Гимн о Сотворении мира (перевод Т. Я. Елизаренковой) Не было не-сущего, и не было сущего тогда. Не было ни воздушного пространства, ни неба над ним. Что двигалось туда и сюда? Где? Под чьей защитой? Что за вода была — глубокая бездна? Не было ни смерти, ни бессмертия тогда. Не было ни признака дня или ночи. Дышало, не колебля воздуха, по своему закону Нечто Одно, И не было ничего другого, кроме него. Мрак был сокрыт мраком вначале. Неразличимая пучина — все это. То жизнедеятельное, что было заключено в пустоту, Оно Одно было порождено силой жара. Вначале на него нашло желание. Это было первым семенем мысли. Происхождение сущего в не-сущем открыли Мудрецы размышлением, вопрошая в своем сердце. Поперек был протянут их шнур. Был ли низ? Был ли верх? Оплодотворители были. Силы растяжения были. Порыв внизу. Удовлетворение наверху. Кто воистину знает? Кто здесь провозгласит? Откуда родилось, откуда это творение? Далее боги появились посредством сотворения этого мира. Так кто же знает, откуда он появился? Откуда это творение появилось: Может, само создало себя, может, нет — Тот, кто надзирает над этим миром на высшем небе, Только он знает или же не знает. Ригведа, X, 129
Это не я, Меня здесь нет. Я не пришёл на белый свет. Дождем на землю Я не падал, Я не встречал с тобой рассвет. Цветком я не был, не был садом И неизвестно сколько лет. Я не был сладким виноградом, В губах которых тоже нет. Это не я, Меня здесь нет. Не во взрывах ядерных ракет, Не в гамма-излучениях, Не обнаружен будет, нет, След моего свечения. Не я пишу все эти строки, Не я же их читаю. Даже не я сейчас о всём об этом рассуждаю. И наблюдаю всю игру — Всё то, чем не являюсь, Что не приснится никому, Никак не называясь. Я понял истину одну, Она неоспорима: Везде, всегда, она во всём, Собою же любима. Она несет на крыльях нас, Пока её мы знаем, Но только узнаём её — В себя мы превращаем. Я-то, я это, я того — Какое заблуждение! Его бы надо избежать, Вплоть даже до забвения. Это не я, Меня здесь нет — Свобода от печали. И, отрываясь от себя, Я крылья расправляю. Свобода быть самим собой, Собой не оставаясь. И отдаваясь лишь тому, Ничем не называясь. Неси меня, моё Ничто, Над всем, чем не являюсь. Неси меня, я твой Ничто, С тобой соединяюсь. Назвал бы Богом Я тебя — Боюсь, что ограничу. Ведь ты есть я. А я есть ты. И мы с тобой безличны. Это не я... Меня здесь нет… Инет
Споры Каждый прав и каждый виноват. Все полны обидным снисхожденьем И, мешая истину с глумленьем, До конца обидеться спешат. Эти споры - споры без исхода, С правдой, с тьмой, с людьми, с самим собой, Изнуряют тщетною борьбой И пугают нищенством прихода. По домам бессильно разбредаясь, Мы нашли ли собственный ответ? Что ж слепые наши "да" и "нет" Разбрелись, убого спотыкаясь? Или мысли наши - жернова? Или спор - особое искусство, Чтоб, калеча мысль и теша чувство, Без конца низать случайные слова? Если б были мы немного проще, Если б мы учились понимать, Мы могли бы в жизни не блуждать, Словно дети в незнакомой роще. Вновь забытый образ вырастает: Притаилась Истина в углу, И с тоской глядит в пустую мглу, И лицо руками закрывает... Саша Чёрный, 1908
