваем тьму неведения, окутывающую смерть, и трансформируем страх в бесстрашие.


    Это работа Манджушри, божества мудрости. Его гневное проявление носит имя Ямантака, «сокрушитель Ямы». Яма — это воплощение смерти. Так что Ямантака, бескомпромиссная и почти что гневная мудрость — это способ победить смерть.

    Иными словами, мы побеждаем и трансформируем смерть посредством привыкания к ней.


    Одна из причин, по которой нам так сложно покинуть этот мир, заключается в том, что мы к нему очень привыкли. Он — всё, что мы знаем. Хотя он — сансара, его устройство даёт нам чувство уюта, защищённости и безопасности, от которых так сложно отказаться.

    И наоборот: одна из причин, по которым нам так тяжело шагнуть в новый мир, заключается в его неизведанности. Мы его совсем не знаем. Хотя он предоставляет нам больше возможностей для просветления, мы боимся сделать шаг в неизвестность.

    Таким образом, слишком сильная привычка к этому миру и недостаточное знакомство с другим миром осложняют переход.

    Иными словами, слишком сильная привычка к нашему поверхностному заблуждению и недостаточное знакомство с исконной мудростью (и то, и другое открывается в бардо) создают причины для трудного посмертного путешествия.

    В данной книге мы будем несколько раз возвращаться к этой важной теме, поскольку именно недостаток привычки выбрасывает нас из бардо дхарматы в бардо становления, а следовательно, обратно в сансару.

    На этом знании основано отречение. Что мы выберем: сияющую и непривычную мудрость и пробуждение или такое уютное и привычное заблуждение — и очередной сон?

    Нужно добавить, что знание о бардо — это больше, чем просто знание о смерти. Это краткое описание всего пути.

    Это означает, что переживания бардо имеют место на уровне микрокосма каждую ночь, когда мы «умираем» во сне и «вновь рождаемся» следующим утром, а также между рождением и смертью любой мысли.

    Изучение бардо не только помогает нам умереть хорошей смертью, но и жить хорошей жизнью. К этой теме мы также вернёмся ещё не раз.
  14. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Тонглен

    Тонглен («посылать и принимать») — практика, в ходе которой мы принимаем страдания других существ и посылаем им всё хорошее, что есть в нас самих — является мощной подготовкой к смерти.

    Она имеет особенную силу, когда практикуется умирающим, а также когда её выполняют для того, кто уже умер.

    Тяжесть этой практики сравнима с тяжестью смерти. Я заметил, что чем больше времени я нахожусь рядом со смертью, тем больше полагаюсь на тонглен.

    Причина, по которой мы страдаем при жизни, а также во время смерти, заключается в нашем эгоизме. Когда мы мыслим узко, малозначительный повод приводит к сильному раздражению. Напротив, когда мы мыслим широко, серьёзные трудности кажутся несущественными.

    Тонглен предполагает широту мышления и чувств. Чтобы мыслить широко, мы в первую очередь должны размышлять о том, как нам повезло.

    У нас есть драгоценная Дхарма, указывающая путь через бардо, а также возможность трансформировать смерть в пробуждение. Нам невероятно повезло умирать при поддержке учений Будды — того, кто пробудился и превзошёл смерть.

    Теперь подумайте о миллионах людей, умирающих безо всякой поддержки. Представьте всех тех, кто умирает в одиночестве, без физического или духовного прибежища, и тех, чья смерть сопряжена с насилием.

    Мы можем облегчить свои муки, если посмотрим на свою смерть в более широкой перспективе.

    Тонглен предоставляет такую перспективу и делает нашу смерть более осмысленной.

    Если вы возьмёте чайную ложку соли и высыпете её в рюмку воды, это сильно изменит воду. Она станет крайне солёной. Но если вы возьмёте то же количество соли и высыпите его в озеро Мичиган, соль не окажет на воду практически никакого воздействия.

    Тонглен превращает наш ум из рюмки в озеро Мичиган. Страдание — на любом уровне — является результатом неспособности ума адаптироваться к определённому переживанию.

    Лама Сопа Ринпоче говорит:

    Постарайтесь умереть с такой мотивацией. Если вы умрёте с мыслью о бодхичитте, ваша смерть станет причиной вашего просветления, а также просветления всех живых существ. Живите с этой драгоценной мыслью...

    Когда вы приблизитесь к смерти, вам следует думать так: «Я прохожу через смерть ради блага всех живых существ». Постарайтесь умереть с этой мыслью. Так вы умрёте ради блага других. Умирание с мыслью о других — лучший способ умереть.



    Индийский мудрец Шантидэва сказал:

    «Если хочешь быть несчастным, думай только о себе. Если хочешь быть счастливым [даже в смерти], думай только о других».


    В свете сказанного тонглен является способом практики доброго сердца бодхичитты. Когда я однажды спросил Трунгпу Ринпоче, какую практику он будет выполнять в момент смерти, он ответил: «Тонглен».
  15. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Перевёрнутые медитации

    Тонглен входит в семейство практик, которые можно назвать «перевёрнутыми» медитациями. Они названы «перевёрнутыми», так как в ходе этих практик мы делаем вещи, противоположные тому, что обычно ассоциируется с медитацией.

    Перевёрнутые медитации расширяют наши представления о медитации и готовят нас к смерти.

    Они опираются на следующий принцип:
    если вы можете впустить нежелательный опыт в святилище здравомыслия, которое создаёт медитация, то вы можете трансформировать препятствие в благоприятную возможность. Этот подход применим в жизни, и — даже в большей степени — в смерти.

    Если вы можете привнести смерть на путь, вы можете перевернуть её, превратив в просветление.

    Самое нежелательное переживание превращается в самое желанное
    .

    Тонглен — это классическая перевёрнутая медитация, поскольку мы принимаем тьму других и посылаем им наш свет. Это противоположно способу работы нашего эго.

    (Эти практики по своему духу считаются тантрическими, поскольку тантра, или ваджраяна, подразумевает превращение яда в лекарство. Практикующий тантру — это алхимик, превращающий олово в золото, заблуждение в мудрость. Тантра не отвергает ничего. Всё привносится на путь и трансформируется в пробуждённость. На высших уровнях тантры практикующие выполняют действия, которые обычно привязывают человека к сансаре, и трансформируют их в то, что освобождает от сансары.)



    Медитация на боли — это перевёрнутая медитация, готовящая нас к мучительному бардо умирания.

    Помимо эмоциональной боли отпускания часто присутствует физическая боль, связанная с болезнью. Чтобы подготовиться к этой боли, мы добровольно привносим её в свой опыт уже сейчас, на своих условиях.

    Перевёрнутые медитации выполняются в контексте медитации шаматхи.

    Это даёт закалку, позволяющую установить правильные отношения с нежелательными переживаниями
    .

    В рамках медитации на боли вы можете после нескольких минут шаматхи укусить себя за губу или за язык, или воткнуть ноготь в большой палец, а затем исследовать возникшее ощущение.

    Войдите в боль. Что такое боль? Из чего она состоит? Что происходит, когда я растворяюсь в ней? Перевёрнутые медитации неприятны. Как, впрочем, и смерть. Выполняйте их короткими сессиями и помните, что их смысл не в мазохизме.

    Хотя боль может не пройти, страдание исчезнет. Медитация на боли помогает нам стереть то, что Трунгпа Ринпоче называл «негативной негативностью», то есть сопротивление боли.


    Негативная негативность подобна вонзившимся в вас двум стрелам.

    Первая стрела причиняет вам физическую боль. Если вы можете быть с этой болью и установить прямой контакт с ней, она по-прежнему будет болью, но не такой мучительной, как если вы соедините её со своей историей.

    Вторая стрела — это ментальный комментарий, превращающий простую боль в сложное, комплексное страдание.

    Когда вы соединяетесь с болью, тот, кто испытывает боль, исчезает. Характер боли меняется. Эта практика радикально меняет наше отношение к дискомфорту. Она переворачивает его.

    В следующий раз, когда у вас заболит голова, превратите свою боль в медитацию. Понаблюдайте, как боль трансформируется на ваших глазах.


    Перевёрнутые медитации требуют усердия. Вместо того чтобы нырять в боль, мы предпочли бы сидеть в умиротворённом состоянии.

    Однако чтобы установить здоровые отношения с нежелательными переживаниями, мы должны провести с ними какое-то время.

    Это всегда проще сделать на наших собственных условиях. Нам может показаться, что мы сумеем наладить отношения с болью или со смертью, лишь прочитав о них, но такие ожидания редко оправдываются, когда мы действительно испытываем боль или умираем.

    Дзогчен Понлоп Ринпоче говорит:

    Очень сложно трансформировать переживание сильного страдания, если мы не заложили основу в виде работы с болью, на которую можем опереться. Поэтому сначала необходимо работать с болевыми ощущениями и болезнями небольшой силы и выяснить, как мы можем привнести их на путь. В дальнейшем, когда наше заболевание будет более серьёзным, мы сможем привнести на путь и его. В конце концов мы будем способны привнести на путь даже самые изматывающие и болезненные состояния... Если вы привыкнете наблюдать за переживанием боли — если вы действительно сможете наблюдать за ней и ваш ум будет покоиться в чистом ощущении, то вы увидите, чем это отличается от того, как вы обычно переживаете боль... Когда нас поразит более серьёзная болезнь, она не окажет на нас прежнего сокрушительного воздействия. Она не будет такой проблемой и шоком, как прежде. Мы даже сможем встретить боль и страдание умирания с большей уверенностью, потому что они станут для нас привычной, а не неизведанной территорией. Когда момент смерти действительно наступит, мы сможем посмотреть на эту боль и трансформировать её.


    Я практиковал медитацию на боли много лет, и теперь совершенно по-иному отношусь к укусам насекомых или внезапному удару по пальцу. Моё автоматическое отвращение к боли сменилось практически духовным переживанием. Пульсирующее ощущение в пальце напоминает мне о необходимости медитировать, и это меняет интенсивность боли. Я начинаю привносить боль на свой путь.
  16. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Другая перевёрнутая медитация — намеренная стимуляция мыслетворчества.

    Вместо того чтобы успокаивать свой ум, подстегните его. Начните с шаматхи, а затем поднимите в своём уме самый сильный шторм. Думайте о вчерашнем дне и о завтрашнем, представляйте себе Париж, Нью-Йорк и египетские пирамиды. Думайте так быстро, как только сможете. Это ваш шанс сделать то, что вам всегда хотелось сделать на своей подушке для медитации, — ментально оторваться.

    Это особенно полезно в связи с кармическим бардо становления, когда вновь поднимающийся шторм кармы несёт нас к следующей жизни. Привыкнув к этим ветрам сейчас, мы сможем пройти по бушующему океану позже.

    Обратите внимание, что вы способны спокойно сидеть в центре этого добровольно спровоцированного циклона и оставаться незатронутыми его буйством. Вы учитесь удерживать свою позицию посреди ментального хаоса. Не покупайтесь на мысли и эмоции. Просто наблюдайте их бунт.

    Эта практика расширяет представление о шаматхе: даже если ваш ум ревёт и завывает, вы способны сохранять внутреннее спокойствие.

    Как сказал мудрец и учитель адвайта-веданты Шри Нисаргадатта Махарадж, «освобождает незаинтересованность».

    Выполняйте эту медитацию в течение одной минуты. Отдохните в шаматхе и повторите всё снова. Поскольку перевёрнутые медитации очень интенсивны, непродолжительные сессии позволяют избежать чувства сожаления.

    Не нужно недооценивать силу коротких медитаций. Понлоп Ринпоче говорит: «Мы обычно считаем всё малое незначительным и не стоящим наших усилий. Например, если у нас есть всего пять минут на то, чтобы выполнить медитацию, мы говорим себе: „Пять минут — это такой пустяк. Этого недостаточно, чтобы изменить мою жизнь. Мне необходимо практиковать как минимум час“» .

    Но когда речь идёт о медитации, краткость таит в себе семя успеха. Это похоже на бег. Вы не начинаете занятия бегом с марафона. Вы начинаете с коротких пробежек и постепенно увеличиваете дистанцию. Часто повторяемые короткие сессии так же эффективны — если не более эффективны, чем нечастые продолжительные сессии. Когда же речь идёт о соединении медитации и пост-медитационного состояния, то есть о способе превратить свою жизнь в медитацию, ничто не сравнится с короткими и частыми сессиями.



    Ещё одна медитация — намеренно поместить себя в шумную и чрезмерно стимулирующую среду и постараться не потерять равновесие.

    Включите телевизор, врубите стереосистему, заставьте звонить будильник и сидите в этой какофонии. Отправляйтесь в шумное и безумно суматошное место и медитируйте там. Если у вас есть дети, такая среда — часть вашей жизни.

    Как-то раз один из сыновей Тулку Ургьена Ринпоче пожаловался ему на то, как сложно медитировать в Катманду в Непале из-за шума и других отвлечений. Ринпоче ответил: «Если ты не можешь практиковать в этих условиях, как ты будешь практиковать в бардо?»


    Во всех перевёрнутых медитациях находите тишину в шуме, неподвижность в движении. Даже если вы никогда не будете выполнять эти медитации, уже само знание о них поможет вам развернуть своё отношение к нежелательным переживаниям на 180 градусов. В следующий раз оказавшись в безумной обстановке, например на станции метро «Таймс-сквер», вспомните эти наставления и трансформируйте хаос в медитацию.

    (Ещё одна перевёрнутая медитация и способ подготовки к бардо становления — это практика подготовки к дзогчен кхорде рушен. В ходе этой медитации мы должны погрузиться в каждый из шести миров (богов, завистливых полубогов, людей, животных, голодных духов и адские миры), преувеличивая эти шесть основных проявлений сансарического ума. Делая это добровольно, мы можем уже сейчас установить новые отношения с данными состояниями ума, которые без такой подготовки станут состояниями реальности, когда мы примем настоящее рождение в одном из шести миров по окончании бардо становления.

    Медитация на кладбищенской земле — это тантрическая перевёрнутая медитация. Если вы способны практиковать, находясь на кладбище, вы можете стать сиддхой и трансформировать кладбищенскую землю в чистую землю.)

    Я часто бываю в Индии, в стране тотального хаоса. Вместо того чтобы выходить из себя, когда на меня обрушиваются все эти мухи, жара, шумы, попрошайки и загазованный воздух, которым сложно дышать, я стараюсь расслабиться в этой преисподней.

    Я переворачиваю свой обычный подход защиты от этих ситуаций и привношу их на путь. Бывают моменты, когда я просто не в состоянии этого сделать, и мне приходится бежать. Но даже в таких ситуациях я поддерживаю дух этих странных медитаций и стараюсь преобразовать своё импульсивное отвращение.


    Вершиной всех этих перевёрнутых медитаций является развитие равностности, то есть способности беспристрастно относиться ко всему, что возникает.

    На высших этапах пути не остаётся предпочтений в отношении хаоса или спокойствия, сансары или нирваны. Всё переживается одинаково. Нет стремления к приятным переживаниям, нет избегания неприятных переживаний.



    Как мы уже видели, отвлечение — это одна из самых больших проблем в жизни и в смерти. Поэтому одно из самых важных наставлений — «Не отвлекайся».

    Перевёрнутые медитации — гроза отвлечений, поскольку они привносят отвлечения на путь. Они показывают нам, как перевернуть наше отношение к отвлечениям. Вместо того чтобы чувствовать, что нашу медитацию постоянно прерывают мысли, звуки и даже сама жизнь, с помощью перевёрнутых медитаций мы привносим эти отвлечения в свою практику. Они становятся нашей практикой.

    Кхенпо Цултрим Гьяцо Ринпоче говорит: если вы, находясь в ретрите, слышите шум, который вызывает в вас гнев, это знак того, что вы не можете привнести отвлечение на путь.


    Поскольку страх — обычное для бардо явление, Кхенпо Ринпоче рекомендует просмотр фильмов ужасов как способ работы со страхом.

    Это мощная перевёрнутая медитация, помогающая во всех бардо, но в первую очередь в бардо становления. Поскольку мы не распознаём видения этого бардо как проекции нашего ума, чем больше мы в него углубляемся, тем более ужасающим оно становится.

    Страх становится настолько острым, что может заставить нас ухватиться за неблагоприятное рождение, лишь бы избежать силы воздействия нашего собственного ума. Если мы наладим отношения со своим страхом сейчас, это поможет нам работать с ним в бардо и избежать такого рождения

    (Тот страх, который швыряет нас в следующее рождение, становится основой, на которой мы бессознательно строим всю свою жизнь. Фильмы ужасов работают с грубым уровнем этого страха, давая нам отправную точку для работы.

    Страх — это фундаментальная сансарическая эмоция, стремление сжаться, которое управляет нашей жизнью и берёт начало в бардо. Установление отношений со страхом, особенно со страхом потери опоры — с истиной о нашем не-существовании, — имеет первостепенную важность)


    Мне эта перевёрнутая медитация кажется по-настоящему сложной. Фильмы ужасов отвратительны, наполнены насилием и крайне неприятны для просмотра. Мне обычно приходится отворачиваться или ставить фильм на паузу, чтобы привнести в него ощущение медитации.

    Моя обычная реакция — крайняя степень отторжения. Но каким бы искусственным и даже глупым это ни казалось, эти фильмы действительно вызывают массу отвратительных чувств.

    Это позволяет мне познакомиться с теневой стороной собственного существа, с тёмной стороной, выходящей на свет в бардо становления. Фильмы ужасов дают мне возможность подружиться с ужасными эмоциями, с которыми без них я бы никогда не столкнулся.


    Ключевое наставление — как для жизни, так и для смерти, — соединять всё, что мы переживаем, с медитацией. Это сложно сделать без настоящей практики. Стоит возникнуть нежелательному переживанию, и в игру тут же вступают привычные тенденции, мы бежим от переживания или не устанавливаем с ним надлежащих отношений.

    Перевёрнутые медитации позволяют нам заменить эти плохие привычки хорошими.

    При возникновении сложной ситуации в игру вступает мудрость, а не заблуждение.
  17. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Практика чистой земли

    Несколько лет назад я задал Трангу Ринпоче, часто дающему учения о бардо, такой вопрос: «Если буддист узнает, что ему осталось жить всего год, на какую практику ему следует сделать упор?» — и получил ответ: «На практику чистой земли».

    Этот ответ может удивить изучающих тибетский буддизм, в котором редко упоминают чистые земли. Кхенпо Картар Ринпоче говорит, что при приближении смерти основное божество, с которым мы должны установить связь, — это Амитабха, главный будда чистых земель.

    Практика чистой земли важна, поскольку если вы не достигнете просветления в бардо, лучшее, что вы можете для себя сделать, — это родиться в чистой земле.

    Это хорошо по нескольким причинам. Во-первых, рождение в чистой земле хотя и не является нирваной, лежит за пределами сансары.

    Родившиеся там свободны от старения, болезни и смерти, характерных для сансарического существования. Там нет явного страдания.

    Во-вторых, оттуда не возвращаются. Родившись в чистой земле, вы уже никогда не падёте в сансару, если только не сделаете этого добровольно.

    В-третьих, духовный прогресс в чистой земле происходит стремительно. Вы словно рождаетесь в стране, где вокруг одни ламы и все практикуют Дхарму. Эволюционный центр притяжения здесь настолько высок и силён, что вы просто не можете не развиваться.

    В-четвёртых, духовный прогресс позволяет вам развить сверхъестественные когнитивные способности. Благодаря этим способностям вам проще помогать другим.

    Отправиться в чистую землю не значит избавиться от обета бодхисаттвы помогать всем существам — это возможность быстрее исполнить данную клятву. Это как пойти в школу вместо того, чтобы оставаться в детском саду.

    В-пятых, рождение в чистой земле — это ваше последнее рождение перед достижением просветления.


    Самая знаменитая чистая земля — сердце традиции чистых земель — это Сукхавати, «Земля Блаженства».

    Сукхавати, как правило, считается единственной землёй, в которой могут родиться обычные существа вроде нас. Рождение практически во всех остальных чистых землях требует достижения первого бхуми, что является очень высоким уровнем духовной реализации.

    (Занимаясь изучением буддизма Шамбалы, я спросил Трангу Ринпоче, знакомого с этой традицией и бывшего близким другом основавшего её Чогьяма Трунгпы Ринпоче (Друк Сакьонг), куда должны отправиться изучающие буддизм Шамбалы — в чистую землю Шамбалы или Сукхавати. После некоторого размышления Ринпоче ответил, что те, у кого сильна связь с этой землёй, должны стремиться родиться в Шамбале, а все остальные должны стремиться к рождению в Сукхавати. Мне самому в связи с этим ответом кажется, что те, в ком сильно желание служить этой земле и защищать её, должны стремиться к рождению в Шамбале. Когда Тулку Тхондупу задали вопрос о Шамбале как чистой земле, он сказал: «Эта чистая земля наиболее близка к нашей земле». «Сакьонг», или глава линии Шамбалы, буквально означает «земли (са) защитник (кьонг)». У изучающих эту традицию есть собственные ритуальные тексты, сочинённые Сакьонгом Мипамом Ринпоче. (Традиционно вход в Шамбалу пролегает через посвящение Калачакры, а не через пхову.)

    Во время моей недавней поездки в Непал некоторые консультировавшие меня ламы сообщали, что Семнадцатый Кармапа говорит и пишет о практиках «новой» чистой земли с таким же уровнем доступа, как Сукхавати. Одна из уникальных характеристик этой чистой земли заключается в том, что будда, правящий этой чистой землёй (в каждой чистой земле есть главный будда), женат и является домохозяином. Видение этой чистой земли в целом мирское, и в этом её сходство с Шамбалой.

    В этой чистой земле также действует уникальный связующий принцип. Если человек должен, к примеру, предстать перед судом, судья и полицейские будут того же возраста и размера, что и сам человек, а если человек должен отправиться к доктору, доктор проявится в том же возрасте и телосложении, что и пациент. Здесь нет иерархий власти, так что общение и установление связи происходят с лёгкостью. (Из личного разговора с Ламой Тенамом и Ари Голдфилдом.)

    Первый бхуми, или «земля», связан с прямым постижением пустотности. Это также третий путь, путь видения, на котором вы впервые видите пустотность. Некоторые учителя утверждают, что с достижением первого бхуми достигается бессмертие. Остальные девять бухми — это развитие и усиление привыкания к пустотности, которое представляет собой четвёртый путь — путь медитации, или, буквально, путь привыкания (гом).



    Тибетская традиция, подход которой отличается от корейской, китайской или японской школ практики чистой земли, основана на утверждении, к которому мы ещё не раз вернёмся: всё следует за умом.

    Развитие чистых состояний ума в этой жизни приведёт нас в чистую землю после смерти. Калу Ринпоче говорит:

    Благодаря ориентации, которую мы придали своему уму [в этой жизни], оказавшись в бардо, мы осознаем, что умерли, и увидим Амитабху, явившегося, чтобы приветствовать нас. Мы узнаем его и пожелаем родиться в его чистой земле. Этой мысли достаточно для того, чтобы мы отправились туда немедленно.
  18. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Существуют четыре основные медитации, создающие условия, необходимые для рождения в Сукхавати.

    Первая — это созерцание атрибутов будды Амитабхи, создавшего для нас эту чистую землю, а также атрибутов самой земли Сукхавати. Это достигается посредством изучения описаний в «Сутре подробного описания Сукхавати» или последовательных визуализаций «Сутры созерцания».

    В момент смерти ментальный ландшафт становится ландшафтом земли.



    Вторая практика — это накопление заслуг. Хотя передача заслуги Амитабхой является главной силой, ведущей к нашему рождению в Сукхавати, нам также необходимы собственные заслуги.


    Третья практика — развитие ума просветления, или бодхичитты. Тулку Тхондуп говорит: «Вы должны дать обет или обладать намерением вести всех без исключения существ-матерей в Чистую землю блаженства безо всякого эгоизма, а также исполнять это устремление на практике посредством медитации и добрых дел».


    В-четвёртых, посвящайте заслугу, которую вы накопили, рождению в Сукхавати, и почувствуйте горячее устремление родиться там. Твёрдо верьте, что вы посвящаете заслугу точно так же, как это делали ваши предшественники на пути к просветлению. Такие посвящения и устремления, подобно рулю, направляют нашу заслугу к цели рождения в Сукхавати.


    Все четыре причины основаны на вере в Амитабху и его чистую землю. Это самое важное условие входа в Сукхавати. Мы должны действительно верить в эту чистую землю и силу Амитабхи помочь нам в момент смерти.

    Эти условия включены в знаменитую «Молитву устремления в Сукхавати», которую сложил Карма Чагме Ринпоче.

    Среди медитаций на Амитабху и множества других молитв-благопожеланий этот ритуал практикуется тибетскими буддистами чаще всего.


    Тулку Ньима Ринпоче описывает практику Амитабхи, которую следует выполнять каждый вечер.

    Ложась спать, визуализируйте Амитабху на макушке своей головы (см. рис. 1), трижды прочтите его мантру «Ом амидэва хри», растворите визуализируемый образ Амитабхи в своём сердце, ощутите его блаженство и свет и засыпайте с Амитабхой, комфортно покоящимся в ваших сердце и уме.

    Screenshot_20240505-215324_1.jpg


    Изучающие ваджраяну практикуют эзотерическую разновидность буддизма чистой земли с медитациями на священном воззрении или чистом видении.

    Согласно формулировке Тхить Нят Ханя, это «чистая земля настоящего мгновения», а именно четвёртого мгновения, о котором мы говорили ранее.


    Священное воззрение — это важная практика подготовки к бардо, поскольку её ключевое указание заключается в том, чтобы, находясь в бардо, видеть во всём совершенную чистоту.

    Это меняет наше отношение ко всему возникающему и устраняет привычку отравлять переживания страстью, агрессией или неведением.


    Три коренных яда — это «свечи зажигания», поддерживающие работу двигателя сансары: я хочу это (страсть), я не хочу этого (агрессия), и мне абсолютно всё равно (неведение).

    Они определяют наше существование. Три яда превращают чистый по сути своей мир в нечистую землю повседневной жизни.

    В бардо такое нечистое восприятие толкает нас к нечистому рождению.



    Поскольку в эзотерическом буддизме ваджраяны делается акцент на чистом уме, легко отмахнуться от экзотерических школ с их акцентом на чистой земле.

    Многие люди не придают значения традиции чистой земли, считая её «облегчённым» буддизмом для ленивых. Они низводят её до удела тех, кому не по зубам суровость «настоящего» буддизма.

    Одни авторы пишут, что чистые земли — для новичков, другим эта традиция кажется теистической: Амитабха напоминает бога, а Сукхавати — рай.


    Однако сам Будда давал учения о Сукхавати, и некоторые из величайших мастеров тибетского буддизма много писали о ней. Они призывали своих учеников выполнять практики, позволяющие переродиться там. Даже несмотря на то, что в тибетском буддизме нет школы чистой земли, в нём есть сильная ориентация на чистые земли.


    Другое искушение — рассматривать Сукхавати исключительно как символ. Однако Сукхавати так же реальна — или нереальна, — как наша планета Земля.

    Это место, созданное заслугой Амитабхи для людей вроде нас. Мы должны отнестись к ней всерьёз. Для большинства из нас отправиться после смерти в Сукхавати — лучший возможный вариант.
  19. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    Подготовка к внезапной смерти

    У нас может быть своё представление о совершенной смерти, но едва ли жизнь станет с ним считаться. Один человек из десяти умирает внезапно и неожиданно. Что делать, если нам грозит смерть от несчастного случая?

    Наставление для такой ситуации очень простое: направьте осознанность в макушку головы и начитывайте мантру «Ом мани падме хум». Направление осознанности в макушку — это своего рода экстренная пхова (практика, о которой пойдёт речь дальше).

    Повторение мантры Ченрезига, бодхисаттвы сострадания, закрывает врата в шесть миров сансары. Эта мантра также призывает его благословение. Если у сострадания есть звук, то это «Ом мани падме хум».

    Направляя осознанность на макушку своей головы, вы открываете врата к рождению в чистых мирах.

    Этого можно добиться, если визуализировать прямо над собой своего гуру или божество, или просто направить взгляд вверх.

    Если вы в панике и не помните, что нужно делать, обратитесь с мольбой о помощи к своему учителю или духовной сущности. Вместо того чтобы перед смертью удерживать в своём уме слова «Вот дерьмо!», лучше думать об учителе или Амитабхе и родиться в его чистой земле.

    Способ подготовки к внезапной смерти — повторять мантру или визуализировать божество каждый раз, когда вы внезапно узнаёте плохие новости или испытываете шок.

    Любое переживание, вызывающее у вас чувство потери опоры, — это возможность для подготовки к внезапной смерти. Это как говорить «Будь здоров!», когда кто-то чихнул.

    Большинство людей делают это автоматически, однако эта вежливая привычка не возникла автоматически. Вам нужно было практиковаться в ней.


    Если ваш любимый человек сообщает вам, что уходит от вас, сохраняйте присутствие духа и произнесите про себя «Ом мани падме хум». Если только что умер ваш друг — «Ом мани падме хум». Вас уволили — «Ом мани падме хум».

    Внезапные маленькие смерти случаются постоянно и дают нам возможность для подготовки к большой смерти.


    Я начал выполнять эту практику всякий раз, когда читал в газете или слышал в новостях о чьей-то насильственной, скоропостижной смерти. Террорист-самоубийца взорвал двадцать человек — «Ом мани падме хум»; подросток погиб в автокатастрофе — «Ом мани падме хум»; торнадо смёл с лица земли целый город — «Ом мани падме хум».

    Обычно я реагировал на такие новости тем, что закрывался от них. Узнавать их было слишком больно. Но эта мантра «Будьте здоровы!» показала мне, как держать сердце открытым и установить связь со страданиями других людей.

    Через несколько недель внимательных усилий эта хорошая привычка прижилась. Позже я смог применить эту предварительную практику, направленную на других, к своим собственным ежедневным смертям.

    Если вы обладаете хорошими навыками пховы, наставления для внезапной смерти могут отличаться в зависимости от вашей подготовки.

    Однако суть практики проста — и это именно то, что нам нужно в момент кризиса. Оцените свою готовность к внезапной смерти, обратив внимание на то, как вы реагируете на критические ситуации. Как вы реагируете, когда просыпаетесь в поту от ночного кошмара — практикуете или нет?

    Когда вас подрезает другая машина, и вы почти съезжаете в кювет, что происходит с вашим умом?

    Используйте любые ситуации, заставляющие ваше сердце биться быстрее, чтобы оценить свою готовность, а также подготовиться к любой ситуации, которая действительно заставит ваше сердце остановиться.
  20. Оффлайн
    Эриль

    Эриль Присматривающая за кладбищем

    А как быть со смертью во сне?

    В чём её недостатки? Единственный недостаток для практикующего — если только он не находился в состоянии осознанного сна или осознанных сновидений — в том, что он лишается возможности воспользоваться действием ближайшей кармы.

    (Четыре благородные истины — это
    (1) истина о страдании;
    (2) истина о причине страдания;
    (3) истина о прекращении страдания; и
    (4) истина о пути, ведущем к прекращению страдания.


    Первые две истины — это две плохие новости, вторые — две хорошие.)


    Так что нирманакая-пхова (то, что мы обычно считаем пховой) будет невозможна. [Пхова — это практика переноса сознания в момент смерти]


    Практикующий также лишается возможности выполнять любые другие практики умирания, требующие намеренного осознавания, например повторение мантры.

    Для большинства людей смерть во сне означает, что игру подхватят и поведут оставшиеся три вида кармы: тяжёлая, привычная и случайная.

    Однако существуют ещё четыре вида пховы, которые можно использовать, если человек практиковал их прежде.

    Дхармакая-пхова — это, в сущности, пребывание в природе ума, которое с человеком, опытным в бесформенной медитации, происходит спонтанно.

    Самбхогакая-пхова — это плод стадии порождения и также может случаться естественно в результате выполнения в прошлом практики йидама.

    Пхова гуру-йоги — это пхова преданности, для которой потребуется больше сознательных усилий.

    Пятая форма пховы — небесная пхова, или кхечари-пхова — это пхова осознанных сновидений (связанная с йогой сна, входящей в Шесть йог Наропы).


    Если вы в результате практики развили навыки осознанных сновидений/йоги сна, в случае смерти во сне следует использовать именно эту пхову.


    Многие умирают в состояниях наподобие комы или во сне.

    Такую смерть не следует считать смертью второго сорта. У сильных практикующих всё будет хорошо вне зависимости от того, как они умрут. Остальным людям придётся положиться на силу своей кармы, а также на способность пробудиться в бардо.

    И всё же развитые навыки йоги сновидений (или сна) будут крайне полезны. Если человек может пробудиться и осознать тот факт, что находится в бардо, он может использовать любую из описанных далее техник для искусного изменения условий бардо.

    Если же он не может этого сделать, ему придётся положиться на свою хорошую карму.